Господин Вэй

      Когда учитель объявил лекцию оконченной, Вэй Усянь облегченно вздохнул и растянулся по столу, всем своим видом изображая великомученика. Одноклассники, привыкшие к такому поведению, либо сдавленно хихикнули, либо вовсе не обратили внимания. На сегодняшний день больше не было запланировано уроков. Ученикам предоставили свободное время, которое они, по мнению старейшин Лань, должны были потратить на самостоятельное обучение. Разумеется, никто так делать не собирался.       Сбоку от Вэй Усяня послышался раздраженный голос.       — Выпрямись! У тебя что, кости из тела исчезли?       Улыбка невольно поползла по лицу Вэй Усяня. Прижимаясь щекой к гладкому дереву, он нарочито капризно пробурчал:       — А если исчезли, что тогда? Имей уважение, шиди не должен приказывать шисюну.       Цзян Чэн — а это именно он решил растормошить Вэй Усяня — закатил глаза.       — Хватит позориться!       Несмотря на грубость слов, ссоры между учениками Юнмэн Цзян не происходило. Остальные ученики также усвоили это и не стремились разнимать спорщиков. Некоторые даже задержались, чтобы немного понаблюдать и послушать какие выражения в этот раз подберут «герои Юнмэна».       — Вэй-сюн, Цзян-сюн, полно вам, разве вы не должны забыть о ссорах хотя бы на сегодняшний день, — Не Хуайсан встал справа от Цзян Чэна и игриво ткнул его в плечо сложенным веером.       Заинтересовавшись, Вэй Усянь выпрямился и с блеском в глазах спросил:       — Что-то должно произойти?       Предвкушение так и читалось в голосе юноши. После заварушки с темным омутом приглашенным ученикам больше не предоставлялось возможностей повеселиться. Уроки навевали тоску, ровно как и три тысячи правил секты, обязательные к соблюдению. Если что-то интересное не произойдет в Облачных Глубинах само собой, Вэй Усянь был готов сам начать устраивать веселье. Вряд ли бы это понравилось старейшинам Лань. Или в целом кому-то из Гусу.       — Вы разве не слышали? — Не Хуайсан прикрыл нижнюю часть лица веером, изображая невинность.       Ни Вэй Усяня, ни Цзян Чэна одурачить не получилось.       — Не-сюн! — хором воскликнули они.       — Ладно, ладно, — быстро сдался Не Хуайсан. — Вы должно быть и так в курсе, но сегодня прибывает делегация из Юнмэн Цзян.       Чувствуя, как неприятный холодок пробежал по спине, Вэй Усянь окончательно отбросил ленивую праздность и серьезно уточнил:       — Кто во главе?       Нахмурив брови, Не Хуйсан резким щелчком захлопнул веер и посмотрел на Цзян Чэна. Наследник Цзян выглядел не лучше своего шисюна, он тоже не слышал ни о каком визите.       — Вам не сказали? Во главе группы заместитель главы ордена Юнмэн Цзян, его названный брат, господин Вэй Чанцзэ.       В то время как Цзян Чэн облегченно выдохнул, радуясь, что опасность прошла мимо, Вэй Усянь вскочил на ноги и топнул ногой от досады.       — Так и знал, что отец о чем-то умолчал в прошлом письме!       — Насколько этот ничтожный знает, — скромно начал Не Хуайсан, но под скептическими взглядами друзей быстро забыл о привычных ужимках, — запрос в Юнмэн Цзян отправили старейшины Лань, потому что глава сейчас в Цишане на конференции. Скорее всего делегация выдвинулась в кратчайшие сроки.       — В любом случае, мне конец! Если старик Цижэнь нажалуется отцу! — Вэй Усянь картинно приложил руку к сердцу. — Ах, Цзян Чэн, Не-сюн, позаботьтесь о моем прахе!       — Обязательно, Вэй-сюн! — со смешком пообещал Не Хуайсан.       Цзян Чэн же на выходку шисюна только закатил глаза. Скрестив руки на груди он попытался вразумить бесстыдника:       — Тц, не говори ерунду. Бофу… [бофу - старший брат отца - дядя]       Фразу прервали на половине. Взволнованный ученик из мелкого клана, находившегося на границе Цинхэ, быстро приблизился к троице и взволнованно оповестил:       — Прибыла делегация из Юнмэна!       На секунду друзья замерли. А затем сорвались с места, спеша к воротам. Пусть Вэй Усянь и шутил, но будет прискорбно, если Лань Цижэнь действительно доберется до Вэй Чанцзэ первым.       К несчастью, в тот день улыбка богов не была обращена к ученикам Цзян и Не. На пути друзей словно из-под земли вырос Второй Нефрит Лань, Лань Ванцзи. С пустым лицом он шел в противоположную сторону от главного входа в Облачные Глубины, когда заметил трех нарушителей.       — В Облачных Глубинах нельзя бегать.       Вэй Усянь тут же остановился, Цзян Чэн и Не Хуайсан чуть не врезались в его спину. Кляня весь Гусу Лань и умение неудачно выбирать дорогу, троица попыталась оправдаться.       — Второй господин Лань, просим прощения, дело в том, что…       Цзян Чэн снова не успел договорить. Вэй Усянь влез прямо перед ним и с обворожительной улыбкой заявил:       — Лань Чжань, прости нас. Я так торопился к отцу, что совсем забыл о правилах. Мы с ним не виделись несколько месяцев, прошу, дай пройти.       Разумеется, Лань Ванцзи не поддался на увещевания. Сохраняя холодное выражение лица, он равнодушно сказал:       — За нарушение правил следует наказание.       Понимая, что бежать от судьбы не удастся, трое друзей досадливо вздохнули. Никому из них не хотелось переписывать правила или, тем более, стоять на коленях. Может быть, Вэй Усянь и не был против провести некоторое время в библиотеке под присмотром Второго Нефрита, но в тот момент думал совсем о другом.       Глядя на их мрачные лица, а особенно на враз померкшую улыбку Вэй Ина, Лань Ванцзи хотел привести логичный довод, сказав, что господин Вэй будет в Гусу как минимум пару дней и точно успеет увидеться с сыном. Но слова так и не вылетели наружу, оставшись лишь желанием второго господина Лань.       На дорожку вышли двое мужчин: один носил бело-голубые одеяния учителя Облачных Глубин, украшенные плывущими облаками, а другой черно-фиолетовые одежды с вкраплениями красного, похожие на облачения главы Юнмэн Цзян. Первого человека все четверо легко узнали. Лань Цижэнь выглядел абсолютно также, как и раньше этим днем на утренней лекции. Только теперь выражение лица учителя Лань не так пугало. Достопочтенный дядя Нефритов казалось пребывал в благодушном настроении и испытывал истинное удовольствие. Словом, несмотря на непривычно хорошее настроение, никто не сомневался в его личности.       А вот со вторым человеком возникли проблемы. Лань Ванцзи раньше никогда не доводилось бывать в Юнмэне, поэтому и шанса встретиться с названным братом главы у него не было. Но если судить по одежде, это был именно он. Хотя на взгляд Лань Ванцзи это была просто взрослая версия Вэй Ина!       И правда, человек, составлявший компанию Лань Цижэню, был точной копией Вэй Усяня. Вернее, все, конечно, обстояло иначе: это Вэй Усянь был копией отца, а не наоборот. За исключением глаз, сын во всем походил на Вэй Чанцзэ: тот же овал лица, тот же прямой нос, те же словно написанные художником брови, те же чернильные волосы. Даже цвета одежды совпадали. Пусть в костюме Вэй Усяня было больше черно-красных цветов, чем у отца, фасон и составные части не отличались.       Лань Ванцзи застыл в удивлении. Если бы он точно не знал правду и если бы у Вэй Чанцзэ не было глубоких черных глаза, по какой-то причине не перешедших сыну, можно было бы подумать, что произошло чудо и Вэй Усянь за пару мгновений вырос на пару лет.       Самым поразительным для Лань Ванцзи стало выражение лица господина Вэй. В мире совершенствования заместитель главы Цзян слыл талантливым и сильным заклинателем. Его личные качества не подлежали сомнению, а верность и упорство служили примером подрастающему поколению. Только характер Вэй Чанцзэ не пленял сердца людей. Холодный, молчаливый мужчина отличался строгостью и исключительной вежливостью. Говорили, что, в отличие от жены, он никогда не улыбается.       Как же неправы были сплетники!       Вэй Чанцзэ шел по Облачным Глубинам рядом с Лань Цижэнем с мягким выражением лица. Говорили, что в момент радости Вэй Усянь безумно похож на мать, но и здесь народ оплошал. Лань Ванцзи уже видел такую улыбку, теплую и искреннею, способную согреть самой морозной зимой и освятить все вокруг самой темной ночью. Такую улыбку Вэй Усянь дарил друзьям и несколько раз самому Лань Ванцзи. Теперь же Вэй Чанцзе точно так же улыбается Лань Цижэню!       — Баба! — с громким криком Вэй Усянь бросился навстречу родителю. [баба - папочка]       Обернувшись в сторону возгласа, Вэй Чанцзэ раскрыл объятья навстречу сыну. Крепко прижавшись к отцу, Вэй Усянь пробормотал обиженным голосом:       — Почему не сказал, что приедешь?       Если изначально Вэй Усянь боялся возможной ругани, то увидев отца после долгой разлуки, забыл обо всем. Все негативные мысли исчезли, сметенные ликованием.       С любовью погладив юношу по голове, Вэй Чанцзэ отстранил его от себя и сказал:       — Прости, А-Ин, сообщение пришло неожиданно, и я решил устроить сюрприз.       — Кхм.       Отец и сын оторвались друг от друга и наконец обратили внимание на окружающих. Продолжая тепло улыбаться, Вэй Чанцзэ махнул рукой Цзян Чэну.       — А-Чэн, ты не рад видеть бобо? [бобо - старший брат отца (близкое) - дядя]       Покраснев, Цзян Чэн все же обнял дядю, но тут же отстранился. Усмехнувшись, Вэй Усянь ударил его по плечу, он всегда дразнил шиди за излишнюю скромность.       Поприветствовав сына и племянника, Вэй Чанцзэ вернул внимание тому, с кем изначально разговаривал.       — Лань Цижэнь, не сочти за неуважение, этот господин помнит, что в Облачных Глубинах запрещено чрезмерное проявление чувств, но я очень соскучился по этим двум мальчишкам.       Ожидалось, что учитель Лань возразит и начнет цитировать правила. Это бы вполне соответствовало его прежнему поведению, но, удивив даже Лань Ванцзи, Лань Цижэнь только покачал головой.       — Отец любит свое дитя сильнее всего на свете, а сына брата почитает как собственного. Ты никогда не умел скрывать свою любовь, Чанцзэ.       Пожав плечами, Вэй Чанцзэ обратился к двум юношам, оставшимся без внимания.       — Молодой господин Не, рад видеть вас снова.       — Это счастье — видеть вас в здравии, господин Вэй, — Не Хуайсан почтительно поклонился.       Не Минцзюэ отзывался о названном брате главы Цзян только положительно и глубоко уважал его волю и дух. А Вэй Усянь и Цзян Чэн не могли сказать и одного плохого слова о Вэй Чанцзэ. Естественно, при таком влиянии Не Хуайсан хорошо относился к отцу друга. Личная встреча во время посещения главой Цзян Цинхэ окончательно заставила молодого господина Не проникнуться благожелательностью к Вэй Чанцзэ.       Поняв, что никогда прежде не встречал юношу в одеждах Ланей, Вэй Чанцзэ обратил ожидающий взор на старого друга.       — Чанцзэ, позволь представить тебе моего младшего племянника, — Лань Цижэнь положил руку на плечо Лань Ванцзи и гордо улыбнулся. Второй Нефрит был отрадой учителя Лань.       Теперь, когда Вэй Чанцзэ общался с незнакомым человеком, пусть даже племянником Цижэня, прежнее радушие и мягкость скрылись за вежливо-нейтральным выражением. Заместитель главы Цзян по всем правилам поприветствовал молодого мастера Гусу Лань.       — Это честь познакомиться с вами, второй господин Лань. Ваш отец и дядя говорили о вас только хорошее.       Опомнившись, Лань Ванцзи отвесил формальный поклон и чопорно ответил:       — Приветствую господина Вэй.       Вэй Чанцзе сощурил глаза и слегка приподнял уголки губ. Благодаря письмам сына и рассказам друзей у него сложилось некоторое представление о юном Лань Ванцзи и ему хотелось узнать, насколько правдивы слухи и насколько справедлив Вэй Ин в своих суждениях.       — Прошу прощение, если покажусь излишне любопытным, но что второй господин Лань делает здесь? Вы дружны с моим сыном, племянником и молодым господином Не?       Лань Цижэнь скривился, будто проглотил кислую сливу. Радость от встречи со старым другом затмила тот факт, что сын этого самого друга — самая большая проблема в Облачных Глубинах. Сердце обливалось кровью при взгляде на Вэй Усяня. Такие хорошие гены, а какой безалаберный ребенок вырос!       — Да, Ванцзи, что-то случилось? Вэй Усянь снова что-то натворил? — сухо спроси Лань Цижэнь.       Услышав слово «снова» Вэй Чанцзэ приподнял брови и взглянул на сына, который безуспешно пытался слиться с пейзажем.       — Они бежали по дорожке. Бег запрещен, — просто ответил Лань Ванцзи, полностью вернувшись к прежнему поведению и ничуть не смущаясь ругать соученика при его отце.       Не успел Лань Цижэнь отчитать юношей, как Вэй Чанцзэ тихо засмеялся.       — Он так похож на тебя, Цижэнь.       Уловив в голосе отца теплые нотки ностальгии, Вэй Усянь было обрадовался. Возможно, благостное настроение после разговора с Лань Цижэнем не позволит отцу обратить внимания на его оплошности. Следующие слова разрушили все наивные мечты.       — Как видишь, Чанцзэ, твой сын действительно такой, как я описывал. Никакого уважения к правилам.       — Описывал? — переводя взгляд с отца на учителя, уточнил Вэй Усянь.       — О, да, — кивнул Вэй Чанцзэ, — как я и упоминал когда-то, нас с учителем Лань связывают узы дружбы еще со времен молодости. В своих последних письмах я попросил в нескольких словах поделиться историями с твоего обучения. Кто же знал, что в ответ придет несколько страниц, описывающих твои проступки?       В этот момент Вэй Усянь как никогда раньше хотел провалиться сквозь землю.