Гусеница, что притворилась змеёй

Селин смутно помнил, как они возвращались обратно. Туман сгустился. Ему казалось что он шёл один, но в какой-то момент заметил ползущего подле него аспида. Естественно, змей с самого начала был рядом, ведя за собой парня, иначе как бы Селин сам понял, куда ему нужно идти? Когда они добрались до змеиного лежбища, над поляной уже нависала, словно чёрный свод, ночь. Селин устало плёлся за серым, чешуя которого слабо заиграла, отливая свет от мха и корней. Они шли напрямик сквозь толпу, огибая чужие хвосты. Селин заметил, что аспид рьяно извивался, лишь бы не соприкоснуться с другой змеёй. Ему показалось это странным, ведь у рьяши вроде как было в порядке вещей ползать друг по другу. Впрочем, уже не в первый раз Селин замечал нелюбовь серого к всякого рода прикосновениям. Змей сейчас ничуть не убавилось, хотя Селин ожидал обратного. Многие змеи ведут ночной образ жизни, логично было бы предположить, что сейчас все проснувшиеся должны были отправиться куда-нибудь по своим змеиным делам. Хоть комок змей и ожил, вновь придя в непрерывное движение, расползаясь в разные стороны, но количество змей ничуть не уменьшалось. — Тебе не кажется, что тут стало как-то… многолюдней? — Селин даже не успел сообразить, как глупо прозвучал его вопрос, отпрыгивая от не пойми откуда взявшегося по ногами кончика хвоста какой-то небольшой змеи. Небольшой, относительно всех остальных здесь присутствующих, конечно. Так-то тело её размером походило на обычную анаконду. Запутавшись в ногах, Селин в довершение ещё и по неосторожности наступил на этот несчастный хвост. Послышалось явно недовольное шипение. — Извини, — Селин произнёс это, поднимая одну руку в извиняющемся жесте в ту сторону, с которой раздался звук. Там же голова, верно? Аспид скосился на парня. У того на лбу читалось «Ты не исправим». Парень никогда не считал себя неуклюжим, но как-то так получалось что именно в обществе десятиметровых и полутонных змей Селин ощущал себя слоном в посудной лавке. Это раздражало. Ещё больше раздражал лишь этот снисходительный взгляд Лу. Они дошли до «их» места. Так теперь будет Селин называться небольшой пригорок прямо у подножья каменной скалы. Разгорячённая погоней за белкой кровь уже остыла и Селин вновь ощутил холод, а вместе с этим на ум пришёл вчерашний вечер. Чёрт, и как он только решился на то, чтобы залезть на аспида. Идея, была неплохой, Селину действительно было комфортно спать на прохладной чешуе, которая даже через какое-то время становилась тёплой, нагреваясь от тела Селина. На ощупь аспид был мягкий, его хвост даже чуть-чуть проминался в той части, на которой лежал парень. Селина бы это удивило, не держа он змей раньше в руках и не зная, сколь приятная и податливая на ощупь была змеиная чешуя. Сейчас парень решил опуститься на землю, облокачиваясь спиной на влажный синеватый мох, растущий на каменной стене. Селин думал, что его вырубит сразу же, стоит им вернуться, но к удивлению у него ещё остались силы и спать особо не хотелось. Мысль, что он наконец-то начинает развивать выносливость, радовала. Лу свернулся в той же позе, что и вчера, напоминая большую закрученную булку. Хочется есть. Селин доел остатки бананов, сорванных накануне. Стоило бы поискать чего-то съестного, ибо успех его сегодняшней охоты не сильно обнадёживал. Мяса ему ещё не скоро отведать. Идею поедания мяса в сыром виде Селин пока отодвинул на задний план. Позже подумает, как ему лучше будет поступить. Тут хотя бы поймать что-нибудь нужно для начала. — Как там твой Хозяин поживает? Скоро удастся нам с ним устроить тет-а-тет? — задал Селин вопрос, мучавший его весь день. — Думай об охоте. Свою первую добычу ты несёшь Хозяину, а не ешь сам. Нельзя объявится к нему с ничем. Ты обязан сделать подношение. Так ты покажешь, что достоин быть рьяши. Селин как раз искал взглядом свои вещи, которые оставлял где-то неподалёку, пока его сознание медленно обрабатовало ответ Лу. — Стой, что? Так ты поэтому сказал, что моё время для встречи с Хозяином ещё не пришло? Сначала я должен поймать для него какую-нибудь зверушку? Молчаливый полукивок. — Почему же ты тогда не сказал мне об этом раньше? — Ты обычно не следуешь моим просьбам. Когда я прошу тебя подождать, ты сбегаешь, когда зову тебя последовать за мной, ты начинаешь сомневаться. Ты начинаешь действовать, лишь когда сам принимаешь решение. И неважно разумное оно или нет. Я дал тебе свободу выбора и ты сам выбрал верный путь. Селин почувствовал, как внутри сжался ком неизвестных ему эмоций. Лишь на секунду, но… «Нет, это не так», хотелось возразить парню, однако какие у него есть аргументы? Аспид прав? Селин был, мягко говоря, удивлён. Чего он не ожидал, так это такой тонкой проницательности от огромного монстра. Нет, не то. Он не спешил подтверждать суждение Лу о себе, он не был согласен с подобными словами о себе. По крайней мере, не на сто процентов. Пусть они и удивительно близки к правде, но не от этого у него сейчас мучительно заныло под ложечкой. Мысль, что не один лишь он внимательно изучал аспида и его повадки, но и сам был объектом исследования огромного монстра, будоражила нервы. Почему-то до этого момента он никогда не рассматривал себя интересным для чужой оценки. На работе люди видели в нём человека, на которого можно положиться. Девушки видели в нём симпатичного и ветреного парня, не ищущего серьёзных отношений, который наверняка разобьёт их сердца. Знакомые видели в нём собеседника, умеющего поддержать любой разговор. Тётя видела в нём плод своего труда. Кого же видит в нём аспид? Вчера бы Селин смело мог сказать, что аспид возился с Селином из-за интереса к его запаху. Вроде рьяши, а вроде и человек. Просто скучающий интерес. То, что Лу особь довольно любопытная — факт неоспоримый. Тот ведь любил подсматривать за людьми. Однако, аспид пытается понять его характер… Зачем? Повисла тишина. — Расскажи мне о своей первой охоте, — произнёс Селин. — Зачем? У серого не раз наблюдались проблемы с нормальным человеческим общением. С другой стороны, он и не человек, чтобы считать его неразговорчивость проблемой. — Простое любопытство. Или ты не хочешь рассказывать? Змей не двигался и тон его был безэмоциональный. Сложно было понять, по душе ли ему эта тема. — На кого охотился? — Стадо зебр. — Вы обычно действуете по одиночке или командная работа? — Я был один. — И как? Смог с первого раза? — С первого, — подтвердил аспид и чуть задрал голову. Селин готов был поспорить, что будь на его голове шевелюра, он бы с выражением непомерной гордости откинул бы волосы назад. — А что делать в случаи провала? — Пробовать ещё раз. Селин обнял себя за плечи, растирая их и пытаясь согреть. Он бросил взгляд на беззвёздное, затянутое серой дымкой небо. От промозглой погоды и холода почти не чувствовались пальцы ног. Вытянув руки, он попробовал потереть ступни, возвращая им чувствительность. В носу защипало, и Селин не успел сдержаться, прежде чем чихнуть. Аспид всё ещё смотрел на него, поэтому Селин заметил, как тот сощурился от громкого звука. — Мне холодно, — зачем-то пояснил Селин, прикрывая рот рукой. Хотя, он знал зачем — он надеялся на приглашение змея на свой хвост. Сегодня его уже в который раз одолело неуместное чувство стеснения перед аспидом. А после рассуждения серого о Селине, парень теперь совсем запутался, за кого его держали, какую роль ему предстоит играть дальше. Было намного легче вести себя наглее, когда считаешь, что тебя воспринимают каким-то инопланетянином, способным на чудные поступки. Приглашения Селина не дождался, поэтому переборов скованность он поднялся, делая несколько шагов к аспиду. Он подумал, что надо бы что-то сказать, но правильных слов на ум не приходило. Честно говоря, и неправильных тоже. Вновь свернувшись в клубок аспид выглядел довольно безобидно, поэтому слабый страх, что неизменно холодом пробегался по позвоночинку, стоило оказаться совсем близко к монстру, было несложно отогнать. Селин осторожно поставил колено аспиду на спину, затем подтянул вторую ногу, взбираясь на упругое змеиное тело. Мышцы аспида сократились, он весь поджался, словно готовясь катапультировать Селина куда подальше. Отчего зависело благосклонное настроение серого — непонятно. Вчера тот даже не шелохнулся. Селин не смотрел в глаза Лу, не осмелился взглянуть даже тогда, когда почувствовал, что аспид расслабился. Селин не хотел вникать в то, почему змей вновь позволяет ему такую вольность. Он боялся, что если заговорит об этом, то лишь всё испортит и в итоге будет вновь спать на земле.

***

Все последующие дни бурным потоком уносили Селина всё дальше от его прошлой жизни. От размышления над планом по спасению самого себя. Эта задача опускалась всё ниже в списке его целей. Каждый день они выходили со змеем на охоту. Хотя змей и сказал, что как только Селин сможет поймать добычу, то тут же получит возможность поговорить с Хозяином, Селин не слишком надеялся на то, что это Хозяин объявит какую-то радостную весть. «Здравствуй, Селин. Ты не первый с такой проблемой. На самом деле тут за углом есть супермаркет, а если пройти чуть дальше найдешь гостиницу, где сможешь воспользоваться всеми благами своей цивилизации. И поищи себе в магазине новую одежду, эта уже никуда не годится». Селин полагал, что шанс того, что где-то поблизости есть город крайне мал. Он конечно не прочь принять ванну, ведь сейчас готов поспорить, что от него разит за километр, но он с отчаянной ясностью понимал, что нет здесь никаких городов. Одна лишь деревня с людьми, что чуть не закололи Селина. Тогда, что же ему нужно? Что он ищет? Эти мысли были слишком тяжёлые, запутанные, он устал от них, поэтому направлял все свои мыслительные процессы на охоту. Впрочем, не только на неё. Он учился. Учился выживать. Каждое утро они уходили вместе с аспидом в лес. На следующий день после их первой охоты Селин опять проснулся, от того что аспид сбросил его с себя, словно отряхиваясь от надоедливой блохи. Разлепив глаза, Селин увидел, как змей уже уползал, собираясь и сегодня оставить его одного, однако, у Селина были другие планы. — Стой, — крикнул он, и аспид повернул голову, с интересом глядя на него одним глазом, — Давай пойдём вместе? Я буду учиться охотиться. Серый лишь кивнул, но Селину большего и не надо было. Как бы то ни было, ходить по лесу вместе с аспидом было спокойнее. Лу не уводил его слишком далеко от своего логова, они всегда были где-то рядом. Конечно, Селин понял это не с первого раза. До него постепенно стало доходить, когда он неожиданно стал замечать, как уже не в первый раз проходит одно и тоже дерево, самая нижняя ветка у которого была характерно надломлена, или что ему кажется смутно знакомым участок, густо поросший кустами с яркими оранжевыми цветами. Он начал пытаться самостоятельно учиться ориентированию. Ещё в школе им кратко рассказывали о возможности ориентироваться на местности по мху. Вот только в джунглях это абсолютно не применимо. Здесь всё просто залеплено мхом, и какие-то закономерности не работают. В этом мире существует солнце, видно луну. Селин уже решил для себя, что он не покидал свою планету, разве что судьба забросила его в какую-то параллельную реальность. И если он на Земле, значит здесь все те же самые стороны света. Осталось лишь понять, где какая сторона. И в каком полушарии он вообще находится. Ориентироваться по солнцу и другим звездам также практически нереально, так как густые кроны деревьев плотно закрывают небосвод. Это побуждало Селина всё ловче и проворнее забирался по ветвям наверх, ища просвет меж ветвей и лиан. И всё же с солнцем он никак не мог нормально разобраться. Зато он стал замечать, что часто начинает ходить кругами, поэтому решил искать значительные ориентиры. Постепенно окружающий мир перестал казаться ему однообразным. Ямы, горки, валуны, необычные деревья, всё то, что раньше сливалось в одну картинку, начало разделяться на части. Ему приходилось медленно бродить, внимательно высматривая и запоминая малейшие изменения в деталях. В один из таких разов, его нога случайно запуталась в засохшей лиане, валяющейся на земле. Он обратил на неё внимания не сразу, так как уже привык, что ноги вечно цепляются за ветки, листья, папоротники, а порой и за паутину вместе с тем, кто эту паутину плёл. Селин тогда так громко закричал, что даже аспиду явно захотелось заткнуть себе уши, которых нет. Пройдя некоторое расстояние с лианой на ноге и поняв, что сама по себе она от него не отвяжется, Селин уже было склонился, чтобы всё распутать, но тут внезапно заметил, как эта самая лиана, тянущаяся за ним по земле, делала резкий поворот за дерево, мимо которого он только что прошёл. Получается, это сам Селин только что повернул и потянул за собой лиану. Странно, ведь ему казалось, что он всё время шёл прямо. С того случая, он решил использовать лианы ради таких экспериментов, чтобы контролировать самого себя тогда, когда даже собственный разум его обманывает. Вот только голыми руками не получалось ни оторвать даже тонкую лиану, ни сделать засечку на стволе дерева. Приходилось заострять камни, точить их друг о друга. Такой процесс отнимал много времени, поэтому Селин каждый вечер приносил с собой разные камни, и долго-долго точил их. Руки сильно уставали прежде чем он мог нормально заточить хотя бы один. Порой у него получалось случайно выбивать искры, но это получалось далеко не со всеми камнями. Как правило, для искры нужны были камни потвёрже, потяжелее. Серый никак не комментировал занятия Селина, но не проходило и дня, когда бы парень не ощущал как за ним неотрывно следят с каким-то болезненным ненасытным интересом. Если раньше Селин для аспида был пустым местом, на которое обращали внимание лишь по случайности или когда Селин вынуждал серого к этому, то теперь аспид делал это по своей инициативе, и подходил к этому с слегка, Селин бы осмелился выразиться, излишним энтузиазмом. Селин думал, что змей будет учить его охотиться, но тот поначалу лишь ползал в разных направлениях, снисходительно позволяя следовать за собой, нюхая языком всё что ни попадалось под нос, осматриваясь по сторонам с таким удивлением, словно впервые тут оказался, и усиленно делая вид, что у их с Селином связывает то же, что и чиновника с моральными принципами. Одним словом, ничего. — Прямо скажем, учитель из тебя такой себе, — как-то раз обронил Селин, но змей и мордой не повёл. Вот тогда Селину и пришлось себе придумывать иные дела, чтобы не плестись бездумно за аспидом. Он останавливался, наблюдал за птицами, другими животными. Пытался ловить их. Терял аспида из виду, искал его, учился ориентироваться, рассматривал растения, камни. Тащил с собой обратно всё подобранное и сорванное в лесу. Поначалу аспид лишь замедлялся, когда видел, что Селин переставал идти за ним, позже змей стал даже разворачиваться в обратном направлении и приниматься ползать вокруг того места, где остановился Селин. Ненавязчиво, держа приличную дистанцию, но достаточную, чтобы показать, что не скрывает своего присутствия поблизости. Однако в последнее время змей перестал разыгрывать спектакль, теперь он сам как верный пёс следовал за Селином куда бы тот ни пошёл, залазил вместе с ним на деревья. И если Селин с утра не горел желанием куда-либо идти, змей послушно оставался вместе с ним, наблюдая, как Селин затачивает камни и палки, раскладывает и рассматривает свои находки, вновь предпринимает попытки распутать отросшие спутавшиеся волосы или осматривает свои ладони, почти полностью покрывшиеся мозолями. И это начинало действовать на нервы! Когда бы Селин не смотрел в сторону аспида, он неизменно ловил немигающий отстранённый взгляд чёрных глаз. Во мраке леса там даже не было заметно зрачков, одна сплошная тёмная бездна. Порой Селин с полной серьёзностью начинал ждать неминуемую атаку на себя, что ещё секунда, и змею взбредёт броситься на него, переломить своими челюстями человеческий позвоночник. Откуда ему знать, что творится в это серой голове? Удивительно, сколько бы ни проходило времени, Селин всё никак не мог избавиться от чувства благого ужаса, стоило взгляду аспида зафиксироваться на нём. Вот тебя даже нет в его поле зрения, и вот ты уже предполагаемая цель. Мишень. Удивительно, что несмотря на это, Селин каждую ночь засыпал на змеином хвосте. Когда змей в очередной раз скинул его с себя, Селин вспылил. — Эй, может хватит? Я и сам слезть могу, не обязательно отбивать мне все кости, — раздражённо произнёс парень, — Знаешь, если тебе не нравятся гости на своём хвосте, можно просто сказать мне это с вечера. Если бы Селин возмущался не спросонья, то он бы точно в здравом уме не добавил последнюю фразу. Ещё чего, добровольно давать аспиду шанс запретить Селину что-то делать. Если бы он был честен, его фразы бы звучала так: «Знаешь, если тебе что-то не нравится, то меня всё устраивает, вопрос исчерпан». Аспид задумался. — Тебя нужно сначала позвать? Разбудить? — спросил он, словно только сейчас понял, что что-то делал не так. Селин опешил и смог лишь промычать нечто неразборчивое, отдалённо звучавшее как согласие. Уже в который раз аспид обезоруживал Селина своим невинным взглядом. «Что-что, Селин? У тебя болит нога и надо идти помедленнее. Хорошо, прости, я не знал. А? Падать это неприятно? Извини, больше такого не будет». Селину пришла в голову мысль, что аспид мог откусить ему руку и у Селина даже не останется аргументов для спора, ведь «Тебе ещё нужна была твоя рука? Ой, так неудобно получилось. Не расстраивайся, у тебя же есть ещё одна рука, верно? Смотри, я вот вообще без них живу». Эта дурацкая мысль натолкнула Селина на другую, более разумную. А ведь правда, что если у змея столь высокий болевой порог, что тот просто до конца не понимает, что такое боль?

***

Однажды в череду пасмурных и дождливых дней вклинился один солнечный и жаркий. Наверное, в этот день небо взяло передышку, устав без продыху изливаться дождями, поэтому разогнало от себя тучи, освободив путь ликующим солнечным лучам. Селин проснулся от слепящего сквозь тонкие веки солнца. Накануне он уснул сидя на земле, привалившись спиной к змею. Он собирался доточить копья, а потом уже залезть на серый хвост и отправиться на боковую, но видимо уснул на том же месте, где сидел. Рядом валялись выпавшие во сне из рук камни и палки. Селин потянулся к своему самодельному мешку, в который он складывал разные плоды, которые находил в округе. Срывал и пробовал он их лишь в том случае, если видел, как это делают другие животные. Достав пару ягод, он закинул их в рот. Когда он решил встать, отлипая от змея, то ощутил, что кожа на спине взмокла, оставляя на серой чешуя влажный след. Даже обычно прохладная чешуя уже успела нагреться. — Ну и жара, — протянул Селин, приподнимая двумя руками волосы, ещё сильнее гревшие шею и в без того тёплый день. Аспид сейчас лежал не в привычной позе «калачика», он растянулся на камнях, голова его возлежала на валуне, лишь задняя часть его хвоста, облокотившись на которую, уснул Селин, осталась неподвижной. Селина поразило, с какой готовностью аспид исполнял его просьбу и больше ни разу не прерывал сон парня самостоятельно. Чего уж там, это польстило. Поэтому Селин решил, что со змеем нужно быть более открытым, больше объясняться. Это было в новинку для Селина, привыкшему добиваться своего скрытыми манипуляциями, ложью, недоговоренными фразами. Однако, со змеем намного эффективнее работала другая тактика. Серый попробовал чёрным языков воздух на вкус. — Ты прав, но жара скоро спадёт. Нюхом чувствуешь будущее изменения погоды или пока Селин спал тут где-то прогноз погоды для всех объявляли? — Ясно, — только и ответил Селин. В последнее время они не особо много разговаривали со змеем. Селин попросту не знал, о чём им говорить. В тот день Селин решил пойти иной дорогой, нежели ходил до этого. Теперь он полагался на аспида, чтобы тот задавал направление для дороги обратно, но маршрут по лесу выбирал сам. Они случайным образом пришли к этому молчаливому соглашению ровно с того момента, когда Селин перестал бесцельно бродить за змеем и начал останавливаться то тут, то там, занимаясь своими делами. Поначалу он всегда следил за аспидом краем глаза, и убеждаясь, что тот никуда без него не движется, продолжал свои занятия. Вскоре он и сам стал исследовать новые тропы. Змей был неизменно рядом и следовал за ним, хотя держался от него на расстоянии. — Так ты будешь учить меня охоте? — как-то раз спросил его парень, стоя под деревом и обмазывая себя слизью, которую соскребал со змея. Он всегда делал это перед тем, как залезть туда, где всё предположительно может кишеть насекомыми. Змей не протестовал и ладно. — Я уже сказал тебе всё, что нужно было. Вот и весь разговор. Селин лениво бродил, однако собирать что-либо или вновь безрезультатно гоняться за зверьем не было ни настроения, ни сил. В джунглях сегодня было невыносимо душно, лес, вдоволь напитавшись влагой за предыдущие дни, раскалённый солнцем, представлял негодное для всякой активности место. Аспид тенью следовал поодаль, однако Селин, наученные предыдущим опытом, всё равно время от времени проверял — рядом ли змей. Теряться не хотелось. Спустя несколько пройденных километров Селин услышал шумящий звук. Он уже слышал его когда-то. Звук был похож на… звук падающей воды, разбивающейся о водную гладь. Водопад? Селин поискал глазами змея, чтобы убедится, что тот тоже это слышит. Он посмотрел на аспида, который полз по траектории, параллельной с движением Селина, но их разделяла завеса из лиан. Селин видел лишь тело, но не морду. Да какая разница? Лу по-любому учуял этот водопад ещё задолго до того, как Селин услышал звук. Вскоре деревья расступились, и они и впрямь вышли к озеру. Всё, что было над головой отражалось на его поверхности. Казалось, что землю покрывало одеяло, сшитое из лоскутков неба с подрагивающими облаками. Со всех сторон падали острые тени переплетающихся сухих ветвей, словно в попытке скрыть это место. С другой стороны озера, разбиваясь не о воду, а о скалы и камни, несколько энергичных потоков падало вниз, были они довольно небольшими, не достаточно сильными для того, чтобы расшевелить целое озеро. Хотя вода резво отскакивала от твёрдых каменных пластов, лишь небольшое количество капель долетало до глади воды, которая была уровнем ниже самих пластов. Ближе к берегу озеро оставалось недвижимым. Селин присел и протянул руку, опуская в воду кончики пальцев. Он дотронулся до глади воды и по ней пробежали мелкие волны, разрывая картину неба. Селин почувствовал холод, словно озеро съёжилось, когда он погрузил в него свою руку. Сквозь светло-лазурную воду виднелось каменное дно, однако в отдалении поверхность озера темнела — там глубина была больше. Ступив в воду, Селин зачерпнул немного, обтирая свои ноги. Какой же он был грязный. Вода была ледяной, но в сочетании с жарой вполне терпимой. Попытки смыть с себя грязь руками вышли не особо удачными, Селин лишь намочил ту, что подсохла, и просто растирал её по телу, поэтому пришлось медленно опуститься в воду полностью. Селин тут же подскочил на ноги, не стерпев жгучего холода, иголками впившегося в кожу. Тут же он заметил резкое движение у берега — аспид, дёрнулся, подаваясь вперёд, словно намереваясь подскочить к нему. В воду тот не погружался. Водоёмов аспид, казалось, избегал также, как и чужих прикосновений. — Всё нормально? — раздался бархатистый голос в голове Селина. Аспид выжидательно смотрел. Эмоций змея было не разобрать, однако Селин удивился этой фразе. Обычно аспида не заботила такая мелочь, как чужой комфорт. Оно и понятно, с чего бы ему вдруг переживать. Этот вопрос аспида сбил с толку. — Ага, — кинул Селин и сразу же добавил, — А что? Аспид повёл головой, жест похожий на тот, когда человек отмахивается рукой, не желая продолжать тему. Селин решил окунуться в воду вновь, полагая, что рано или поздно сможет привыкнуть к её температуре и нырнуть с головой, чтобы заодно смыть грязь с засаленных волос. Селин уже хотел было сказать аспиду, что ему просто холодно и лишь поэтому он только что как ужаленный выскочил из воды, но развернувшись к змею, он увидел как, словно в замедленной съёмке, тело змея поджимается, как волнами, изгиб за изгибом, складывается змеиный хвост, как в разные стороны летит влажная земля, оттолкнувшись от которой, аспид стремительно прыгает вперёд. Прямо на Селина. Парень отказывается верить в это. Спустя столь долгое время и многочисленное количество возможностей, серый выбрал для нападения именно этот момент. Аспид ведь ему помогал. Хотя по большей части, вся помощь аспида заключалась в том, что он что-либо позволял Селину. Следовать за собой. Приближаться к себе. Дотрагиваться до себя. Однако, это даже это нельзя было назвать ничем. Зачем? Почему сейчас? Неприятное, гадкое чувство заполнило грудную клетку. Селин бы и под дулом пистолета вслух не признал бы, что чувствует себя преданным. «Чёрт, чтоб я поверил кому-то. Если уж это не послужит мне уроком, тогда, судьба, сука ты этакая, можешь меня забросить в дикие джунгли с говорящими змеями, и это будет заслуженно». Ах да. Селин отскакивает в сторону и начинает бежать, однако озеро обвивает его ноги, тормозит, сковывая движения. Позади громкий шлепок о поверхность воды. Пробежав ещё несколько метров Селин останавливается. Что случилось? Нет, дело не в звуке. Почему аспид ещё не схватил его? Почему Селина ещё не придавило ко дну змеиное тело? Парень слишком долго был рядом со змеем, чтобы понадеяться на то, что он может быть быстрее его. Резко развернувшись, да так, что чуть ли не услышав хруст в шее, Селин видит, тушу большого болотно-зелёного цвета крокодила. Вернее, он видит верхнюю часть крокодила, нижняя спрятана под толщей воды, потому что тот висит. Висит, потому что челюсти аспида намертво сомкнулись, впиваясь острыми клыками в звериную плоть. Селина одолело лёгкое чувство тошноты, когда он заметил, что одним из клыков аспид пронзил аккурат глаз крокодила, и как из раны в воду капнуло несколько капель крови. Картина этой короткой схватки выглядела странно. Морда крокодила была зажата во рту аспида таким образом, что складывалось впечатление, что крокодил сам туда запрыгнул и всё, что оставалось сделать змею — это захлопнуть челюсти. Запрыгнул. А ведь крокодил действительно прыгнул. Или скорее бросился. Ровно в то место, где несколько секунд назад стоял Селин. Аспид отпустил свою жертву не сразу. Скорее всего, клыки змея убили крокодила одной лишь своей остротой, однако аспид, то ли по привычке, то ли для надежности, впрыснул яд. Селин увидел стекающие тёмные капли с клыков, когда те медленно прятались обратно вовнутрь. Крокодила аспид есть не стал, отбросив его куда-то в кусты. Селин осел на дно и не почувствовал холода воды. — Ты давно знал, что он там? — глядя в никуда спросил Селин. — Заметил его, как только мы сюда пришли. Селин обречённо улыбнулся своим мыслям. — Ты поэтому спросил, всё ли нормально? — Да. Не про воду спрашивал его аспид. Он хотел знать, всё ли у Селина под контролем. — Я не знал, что за мной кто-то есть, — Селин свёл брови, у него всё никак не получалось перестать слабо улыбаться. Он был уверен, что выглядит сейчас как безумец. Какая злая шутка. — Я понял это, — аспид с ленивой грацией потянул голову вверх и вбок, словно разминая затёкшую шею. — Но не сразу. — Не сразу? — Лишь тогда, когда увидел, что ты не почуял скорого нападения, — было слышно по тону, что аспид поражён последним фактом. Селин закусил щёку, чтобы не дать вырваться истерическому смеху. «Ты правда думал, что я такой сильный?» — Я же говорил, что у меня не получается «чуять». Не чувствую я запахов так, как это можешь ты, — хотя Селин вслух и пытался убедить аспида в своей неспособности, внутри его переполняло приятное тепло. Кто-то в него верит. Что у него всё получится. Он отчаянно нуждался в словах поддержки, ведь его собственный оптимизм был почти на исходе. Селин начинал терять всякую цель. — Я знаю, что ты можешь. И дело не только в запахах. Аспид опустил голову и с удивлением и каким-то презрением сощурился на воду, в которой он был, словно вообще не понял, когда успел оказаться в озере. Селин захотел сменить тему. — Ладно, могу, как скажешь. Можешь только в последний раз подсказать, есть ли в этом озере ещё какие-нибудь твари? — Есть, но не столь опасные. — Смогут убить меня? — Не думаю. После этой фразы, Селин направился к глубокой части озера, к тому месту, где дно кажется чёрным. Если он сейчас не заставит себя нырнуть, не пересилив холод и мандраж от мысли о том, что его может кто-то утянуть в озёрные глубины, или, по крайней мере, что-либо ему откусить, то его собственное эго будет не слабо ущемлено. Ему сейчас дико хотелось доказать, что он хоть на что-то годится. И теперь он завис на глубине, и отталкивая от себя ногами и руками толщу воды, держится в одной точке озера. Голова над водой, Селин смотрит ввысь, на голубое небо с плывущими по нему невесомыми облаками, но он знает, что в этот момент аспид немигающе смотрит на него самого. — Перестань на меня пялиться, — пауза.— Спасибо, что спас меня сегодня, — кивок аспида.— Не хочешь тоже поплавать? — и аспид, как по мановению волшебной палочки, оживает и направляется в сторону Селина. Серый разгоняется, ползя брюхом по дну и поднимая вокруг себя волну, и когда достигает участка, где это дно резко обрывается, уходя вглубь, приподнимается, а затем ныряет мордой вниз. Весь хвост, до самого кончика, следует за этим движением, напоминая огромную чешуйчатую и живую верёвку, которую утянуло ко дну. Селин ожидает фонтана брызг и волны, рефлекторно прикрываясь от возможного всплеска воды, но слышится лишь короткое бульканье и яркий проблеск чешуи на глубине. Селин наблюдает, как под ним в основной, глубокой и широкой части озера плавает под водой серый, будто радужная форель. Только гибкая. Змей выныривает и практически бесшумно вновь ныряет в тёмные глубины. Тёмные — по большей части из-за зернисто-синего, почти чёрного цвета камня. Вода-то сама прозрачнее спирта, даже жалко использовать её для того, чтобы просто смыть грязь. Густые кусты, обрамляющие озеро, почти касаются нижними ветками ровной глади. Лу подплывает к Селину, помахивая хвостом под водой, как какая-нибудь мифическая морская тварь. Причём ассоциации очень способствует периодически поблёскивающая в пробивающихся солнечных лучах серо-лиловая чешуя. Сильно замёрзнув, Селин решает вылезти из воды и немного погреться на том участке узкого берега, которое солнце щедро одарило своим тёплым светом. Однако стоит ему туда двинуться, как аспид начинает наворачивать вокруг него круги, словно невзначай сужая радиус. Аспид подплывает очень близко, и Селин, как если бы загипнотизированный этими кружениями, вытянув ногу, слегка касается мягкой чешуи, ощущая лёгкую щекочущее чувство в районе голой ступни. Он сам не понял, зачем это сделал и уж точно он не думал, что аспид после этого его прикосновения остановится, замерев так, будто он ни чем не отличается от камня на дне, будто не он только что резво нарезал круги под водой. Морда аспида выныривает прямо перед Селином, снеся его поднятой волной — и в этот раз змей явно не намеревался оставаться бесшумным. — Зачем? — прозвучал в голове бархатистый голос. — Не знаю, — Селин и правда не знал, — Разве у вас тут не в обычном порядке вещей постоянно друг друга трогать, ползать друг по другу? Безусловно, это не являлось объяснением его действия, однако глупо было не воспользоваться поводом и задать вопрос на действительно интересующую Селина тему. Селин хотел свести разговор к тому, почему же змей так избегает общения с другими змеями. По сути, если бы тут не было Селина, который по своим соображениям прилипнул к серому, как к банный лист к… Кхм, да, если не было бы его, то компании аспиду бы никто не составил, а тот сам ни с кем особо не общался. Да и щитомордый, единственный, с кем аспид был замечен за разговорами, уже много дней (недель?) не попадался Селину на глаза. Аспид как-то странно посмотрел на Селина, почти с недовольством — парень заметил, как тот поджал рот и слегка… надулся? По своему обычаю, Лу не стал отвечать, зато Селин с замиранием сердца ощутил, как змеиный хвост тут же обвил его ноги, скрепив их вместе, лишая парня возможности отталкиваться ими от толщи воды, оставаясь на плаву. Радовало лишь то, что змей его держал, не давая уйти с головой под воду, впрочем, уже через секунду, Селин ощутил, как его тянут вниз. Слова протеста вырвались лишь тогда, когда его макушка уже скрылась под гладью озера. Когда Селин уже решил, что сейчас самое время подвести итоги своей необычной жизни, в последний раз коря себя за то, что позволил себе расслабиться в компании аспида, его отпустили, позволили вынырнуть из воды. Откашливаясь, Селин одной рукой схватился за первое, что попалось под руку — за шкуру змея. На самом деле, она была довольно-таки плотной, толстой и вместе с тем упругой и эластичной, легко растягивающей. Держаться было сложно, рука скользила, но Селин намертво вцепился, решительно не желая повторения только что случившегося. Быстро моргая, Селин помотал головой, вновь фокусируясь на морде змея перед собой. Видимо, вид у него сейчас был столь ошалелый, что ему даже не потребовалось слов, прежде чем аспид заговорил первый. — Хотел проверить, умеешь ли дышать под водой. Рьяши не умеют. И ты тоже, — вынес неутешительный вердикт аспид, которым он явно был доволен. — Твои проверки меня в могилу сведут, — раздражённо кинул Селин и, наученный опытом, добавил. — В следующий раз просто спроси. Аспид, как и ожидалось, не стал спорить и просто согласно кивнул. «Какой послушный мальчик», мелькает необычная фраза в голове. Селин всё ещё крепко держится за змеиную шкуру. Он ухмыляется только что возникшей идее, спровоцированной очередным проявлением покладистости аспида, пусть и довольно своеобразной. — Покатаешь меня?