Тени забытого городка

Ли Джиын остановила машину возле мрачного пятиэтажного здания старой постройки, затем сверилась с адресом на экране своего телефона. – Похоже, это здесь, – сообщила она Минхо. – Уверена, что готова к этой встрече? – на всякий случай поинтересовался парень. Джиын молча кивнула и выбралась из машины. Минхо последовал за ней. На самом деле Джиын ни в чем не была уверена, даже в том, нужна ли ей правда. Но она точно знала, что если сейчас все не выяснит, то потом будет жалеть об этом до конца жизни. Несмотря на просьбу отца, она с головой погрузилась в расследование. Времени оставалось все меньше, вскоре ей нужно было лететь в Тунис на съемки нового фильма, поэтому Джиын хотела как можно скорее покончить с этим делом и восстановить свое душевное спокойствие. – Я всегда буду любить вас обоих, тебя и Хенджуна, несмотря ни на что, – неоднократно уверял ее Ли Дон Ук. – Эта дикая история… она для меня ничего не значит. Я не собираюсь ничего менять и тебе не советую. Я вырастил тебя. Ты – моя дочь. И я уничтожу любого, кто скажет, что это не так. Но Джиын все-таки ослушалась Дон Ука – наверное, первый раз в жизни. Девушка подошла к подъезду. Домофон не работал, и она потянула на себя ободранную дверь и беспрепятственно вошла. С бешено колотящимся сердцем она поднималась по стертым каменным ступенькам, а Минхо молча шагал за ней. Ему не нужно было ничего говорить, она и так ощущала его поддержку. Самое главное в их расследовании начиналось здесь и сейчас. Стены подъезда были исписаны ругательствами, лампочки не горели, стояла жуткая вонь. Ну и люди здесь живут… Джиын боялась даже прикасаться к перилам, так мерзко они выглядели. Минхо тоже старался держаться подальше от грязных стен. В таких местах ему бывать еще не приходилось. А вот и нужная дверь. Джиын глубоко, словно перед прыжком в воду, вдохнула и нажала кнопку звонка. Ответом ей была гробовая тишина. Девушка позвонила еще раз и прислушалась. Ничего. Даже самого звонка не слышно. – Черт! – в сердцах выдохнула Ли. – Неужели мы зря приехали? – Взламывать дверь чужой квартиры я не стану, – на всякий случай предупредил Минхо. – Я и не собиралась просить тебя об этом. За кого ты меня принимаешь? – Ну мало ли. Я вот не ожидал, что ты попросишь меня вломиться в кладбищенское бюро. Джиын неуверенно отошла от двери и остановилась. Неужели они так и уедут, ничего не узнав? И в этот момент тихо щелкнул замок. Открылась дверь, но не та, в которую они рвались, а соседняя. На лестничную клетку выползла невысокая старушка с пакетом мусора в руке. Закутанная в толстую шаль, в грубых ботинках, она напоминала тетушку-мышь из детской сказки. Бросив на Джиын и Минхо любопытный взгляд, старушка двинулась к лестнице и вдруг замерла. Потом снова внимательно посмотрела на девушку. – Господи! – охнула она и от ужаса выронила пакет. Тот покатился по обшарпанным ступенькам, теряя мусор. Старушка всплеснула руками и перекрестилась. – Что с вами? – бросилась к ней Джиын. – Наён?! Им Наён?! – испуганно крикнула старушка. – Ой, чур меня, чур! Быть такого не может! Она опрометью кинулась к своей двери, Джиын недолго думая бросилась за ней. Минхо вдруг окатило волной теплого воздуха. Сначала он решил, что подуло из квартиры старухи, но тут же понял, что это вовсе не ветер. Его с ног до головы словно облаком окутало чувство умиротворения, стало так хорошо и спокойно. А потом он понял, что тепло исходит от Джиын, стоявшей к нему спиной. Старуха тоже застыла у двери. Черты ее лица разгладились, она уже не выглядела такой перепуганной. Тут Минхо сообразил, что Джиын пустила в ход свои способности. Она умела нравиться людям, когда ей это было необходимо. И у нее отлично получалось. Минхо вдруг захотелось, чтобы она обняла его, чтобы они вместе отправились куда угодно, хоть на край света… они бы говорили обо всем, он рассказал бы ей все свои секреты… Какая полезная, но опасная для окружающих способность! Хорошо, что сестра редко ею пользуется. – Меня зовут Джиын, мы не причиним вам вреда, – заверила старушку Ли. – Я ищу хозяев этой квартиры. Кажется, у них жила моя сестра… Мы близнецы. – Ох, – с улыбкой вздохнула пожилая женщина, – как же я перепугалась… Думала: все, смерть пришла… Откуда же ты взялась, милая? Волна тепла стала менее интенсивной и вскоре вовсе сошла на нет. После того как старушка успокоилась, отпала необходимость чаровать ее. Минхо облегченно вздохнул. – Простите, мы не хотели вас напугать, – сказала Джиын. – Понимаю, история просто невероятная… Недавно я узнала, что у меня есть… вернее, была… сестра-близнец. Я видела ее могилу на старом кладбище… Вот и решила выяснить о ней что-нибудь. Вы хорошо знаете своих соседей? – Знаю, конечно, – кивнула старушка. – Но они здесь больше не живут. Съехали вскоре после того, как Наён погибла. В Каннын перебрались, у них там свой дом имеется. – Уехали! – Джиын опустила голову. – Не повезло. А я так хотела с ними поговорить… – Так со мной поговори. – Старушка распахнула дверь своей квартиры. – Входите, я обо всем вам расскажу. Джиын и Минхо прошли в узкий темный коридор с потертым линолеумом на полу. Старушка провела их в тесную кухню, заставленную старенькой мебелью. Про мусор, рассыпавшийся по лестнице, она и не вспомнила. Джиын присела на край деревянного стула, жалобно скрипнувшего под ее весом. Минхо примостился на колченогой табуретке у окна. Старушка быстро вскипятила воду и налила им чаю в большие керамические кружки. Затем на столе появилась тарелка с печеньем. Минхо есть не хотел, но побоялся обидеть хозяйку и осторожно взял одно печенье. Старушка оказалась очень симпатичной, да к тому же весьма разговорчивой. Пять минут спустя они уже болтали, словно знали друг друга много лет. – Смотрю на тебя, и прямо мурашки по коже, – призналась хозяйка квартиры, глотая чай. – Как похожи! Ну прямо как две капли воды. А ты? Тоже им родственник? – повернулась она к Минхо. – В некотором роде, – туманно ответил тот. – Как умерла моя сестра? – прямо спросила Джиын. – Под машину попала. Ее в переулке сбил какой-то гад и даже не остановился, – сочувственно сообщила старушка. – Дело темное… Свидетели видели черную машину без номеров, вроде похожа на внедорожник. Стекла такие темные, что водителя никто и не рассмотрел. Ох, и горевали родители, хоть дочь и не родная, приемная… А вскоре продали квартиру да и уехали из города. – Когда они ее удочерили? – Да уж больше пятнадцати лет прошло, я точно и не вспомню, – задумчиво произнесла старушка. – Уж очень они ребеночка хотели, но своих Бог не дал. Вот и взяли в приюте девочку. Только больно Наён хулиганистая росла, дерзкая, за словом в карман не лезла. И родителей ни во что не ставила. Знала же, что приемные. – Она не любила их? – удивился Минхо. – Да что ты! – отмахнулась старушка. – Любви с ее стороны никакой не было, даже благодарности не испытывала. Полиция то и дело ловила Наён во всяких дурных компаниях. Она даже на учете в детской комнате состояла. Школу кое-как окончила, поступать никуда не хотела. Сидела на шее у отца с матерью до восемнадцати лет. А потом ушла гулять как-то раз… И на третий день только из полиции и сообщили, что черная машина ее сбила. Неприятная история… Тогда еще слушок ходил, что не несчастный случай это был… – А что же тогда? – спросила Джиын. – Тщательно спланированное убийство. Вроде как машина ее в переулке специально дожидалась. – Ого! – удивленно раскрыл глаза Минхо. – А следствие это подтвердило? – Да кто ж знает? Говорю, убийцу так и не на шли. Да и машину ту никто больше не видел. – Да уж, – похолодев, протянула Джиын. – Но почему она не любила приемных родителей? – Может, потому, что не родные. А вообще чужая душа – потемки. Но ругались соседи очень часто. Стены у нас тонкие, я много чего слышала. Не специально подслушивала, вы не подумайте. Просто они так кричали иной раз… – И что кричали? – поинтересовался Минхо. – Ну я так поняла, что в приюте-то они с братом вдвоем были, а они только одну Наён удочерили. Они еще говорили, что двух детей им не потянуть. Ладно бы близнецы были, тут им поневоле бы пришлось… Но они друг на друга не похожи, вот они только одну и выбрали. А Наён им не простила, что с братом разлучили. Потому и не любила, видать! Джиын поперхнулась чаем и закашлялась. – Постойте-ка! – выдавила она. – У меня тоже есть брат… И мы с ним не похожи. Черт побери… А вы не знаете, из какого приюта они ее взяли? – Знаю, конечно. В Пусане приют этот. Оттуда они Наён привезли. – Пусан, – задумчиво повторила Джиын. Курортный городок располагался в шести часах езды от Сеула. Минхо много о нем слышал, хотя никогда не бывал в тех краях. – Возможно, стоит наведаться в этот приют, чтобы узнать подробности, – обернулась к нему Джиын. – И если Им Наён была моим близнецом, вполне вероятно, что где-то, в другой приемной семье, живет брат-двойник Хенджуна. Двойник Хёнджуна? О таком даже подумать было страшно. Минхо отставил пустую кружку в сторону и поежился. Поблагодарив гостеприимную старушку за чай и информацию, Ли вышли во двор. Джиын не сразу нашла свою машину – она никак не могла успокоиться и сосредоточиться, без остановки перебирала в уме все, что рассказала соседка. Мысли беспорядочно метались… Слишком много было вопросов и ни одного ответа. Минхо ее прекрасно понимал. Их перепутали в роддоме? Но как такое возможно? – Я родилась в Тхэбэке, в местном роддоме, который все еще работает, – сообщила Джиын. – Небольшая больница, где могло произойти всякое… – Может, поговорить с кем-то из персонала? – предложил Минхо. – Из тех медсестер, что работают в больнице много лет или работали там раньше. – Но сначала я должна съездить в Пусан, – задумчиво пробормотала девушка. – Кто знает, что ждет меня в сиротском приюте?