Глава 34
24 апреля 2015 г., 20:50
Проход через Гарганту оказался необычным опытом. Вход падал в кромешную пустоту, а само измерение не имело ничего общего с четко обозначенными губчатыми стенами и полом Разделителя Миров.
В Уэко Мундо Нанао направлялась не в одиночестве. Акон, рогатый техник Двенадцатого отряда, вел процессию из своих подчиненных, транспортирующих в ручных тележках коробки, клетки и инструменты самого разного формата.
Путь, по которому они шли, представлял собой белоснежную тропу, рассеивающую тьму вокруг себя. Но ее завораживающий эффект портился будничной болтовней членов научно-исследовательского отдела.
— Я уже есть хочу. Столько времени тратится на то, чтобы доставить все это оборудование капитану и вернуться обратно в Сейрейтей. Мы не доберемся до столовой раньше вечера.
— И еще этот вездесущий песок. Я потом часами отмываюсь после походов в Уэко Мундо, уже сил нет.
— Эй, постарайся, чтобы это не дошло до ушей капитана, иначе он заставит тебя пожалеть о сказанном.
По прошествии неопределенного количества времени они прибыли на место. По другую сторону Гарганты простиралась ночная пустыня.
«Пустой Мир…» — содрогнувшись, подумала Нанао. Было что-то решительно неправильное в том, что синигами начали разгуливать по владениям пустых, словно у себя дома.
— Пошевеливайтесь! Хватит стоять разинув рты. Давайте уже закончим со всем поскорее. — Акон махнул подчиненным, толкущимся у выхода из Гарганты, а затем повел всех по лестнице в извилистый тоннель, уходящий в глубины песков.
Из полученных сведений от главнокомандующего Нанао знала, что свою исследовательскую лабораторию капитан Куроцучи развернул в уже существующем строении, которое Айзен и его сподвижники использовали как личные апартаменты.
Вскоре они вышли на поверхность под искусственным небесным куполом. Это место странно контрастировало с царящей в остальном Уэко Мундо ночью, которая тьмой проникала сквозь проломы в куполе и создавала странное ощущение вневременного существования.
Двери, являющиеся входом в огромное белое здание, скрипнули и отворились. Капитан Куроцучи вышел из тени проема, за ним чинно проследовала Нему.
— Чего вы ждете? Начинайте устанавливать мое новое оборудование! — рявкнул он на подчиненных.
Нанао расправила плечи и приблизилась к нему.
— Доброе утро, капитан Куроцучи.
Он обратил на нее озадаченный взгляд.
— Аа, ты? Не из моих. Ты же вроде из Восьмого?
— Маюри-сама, это лейтенант Восьмого отряда Нанао Исе. — Нему едва заметно улыбнулась ей.
— Да? И что ты тут забыла? Я не запрашивал никаких дополнительных добровольцев для опытов. — Куроцучи продолжил следить за тем, как в его темную лабораторию вносят новое оборудование.
— Капитан Куроцучи, меня направил сюда главнокомандующий Ямамото, чтобы составить подробное описание вашей лаборатории и ведущейся в ней работе, — ответила Нанао.
А теперь он обратил на нее все свое внимание. Кожа неприятно покрылась мурашками от неопределенного ощущения.
— Описание моей лаборатории? Это неприемлемо. Я не стану прерывать исследования, чтобы тут сновали какие-то особи женского пола из других отрядов. Отказано.
— Это приказ Первого отряда. Вы не можете отказать. — Она изъяла заложенный в книгу документ с приказом и протянула его капитану Двенадцатого. Он стал читать его, между делом презрительно цокая языком.
— Какое высокомерие… Как будто у меня есть свободное время, чтобы я мог часами водить кого-то по лаборатории и разъяснять ведущуюся тут работу. Неприятно и не вовремя. Сколько времени продлится эта глупая затея?
— Сожалею о доставляемых неудобствах, капитан Куроцучи, но я обязана исполнить отданный Первым отрядом приказ. Инспекция продлится до того времени, когда главнокомандующий получит полный отчет и будем им удовлетворен. — Нанао поправила очки.
— Пф, ладно. Нему, займись этим. Приказ Первого или нет, я не стану терпеть вмешательство в текущее расписание, запомни это. Как же это раздражает! — Куроцучи отвернулся от нее, чтобы продолжить криком подгонять подчиненных, но уже с удвоенной силой.
— Нанао-сан, пожалуйста, пойдем со мной. — Нему двинулась от лаборатории к стоящему рядом полуразрушенному зданию. Они вошли в уцелевшую часть, которая каким-то чудом осталась на месте. Если бы Нанао не видела фасад, то не догадалась бы, что это строение было неполным.
— Тут находятся апартаменты для лабораторных сотрудников. Я отведу тебя в одну из неиспользуемых комнат.
— Когда я смогу приступить к осмотру лаборатории?
Нему заколебалась.
— Нанао-сан, с твоей стороны будет благоразумнее подождать до того момента, когда Маюри-сама уйдет к себе отдыхать. Он погружается в бессознательное состояние ежедневно на шесть с половиной часов. Входить в лабораторию, когда Маюри-сама занят исследованиями, может быть для тебя опасно. — Нему открыла массивную белую дверь в коридоре со множеством идентичных проемов.
— Спасибо за содействие, Нему-сан. Для меня очень важно, чтобы я смогла провести инспекцию надлежащим образом. — Она вошла в небольшую комнату, содержащую лишь широкий диван, стол и стул.
— Я понимаю, что ты должна следовать приказу, — кивнула Нему. — Я могу провести тебя по лаборатории, пока Маюри-сама будет отдыхать.
— Это было бы чудесно, но разве тебе самой не нужно будет выспаться?
— Мне требуется совсем немного отдыха. Я устроена так, чтобы не тратить драгоценное время Маюри-сама долгими периодами бессознательного состояния.
— Тогда давай поступим так, как ты предложила. Спасибо, Нему-сан.
Нему вышла из комнаты, но потом на полпути слегка обернулась к Нанао.
— Нанао-сан, мне приятно видеть тебя снова.
— Я тоже рада тебе, — улыбнулась в ответ Нанао.
Как только она осталась одна в белой комнате, улыбка тут же исчезла с лица. Нанао скинула с плеча сумку и аккуратно разложила содержимое на столе: несколько чистых ситаги, журнал для составления отчетов, специальную бумагу, имеющую высокую устойчивость к кидо, чернила с несколькими перьями, сушеное мясо, сушеные фрукты и два бамбуковых контейнера с водой. И никаких личных вещей.
Она потерла плечо: без лейтенантского шеврона рука ощущалась непривычно легкой. По прибытии сюда Нанао не стала сообщать, что в настоящий момент ее разжаловали в звании, и была уверена, что этого не упомянуто и в документе с приказом, который она передала капитану Куроцучи. Было предпочтительнее, чтобы он продолжал принимать ее за ту, с кем нужно считаться. Пусть капитан Куроцучи не особо выказывал уважение офицерским званиям, но вероятность того, что он ее случайно прибьет, чтобы не мешалась, была намного ниже, так как он не захочет ввязываться в большие проблемы из-за этого. Едва ли Куроцучи горел желанием отвечать перед капитаном Восьмого отряда за несвоевременную кончину его лейтенанта.
Нанао легла на белый диван. Чем сейчас занимается Шунсуй? Путешествуя через Гарганту и находясь под куполом Лас-Ночес, она совершенно потеряла ощущение времени. Заметил ли он, что ее больше нет в Обществе Душ? Она сняла с рукава украденную шпильку и покрутила между пальцев.
Он не пришел навестить ее в Первом. Ее это удивило. Что бы ни говорил капитан Укитаке, Шунсуй никогда не следовал правилам просто потому, что они существовали. Возможно, он был слишком зол: все же она недоговаривала, фактически лгала целых две недели. Она вздрогнула и, повернувшись набок, свернулась клубком.
Заснуть в этом странном месте казалось невозможным, но Нанао была решительно настроена попробовать. Она не спала в тюремной камере, и не представлялось возможным узнать, как долго она пробудет в Уэко Мундо. Адекватный отдых может сыграть критично важную роль в успешности ее дела.
Она сложила очки и заколку на край стола и вновь улеглась на диване. Глаза закрылись. Шпилька, зажатая в ладони, впивалась ей в кожу, но Нанао не ослабляла хватки. Пусть концы заколки причиняли колющую боль, но это было доказательством того, что последние две недели не были сном. С закрытыми глазами она почти могла почувствовать запах цветов из секретного сада, вкус сливового вина из чарки и руки Шунсуя на своей коже.
Что-то абсолютно неправильное происходило в лаборатории Уэко Мундо. Нанао пришла к этому выводу в первые же минуты инспекции. Но это едва ли было открытием: то, что научно-исследовательский отдел под началом Куроцучи проводил неэтичные эксперименты, ни для кого не было новостью.
— Для чего используются эти тела? — поинтересовалась Нанао, разглядывая вскрытых арранкаров. Внешне они очень походили на людей — желудок Нанао сжался.
— Для научных исследований.
Нему стояла рядом с Нанао: взгляд внимательный, на лице никаких эмоций.
— Какого рода научных исследований?
— Маюри-сама запретил обсуждать с тобой специфику его работы. Приношу свои извинения, Нанао-сан.
Нанао понимающе кивнула. Это тоже не особо удивило. Она не была уверена, могла ли Нему противиться прямым приказам Куроцучи, но знала, что ее подруга из Двенадцатого отряда в определенной степени обладала свободой воли, так как участвовала в деятельности Женской Ассоциации. Куроцучи едва ли это одобрял, но, по всей видимости, просто никогда прямо не запрещал.
— Я понимаю, что у тебя приказы, которых ты не можешь ослушаться. Я продолжу инспекцию без дальнейших уточняющих вопросов. Пожалуйста, не беспокойся об этом.
Нему кивнула, и Нанао показалось, что в зеленых глазах мелькнуло облегчение.
— Нанао-сан?.. — Нему неуверенно взяла ее за локоть.
— Да?
— Нанао-сан, будет лучше, если ты прекратишь расследование и вернешься в Общество Душ. Маюри-сама не терпит никакого вмешательства в свою работу, и я беспокоюсь, что он может… рассердиться на твои действия.
— Я понимаю, про что ты говоришь. Поверь мне, даже очень, — вздохнула Нанао. — Но к сожалению, у меня тоже приказ, которого я не могу ослушаться. Очень важно, чтобы я провела эту инспекцию. Спасибо за беспокойство, Нему-сан. Я ценю это.
— Боюсь, это может привести к нежелательным последствиям.
— Возможно, ты права.
Шунсуй сидел в кабинете, размышляя в девять часов утра над короткой запиской, которую чуть раньше оставила ему Ёруичи Шихоин.
«Ее нет в Мире Живых. Я тщательно просканировал все, и не обнаружил ничего хотя бы отдаленно напоминающего следы духовной силы Нанао Исе. Я перепроверил результат, обратившись к другим источникам, и снова пришел к этому же выводу.
Сожалею.
Урахара».
Шунсуй прочел за словами Урахары ненаписанный, но очевидный упрек:
«Тебе стоит лучше беречь своих лейтенантов. У тебя вошло в привычку постоянно их терять».
Он провел ладонью по лицу. Прошло три дня, а самое большее, что он был способен сделать за это время, — это понять, где Нанао точно не было. Горстка оставшихся мест, куда могла отправиться Нанао, не была тем, где бы он хотел, чтобы она была. По правде говоря, это даже не были места, куда бы он сам когда-либо пошел по собственному выбору.
Яма-джи оставался неуступчивым, продолжая хранить молчание относительно местоположения Нанао.
— Эта девочка в порядке, Шунсуй. Я получил информацию о ней только этим утром. Твое беспокойство неуместно.
Неуместно… Так могла бы сказать Нанао.
«Вы ведете себя глупо, капитан. Подобное поведение крайне неуместно».
Стук в дверь отвлек его от вежливо обвиняющей записки.
— Что такое?
Один из одиннадцатых офицеров показалась в проеме.
— Ээ, новая мебель прибыла? Приказ лейтенанта Исе? — Каждое утверждение девушки-синигами почему-то звучало вопросом. Все его настроение было серьезно омрачено потерей Нанао, а их подчиненные только усугубляли ситуацию. Нанао каждому из них дала цель.
Он махнул им, разрешая войти. Несколько синигами торопливо прошмыгнули в кабинет и начали выносить мебель, находящуюся между двумя столами. Все продолжалось: Нанао отдавала приказы из-за пределов Общества Душ. В первый раз, когда его войска сделали что-то «по приказу лейтенанта Исе» после ее исчезновения, Шунсуй был шокирован и потребовал рассказать ему, каким образом она отдала приказы. Офицеры показали ему бумаги, исписанные аккуратным почерком Нанао.
Она оставила записки и приказы практически для каждого синигами их отряда: от задания закупиться чернилами до проведения тренировочных занятий. Шунсуй поспешил обратно к своему столу, поискать, не оставила ли она чего и для него. Оставила… Инструкцию в семьдесят пять страниц, освещающую ее обязанности лейтенанта. И ни единой строчки, адресованной ему лично, ни единого слова любви или извинений.
Шунсуй задумался, действительно ли он ожидал чего-то другого.
Центр кабинета наконец был расчищен от мебели. Синигами начали затаскивать новую, огромных размеров и нейтрально бежевого цвета. Нанао всегда предпочитала выбирать все самое безопасное, разве нет? Он без особого интереса наблюдал за тем, как подчиненные устанавливали в кабинете мебель, то и дело сверяясь с записями, которые, без всякого сомнения, оставила им Нанао. Она, наверное, даже нарисовала план, что и как расположить в их кабинете, вплоть до диванных подушек.
Розовых диванных подушек.
Наконец, мебель была установлена согласно указаниям Нанао, и члены отряда покинули его кабинет. Шунсуй поднялся и с задумчивым видом подошел к новой кушетке. В кабинете было также два новых кресла и низенький столик. Он сел по центру кушетки. Она оказалась мягкой и удобной. Диванные подушки точно соответствовали нежному цвету лепестков сакуры. Шунсуй лег. Кушетка была достаточно большой, чтобы ему было удобно, а подушки — мягкими и дарящими еще больше комфорта.
Любила ли она его или нет?
Он был почти уверен, что да, но Нанао отказалась принять сразу его предложение и не доверилась ему с правдой о своих преступлениях. Но вот он лежит на диване, который, несомненно, выбирала его практичная Нанао лично: кушетка была мягкой, большой и располагала к хорошему сну. И на ней присутствовали совершенно необязательные розовые подушки.
Шунсуй поднялся с кушетки и покинул офис, едва отвечая на приветствия встречных синигами. У двери в ее апартаменты он заколебался, но все же вошел и закрыл за собой дверь. Все личные вещи Нанао были упакованы в коробки и упорядоченно составлены по центру комнаты. Он вспомнил смятение Рангику, когда та вернулась из их кабинета:
— Она убрала все свои вещи из полок и со стола. Ничего не осталось, кроме стандартных перьев и чистой бумаги.
Рангику была сбита с толку, но Шунсуй понимал, что к чему. Стоя в апартаментах Нанао, он практически мог слышать ее мысли:
«Лучше, если я соберу все сейчас. Так другим будет легче забыть о моем существовании».
— Легче, Нанао-тян?
Шунсуй снял верхнюю коробку и открыл ее. Это были вещи с ее кабинетного стола: перьевой набор, который он некогда подарил ей, милые деревянные аксессуары к столу от Рангику, запасной веер и стопка листов с поэзией, которую он ей писал.
Еще одна коробка, и еще одна… Шунсуй просматривал ее жизнь, пытаясь обнаружить доказательство того, что он не ошибся.
Он обнаружил неприглядную деревянную коробку небольших размеров, спрятанную в ящике с одеждой. Содержимое было завернуто в обычную бумагу. Он изъял из нее некий прямоугольный предмет — это оказалась рамка с фотографией, которую сделала Рангику во время летней вечеринки — фото Нанао и Шунсуя, улыбающихся друг другу. Почему она не положила эту фотографию вместе с остальными? Зачем хранить копию, если не намеревалась ее показывать?
Все остальное в коробке представляло не меньшую странность: речные камушки, ореховый плод, пара резных палочек для волос, которые он однажды подарил ей на день рождения, осторожно высушенные цветы, пустой контейнер дыневого бальзама для губ, несчетные страницы с его письмами и рисунками, а на самом дне лежал завернутый в три слоя бумаги обугленный кусок розовой ткани. Шунсуй взял его в руки и задумчиво повертел. Это когда-то было частью одного из его старых хаори — Нанао всегда звала их «старыми», хотя прекрасно знала, что все они были дешевыми женскими кимоно — которое она уничтожила во время межотрядной тренировки с Одиннадцатым многие годы назад.
Шунсуй аккуратно завернул тканевый кусок обратно в бумагу, вернул все потревоженные его любопытством предметы в коробку, за исключением фотографии с летней вечеринки. Он провел пальцами по ее улыбающемуся лицу.
— Нанао-тян…
Поднявшись на ноги, он сунул фоторамку за пазуху и вышел из ее апартаментов, чтобы найти нескольких членов отряда. У него имелось для них задание.
Нанао была не без основания уверена, что Маюри Куроцучи пытался ее убить. Но, само собой, она не могла этого доказать наверняка. За четыре дня, что она провела в Уэко Мундо, случилось три инцидента. В первый раз обрушился огромный потолочный сегмент одного из зданий, когда она стояла прямо под ударом. Молниеносное сюнпо спасло ей жизнь в тот момент, и она в сердцах поблагодарила Шунсуя за все их пятничные тренировки, которые увеличили скорость ее движений.
В следующий раз механическая рука в лаборатории дала сбой и, выйдя из-под контроля, точечно нацелилась вцепиться Нанао в горло. Она блокировала ее с помощью танто, а затем нейтрализовала, отделавшись парой синяков на шее.
А потом из якобы небьющегося стеклянного контейнера пролилась кислота, брызнув ей на рукава и хакама. Нему быстро избавила ее от поврежденной одежды, и Нанао воздала хвалу самой себе за то, что не заказывала униформу на пошив специально под свои параметры, как это делала, например, Рангику. Складчатая обширная форма и быстрая реакция Нему спасли ей жизнь. Она отвела Нанао обратно в выделенные апартаменты в одном нижнем белье и лабораторном хаори, а потом принесла пару своих сменных шихакушо с укороченными юбками. Форма была совсем не в стиле Нанао, но она все равно искренне поблагодарила за нее.
И еще еда. Нанао не обнаружила ничего сомнительного в подаваемой в Уэко Мундо еде, но когда в ее комнате начали появляться свежие фрукты, у нее стали закрадываться подозрения. Она спросила об этом Нему.
— Будет уместнее рассматривать фрукты в качестве декоративных элементов интерьера, Нанао-сан, — ответила лейтенант Двенадцатого, опустив взгляд в пол.
Нанао не переставала задаваться вопросом, как Маюри Куроцучи умудрялся оставаться капитаном, когда на деле являлся безумцем со злыми намерениями. В своем следующем рапорте она изложила выводы, к которым пришла, относительно природы его исследований, и была готова отослать его главнокомандующему. Куроцучи планировал либо создать собственную армию арранкаров, либо пустофицировать синигами. Она не была уверена, что именно из этого он задумал — в принципе, могло оказаться и то, и другое вместе — но основываясь на том, что тут увидела, и на прочитанных отчетах, составленных Двенадцатым в прошлом, Нанао умозаключила, что Маюри Куроцучи, вне всякого сомнения, действовал за пределами допустимых законом исследований.
Нанао шла через подземный коридор к месту, где сегодня должна была открыться Гарганта. Законченный рапорт был тяжелым в руке, благодаря наложенным запечатывающим заклинаниям кидо, которые причинят вред любому, кто несанкционированно попытается его прочесть.
Нанао вышла под покров вечной ночи Уэко Мундо и удивилась, увидев капитана Куроцучи и Нему, и никого больше.
— Где Гарганта? — спросила Нанао.
— Откроется не раньше чем через час. Нему, действуй. — Куроцучи указал на Нанао.
Нему мигом очутилась позади нее и схватила в крепкое кольцо рук.
— Нему-сан?
— Пожалуйста, не сопротивляйся, Нанао-сан. Ты можешь пораниться, — мягко проговорила Нему.
— Забери у нее рапорт, Нему. Сломай ей руку, если понадобится.
— Нанао-сан, пожалуйста, брось рапорт на землю.
Нанао кинула пакет с отчетом на песок. Ей не хотелось заставлять Нему причинять ей боль: девушка не казалась способной пойти против прямых приказов Куроцучи.
— Спасибо, Нанао-сан. — В голосе Нему прозвучало облегчение.
Куроцучи приблизился к ней и нагнулся за рапортом.
— Пф, столько усилий ради такой мелочи. Ты что думала, я просто дам тебе спокойно уйти отсюда с этой информацией? Мою работу нельзя прерывать. Я не ожидаю, что зазнавшийся Готей 13 оценит мой гениальный ум, но я не позволю никому вмешиваться в мои исследования. Тебе стоило умереть в одном из инцидентов, на подготовку которых я потратил время. От тебя столько проблем.
Он достал из складок капитанского хаори красный ошейник и одел ей на шею. В тот же миг Нанао почувствовала, как ее духовная сила начала исчезать, словно ее высасывали из нее. Стало так сложно дышать, и она бы упала, если бы Нему не держала ее в стальной хватке.
— Этот ошейник блокирует реяцу. Подобные одевают на заключенных, но в этот я, само собой, внес несколько улучшений. — Куроцучи сунул руку ей в рукав и достал оттуда танто. — Тебе это больше без надобности.
— Вы… вас это не спасет. Мой рапорт ждут сегодня. Ждут меня. — Нанао произносила слова с трудом и на выдохе.
Он рассмеялся.
— С тобой случился пренеприятнейший инцидент, и ты погибла. Я отошлю рапорт об этом несчастном случае, как только откроется Гарганта. Даже не надейся, что кто-то станет вести расследование по этому поводу. Вместе с рапортом я отошлю Первому отряду видеозапись твоей неожиданной смерти. Эти глупцы удовлетворятся очевидными фактами и забудут про тебя.
— Тогда они отправят кого-то еще проводить инспекцию. Вы же не думаете, что они позволят вам тут работать без присмотра?
— Это неважно. Мне нужно еще совсем немного времени, чтобы завершить самую важную часть работы. Я собираюсь изменить все, абсолютно все, и никто из синигами ничего не сможет с этим поделать. — Куроцучи направился ко входу в подземный тоннель. — Нему, подожди, пока закроется Гарганта, а потом позаботься о ней.
— Слушаюсь, Маюри-сама.
Он скрылся в тоннеле. Нему перестала держать Нанао.
— Пожалуйста, следуй за мной.
— Нему-сан, ты не обязана это делать. — Ладонь Нему сомкнулась на запястье Нанао железной оковой и дернула в сторону другого подземного входа.
— Я должна. Мне очень жаль. Пожалуйста, не сопротивляйся.
Они шли по бесконечному коридору. Нанао пыталась призвать магию кидо, но не смогла сотворить даже малейшей искры. Ее сила была полностью заблокирована ошейником. Нему открыла тяжелую дверь и завела Нанао в маленькую пустую комнату.
— Нанао-сан, пожалуйста, подожди здесь.
— Нему-сан…
Дверь за Нему закрылась, и Нанао осталась в полном одиночестве. Она попыталась открыть дверь, а потом ощупала стены, однако крошечная комната не имела других выходов или трещин. Но даже если бы последние и имелись, едва ли Нанао смогла воспользоваться этим преимуществом без своей силы. Она раздраженно дернула за ошейник.
— Проклятие...
Она умрет в Уэко Мундо, в мини-юбке и ошейнике, от руки дорогого ей друга из Женской Ассоциации, и никто об этом даже не узнает. Нелепая смерть.
Нанао села у дальней от выхода стены. План, ей нужен был план. Физическая сила Нему была невероятной, а у Нанао не было ни кидо, ни какого-либо оружия. Не существовало никакого плана, который смог бы спасти ее из этой ситуации.
— Проклятие… — снова выругалась она. Достав из рукава украденную у Шунсуя шпильку, она задумчиво покрутила ее между пальцев. Шпилька едва ли тянула на то, чтобы зваться оружием, но ничего лучше у Нанао не было.
Что бы ей сказал Шунсуй в подобной ситуации?
«Яре, Нанао-тян. Твои ножки так обворожительны в этой короткой юбке. Нужно перешить на этот лад всю твою форму!»
Нанао невесело рассмеялась, глаза увлажнились.
«Нанао-тян не должна умирать. Нанао-тян должна дождаться, пока я ее героически спасу!»
Этого не случится, не в этот раз. Он даже не имел представления, где она находится, и тем более не подозревал, что Куроцучи намеревался ее убить.
Нанао задумалась — не в первый раз, с тех пор как попала в Уэко Мундо — не было ли ее согласие на это задание ошибкой. Шунсуй определенно расстроится, или даже разозлится, что она не подождала, пока он спасет ее. Это бы ранило ее гордость — ждать спасения, смирно сидя за решеткой, вместо того чтобы согласиться на предложенную миссию. Но тогда Нанао не думала, что собственная гордость будет стоить ей жизни.
«Укитаке даже посреди сражения крайне щепетилен в вопросах личной чести и воинской гордости, но это не про меня. Потерянная честь может быть восстановлена позже, но не в том случае, если ты мертв».
— Ты оказался прав.
Ее любовь и жизнь были важнее гордости. Нанао прислонилась головой к стене. Было слишком поздно для осознания этой истины, но, кажется, она всегда открывается ей слишком поздно.
По ощущениям прошло несколько часов, прежде чем вернулась Нему.
— Пожалуйста, иди за мной, Нанао-сан. — Она терпеливо подождала, пока Нанао подымится на ноги и подойдет к ней.
Нему вела ее по коридору, казалось, целую вечность. Они были намного дальше того места, где должна была открыться Гарганта в последний раз.
— Куда мы идем?
— Маюри-сама намеревается представить все так, будто ты погибла в лаборатории в результате несчастного случая, а твое тело расщепилось. Согласно его плану я должна убить тебя, а тело потом уничтожить кислотой. — Лицо Нему не выражало абсолютно никаких эмоций, пока она говорила все это.
— Разве не удобнее сделать это в лаборатории? Куда мы идем? — Нанао чувствовала шпильку в рукаве, но не доставала ее. Прямо сейчас происходило что-то странное и непонятное.
— Маюри-сама приказал мне позаботиться о тебе, но он не уточнил, что я должна убить тебя. Он, конечно, подразумевал это, но не сказал прямо. Я не стану этого делать. — Нему закусила губу.
— Нему-сан? — Нанао ошеломленно встала на месте.
— Пожалуйста, Нанао-сан, продолжай идти. У нас не так много времени.
— Ты помогаешь мне?
— Я веду тебя к дальнему выходу из Лас-Ночес. Я дам тебе ключ от ошейника, но я бы не советовала снимать его, пока не будет на то крайней необходимости. Как только система контроля зафиксирует твою духовную силу, Маюри-сама сразу узнает об этом и будет действовать согласно этой информации.
Они остановились перед дверью, ведущей на пустынную поверхность Уэко Мундо. Нему вынула из рукава танто.
— Это обыкновенное оружие. Твой занпакто лежит вместе с моим в закрытом сундуке, доступ к которому имеет только Маюри-сама. Это простой металл, но он тоже может оказаться полезным, учитывая, что ты привыкла обращаться с подобным видом оружия.
— Спасибо, Нему-сан. Но почему ты делаешь это? Ты подставляешь себя под серьезный удар.
Нему опустила голову, а потом встретилась глазами с Нанао.
— Ты сказала, что мы друзья.
— Нему-сан, конечно, мы друзья, но это такой огромный риск для тебя. Что сделает с тобой капитан Куроцучи, когда все выяснит? — тревожно нахмурилась Нанао.
— Капитан Укитаке объяснил мне, что друзья должны помогать друг другу, если их отношения искренни. Твоя жизнь представляет ценность для меня, поэтому я обязана тебе помочь.
Нанао сглотнула.
— Нему-сан, ты… Спасибо тебе. Есть ли какой способ доставить сообщение в Общество Душ? Уверена, главнокомандующий остановит капитана Куроцучи сразу же, как узнает о его деятельности.
— Я тайно отправила твой рапорт с курьером, который должен передать сообщение о твоей смерти и фальсифицированную видеозапись.
— Тогда мы должны подождать всего несколько часов. Ты знаешь тут какое-нибудь место, чтобы спрятаться? Или, может, лучше ты просто убежишь со мной в пустыню?
Нему посмотрела на дверь, и на мгновение Нанао показалось, что лицо подруги стало печальным.
— Я не могу. Маюри-сама приказал мне вернуться в лабораторию после того, как я позабочусь о тебе. Если я не вернусь, он заподозрит неладное и сразу же активирует поисковую систему.
— Что тебя ждет, Нему-сан? — Нанао сжала в руке танто.
— Скорее всего, Маюри-сама расчленит меня в качестве наказания. И в зависимости от того, насколько он считает меня полезной, либо убьет, либо полностью перепрограммирует мой мозг, чтобы исключить подобное поведение в будущем. — Голос Нему был идеально ровным и непоколебимым, но в глазах затаился страх.
Нанао импульсивно обняла ее.
— Береги себя, Нему-сан. Нам нужно продержаться всего несколько часов, избегая внимания капитана Куроцучи. Все будет в порядке, — произнесла она, хотя в последнем совсем не была уверена.
— Спасибо, Нанао-сан. Пожалуйста, не теряй бдительности. В Уэко Мундо блуждает полно голодных и агрессивных пустых. Пусть от тебя сейчас не исходит никакой духовной силы, но если они тебя увидят, то все равно захотят убить. Ты ведь синигами, их естественный враг. — Нему вручила Нанао странной формы устройство и отворила себе дверь. — Зеленая кнопка откроет замок на ошейнике. Пожалуйста, помни обо всем, что я тебе сказала.
— Спасибо, Нему-сан, и до скорой встречи. — Нанао помахала ей и пустилась бежать, но ее уверенность была лишь для вида, чтобы приободрить Нему.
Она одиноко бежала посреди бледных песков Уэко Мундо. Вдали послышался протяжный вой пустого — и ее пробрала дрожь.
