Аллигатор, весна и кое-что еще

      Образ Деку, изломанного и бездыханного, не преследует Кацуки в кошмарах, но лучше бы это было так. Вместо этого он видит живого и невредимого Изуку там, где его быть просто не может. Не должно.       Желтый рюкзак подпрыгивает на его спине, пока Изуку идет с ним бок о бок в школу, красные ботинки беспечно покачиваются, пока Деку вальяжно сидит на столе Кацуки, не заботясь о том, как спина в черном гакуране загораживает Кацуки весь вид.       Парта Изуку всё время остается пустой, одинокая ваза с пожухлыми цветами раздражает, как бельмо на глазу. – Что ты хочешь от меня, ублюдок! – хочет кричать Бакуго. – Ты сам принял решение! С каких пор ты вообще начал меня слушать, мелкий кусок дерьма?!       Он, конечно, держит язык за зубами. Во-первых, не хочет казаться сумасшедшим больше, чем уже выглядит.       А во-вторых, потому что знает, что Деку всё равно ему не ответит. С того самого дня он вообще с ним не разговаривает – просто следует за ним с этим застенчивым и немного грустным лицом.       И больше, чем прогнать его прочь, Кацуки хочется услышать его. После многих лет жалоб на "жуткое бормотание" голос ботаника становится для него самым желанным звуком в мире.       Голос, который он больше никогда не услышит, потому что преследующее его привидение всегда молчит.