Смерть, как призыв к чему-то большему

***

Юмористический стиль, если вы хотите серьёзной истории, её здесь нет. Охота на горе Байфэн — это мероприятие, которое проводится раз в два года. Обычно его организуют по очереди пять великих кланов заклинателей и в этом году очередь дошла до семьи Вэнь из Цишань. Организатор может выбрать, будет ли он участвовать в соревнованиях. Все, кому исполнилось шестнадцать лет, независимо от пола, могут принять участие. Каждая семья выставляет до десяти учеников, которые должны поймать или укротить демонических существ в установленное время, чтобы получить очки. Каждый уровень демонического существа приносит разное количество очков. В конце подсчитываются очки каждой семьи, и выбираются три лучшие семьи. Также есть личный рейтинг, где выбираются пять лучших участников, которые получат дополнительные награды. Каждый участник из семьи въезжает на поле верхом на коне, а по бокам стоят зрители, которые пришли поддержать их, или ученики, которые не участвуют в соревнованиях. Те, кто не участвует, могут бросать цветы своим любимым участникам в знак поддержки. Говорят, что если участник принимает цветок, это означает, что между ними есть связь. Обычно зрителями были в основном женщины, которые бросали цветы не только для поддержки, но и чтобы выразить свои чувства, надеясь завоевать внимание участников. В прошлой жизни Цзян Чэн, как глава семьи, не появлялся в колонне, а позволил Вэй Усяню возглавить её. Тогда у него в руках был букет цветов, и после въезда на поле он специально похвастался этим перед Цзян Чэном. В этой жизни его родители всё ещё живы, а Цзян Яньли недавно официально стала наследницей главы семьи. Она стала первой женщиной-наследницей в мире заклинателей, и, поскольку семья Цзинь согласилась отдать своего единственного сына в семью Цзян, Цзян Чэн смог участвовать в соревнованиях как участник. Когда Цзян Чэн и Вэй Усянь получили письмо от Цзян Фэнмяня в Ланьлине, они обсудили новый план. Вэй Усянь убедил Сюэ Яна стать гостем семьи Цзян, пообещав взять его с собой на охоту на горе Байфэн. Цзян Чэн нервно ходил по шатру семьи Цзян, его беспокойство было очевидным. Ученики семьи Цзян, которые тоже участвовали в соревнованиях, молчали, боясь вызвать его гнев. Изначально предполагалось, что Вэй Усянь, как старший ученик Юньмэна, возглавит колонну, но он исчез, и никто не знал, где он. Время выхода на поле приближалось, и Цзян Чэн, раздражённо цокнув языком, приказал ученикам построиться и возглавил колонну сам. Цзян Чэн держал флаг в одной руке и поводья в другой, въезжая на поле. Флаг семьи Цзян развевался на ветру, а зрители по бокам начали кричать. Раньше он никогда не интересовался такими мероприятиями, только Вэй Усянь любил флиртовать с девушками. Внезапно Цзян Чэн услышал знакомый голос из толпы. Он повернул голову и увидел самого заметного человека в толпе — Вэй Усяня, одетого в форму семьи Цзян, с венком на голове, который, как маленькая девочка, махал руками и кричал имя Цзян Чэна. Когда их взгляды встретились, Вэй Усянь вскрикнул, поднёс руки к подбородку и бросил цветок в сторону Цзян Чэна, притворно смущаясь: — Чэнчэн~ Смотри на меня! Человек, которого он искал полдня, оказался среди зрителей, как маленькая девочка, и бросал в него цветы. Неужели Вэй Усянь больше не хочет своих ног? Цзян Чэн отвернулся, избегая цветка, и тихо, так, чтобы только они двое могли слышать, отругал его: — Вэй Усянь, что ты опять задумал? Вэй Усянь прыгнул из толпы и точно приземлился позади Цзян Чэна. Он достал цветок из-за пазухи и вставил его Цзян Чэну за ухо: — Конечно, я хотел сделать тебе сюрприз. Боялся, что тебе никто не бросит цветов, поэтому с утра занял хорошее место. — Это сюрприз или просто создание проблем? Ты весь в ароматах, не прижимайся ко мне. — Нравится ли тебе цветок от старшего брата? — Вэй Усянь улыбнулся, рассеял аромат пудры с помощью духовной силы. Цзян Чэн, когда ревнует, такой милый. Тот «Вэй Ин» из его сна был действительно слеп. — Хм, кому нужны эти вещи? — Цзян Чэн фыркнул и откинулся на Вэй Усяня, найдя удобное положение. Неосознанно Цзян Чэна заставило Вэй Усяня улыбнуться. Это был знак того, что Цзян Чэн начал открывать своё сердце для него. — Правда не хочешь? Вэй Усянь сделал вид, что хочет снять цветок с уха Цзян Чэна, но тот остановил его: — Это моя вещь, кто разрешил тебе трогать её? Он всегда был упрямым, даже когда был счастлив, делал вид, что ему всё равно. Это тоже было мило в Цзян Чэне. К тому же, такие капризы он проявлял только перед ним, и Вэй Усяню это нравилось. — Я дал тебе цветок, а ты не хочешь ответить мне чем-то? — Вэй Усянь приблизился к Цзян Чэну и прошептал ему на ухо. Цзян Чэн улыбнулся, крепко схватил поводья и резко дёрнул, едва не сбросив Вэй Усяня с лошади: — Хорошо, если ты займёшь первое место на этой охоте, я дам тебе цветок. Чтобы Цзян Чэн снова не попытался сбросить его с лошади, Вэй Усянь обнял его за талию, положил руки поверх его рук и взял поводья. Затем он повернулся к женщинам по бокам и с улыбкой сказал: — Девушки, простите, этот человек мой, его цветок я заберу себе. Он сжал бёдра, заставив лошадь ускориться и выехать на поле. По пути он слышал, как Цзян Чэн ворчал, что он ещё не согласился стать спутником Вэй Ин. Вэй Усянь обнял Цзян Чэна и помахал рукой в сторону места семьи Цзян. Цзян Яньли, сидевшая там, улыбнулась и слегка подняла руки в ответ. Рядом с ней Цзинь Цзысюань с недовольным лицом смотрел на своих будущих братьев, которые вели себя так неприлично на лошади. Год в его доме был недостаточен, теперь они собираются отравлять учеников всех семей. Лучше смотреть на свою жену, это приятнее. После того как Вэй Усянь и Цзян Чэн объехали круг и поприветствовали пятерых глав семей, они вернулись в шатёр с учениками, завершив церемонию. Они не ожидали, что в шатре семьи Цзян, который должен был быть пустым, их будет ждать человек. В шатре стоял молодой человек в белых одеждах, спиной к Вэй Усяню и Цзян Чэну, но его силуэт и лента клана Лань на лбу сразу позволили им узнать, кто это. Это был представитель семьи Лань из Гусу — Лань Чжань. Его появление здесь было неожиданным. В памяти Цзян Чэна Лань Чжань тогда ещё не проявлял сильного интереса к Вэй Усяню и уж тем более не приходил один в лагерь семьи Цзян. Недавно семья Вэнь пришла в Облачные Глубины, чтобы поговорить с главой семьи Лань, но обнаружила, что в Гусу не осталось ни одного человека. Вэнь Сюй, возглавлявший группу, разозлился, что их план провалился, и поджёг библиотеку семьи Лань и зал для учёбы в Облачных Глубинах. Благодаря совету Цзян Чэна, Лань Сичэнь и старейшины семьи Лань обсудили план и, взяв с собой часть книг, сбежали ночью. Они скрылись в неизвестном направлении, и Лань Чжань, как старейшина, отвечающий за наказания, тоже исчез. Несколько лет назад Цинхэн-цзюнь уже передал пост главы семьи Лань Сичэню, а сам ушёл в затворничество. Перед нападением семьи Вэнь Лань Сичэнь специально вызвал отца из затворничества и попросил его, Лань Цижэня и Лань Чжаня спрятать слабых учеников семьи Лань в тайном месте семьи Лань. Это было место, куда могли попасть только те, кто носил ленту семьи Лань. Обычно это место использовалось для затворничества главы семьи или старейшин, но в случае опасности оно могло служить убежищем. Вход был защищён специальными барьерами и иллюзиями, и только прямые ученики семьи Лань могли активировать его. Вскоре после того, как библиотека семьи Лань была сожжена, Цинхэн-цзюнь появился в Облачных Глубинах с семьёй Лань и начал убирать последствия пожара. Лань Сичэнь вернулся через три месяца, и братья помогли отцу восстановить библиотеку, которая превратилась в пепел. Облачные Глубины тоже были сильно разрушены, поэтому на этой охоте на горе Байфэн участвовал только Лань Чжань. Вэй Усянь заслонил Цзян Чэна и спросил незваного гостя: — Лань Чжань, зачем ты пришёл в наш шатёр? Обычно ученики разных семей не посещают шатры друг друга перед началом соревнований, чтобы избежать недоразумений или обвинений в шпионаже. — Я пришёл поблагодарить Цзян Чэна, — объяснил Лань Чжань. В семье Лань участвовал только он один, и после недавнего пожара у них не было лишних средств для установки шатра. Лань Чжань пришёл на эту охоту только с одной целью — снова увидеть Цзян Чэна. Цзян Чэн выглянул из-за спины Вэй Усяня. Он сделал всё это только из чувства благодарности и не хотел улучшать отношения с Лань Чжанем. — Не нужно говорить больше, — сказал он и снова спрятался за Вэй Усянем, боясь встретиться взглядом с прямым взглядом Лань Чжаня. — Цзян Чэн, держи, — Лань Чжань протянул нарцисс, но Вэй Усянь перехватил его, прежде чем он дошёл до Цзян Чэна. — Мой младший брат не девушка, не нужно дарить ему цветы, чтобы порадовать его. Он уже принял мой цветок, господин Лань, пожалуйста, уходите, — Вэй Усянь вернул цветок Лань Чжаню. Кто не знает, что значит дарить цветы на охоте на горе Байфэн? Неизвестно, кто только что вёл себя как девушка, смешиваясь с толпой девушек, учился у них и бросил ему этот цветок, а теперь требует ответного подарка. То, что делал Вэй Усянь, было допустимо, но если бы это сделал Лань Чжань или кто-то другой, это было бы неприемлемо. Цзян Чэн не стал говорить свои мысли вслух, не стал разоблачать праведные слова Вэй Усяня, не снял цветок, который тот насильно вставил ему в волосы, и молча позволил Вэй Усяню делать то, что он хотел. Он приказал младшим братьям пойти проверить снаряжение, оставив шатёр для них троих. Теперь Цзян Чэн не знал, как Лань Чжаня. Как бы он ни говорил, Лань Чжань не понимал, что значит сдаться. Лучше позволить Вэй Усяню говорить за него. — Это я дал Цзян Чэну, почему ты отвечаешь за него? — Лань Чжань сжал цветок, который не смог передать, и разозлился. — Цзян Чэн — мой младший брат. Если он не хочет с тобой разговаривать, я, как старший брат, отвечу за него, — Вэй Усянь сказал с уверенностью. Лань Чжань не смог переубедить Вэй Ин и не нашёл лучшего способа. Он просто заставил Вэй Усяня замолчать, вынудив Цзян Чэна выйти вперёд. — Лань Чжань, почему ты снова и снова заставляешь молчать людей из семьи Цзян? Что ты задумал? — Цзян Чэн скрестил руки на груди и уставился на Лань Чжаня, защищая Вэй Ин. Даже после перерождения привычка Лань Чжаня заставлять его семью молчать не изменилась. В прошлой жизни он сначала заставил замолчать Цзинь Лина перед ним, сказав, что тот не знает правил. Теперь он заставил замолчать его будущего спутника, как будто его не существует. — Я заставил Вэй Ин замолчать как последнее средство. Когда я закончу, я сниму заклинание. — Нам не о чем говорить. Сними заклинание с Вэй Ин, не заставляй меня ненавидеть тебя ещё больше. — Правда не о чем говорить? — Лань Чжань поднял руку и снял заклинание с Вэй Усяня. В глазах Цзян Чэна он увидел стену, которая не позволяла ему приблизиться. — Мой младший брат сказал, что не о чем говорить, значит, не о чем. Пожалуйста, господин Лань, уходите. В этот момент в разговор вмешался голос, не принадлежащий ни одному из них: — Я думал, что это что-то серьёзное, а оказалось, что вы просто боретесь за внимание второго старшего брата Цзян. — Сюэ Ян?! Разве я не сказал тебе идти с учениками проверять снаряжение? — Цзян Чэн удивился, увидев четвёртого человека в шатре. Он даже не заметил, как тот вошёл. Он стал слишком расслабленным. Сюэ Ян, держа свой меч и одетый в форму семьи Цзян, спрыгнул с балки. Он с самого начала не уходил, а прятался наверху и наблюдал за происходящим. Он даже не думал, что между этими троими всё так необычно. Это было слишком интересно. — Позвольте мне помочь вам решить эту проблему. Если вы будете продолжать в том же духе, наша семья Цзян вообще не выйдет на поле. — Сюэ Ян, не усложняй. Уходи, — Цзян Чэн хотел выгнать Сюэ Яна. Он видел выражение его лица, такое же, как у Вэй Усяня, когда у того были коварные планы. Нельзя было позволить ему остаться, иначе ситуация станет ещё более сложной. — Если вы трое будете продолжать говорить, результата не будет, — Сюэ Ян был скользким, как угорь. Как только Цзян Чэн коснулся его спины, он повернулся и уклонился, оказавшись между Вэй Ин и Лань Чжанем. — В этом мире быстрее всего решают вопросы силой. Тот, кто займёт первое место на охоте, сможет признаться в своих чувствах Цзян Чэну. Как вам? Цзян Чэн не успел закрыть рот Сюэ Яну и мог только наблюдать, как он стравливает двух людей, которые уже были на грани. — Хорошо! — Хорошо. Вэй Ин и Лань Чжань glared друг на друга. Лань Чжань положил нарцисс на стол, развернулся и ушёл из шатра семьи Цзян. Сюэ Ян улыбнулся и сказал Цзян Чэну: — Разве это не решение? — Решение? Ты только всё усложнил, — Цзян Чэн схватился за голову. Он не знал, было ли привлечение Сюэ Яна в семью Цзян благословением или проклятием.