Тени забытого городка

Пак Дживон, мать Джихе, не хотела никому сообщать о своем возвращении в Тхэбэк. Хвастаться особо было нечем. Дживон так мечтала об отпуске, предвкушала незабываемую поездку на море, но все сложилось совсем иначе, чем она себе навоображала. Воздушные замки рухнули в один момент. А потому, едва вернувшись в город, Пак отправилась в «Одноглазый валет». Настроение было прескверное, и разговаривать ни с кем не хотелось, тем более отвечать на расспросы! Дживон даже не стала сообщать о приезде ни дочери, ни своей матери. Хотя Джихе звонила совсем недавно, предупреждала, что с ней хочет поговорить Ли Джиын. Дживон, конечно, догадывалась, о чем пойдет разговор, уж дурой она никогда не была. Но сейчас был совсем не тот настрой! А виной всему очередной кавалер, бросивший ее в самый разгар их совместного отдыха. Дживон так надеялась, что ей наконец повезло встретить достойного мужчину, что у нее будет новый муж, а у дочери – отчим. Но все надежды пошли прахом. Ее избранник оказался тем еще мерзавцем. И Дживон решила хоть немного утешиться в «Одноглазом валете», благо ее там хорошо знали, и Чхве Субин иногда угощал ее в долг. Сейчас Пак хотелось одного – забыться. Уж это у нее всегда отлично получалось, в отличие от всего другого. Иногда на Дживон словно находило какое-то просветление, и она, оглядываясь на свою жизнь, понимала, что так и не сумела ничего добиться. Ни нормальной работы, ни мужа, никаких сбережений в банке. А ведь ей случалось держать в руках огромные денежные суммы! Куда все это делось? Она так и не смогла достойно распорядиться деньгами. Они ушли так же быстро, как и пришли, а она снова осталась ни с чем. Одна радость – Джихе. Девчонка выросла на радость матери и бабушки смышленой и симпатичной. Джихе хорошо училась, у нее всегда были друзья – немыслимая роскошь, ведь у самой Дживон их никогда не было. И именно в Джихе проснулись впечатляющие способности далеких предков! Дживон очень любила дочь, пусть редко говорила ей об этом. Хоть что-то у нее получилось как надо. А значит, жизнь не так уж и плоха… Сидя на высоком стуле у барной стойки, Пак краем уха слушала новости по телевизору, закрепленному на стене. Говорили о какой-то странной аварии в лесу, в которой погибла женщина. О нападении на больницу. Чего только не творилось в этом городе! У ног Дживон стояла небольшая дорожная сумка, в которой уместились все вещи, что она брала с собой в поездку. Изредка женщина поглядывала вокруг, замечая за столиками учеников академии и местных школьников, кое-кого из горожан, отлично ее знавших. Дживон ловила на себе их неодобрительные взгляды и довольно ухмылялась, заказывая один бокал за другим. Плевать ей на их мнение! Пусть думают, что хотят. У них – своя жизнь, а у нее – своя! Погода – дрянь, на улице снова моросил дождь и стояла жуткая грязь. В городском воздухе висел густой туман. Да, это было совсем не похоже на залитые солнцем пляжи, где она нежилась еще вчера. И это ее родной город, будь он трижды проклят! Дживон бросила мутный взгляд на миниатюрные золотые часики у себя на запястье. Почти десять вечера. Пожалуй, пора все-таки двигать в сторону дома. Сколько можно оттягивать неизбежное. Мать конечно же снова начнет ругаться, она уже мысленно к этому готовилась. «Я не девочка! – обычно вопила Дживон в ответ на обвинения матери. – Оставь свои нотации при себе!» «Пока ты живешь в моем доме, я буду читать тебе нотации! – не оставалась в долгу мать. – Изволь соблюдать правила этого дома, пока не найдешь собственное жилье». Правила этого дома! Дживон глумливо хмыкнула. Можно подумать, они жили в респектабельном особняке, как у семейства Ли. Обычный двухэтажный домик – старый, из потемневшего дерева, да еще на краю города. Мать же считала его чуть ли не дворцом! А Ли… Вспомнив о них, Дживон похолодела. О, она отлично знала эту семейку… Вот от кого стоило держаться подальше, особенно учитывая события прошлых лет. И с чего бы вдруг Джиын решила учинить ей допрос?! Нет уж. Она не станет общаться с этой богатенькой высокомерной девчонкой. Мало ли что та из нее вытянет? Дживон потянулась к бокалу и озадаченно уставилась на него. Уже пустой? Но она готова поклясться, что он только что был полон до краев! – Пожалуй, тебе на сегодня хватит, – сказал ей Субин. Одноглазый бармен протер тряпицей стойку бара перед Дживон, затем закинул полотенце на плечо. Чхве был выше Пак почти на две головы. Чтобы взглянуть ему в лицо, Дживон пришлось задрать голову. – Еще немного, и я пойду, – заплетающимся языком пробормотала она. – Главное, чтобы ты ушла отсюда своими ногами, – добродушно заметил Субин. – Или мне снова придется вызывать тебе такси? – А как насчет того, чтобы проводить даму до дому? – хохотнула Дживон. – Не хочешь сегодня побыть моим телохранителем? – Погода не располагает к прогулкам, – покосился на темное окно Субин. Дживон рассеянно проследила за его взглядом. Главная площадь Тхэбэка едва просматривалась в бледном свете желтых фонарей, тонущих в густом тумане. Субин потянулся за пустым бокалом, но Пак проворно выхватила его из-под толстых пальцев бармена. – Этот я допью. – Она криво подмигнула Чхве, затем опрокинула в рот последние капли. – А вот теперь мне, пожалуй, и в самом деле достаточно. Запишешь на мой счет? – Как всегда, – миролюбиво улыбнулся Субин. – Иди уже. Мать, наверное, заждалась? – Пойду. – Дживон слезла со стула и покачнулась. – Может, все-таки такси? – предложил бармен. – Нет, – покачала головой Пак. – Мне не помешает немного проветриться. Ты ведь знаешь мою мать. Субин рассмеялся. Он действительно отлично знал Пак Чонхва и много раз слышал, как та отчитывает свою непутевую взрослую дочь. Мать Дживон отличалась суровым характером, такой лучше было не перечить. Пак забросила на плечо сумку и нетвердой походкой зашагала к выходу под неодобрительными взглядами посетителей. – Спокойно ночи, уроды! – крикнула она уже в дверях так, что все вздрогнули. – Сейчас я уйду, и можете мыть мне кости! И, издав короткий смешок, Дживон практически вывалилась под моросящий дождь. Пусть знают, что она плевать на них хотела! Пак подняла повыше воротник куртки, втянула голову в плечи и побрела через площадь, а потом по улице. Как же она ненавидела дождь! И этот городок – тоже. Она уже неоднократно уезжала отсюда, намереваясь начать новую жизнь в каком-нибудь другом городе. Но всякий раз возвращалась несолоно хлебавши. Будто над ней нависло какое-то проклятие. Или карма у нее такая? Дживон натворила в своей жизни немало всего… Плохого и странного… Может, судьба заставляет ее расплачиваться за содеянное? Дживон всегда хорошо платили за выполненные поручения, но эти деньги не принесли ей счастья. Кто знает, как все обернулось бы, если бы она нашла в себе силы отказаться исполнять чужую волю? К сожалению, деньги для Дживон всегда имели первостепенное значение. У нее не хватало воли отказаться от денег. Но к чему вспоминать былое? Столько лет прошло. Самое время оставить прошлое в прошлом и смотреть в светлое будущее. Сейчас она придет домой, рухнет на диван в гостиной и хорошенько отоспится. А завтра подумает, что еще предпринять, чтобы вырваться из этого болота. Чему мать действительно ее научила, так это тому, что никогда нельзя отчаиваться. Прекратишь барахтаться – сразу утонешь. А тонуть Дживон не собиралась. Будет когда-нибудь и на ее улице праздник. Асфальт блестел, словно черное зеркало. Свет фонарей отражался в нем тусклыми расплывчатыми пятнами. Дождь, кажется, становился слабее. Очень даже кстати, ведь до дома еще несколько кварталов, а она и так уже вымокла до нитки. Дживон поежилась и ускорила шаг. Ей вдруг померещилось, что за ней кто-то следит. Пак огляделась по сторонам и повернула за угол. Вот, опять! Ей послышались чьи-то легкие шаги, плеск воды в луже, будто кто-то только что перебежал дорогу у нее за спиной. – Эй! – раздраженно крикнула Дживон. – Кто там прячется?! Никого. Но в темноте определенно кто-то таился и не спускал с нее глаз. Только этого не хватало! Неужели какой-нибудь пьяница, крадущийся в потемках домой? Дживон знала почти всех жителей города, бояться ей было некого. Да и ограбления она не опасалась. Что с нее взять? Сумку с пляжными вещами? Пустой кошелек? Разве что дорогой телефон, но за него она выдерет грабителю все волосы. Слишком много для нее значил этот позолоченный аппарат, подарок одного из прежних поклонников. Внимание Пак снова привлекло какое-то движение в полумраке, метрах в семи от нее. Неясная тень отразилась в пятне света на дороге и тут же исчезла в темноте. – Черт бы тебя подрал, – разозлилась Дживон. – Кто там скрывается Подойдешь ближе, я тебе всю морду расцарапаю, понял?! Никто не ответил, и это ее окончательно разозлило. Дживон поправила на плече ремень сумки и решительно зашагала навстречу своему преследователю. Каблуки ее туфель громко стучали в тишине. – Где ты?! – крикнула Пак, покачиваясь. – Ну?! Выходи на свет! Она опять оглянулась, но перед ней так никто и не появился. Дживон увидела прямо перед собой лишь темный ствол дерева, растущего у края тротуара, пару ржавых мусорных баков и тощего мокрого кота, ищущего что-то в мусорке. Заметив ее взгляд, испуганный кот с громким шипением метнулся прочь и исчез в темноте. – Гад, – с облегчением выдохнула Дживон. – Напугал… Она сделала шаг назад и вдруг услышала за спиной чье-то прерывистое дыхание. Дживон резко обернулась, и тут на ее голову обрушился сильнейший удар. Пак во весь рост рухнула на мусорные баки, опрокинув их, пляжная сумка сорвалась с ее плеча и упала в глубокую грязную лужу. Тяжелая сучковатая палка поднялась в воздух для следующего удара. В этот момент в доме напротив распахнулась дверь. – Эй! – возмущенно заорал кто-то. – Что здесь происходит?! Я сейчас полицию вызову! Пак Дживон протянула руку к свету и издала слабый стон, ее лицо заливала кровь. В глазах женщины потемнело. Теряя сознание, она еще успела разглядеть темную тень, проворно метнувшуюся за ближайшее дерево. Тень того, кто только что пытался ее убить.