Шахматы

Утро перед выступлением в Мегаспорте началось сумбурно. Саша бегала по дому в поисках тех розовых носков, которые нужны были вот прямо сейчас. Иначе кататься просто невозможно. -Саша, где твой чемодан с коньками и костюмами? - крикнула мама, -Пора грузиться! -В ЦСКА! - сбегая с лестницы, мимолётом ответила девушка. -Где? - мама остановилась посреди комнаты с Сашиной салфетницей в руках. -В ЦСКА, мам! -Я стесняюсь спросить, что он там делает, дочь? - недоуменно глядя на пробегающую мимо фигуристку с резинкой в зубах, уточнила мама. -Меня ждёт, - огрызнулась Саша, - Там от Мегаспорта 20 метров, зайду, заберу. Поехали, пожалуйста! Светлана решила не задавать лишних вопросов взъерошенной дочери. Лишь коротко сказала: -Ты меня удивляешь. «У меня тренировка, СВ не в духе, ее любимый магнитофон сломался. В ЦСКА трагедия. Выскочить к тебе не успею, чемодан и вещи у охранника - дяди Васи. Скажи пароль «Динамо - чемпион», только тихо, ты все-таки в ЦСКА, и он все тебе отдаст. Даже душу!» Сообщение от Марка. «И удачи. Я обязательно приду» Подмигивающий смайлик. Саша улыбнулась. -Я правильно понимаю, что сначала мы едем в ЦСКА за твоим чемоданом? - уточнила мама, поворачивая к Третьему кольцу. Саша кивнула, не отрываясь от телефона. Машина плавно остановилась у главного входа в ЦСКА. Саша выскочила, не застегнувшись. Сделала все по инструкции, за что получила от охранника свой чемодан и конфету. Посмеялась. Загрузила все в багажник, и они с мамой двинулись в Мегаспорт, который правда был в 20 метрах. Саша не придумала. Раздевалка, раскатка, многочасовой прогон, шуточки от Глейхенгауза, который был сегодня в приподнятом настроении. То и дело шутил с Аннушкой, как бы невзначай её касаясь. Дудаков пару раз попросил Сашу дотянуть ногу на выездах. Тутберидзе гладила Мишель и регулярно поправляла кому-то воротники курток. Макияж, причёска, бегающая в ногах Лана, девочки, обсуждающие все на свете, мама с вешалками от новых костюмов и никак не приходивший Марк. У него была проходка, куда только можно. Но, в целом, она была ему не нужна. Двери всех подтрибунных помещений и раздевалок и так были ему открыты. «Я чуть не сдох» Сашин телефон завибрировал. «Я начинаю молиться на то, чтобы этот магнитофон, который старше меня, работал ещё 20 лет. Иначе пиздец. Она не переживет его замену…» Саша засмеялась, но быстро осеклась обернулась по сторонам. Вроде, никто не заметил ее мимолетного порыва. Все были заняты своими делами. Камила переодевалась. Даша Усачева завязывала коньки. Щербакову только что привёл к раздевалке Даниил Маркович. Да что же там такое все-таки?

«Ты скоро?»

Коротко написала Саша.

«Лечу! Встретишь или занята?» Такой же лаконичный ответ.

«Попробую вырваться»

Саша встаёт со своей скамейки: -Мам, я сейчас вернусь. -Ты куда? - удивлённо смотрит на дочь женщина. -Ну… - мнётся, -Вернусь, говорю, сейчас, - убегая, уже в дверях проговорила Трусова. -Саша, причёска! - воскликнула мама уже в пустоту. Трусова пробралась через пресс-зону, присвистнула, увидев очередь на вход в Мегаспорт, и у выхода, наконец, заметила силуэт Марка в чёрной толстовке, который отчаянно тыкал проходкой в охранников. Пропустили. Саша засияла и двинулась к нему. Он улыбнулся в ответ. Устал, было видно. -Господи, я думал, я не доживу сегодня до конца тренировки, - ловя в объятия рыжеволосую, выдохнул Марк. Она прижалась к нему коротко, озираясь по сторонам. Ещё одного инфоповода точно не хотелось. Ни ему, ни ей. -Народу тут у вас, конечно! Очередь как в Мавзолей, - продолжал Кондратюк, мимолётно обнимая Трусову за талию. -Пресса, Марк, - коротко обозначила Саша. Тот кивнул, убирая руки и отходя на предусмотрительные полметра. -Мне нужно сделать причёску и докрасить глаз, и там мама с Ланой ждут, и вообще… - затараторила Трусова, пытаясь оправдать то, что она оставляет Марка, сама же его пригласив. Тот останавливает поток ее слов одним взглядом. -Беги докрашивать свой глаз, - улыбается, -Я пойду к мальчикам в раздевалку, там Галлямов, он мне ещё с олимпиады обещал поддержку сделать! - с наигранным возмущением продолжает. Саша заливисто смеётся. -Только не расшибись, я тебя прошу! -Не бойся, крошка, я идеальная партнерша! - игриво подмигивает Кондратюк и, оглянувшись по сторонам, очень быстро целует Трусову куда-то между носом и скулой. Ну куда уж попал. Целиться времени не было. Натягивает чёрный капюшон и двигается в сторону раздевалок. Саша ещё секунду стоит, ощущая прикосновение его губ на лице. Смущенно опускает взгляд и направляется обратно в женскую раздевалку. Начало шоу, номер открытия, полный зал, софиты. Саша выступала шестая. С Круэллой. В красивом платье, в котором без 5 четверных. Стояла с тренерами у выхода на лёд. Чёрная олимпийка Адидас на пестром костюме. Чехлы на коньках. Сосредоточенный взгляд и мысли сама не понимала о чем. То ли о произвольной и Олимпиаде. То ли о новом показательном, который ее волновал. То ли о Марке, который, она знала, на первых рядах трибуны слева. -Наша Русская Ракета! Александра Трусова! - послышалось раскатистое объявление Транькова. Саша выехала на лёд. Не до конца понимала, как она относится к этому приклеившемуся к ней прозвищу. Вроде и здорово, но неловко, когда вот так вот громко и на весь мир. Раскатывается, ещё раз пробует лёд. В голове прокручивает упрощенную программу. Никому и ничего с Круэллой уже не надо доказывать. Время прошло. Встала в начальную позу. Заиграла музыка. На заходе на лутц поймала его взгляд. Смотрел. Не отрываясь. Снимал на телефон, но не глядя в экран. Улыбнулась, но быстро собралась. Докатала программу. Поклон, овации, перечисление всех ее титулов. Подъехала к тренерам, надела чехлы, олимпийку. Надо идти переодеваться. Всё бегом. Раздевалка, мама, другая причёска. Новый костюм с имитацией джинсов и белой рубашки. Саше очень шёл голубой. Все делала быстро. Хотела шмыгнуть к нему на трибуны. Просто хотя бы постоять рядом. На ходу всовывала шпильки в пучок, выходя из раздевалки. «Так, ну и какой сектор-то там. Как разобраться теперь?» Идёт из расчета, что он был слева, когда она крутилась вправо. Значит, наверно, нужно повернуть, а потом выйти в правую дверь. Открывает. Темно и громко. Озирается по сторонам. Алина Загитова стоит у льда. И он. У лестницы в чёрном капюшоне. Она аккуратно подходит, обращая на себя внимание. Марк рывком поворачивается и удивляется. -Ты чего так быстро? - вскидывает брови. -К тебе хотела, - пожимает плечами и уводит взгляд в пол. Марк поворачивается на 360 градусов, оценивая обстановку, не дотрагивается до неё от греха подальше, и говорит: -Пойдём. Саша послушно двигается за парнем. Он заводит ее в подтрибунное темное помещение. Доносится музыка и аплодисменты. -Круэлла была потрясная! Я как мама на утреннике снял все твоё выступление! - смеётся. Саша чуть нервно улыбается. -Волнуешься? - заглядывает ей в глаза. Кивает: -Немного. -Немного? - выгибает бровь и смотрит прямо в душу. -Много, - сдаётся Трусова. Марк знал про новый показательный. Не видел, но знал. Про костюм с джинсами, про песню, про стул, за который Саша очень переживала: «И вот куда его девать-то потом?». Понимал и с восторгом наблюдал, как Трусова ломает самой же собой построенные рамки. Выходит за границы. Выпихивает себя из зоны комфорта. Начинает открываться на льду. Борьба с самой собой - самая сложная. Знал. Берет в руки ее чуть подрагивающие ладошки. Ничего не говорит, потому что ничего не надо сейчас говорить. Саша отчаянно прижимается к нему, утыкаясь носом в шею. Прерывисто дышит. -Я же все правильно делаю, да? - удостоверяется. -Ты все правильно делаешь, Саша, - шепчет в ответ и прижимает крепко к себе. Гладит по спине, а она все жмётся, как малышка. -Хорошо, что ты пришёл, - выдыхает шумно в шею. И сама не знает про шоу или про жизнь. Марк тает и все гладит-гладит. Отстраняется. Берет себя в руки. -Как твоя поддержка с Галлямовым? Шею вроде не свернул, я смотрю! - зажигаются огоньки юмора в глазах. -Ой, родная моя, твой парный с Михайловым рядом не стоял с нашим контентом! - смеётся, но тут же добавляет, -На самом деле, единственное, что меня расстраивает в пропуске Плющенко - то, что я в живую не увижу твою премьеру. Саша пожимает плечами: -А ещё у меня на финальный выход костюм новый чёрный. Комбез. «С проститутским топом и голым пузом!» - цитирует Косторную Саша. Марк сглатывает. -Ну и что, мне отменять Путина и брать билеты в Питер? - жадно смотрит. Видно даже в темноте. Чуть касается кубиков пресса на Сашином животе через расстегнутую рубашку. Саша покрывается мурашками, но отчаянно это скрывает. -Ну ты уж сам смотри, расставляй приоритеты - подмигивает. И как в ней одной помещается столько противоречий? Смущенный взгляд в щелчок пальца меняется на испепеляющий. -Трусова, ты провокатор, - шумно выдыхает Марк, притягивая девушку за талию к себе, -Хочу тебя поцеловать, - хрипло от волнения шепчет ей в шею. Саша вздрагивает. В голове эхом его слова. -Поцелуй, если хочешь, - сама удивившись своей смелости в моменте, отвечает Саша. Марк медленно отстраняет ее от себя, смотрит и тянется к губам. Оба дышат рвано. У Трусовой глаза по 5 копеек. Но взгляд затуманенный. Цепляется за его толстовку. -Закрой глаза уже, - заправляя прядь за ухо, продолжает хрипло. Саша прикрывает веки и подаётся вперёд, унимая дрожь в коленках. -Я же тебе сказала! - громкий голос выбивает обоих из момента, -Не В сектор, а Б! Саша как ошпаренная отскакивает от Марка, испугано бегая взглядом по открытой двери. -Ой Саша! Вам же выступать через номер, давайте скорее к выходу на лёд! - заметив Трусову, проговорила девушка с бейджиком «организатор». Саша молча кивает и выскакивает из коморки. Марк остаётся наедине с темнотой и запахом Сашиных волос и помады.