when we're fire / когда мы в огне

- Джихе, - выдыхает Чонен. - я кое-что нашла. Они вдвоем просидели в библиотеке несколько часов. Это большая комната в деревенском стиле с арочными потолками. Полки за полками с книгами превращают это место в настоящий дом, именно поэтому Наен и Сане запретили прикасаться ко всему, что находится вне досягаемости их рук. Чеен тоже не в своей тарелке, но, по крайней мере, она доказала, что способна карабкаться по лестницам, не ломая костей. Сана научилась этому на собственном горьком опыте, когда поднялась на самый верх лестницы и застряла. Излишне говорить, что она упала, и, что ж, именно на Наен она и упала. (Наен скорее считала себя героем, так как поднялась вслед за саной, чтобы спасти ее. Жаль только, что она потеряла равновесие на высоте примерно шести футов.) Джихе, в спешке, чуть не падает со своей лестницы при словах Чонен, карабкаясь обратно вниз, чтобы встретить ее на уровне земли. В этот момент она приняла бы любое возможное решение, потому что была в таком ужасном отчаянии. Вся эта ситуация казалась ей кошмаром, тем более что когда-нибудь настанет и ее черед. Она гордилась тем, что была упрямым человеком, который редко выходил из себя, но если даже Мина поддалась этому, то у нее не было ни единого шанса. - Вот о чем я подумала, - начинает Чонен. - в том, что мы смотрим на это неправильно. Мы пытались придумать способ предотвратить это, но что, если обстоятельства не сработают? Мы думаем, что это неизбежно, верно? Но мы не рассматривали возможность изменения обстоятельств. - Изменение обстоятельств? - медленно повторяет Джихе. Она теряется, пока Чонен не открывает один из больших томов, которые сняла с верхней полки. - О, - говорит Джихе, широко раскрыв глаза и изучая страницу. - Это небезопасно, шансы совсем невелики. - Это рискованно, я знаю, но если они не возражают, стоит попробовать. Джихе прикусывает нижнюю губу, страх клокочет у нее в животе, когда она перечитывает слова, выделенные курсивом на пожелтевшей странице. rota fortunae. __________________________________________ - Мы куда-нибудь идем сегодня?-весело спрашивает Момо, прислоняясь к дверному косяку ванной и оценивающе разглядывая Наен во всей ее только что вышедшей из душа красе с мокрыми волосами. -Нет, я сегодня занята. Лицо Момо вытягивается, но почти сразу же снова проясняется, когда Наен сообщает ей, что Дахен решила взять на себя обязанность нянчиться с ней. - Ты должна помочь ей с уборкой урожая, - смеется Наен, стряхивая капли воды на Момо, выходящую из ванной. - не болтайся вокруг, как мертвый груз. Момо дуется. Физический труд был не в ее вкусе, но в любом случае выбора у нее не было. Они встречают Дахен в месте, которое больше самой горы Олимп. - Ого. Момо разинула рот, глядя на открывшийся перед ней пейзаж — пышное зеленое пространство, простирающееся далеко и широко. Насколько она может судить, все дело в природе. Не в ее вкусе, но это освежающая перемена по сравнению с преступным миром. Наен протягивает руку, чтобы сорвать персик с дерева, и протягивает его момо. - Это ты, - хихикает Наен, и Момо бы упала в обморок, если бы не Дахен, выбившая персик у нее из рук. - Это недозрело,- ворчит она. Наен игнорирует Дахен, не сводя глаз с Момо, которая бормочет то же самое, что и всегда. - позаботься о ней. А потом она исчезает. -ну, - говорит Дахен, потягиваясь. - похоже, сегодня ты помогаешь мне с персиками. Они обмениваются улыбками, солнечный свет освещает их лица, и Момо не хочет быть дрянной, но она думает, что в данный момент все может быть идеально. (у Момо как-то незаметно вылетело из головы, что скоро ей придется без устали работать под неослабевающей жарой.) Момо учится довольно быстро, и на самом деле она довольно хорошо собирает персики. (Ее единственной мотивацией под палящим солнцем был тот факт, что Наен сравнила ее с фруктом, но, тем не менее, это была мотивация, и она брала то, что могла получить. Она обнаружила, что сбор урожая - тяжелая работа, которая лишает людей морального духа.) Она ходит взад и вперед по рядам деревьев с Дахен рядом, напевая себе под нос, в то время как корзина в ее руках постепенно становится все тяжелее и тяжелее от фруктов. - Итак, - начинает разговор Дахен, - как далеко вы продвинулись с Наен? Момо вздрагивает от вопроса, ее жужжание переходит в удивленную трель, когда она чуть не давится собственной слюной. -что? - не бери в голову. Дахен улыбается Момо, заговорщически подмигивая ей, прежде чем богиня отправляется на поиски новых персиков. Момо густо краснеет и отворачивается. Некоторое время она занимается своими делами, полностью сосредоточившись на текущей задаче, пока не вползает незнакомый холодок. У нее такое чувство, что за ней наблюдают, такое чувство опасности, что она чужая. Она оглядывается и понимает, что она одна, что Дахен уже ушла куда-то. Момо вздрагивает и изо всех сил старается не обращать на это внимания. Честно говоря, она неплохо справлялась с работой, пока не встретилась взглядом со старухой. К тому же теперь их было трое, появившихся из воздуха. Момо ничего не имела против старух, но они показались ей такими знакомыми, особенно глаза, что она попятилась. - Куда ты собралась, милая? - хрипит средняя. Момо спотыкается, спотыкается о собственные ноги и с глухим стуком приземляется на траву. Старухи смеются при виде этого зрелища, и звук смеха будоражит память Момо. Она уже слышала этот смех раньше, но не могла вспомнить, где именно, потому что единственное, о чем она думала в данный момент, - это заполучить Дахен. -Дахен!- кричит она, пока богиня не появляется перед ней. -Что случилось? - спрашивает Дахен. - Как ты упала? - хихикая, продолжает она, протягивая Момо руку. Момо благодарно пожимает ей руку, но смотрит на Дахен так, словно она сумасшедшая. Неужели она не заметила странных женщинах? - Кто они? - спрашивает Момо, указывая дрожащим пальцем прямо на среднюю, которая говорила раньше. Дахен бросает взгляд в ту сторону, куда указывает Момо, потом снова на Момо и снова на то, что кажется пустым местом. Теперь ее очередь смотреть на Момо как на сумасшедшую. - Кто? Старуха наблюдает за этим обменом радостными глазами, в то время как двое других не проявляют такого интереса. Они заняты тем, что разматывают толстую красную нить (неужели они действительно сейчас начнут шить? по мнению Момо, это было не самое подходящее время), одна из них туго натянула веревку, в то время как другая держала ножницы, которые блестели в лучах заходящего солнца. - Три старухи? Ты их не видишь? Дахен оглядывается, как будто все еще ничего не видит, но, кажется, понимает, что это небезопасно. Она крепко обнимает Момо за плечи и отводит ее от того места, куда она указала. - Не оглядывайся, - шипит Дахен, ведя Момо. Момо все равно смотрит, потому что она всегда была упрямой. Момо украдкой бросает взгляд и замечает, как ножницы сжимаются вокруг нити, прежде чем Дахен болезненно сжимает ее плечо. Она послушно поворачивает голову назад, чтобы посмотреть вперед, потому что уверена, что если она этого не сделает, то Дахен может просто выдернуть все ее плечо из сустава. __________________________________________ - нет. Наен отодвигается от стола и демонстративно встает, протестуя против такого предложения. - Это единственное, о чем мы можем думать! - огрызается Чонен. Они все были усталыми и раздражительными, стресс давал о себе знать, и не помогало то, что Наен была невероятно несговорчива. Наен пронзает ее стальным взглядом. - Это все, что у тебя есть? Разве ты не богиня мудрости? Наен издевательски смеется, коротко и горько, и этого достаточно для Чонен, которая стучит кулаком по столу, вставая. Она выходит из библиотеки, взяв за правило захлопнуть дверь на выходе. Мина тоже тихо встает и выходит вслед за Чонен. Библиотека погружена в напряженную тишину, если не считать звуков, издаваемых ее оставшимися обитателями, неловко ерзающими на своих местах. Наен медленно опускается на стул, устало вздыхая и проводя руками по лицу. -извините. Сана, всегда посредник в такие моменты, протягивает руку и сжимает плечо Наен, жест, который богиня ценит. - Все в порядке, Наенни, мы все стараемся изо всех сил. Это касается и тебя тоже. Вдалеке они слышат, как часы бьют шесть часов. пришло время позвать Момо. Наен снова встает, на ее лице застыла улыбка, когда она извиняется. Улыбка не достигает ее глаз, и они не морщатся так, как любит Момо, но, как сказала Сана, она старалась изо всех сил. __________________________________________ Момо оказывается плотно сжатой в объятиях Наен, богиня отстраняется, чтобы изучить ее лицо, прежде чем она удовлетворится настолько, чтобы ослабить хватку. Дахен, которая была напряжена с тех пор, как они вернулись с жатвы, заметно расслабилась в присутствии найен. Она просит Наен сказать ей пару слов, и Момо догадывается, о чем идет речь. Наен неохотно отпускает Момо, устремляя на нее суровый взгляд, словно приказывая не двигаться. Вскоре после этого она исчезает в комнате с Дахен. Момо всегда была упрямой. Несколько минут она ковыряется в ковре под ногами, а потом решает, что простояла неподвижно достаточно долго, чтобы очистить свою совесть. Если Наен разозлится, то, по крайней мере, девушка сможет сказать, что пыталась. Момо бродит по коридорам и заглядывает в такое место, где никогда раньше не бывала. Она делает вывод, что это библиотека, хотя любой мог бы сказать это по ее виду. Похоже, она вошла в самое неподходящее время, потому что, когда она толкает тяжелые деревянные двери (lignum vitae, как однажды хвасталась Чеен), глаза четырех богинь поднимаются, чтобы встретиться с ее глазами. Сана тут же опускает глаза, занимаясь книгой. (Момо не обманешь, когда она прищуривается, то видит, что книга перевернута вверх ногами) однако остальные трое продолжают смотреть на новоприбывшую с виноватыми лицами, как будто только что говорили о ней. Момо краснеет от такого внимания и поворачивается, чтобы уйти. Она уже положила руку на дверь, когда через всю комнату раздался голос Джихе: - Момо, не могла бы ты подойти на секунду? Сердце Момо падает, когда она тащится к Джихе, атмосфера в комнате была не совсем приятной, и она не хотела участвовать в этом. как по команде, Чеен, Цзыюй и Сана встают, чтобы уйти. Джихе ждет, начиная говорить только после того, как богини закрывают за собой дверь. - Тебе нужны ответы? - спрашивает Джихе, обводя взглядом лицо Момо, чтобы прочесть выражение ее лица. Момо облизывает пересохшие губы, чуть приоткрывая их. Она нервничает настолько, что слова подводят ее, поэтому она довольствуется медленным кивком. Джихе откидывается на спинку стула. - Все сны, которые тебе снились, - это знак. - Знак чего? Джихе открывает рот, чтобы ответить, но не успевает, потому что за спиной Момо материализуется Наен и выдергивает испуганную девушку из кресла. - Достаточно. Лицо Наен суровое и непроницаемое, в голосе сильное неодобрение. Джихе поднимает руки в знак капитуляции и со вздохом покидает библиотеку. Похоже, Момо придется пока держать в неведении, как бы сильно Джихе ни была не согласна с Наен по этому поводу. __________________________________________ Момо не может уснуть. Она лежит в постели уже час, но ее мысли слишком беспокойны, чтобы она могла заснуть. Она лениво смотрит в потолок, вспоминая день, проведенный с Дахен. - Богини могущественны? -Думаю, да, - рассмеялась Дахен. - Мы не просто так богини. Момо улыбается. - Я не это имела в виду, я хотела спросить, есть ли что-нибудь, над чем ты не властна. Дахен перестает смеяться. - Мы не можем изменить судьбу. Момо вздыхает, переворачивается вправо, потом влево, потом снова на спину. Она закрывает глаза и считает до десяти, мама говорила ей, что считать до десяти — лучший способ заснуть. Конечно, ей было четыре года, и мама просто пыталась научить ее считать, но это все равно прижилось. один. Она снова там, солнечный свет бьет ей в лицо, когда она щурится на группу деревьев. Костлявая рука поднимает ножницы, чтобы разрезать единственную красную нить. Голос Джихе эхом отдается в ее голове, говоря ей, что это знак. два. Момо, вздрогнув, просыпается и яростно вытирает пот со лба. три. Она снова закрывает глаза. Это был всего лишь плод ее воображения. Так сказала Дахен. четыре. Спит ли Наен? Она перестает считать, чтобы сосредоточиться на богине, дышащей рядом с ней. Вдох и выдох. Вдох и выдох. пять. Вдох. шесть. Выдох. семь. Вдох. восемь. Звук дыхания прекращается. девять. Момо напрягает слух, прислушиваясь. десять. Холодные тонкие пальцы обвиваются вокруг ее шеи, и глаза распахиваются. Наен перекатилась на Момо, ее красивое лицо исказилось в рычании, когда она надавила ей на горло. Момо вцепляется когтями в руки Наен и пытается оторвать их от шеи. Она дико мечется и пинает старшую девочку, изо всех сил пытаясь сбросить с нее Наен. Момо чувствует, что ее движения становятся слабее, ее отчаявшиеся руки скользят от пота и только и делают, что соскальзывают с рук Наен. Наен крепко держит ее, весь вес ее тела сосредоточен на горле Момо. Момо чувствует, как нарастает давление в голове, когда она изо всех сил пытается дышать, ее горло ужасно чувствует, как будто его вот - вот расплющат. Наен не выказывает никаких признаков смягчения, довольное выражение теперь застыло на ее лице, когда она загибает пальцы внутрь, ногти впиваются в кожу шеи момо так сильно, что она разрывается. Костяшки пальцев Наен белеют от силы, которую она прилагает, но она сжимает еще сильнее, проверяя пределы своей силы. Момо не может дышать. Больше ничего не может сделать, кроме как издать череду вздохов и испуганных всхлипов. Она уверена, что ее голова скоро взорвется. Черные пятна появляются перед ней, усеивая ее зрение, пока она борется, чтобы освободиться. Момо задыхается, слегка отплевывается и, в последний раз слабо толкнув руки Наен, теряет сознание. Последнее, что она замечает, прежде чем все становится черным, - это давление, покидающее ее шею, сопровождаемое шепотом "прости" на ухо. После этого становится совершенно тихо. Момо приходит в себя с громким вздохом, вдыхая полные легкие воздуха, который обжигает на своем пути. Момо в ужасе, но она то приходит в себя, то теряет сознание и не может найти в себе сил пошевелиться или держать глаза открытыми дольше полуминуты. Все ее усилия сводились к серии подергиваний и рывков, ничем она не могла себя защитить. В конце концов ей это удается, кажется, через час, ее веки трепещут, открываясь. она совершенно одна в темноте. Боковым зрением она не видит никаких следов предыдущего нападения, кроме смятых простыней. Она хочет позвать Наен, но когда она заставляет свою челюсть открыться, слова не приходят. Сдавленный стон-вот все, что она слышит, и только это вызывает жгучую боль в горле. Момо дотрагивается рукой до шеи, морщась от нежной кожи, которую находит там. Она легонько тычет в свою плоть, ее шея болит и распухла, и завтра на ней точно будут синяки. Она чувствует, как ногти Наен впились ей в шею, обводя выступающие бугорки, которые болезненно болят от ее прикосновений. Ее пальцы становятся липкими от крови. Краем глаза она видит, как от стены отделяется темная тень и приближается к ней. Слишком темно, чтобы сказать, кто это, но Момо имеет полное право быть осторожной в этот момент. -ты не умерла,- произносит голос. Момо хочет закричать, но у нее нет сил, поэтому она плачет, хотя ей чертовски больно. Она плачет изо всех сил, потому что знает, что скоро умрет.