2.5-4 Туннель
12 января 2026 г., 23:48
The Tunnel
Подвал-бункер в доме Эмбер Келли Время, следуя своему бренному порядку, приближалось к половине восьмого вечера. Эрика мысленно считала, что проводит здесь безвылазно уже десятый час. Она до сих пор не знает ничего ни о Джессике, ни о Кэрол — что, если что-то пошло не так? Что, если Истязатель поймал их? А Бреннер? Где этот старый хрыч, что своими исследованиями обрёк Хоукинс на гибель? Вопросы лишь копились, а ответов на них не прибавлялось. Но Эрика знала, что скоро этому будет положен конец. Очень скоро. — Прошу, скажи, что ты смоешь идти, ползти, не знаю там, — взволнованно обращается Эрика к Робин. — То что я не блюю уже пятнадцать минут большой успех! Так что да, не быстро, но смогу. Нам ведь уже пора, да? — Ну вообще-то мы ждём только тебя. — Ах да. Нам тащить её ещё..., — Робин обращает свой взгляд а Шерон, что сидела в дальнем углу и пыталась держаться в сознании. (Мистер Хаузер, по радио) — Я верил в тебя, Робин, и верю до сих пор. Ты сможешь выбраться, я уверен. Ты преодолела такой большой путь. Я горжусь тобой, моя лучшая ученица. — Гордитесь тем, что я тут всё облевала? Как иронично, — в привычной для себя манере ответила Робин в эфир. (Мистер Хаузер) — О, Робин, я горжусь тем, что имею честь иметь дело с тобой. Тебе разве не говорили, что ты необыкновенная? — Вы говорили. И не раз, — Вы простите, что я вклиниваюсь в вашу беседу, но у нас тут как бы эвакуация, — процедила Эрика. — Вы точно знаете про Тоннель? Там точно есть выход? — Клянусь своей жизнью, если тебя это устроит. — Да, вполне. Ну что, Робин? Доктор Оуэнс? — Сэм, что увлечённо изучал панель управления, возвращается в реальность: — Ах да. Да. Я полагаю, у меня будет достаточно времени чтобы ещё раз изучить всё. Вы ведь введёте меня в курс дела, мистер Хаузер? — Несомненно. И прошу, зовите меня Джеф. — Вот и отлично, — хлопнула в ладоши Эрика, так и норовя подойти к краю лестницы и открыть люк, что находился под ней. — Робин, уверена в своих силах? — Абсолютно. Время для сомнений ещё настанет. Сейчас им здесь не место. — Хороший настрой! А ты, Шерон? — та обращает свой взгляд на Эрику и молча кивает. Шерон понимает, что у неё совсем нет сил для пути, но и выбора тоже: оставаться здесь более нельзя. Ей подарен счастливый билет. То, что она выбралась из той мясорубки — настоящее чудо, в которое она сама, кажется, ещё не поверила. Она не намерена становиться обузой для всех, кто оказался в этом бункере, а потому однозначно поспособствует собственной эвакуации. (Робин) — Пора валить из этого чёртового бункера. (Эрика) — Пора валить из этого чёртового бункера. Последние сообщения. Взволнованные объятия. Люк открывается. На Эрика и Робин оказываются налобные фонарики, Шерон Пора валить из этого чёртового бункера буквально держится на плечах двух храбрых девчонок. — Услышимся по ту сторону, Робин, — улыбнулся Сэм, глядя на Бакли. — Услышимся по ту сторону, — ответила Робин, растерянно улыбнувшись. Несколько шагов, и затылок Робин, как Эрики с Шерон, скрывается под уровнем пола. Шаги отдаются глухим эхом и постепенно стихают. Через минуту Сэм уже наблюдает лишь тусклый огонёк, вскоре скрывшийся в подземной тьме. Тогда Сэм закрывает люк и, выдохнув весь воздух, что держался в нём на протяжении всего дня, возвращается за пульт управления: — Девушки вас покинули? Сэм? — Да, — коротко ответил Оуэнс. — В таком случае, настало время ввести вас в курс всего действа, участником которого вы стали. — Следует пауза, из-за которой Сэм слегка озадачивается. Озадачивается он не зря — потому что по ту сторону раздаётся голос, который Сэм явно не ожидал услышать. Даже не имел предположений. — Здравствуйте, Сэм. Рада слышать, что вы выбрались из горячей точки. — монотонно произнесла Кали. — Я знаю, что у вас возникает множество вопросов о том что происходит и почему вы слышите меня. Я обещаю вам, что вы получите ответы на большинство из них очень скоро. Но сейчас вам будет необходимо сыграть важную роль в спектакле, что мы с Джефом и некоторыми людьми разыгрываем для существ из Изнанки. Простите, что не оставляю вам выбора, но его у вас правда нет. Это наш последний шанс остановить все беды и страдания, обрушившиеся на Хоукинс, раз и навсегда. И вы — важная часть этого шанса. Сырость тоннеля ощущалась всё сильнее. Видимо, воздух здесь застаивался не один месяц. Робин ощущала его спёртость всей своей грудью, из за чего дышала глубоко и медленно. На спуск у троицы ушло минуты четыре, не меньше — по ощущениям, они находились на глубине в этажей двадцать-двадцать пять. Удивительно то, что тоннель оказался довольно широким — кажется, по нему мог проехать целый автомобильный конвой. (Робин) — Это место явно хранит в себе какую-то тайну. — Ты тоже думаешь о том же, что и я? — обратилась Эрика к Робин. — Русские? Хочешь сказать, наши спецслужбы не смогли поймать советских шпионов? Да они бы оцепили всё в радиусе сотни км. — Сказала та, кого похитили прямиком из собственного дома, — Эрика язвит. Значит, ещё в здравом рассудке. Как хорошо, что рядом с Робин есть человек, находящийся в здравом рассудке. Ибо сама Робин свой рассудок, кажется, случайно оставила в бункере. — Как думаешь, какой он длины? — Эм...мистер Хаузер говорил, что за час точно можно пройти. Но вообще речь шла о сорока минутах. Но учитывая нашу ношу... — Быстрее бы это всё закончилось. Хочу вдарить Стиву. — Кто такой Стив? — отразилось от стен эхо Шерон. — Мой парень. Ну...платонически. Не знаю. — Парень??? — удивляется услышанному Эрика. — А ты не знала? Мы как бы с зимы...эм..., — Эрика пускает лёгкий смешок: — Видела бы ты сейчас выражение собственного лица! Всё я знала. Не придуривайся. — Простите, что я так... — Ты ни в чём не виновата, — обратилась Эрика к Шерон. — Просто надо выдержать этот путь. По ту сторону мы передадим тебя медикам. — Хорошо бы и меня, — произносит эхом Робин. — Нам всем нужна медицинская проверка. Вдруг вы с Сэмом надышались токсичным воздухом Изнанки. — Ну, мне бывать в ней ещё не приводилось, так что я не знаю, о какой токсичности среды ты говоришь, — Робин встряхнула левым плечом, которое поддерживало Шерон, и продолжила идти вперёд. — И хорошо, что нам не приходилось. Надеюсь, что и не придётся... — Эрика сомневалась в сказанном, поскольку знала, что все пути и всё случившееся сегодня ведёт в Изнанку. Источник всех бед — там. И, вероятно, его буде нужно уничтожить. Тем более об этом говорила Джессика. Джессика... Эрику беспокоят мысли о Джессике. Она буквально потеряла рассудок. Вела себя хаотично, подчиняясь эмоциям и не имея плана действий. Она не узнавала Джессику. Но не могла об этом рассказать Робин или кому-либо. Джессика может и потеряла рассудок, но нельзя списывать со счетов, что знание о том, что она здесь, а не где-то, как полагают все, в прошлом, может подвергнуть остальных смертельно опасности. Следует простой вывод: Истязатель охотится за Джессикой, потому что знает, что она единственная, кто может остановить его. И Эрике приходится быть среди двух огней. Каково будет её алиби? Как она оказалась в бункере? Кто привёл её? И Кэрол...зачем она вошла во взаимодействие с остальными? Что, если их алиби, если таковое имеется у Кэрол, не совпадут? Джессика затеяла опасную игру. И Эрике придётся очень тонко балансировать между правдой и ложью, чтобы сдержать данное ей Джессике обещание. Разумеется, до того момента, когда это не станет опасным. Потому что в отличии от Джессики Эрика не собирается идти по головам — если кто-то подвергнется опасности из-за действий Джессики, то она расскажет о ней. Но Эрика прекрасно понимала, что у каждого сказанного ею слова могут быть определённые последствия. Но это всё ещё предстоит обдумать. Сейчас же Эрика сосредотачивалась на том, чтобы выбраться. Оказаться в безопасности. это первостепенная задача. В большей степени для Шерон и Робин, ведь обе не были в рентабельном состоянии. Первая — прошла Вьетнам=по-Хоукински, вторая — опорожнила собственный желудочно-кишечный тракт из всех доступных ей отверстий. Сначала — выбраться. И только потом решать все Изнаночные вопросы. Иначе никак. Оперативный полевой штаб федеральных агентов Кэрол перевели в дальний край штаба. Иногда ей было смешно с того, как оперативники обеспечивают её "Задержание". Кэрол знала, что в любой момент могла силой выбить наручники, перехватить оружие и сбежать. Но в её задачу входит выиграть время для Мартина и Кали, что бы они не задумали. Ведь Мартин был прав — у Джессики не все дома. Она попалась на удочку ложной надежды и идёт по пути, ведущему во тьму. Мартин сказал, что знает, как спасти её. Как вывести на иную, верную сторону. Но для этого нужно побыть игрушкой в руках бравых Хоукинских недогероев. Ведь Кэрол знала — они буквально не добились ничего за последние дни. Но они обладают сильным духом, раз смогли пройти через такое количество убийств и не потерять рассудок. С ней ведь было иначе. В пятьдесят девятом. Об этом знает лишь Джессика, потому что они прошли через это вместе. Но Кэрол знала, что всех, кто находится в штабе, мало интересует случившееся в пятьдесят девятом. Их интересует происходящее прямо сейчас. Кэрол была готова к любому исходу — её могут подвергнуть пыткам, избить, чтобы выпутать информацию. Федералы никогда не блещут умом — на то они и федералы, решающие всё силой, но в отличие от военных они делают это скрытно. Ах, какая досада! Но все ожидания Кэрол неожиданно для ней самой ломаются, когда в помещение входит непосредственно жертва театральной пьесы, разыгранной Мартином. Нэнси, прищуриваясь, озадаченно рассматривает каждую деталь лица Кэрол. Будь то её белёсые волосы с сединой или морщины, покрывавшие собой весь лоб. Спустя секунд двадцать Уиллер наконец-то осмеливается нарушить тишину: — Вы хорошо играете свою роль Кэрол. Одного я понять не могу: зачем? Чего вы пытались добиться, усыпив меня и, очевидно, Кали? — Ты задаёшь неверные вопросы, моя дорогая. — Я знаю, что таким людям, как вы, наручники всего лишь как игрушка. Иллюзия безопасности. Для них, кто считает вас шпионом. — Может перейдём к конкретике? — косо улыбнулась Кэрол. — Хм, — Нэнси отвела свой взгляд, испытывая определённый дискомфорт. — Вы похожи на меня. Своевольная, считающая, что занимаешься правильным делом. Спасаешь жизни. Но ведь вы знаете, к чему это приводит. К чему это привело в пятьдесят девятом? — здесь вдруг Кэрол почувствовала напряг. Мартин не раз говорил о том, что Нэнси должна сыграть свою роль здесь, что её нужно вернуть в штаб. Благодаря её заметкам они и узнали о бущущем. Что, если Нэнси знает правду? Что, если она всё давно раскрыла? Она ведь способна на это. Но правда сделает только больно. Очень больно. Потому что за ней скрывается страшное. — Ты знаешь о ней? — взволнованно спросила Кэрол, не отводя свой взгляд о Нэнси. — Мы все знаем о Джессике. Что она была с тобой. Что она замешана в деле Виктора Крилла. И теперь я знаю почему показания, данные Алексом в том году, были ложными. Он прикрыл её. Джессику. Умно, — Кэрол в душе выдохнула. Нэнси не успела узнать правду. А значит, их план с Джессикой сработал. — Я думала, тебя интересует почему с тобой случилось то, что случилось. — О, — Нэнси заканчивает свой хождение из угла в угол и присаживается напротив Кэрол. — Вы чертовски правы! И знаете, я бы хотела покончить с этим по хорошему. Я знаю, что вы выдержите возможные пытки, но зачем они нужны, когда мы знаем, что у нас с вами общий враг. Изнанка. Нам следует объединиться. Может, мы сможем решить все недосказанности. — Ты действительно умнее всех находящихся вместе взятых. Поэтому он восхищался тобой. Святой Иоанн, — при упоминании данного имени Нэнси сглотнула слюну, почувствовав, как та прошлась по всей внутренней поверхности горла. — Что вы знаете о нём? — Конченный еретик-псих, верующий в лучшую жизнь и то, что способен спасти мир. Он верит в перерождение душ. — Оно есть, — неожиданно заявляет Нэнси. — Изнанка это позволяет. Я не знаю как, но Истязатель...он сохраняет в ином измерение души тех, чьё... — Стой-стой-стой, — резко останавливает мысль Нэнси. — Я знаю, что ты журналистка, но не помешало бы знание физики. Души не существует. А вот сознание и его передача по радиоволнам — да. Ты ведь не думала, что Джейн — волшебник? Джейн всего лишь отправитель, передатчик и приёмником в одном числе. Аналогично он. Истязатель. — Пойдём по порядку. Раз вы сказали о Святом Иоанне... — Он всего лишь пешка. Истязатель использовал его веру в перерождение, чтобы сломать вас. Вас всех. Джима Хоппера. Тебя. И Джейн. В первую очередь Джейн. Ему ведь это удалось, да? — Я видела, что сделала Джейн. Я видела, как он промыл ей мозги. И что она открыла врата. — Тогда ты должна понимать, что все люди, что там были, мертвы. — Я знаю, на что способен Истязатель. Что человеческие тела — это строительная масса для его паукообразных тварей. Но Святой Иоанн... — Он знал, что ты близка к разгадке. Что ты вышла на пятьдесят девятый. А, следовательно, могла выйти на мои показания, в которых я по глупости оставила послание. Для тебя. — глаза Нэнси раскрываются шире, следует глубокий вдох...и замешательство: — Что? — Когда я была как ты, я видела бумаги, что ты передала Джессике. Подумала, раз они существуют и всё уже случилось...что смогу предупредить тебя через них о том, что случится. И ты бы остановила планы Святого Иоанна. Джейн не открыла бы врата, и всего этого бы не произошло. Но вот парадокс — если бы этого не случилось, то я бы никогда не получила бумаги, и не оставила бы тебе шифр в архивной документации полицейских допросов...змей, пожирающий сам себя. Без начала и конца. Не находишь это странным? — Нэнси медлит с ответом. Она обдумывает услышанное от Кэрол. В глазах вдруг возникают помарки, что она видела. Выделенные отдельным цветом. В словах Алекса. Других допрашиваемых. Она была слепа. Весьма слепа. — Поэтому вы усыпили меня? Чтобы найти меня здесь и рассказать о том, что я облажалась? — Уже поздно что-то говорить об этом. Но этим хотела подтвердить, что ты права. У нас есть общий враг. И мы пытаемся его остановить. И если бы я знала, что сегодня случиться катастрофа...Джессика ничего не знала о землетрясении. О произошедшем днём. О том, что Хоукинс будет отрезан от мира. Мы действовали вслепую. И, видимо, не зря: барьер ведь работает? Твари заперты. А последние люди, что могли их вывести на тайных проход, уже эвакуируются. — Значит, вы не могли знать о том, что я собиралась сделать с Кали? Раз действовали вслепую, — презренный взгляд. Нэнси ей не доверяет. И задаёт неудобные вопросы. — Джессика рассказывала мне о том, что Кали способна на своевольные действия. И когда я узнала через прослушку, что вы покидаете базу в надежде найти мертвеца, я посчитала, что вам грозит опасность. Что вам нельзя отделять от остальных. Особенно тебе. — Значит, Кали ничего о тебе не знала? — вопрос с подвохом. Кэрол не знает, что ей ответить. Ведь оба варианта проигрышные. "Ах, Нэнси. Зачем ты спрашиваешь это?" — Прошло почти пять часов. Если она где-то без сознания, то ей может потребоваться медицинская помощь. Кэрол, если ты действительно испугалась, то скажи, ты действительно усыпила и её? — Не смотря на явный напор, Нэнси всё ещё обладала слабостью в виде сочувствия. Она хочет спасти Кали? Кэрол всё ещё нужно выиграть время? Значит, придётся пустить эту девушку по ложному следу. Пускай лучше занимается спасением того, кто в спасении не нуждался, чем полезет в самое пекло. — Я усыпила вас обоих. Машина оттормозилась на подъёме, и я вытащила вас. И да, я оставила её. А машину перегнала подальше, — неожиданно для Кэрол Нэнси привстаёт и не, глядя на неё, уходит прочь. Лишь в последний миг она оборачивается, не скрывая наслаждение, полученное от разговора: — Вам следовало сказать правду, — Нэнси скрывается за пластмассовой перегородкой, и в помещение входят два оперативника, Розари, Майк Уиллер и... ...отец Джессики? "Какого хрена...?" — Мы знаем, что Кали с вами заодно, Кэрол, — резво произносит Майк. — Вы действительно усыпила Нэнси. Но Кали. Кали отправилась куда-то. Она знает, чего не знаем мы. Ведь так? — Кэрол теряется в нити повествования. Какого хрена он говорит несусветную чушь? Откуда он узнал? Кэрол взглядом мечется между всеми, кто сейчас был рядом с ней. И, кажется, она нашла виновника её допроса. Харви. На его лице было написано смятение. Непонимание. И сожаление. Ей следовало в первую очередь поговорить с ним. Сказать, что его жена в безопасности. Что она стала сильной. Но теперь всё пропало. Или нет? Неужели Мартин мог в действительности знать, что всё произойдёт в точности так, как происходит прямо сейчас? Контролировать каждый шаг от и до невозможно. Но, видимо, Мартину это каким-то образом удаётся. Но они ведь упоминают только Кали, да? Значит, Харви, сам того не понимая, пустил их по ложному следу. Что, если это и есть план Мартина? Он ведь говорил, что Кэрол очень скоро вернётся с Кали. Она помнит ещё одну из самых главных просьб Мартина: защищать Майка Уиллера. Майка, что прямо сейчас напирал на неё. Что всей душой считал, что наконец-то подловил на лжи настоящую шпионку. Ну что ж, может он и прав. Придётся импровизировать: — Она ведь сказала тебе, что это должно оставаться в тайне? Глупо было доверять тебе эту тайну, — Харви в ещё большем непонимании смотрит на незнакомую ему женщину. Всё это слишком сложно. Почему она решает подтвердить его ложное алиби? Видимо, она тоже знает о Мартине. Харви понимал, что вступил в опасную игру, но у него был мотив: Джессика. Его дочь однозначно знала, что делает. Получается, что в связке с Мартином находится уже пятеро: сам Харви, Элис, Джессика, Кали и Кэрол. Сколько ещё тайных агентов и пешек Мартин расставил по этому игровому полю? Вопрос, ответ на который Харви явно не получит ответа. — Прости, мне пришлось, — с тяжким вздохом ответил Харви. — Она может и полагала, что справится в одиночку, но это глупо. Это очень глупо. Кэрол осознаёт, что разговор, происходящий прямо сейчас, может зайти очень далеко. Здесь нужно нечто большее, чем импровизация. То, вот что они поверят. Придётся разыграть целый спектакль: — Выходит, я почти сумела добиться своего, — театрально улыбнулась Кэрол. — Я спасла жизни. Почти сокрыла правду о том, что на самом деле случилось с тобой, Нэнси. Никто не умер, — последнюю фразу Кэрол специально произнесла холодно, дабы внимание окружающих на ней акцентировалось. Это сработало: — Кто-то умер? — начинает ещё больше напирать Майк. — Вы не видите, как она издевается над нами? А? — Мы всё видим, не слепые, — слегка повысила голос Нэнси. — Я думала, что вы смелая, Кэрол. Но я вижу обратное: вы струсили. По какой-то причине. Струсили. — Сказала бы спасибо, что я остановила вас. Я, вероятно, спасла тебе жизнь, и ты, моя ДОРОГАЯ Нэнси, должна поблагодарить меня за это, — Кэрол вот-вот сложит театрализованный паззл в предысторию, в которую поверят все. Ей нужно лишь около минуты, чтобы собрать факты в одну кучу. — Возможно, мы бы нашли настоящую помощь. Но теперь… — Доктор Бреннер мёртв, — очень бегло и отстранённо произнесла Кэрол. Нэнси резко поднимает свой взгляд. Харви еле-еле скрывает шоковое удивление, пустив свой взгляд на Розари, внимательно изучавшую Кэрол. — Он умер два года назад. После ваших самых первых приключений с Демогоргоном. Не знаю, какие у Кали были контакты, но учитывая всё, что сегодня произошло…я более не верю никому. Никому. Даже вам. Кроме одного: полученных вами посланий. Это единственное, во что я верю. — Она лжёт! — ещё больше взвинчивается Майк. — Она не лжёт, — вдруг вступил в палемику Харви. Не отводя растерянно-озадаченного взгляда от Кэрол, он продолжил. — Кэрол и Кали в самом деле передали мне тебя без сознания, Нэнси. Сказав лишь, что ты важна здесь и что тебе грозит опасность извне. — Всё именно так, — будто выпив сыворотки правды, понесла подхваченную легенду Кэрол. Её задача — не дать заговорить Харву. Ведь она не знает, что ещё у него на уме, кроме того, чтобы прикрыть Бреннера. — Но какая опасность грозит мне? Кэрол, я должна знать. Скажите мне! — у Нэнси терпение тоже постепенно начинало заканчиваться. Следует пауза, глаза Кэрол становятся стеклянными. Приспустив губы, Кэрол ответила: — Смертельная. И она может грозить до сих пор. Прости меня, я просто…я просто не могла допустить смертей, — вспоминая мыльные оперы, что она не раз видела в телевизоре, Кэрол постаралась выйти на эмоции. Эмоции — враг человека. Потому что эмоции притягательны. Эмоции то, что рассеивает внимание. Именно эмоции могут стать спасением для плана Мартина, каким бы он не оказался. Дальнейшие слова Кэрол произносила быстро, безостановочно, почти на одном дыхании, широко жестикулируя всеми мышцами лица, и в особенности глазами, постепенно накапливая в них влагу, что вот-вот сольётся вниз по её щекам: — План Алекса заключался в том, чтобы остановить Истязателя до того, как он атакует внешний мир. И вот, следуя записям Джессики, это привело к смерти десятков, а может и сотен людей. Проект Алекса — гроб Шрёдингера. И я поняла, что всё. Нету плана у нас. Барьер лишь спасает от тварей, что погружают Хоукинс в небытие. И испугалась. Сбежала на радиостанцию, а когда через радио узнала, что вы отправились на поиски мертвеца, то я поняла, что вас нужно остановить. Но кто послушает меня, такую чокнутую и ненормальную, а? И я выбрала радикальный способ — усыпление. И черти меня все побрали, я оказалась права. — Поче… — Дай её закончить, — перебила Нэнси всё ещё вспылённого Майка. —...и выследила вашу машину. Прострелила издалека. Но когда я подошла к машине, я увидела нечто странное: Кали была словно под гипнозом. Я пыталась привести её в чувства, и когда она очнулась через пол минуты…вы бы видели её взгляд .Она…она была перепугана. Но в то же время сдержанна. Она растерялась. Я сразу же призналась ей во всём и уже пожалела о содеянном, но Кали вдруг сказала, что у нас мало времени. И что нам нужно возвращаться. Джейн сказала ей это. Каким-то образом прямиком из под своего гипноза. Но мы не могли рисковать твоей жизнью, а потому выследили Харви на пути в Хоукинс и передали Нэнси ему, а сами поехали обдумывать план. Кали узнала какую-то страшную тайну. Я пыталась узнать, но всё, что Кали успела рассказать мне — это то, что Изнанку нужно атаковать сегодня. Сказала что то, что сказано про Векну — правда. Она пыталась сказать и что может случиться, если этого не предпринять…но её подстрелили. Не усыпили. Подстрелили. Обстреляли весь фургон. А потом неизвестные выбросили прямо в салон карточку Зенера! Я знала, что это значит. Это был конец. Поспешники Святого попытались остановить нас. И у них получилось. Я почти потеряла рассудок, и когда добралась до радиостанции, увидела, что там машина федералов. Потому я и усыпила там двоих. А когда поняла, что здесь были ваши…Дастин и Стив. Я поняла, что вы не от Святого. Но я просто…я хочу спасать жизни. Плевать на эту Изнанку. Истязателя. Да, мне жаль Джейн, Кали, что всё происходит так…но на моих глазах умер человек. Я потеряла десятки коллег за считанные минуты. Я потеряла кузена! Когда была чуть старше тебя, Нэнс. И я…я больше не могла допустить. Чтобы кто-то рихнулся и отправился туда, прямиком в логово этого монстра! Я не хотела всего этого…я хотела лишь вытащить Робин и тех, кто оказался в городе. И всё. Покончить с этим кошмаром. Я правда хотела…я хотела..., — под конец Кэрол сама поверила в сказ, что только что безостановочно прослезила прямиком из груди. Руки её невольно затряслись, а слёзы окропили её набухшие щёки. Сквозь режущий взгляд она начала оценивать реакции окружающих: Харви не проявил почти никакой эмоции, пыл Майка сменился растерянностью, а Нэнси не могла прикрыть свой рот. Неожиданно для неё Харви срывается с места и, опускаясь на колени, предоставляет Кэрол свои объятия. Та, не сопротивляясь, резко схватывается за него. Стоны вырываются всё сильнее, а Харви прижимает перепуганную до смерти женщину как можно ближе к себе. Харви стало ясно: он единственный, кто сейчас может быть опорой для Кэрол. Она выстроила легенду, которой ему теперь нужно придерживаться. А значит, важно создать прецедент для остальных. Другой возможности для этого может и не предоставиться: — Ты сделала всё, что могла, — Кэрол вцепляется в Харви будто это последнее, что у неё осталось в жизни. Жаль, оваций от зрителей не последует. Но гораздо дороже оваций будет реакция окружающих. Они верят. — Майк, принеси воды, — отрывисто обратилась к брату Нэнси. — Вы всё ещё… — Давай, не стой! — строгий взгляд сестры вынудил Майка подавить эмоциональный порыв и сорваться с места. Кэрол больше не сдерживала слёзы и целую минуту держалась за Харви, постоянно огибая глазами всё окружавшее пространство. — Дайте ей время, — обеспокоенно сказал Харви. — Мы все можем сломаться. Она не сделала ничего плохого. — Вам нужно одуматься, — хрипло произнесла Кэрол. — Не нужно. Никакой Изнанки. Борьбы. Не нужно…не нужно…, — всё это ложь. Но настолько истинная, что даже знающий правду может уверовать в это. Прижимая Кэрол, Харви попутно думал о спасении Джейн, Джессики и всех, кто как-либо связан с Изнанкой. Правильно ли он поступает? Вероятно, что да. Мартин явно знал, что делает, направив сюда Кэрол, как знает и Джессика. Партия начинает разыгрываться, и задача Харви — не дать ей рухнуть. Эвакуационный тоннель Путь во тьме длился уже более двадцати минут. Тоннель, вопреки ожиданиям Робин, и не думал сужаться: его масштабы не поражали, но по прежнему оставались большими. Да и выкатанная колея говорила о том, что по нему передвигалась весьма тяжёлая автомобильная техника. Иногда у Робин закладывало уши — она знала, что это всего лишь перед давления из-за большой глубины, потому она не считал это чем-то странным. Наоборот, это говорило о том, что они в безопасности от поверхности. Налобные фонари давали довольно мало света, из-за чего Эрике казалось, что они ходят по кругу. Ничто не говорило о продвижении вперёд. Ей нужен был хотя бы какой-то отличительный знак. И она его получает. — Хей, — останавливается Эрика, взглянув на одну из стен. — Почему она такая блёклая? — Я бы не трогала..., — но не успела Робин закончить фразу, а Эрика уже прощупала блёклую стену — ею оказывается пластмассовая перегородка, что ритмичным эхом разнесла по тоннелю стук Эрики: — Очередные секреты...ах, — ещё один удар, как вдруг перегородка...отваливается, оголяя перед троицей массивный склад...военной техники. Довольно старой. Ржавой. В основном в большой пещере оказались брошены транспортёры. Те явно были предназначены для перевозки большой техники. Но это ладно. Робин дивилась далеко не машинам. А тому, что было за ними. Добрую треть тайного склада занимали гигантские тоннелепроходческие установки диаметром в метра три-пять. Ржавчина, которой они были покрыты, свидетельствовала о том, что использовались они крайне давно, минимум как год назад, учитывая сырость. Робин, сама того не замечая, направилась в сторону одного из таких щитов. — Не трогала бы, да? — Иронично произносит Эрика. — Погоди ты, — отмахивается Робин. Она пытается вчитаться на едва просматриваемые надписи, написанные на красно-сером фоне...и понимает, что надпись сделана на Кириллице. Робин вдруг охватывают воспоминания...она оборачивается назад, всматриваясь в окружающую технику...и тогда до неё доходит: — Святые угодники...мы идём по тоннелю, построенному советскими шпионами. Я знаю ту машину. Такие были под Стар-Кортом. И символика Советов...боже, — Робин чувствует, как голову начинает закручивать...перед глазами проносится чувство падения, крик Стива... Эрика обескураженно смотрит то на Робин, то массивный проходческий щит. Загвоздка была в том, что Эрика не знала предназначение этой гигантской машины. Она её...пугала. Значит, Кэрол об этом знала. Что, если они были связаны с советами? Что, если Кэрол...нет, это дурацкая мысль. Она не имеет ничего общего с советами. Очевидно, они с Эмбер и, может, Джессикой, просто сделали подкоп в уже построенный советами тоннель. И просто используют его в эвакуационных целях. — Эй, Робин, может, мы...пойдём дальше? — Это ведь важная находка, да?—- всё ещё чувствуя головокружение спросила Бакли. — Может да, может нет. А может пошло оно! — Эрика подпирает своим плечом всё ещё ослабленную Шерон. Та, кажется, вообще не понимала, о чём говорили эти двое. — Я серьёзно, Робин, пошли. — Да-да, да, — Робин приходится вернуться к Эрике и вновь подхватить под свой плечо Шерон. — Ещё немного, окей? Думаю, скоро мы выберемся. — Я бы не стала давать ложной надежды, — прозаично ответила Эрика. — Тебе лишь бы надежду ломать! — с обидой сказала Робин. — Я просто реалистка. Может, если бы вы послушали меня и отдали Крисси в полицию, то этого можно было избежать. Но увы...вот мы где оказались, ха, — хотела бы Эрика развести руки по сторонам, да Шерон не позволяла. — Я так понимаю...у вас что-то тут было, да? — услышать вопрос от Шерон было слегка неожиданно. — Не конкретно тут...но да. У нас были приключения, связанные с этим, — тут Робин посмотрела вперёд...тоннель вдруг начал обретать округлую форму. Они будто прошли через какой-то переход, и теперь они оказались внутри круглых тюбингов, на стенах которых обрисовались некие массивные провода. Сырость стала проявляться сильнее прежнего. — А вот и сужение... — Значит, мы двигаемся в правильном направлении, — сделала вслух вывод Эрика. — Уверена? — Советские шпионы перевозили технику. Стар-Корт, так? Значит, широкий тоннель вёл к нему. Мы прошли брошенный ими склад техники, а по этому тоннелю, судя по размерам, могли пройти только люди или малая техника. Он даже походит на... — Метро. Тоннель метро, — неожиданно для самой себя произнесла Робин. — Я однажды читала в одной технической энциклопедии в библиотеке о чудесах инженерии. Метро Москвы...с их подземными дворцами. Вот оно что! — Ну, видишь, картина сложилась. Только куда делись рельсы? — Возможно, в рельсах здесь необходимости не было. Тоннель должен выдерживать массивную нагрузку...и он действительно справляется с этим, раз ещё не обрушился. — Плевать. Давай двигаться дальше, — Робин дивилась хладнокровию Эрики. Та словно что-то держала на душе. Наверное, она тоже пропитана чувством вины, что порой жжёт Робин изнутри. Эрика ведь права. Что всё могло пойти иначе. Но теперь эти рассуждения были лишены какого-либо смысла. Им остаётся лишь продолжать свой путь, надеясь увидеть свет в конце этого пропитанного сыростью тоннеля. Они его обязательно увидят. Робин в этом не сомневалась. К востоку от Хоукинса Стиву удалось выбить у Розари небольшой отряд, включавший в себя парамедиков, опытного оперативника, медицинский фургон и...Джонатана Байерса. Да, Стиву была нужна правая рука. Человек, которому он мог доверять. И который не станет как Дастин или Макс брезжать о плачевности их состояния. Джонатан согласился поехать лишь по той причине, что мог реально помочь Стиву не поехать кукухой. Какой же путь они прошли...от короля школы и фрика до простых людей со сложными судьбами. — Тяжёлый у нас денёк, да? — Бывало и тяжелее, — ответил Харрингтон. — Слушай, — Джонатан поворачивает голову в сторону водительского сидения, на котором и находился Стив. — Я думаю ты меня поймёшь. Я...я не думаю, что мы можем что-то здесь решить. Я, ты. Нэнси, Робин. Давай увезём их, — Стив вздыхает и осторожно притормаживает, заводя автомобиль на обочину: — Ты сейчас серьёзно, чувак? — Как никогда серьёзнее. Эта игра уже не просто один демогоргон, которого мы можем на медведя поймать. Это уже полноценное стихийное бедствие. Я видел Нэнси — она отвергает, но ей не хорошо... — Притормози коней, ромео,— Стив заглушает автомобиль и поворачивается к Байерсу. — Ты ведь понимаешь, что мы не можем так поступить? Даже если бы хотели? У тебя здесь помимо Нэнси родной брат, мать. Я понимаю тебя. Я бы сам хотел свалить. Но я знаю, что Робин мне не простит моей трусости. Она и так уже пережила достаточно. Нам придётся идти до конца. — Я знаю, просто...если вдруг...с нами что-то...случится? Ты ведь знаешь, на что способны те твари. — Хочешь защитить Нэнс? Тогда придётся идти до конца, чувак. Прости, м Стив озабоченно вздохнул, а Джонатан вдруг резко произнёс: — Значит, если они решатся штурмовать Изнанку и тот дом на Харвуд-Стрит, ты пойдёшь с ними? — Стив пускает тихий смешок, всматриваясь в спидометр: — А похоже на то, что может быть иначе? Я не позволю этим детям, а тем более Робин бездумно переться туда. Ладно Нэнси она может дать отпор, но вот другие. И нет, я не про нашу парашютную чудачку. Есть такие как её парень. Или Уиллер. Майк. Ты понял, о чём я. — Не всё может закончиться хорошо... — Я позвал тебя не для того, чтобы ты тут ныл. Бери себя в руки и займись делом. Окей? — Стив проворачивает ключ зажигания, вследствие чего фургон оживает. Первая передача...и они вновь набирают скорость. Джонатан отстранённо оборачивается к окну — он знает, что Стив прав. После всего, через что они прошли, отступать непозволительно. Джонатан просто хотел убедиться, что надежду на иной исход придётся оставить. Его действительно нет. Им всем придётся сыграть в эту игру. В последний ли раз? Джонатан не знал. Но что он знал, так это то, что ставки весьма высоки. Им нужно сохранять осторожность. И если они действительно решатся идти в Изнанку - сделать это нужно будет по уму и разуму. Никакого слепого героизма, который может привести к страшной трагедии. Джонатан этого не допустит. Радиостанция WSQK Трис понимала, что она далеко не лучший учитель, но показать Мансону, как обращаться с оружием, была обязана. Эдди старался схватывать всё на лету, и, вроде как, получалось: он уже умел перезаряжать обычную пушку, пускай и не так быстро, как следовало бы. Показать стрельбу оказалось довольно непросто — выстрелы при пустой обойме походили больше на простой стук, нежели на полноценный выстрел. Плюс не было отдачи. В общем, стрелки из них были хреновые. Главное, что и Трис, и Эдди это прекрасно понимали. — Странно, что раньше мне не приходилось иметь оружие с пушками, учитывая что я как бы драгдилер, — от услышанного на лице Трис вырисовывается широкая улыбка: — Ты то? Никогда бы не подумала об этом. — Значит, я хороший драгдилер. — И что ты поставлял? — Всякую дурь, в которой нуждались баскетболисты и другие школьники. Обычно главным рынком сбыта были тупые вечеринки. Ну и то, я был лишь был посредником, так как полиция накрыла одну из точек сбыта. А с каких пор тебя это интересует? — делает неожиданный вывод Эдди. — Ну как бы...я не ангел, чувак. Этот год это вообще...ошибка. Я убивала время в алкоголе и куреве в компании с моей Рэйс. И мне было по кайфу. Это образование, стремление, отличники... — Они ещё те хрены. Я поэтому и, как бы, приглядываю за Крисси. — Потому что она тупая? — Эдди не понял смысла произнесённых слов, и Трис решает разрядить обстановку: — расслабься, я пошутила. — Она как-раз таки умная, раз не ведётся на слова родителей или учителей о карьере. Крисси живой человек, а не зомби-школьник, погрязший в учёбе. это так тупо — просирать лучшие годы своей жизни, утопая в формулах и книжках. — Знаешь, Эд, ты мне нравишься. Серьёзно, Крисси в хороших руках. Ты тот кто ей нужен. У вас всё получится. — Обычно так говорят перед тем, как может случиться какое-то дерьмо. — Да брось! — отмахивается Трис. — Оно уже случилось. Но вы выкарабкались. Вы прошли важные испытания. Мой совет — держись за неё до последнего. Вы хорошо подходите друг другу. — Сорян. Искренность — не самая сильная из моих сторон. — Да всё норм, — присаживается Трис на лестницу, покручивая в руке разряженный пистолет. — Мы все слабы в чём то. Мне вот доверять людям трудно. А после пребывания в Пёнхерсте...признаюсь, в чём-то я рада, что этот доктор получил свою образную пулю в лоб. Он этого заслуживает. — Он же хотел...как лучше... — Это не значит, что нужно похищать людей и пытать их наркотой. Мне повезло, что я знала о наркоте многое. Знала, как имитировать её влияние. Да, шприцы пару раз вкололи, но основные таблетки...аккуратно припрятываешь под языком, и сплёвываешь, незаметно подведя ладонь к чешущемуся носу. На изи. — Эдмунс явно недооценивал тебя. — Он вообще недооценивал всех, кроме себя, судя по всему. С такими ресурсами...он ведь мог прекратить это всё. Мог найти Джессику. Но нет. Эгоистичный дурак. Так что...память его прахом его. — Твоей слабой стороной явно является сожаление. — А о чём мне сожалеть? Наверное, только о том, что я наехала на эту дуру Роузман, когда видела её впервые. Может, это она привела ко мне эту тварь. В Гринвуде. — Что тогда случилось с тобой? В Гринвуде? — заинтересованно спросил Эдди. — Ты уже знаешь общую часть. А если конкретно, то..., — Трис стягивает с себя сначала служебную форму федералов, а затем и белую футболку, что была слегка порвана. В области живота у Трис просматривалось несколько обширных шрамов, которые, очевидно, останутся с ней на всю жизнь. — Медведь меня растерзал. Из того мира. И я уверена, что он искал ту дуру Роузман, что и устроила весь замес, происходящий сейчас. Будь моя воля, я бы всех этих придурков и дур с суперсилами....прикончила. Но вот ирония: сама чуть не стала одной из них. Ха, — Ты пропитана ненавистью. — О нет, я просто вижу картину насквозь. Люди, Эд. Во всём виноваты люди. Их сломанная психика. Беды. Желание быть героями. Учёные, не важно. Все беды человечества порождаются самим человечеством. За исключением разве что цунами и землетрясений. Тут против природы не попрёшь. Я за реализм, чувак. — Ясно, — отстранённо ответил Мансон. — Значит, сказочного конца как в D&D не будет? — Настолка для фриков? Ха, не думала, что ты относишься к ним. — Ты и сама как фрик. Просто не признаёшь этого. — Подкалываешь, — Трис откладывает пистолет в сторону, вновь осматривая помещение радиостанции. — Подумать только, что здесь было...столько историй. Эфиров. Наверное, здесь работали важные люди. — Мой дядя рассказывал, что на радио обычно подрабатывали. Много знаний для этого было не нужно. Разве что дикция. А у девчонок с ней проблем не было от слова совсем. — Ты явно спец по радио. — Не, спец как раз таки сидит наверху. А я...я Эдди. Просто Эд. Не более. — Не теряй себя. Поверь, это важно, — Трис отдаёт Мансону кулачок и решает убрать все пушки обратно в безопасное, но доступное место. — Иди. Она ждёт тебя. Я тут как-нибудь справлюсь. Эдди лишь пожимает плечами, но решает направиться наверх. Крисси действительно нуждается в нём. А Трис...Трис обладала способностью видеть некоторых людей насквозь. Хорошая способность, которой Эдди явно не хватало. Но ничего. Может, когда-нибудь он этому научится. А если и нет, то мир из-за этого не рухнет. Главное, остаться самим собой. А уж с этим-то Эдди как-нибудь, да справится. И Крисси ему в этом поможет. Эвакуационный тоннель Робин начала ощущать себя диггером: идти по заброшенному тоннелю предавало ей некое чувство...адреналина ли? Скорее, чувства, которое Робин хотела испытать давно. Она и не думала, что оно настигнет её здесь...да ещё и в такой компании. Может, ей стать исследовательницей? Или пуститься в путешествие? Это хорошая идея. Оценит ли её Стив? Да после всего этого дерьма он оценит любую затею, лишь бы не заниматься расследованиями и Изнанкой. (Робин) — Ты когда-нибудь хотела пойти в поход? Горы? (Эрика) — Походы? Бее, отлучение от прелестей цивилизации. Зачем опускаться до этого примитивного уровня? — резкий ответ Эрики дал понять Робин, что у девчонки есть явное табу касательно походов. — А ты, Шерон? — услышав собственное имя, девушка кивает на выдохе. — Расскажешь? — Эм, ну... — растерянно произнесла Шерон. — Наверное, я бы сходила в пеший поход. Но не горы. Нет. Я...Не покорительница. — А мне бы хотелось. Даже сейчас. Этот тоннель. Мы будто исследуем тайную пещеру. — Вообще она таковой и является, — в очередной раз язвит Эрика. — Главное что тут нет никаких монстров. — Тьфу, сплюнь! — произнесла Робин. — Да расслабься. Если бы тут что-то было, оно бы нас уже поймало. — Знаешь, как раз так начинаются фильмы ужасов. Так что лучше вернёмся в обсуждению гор, да? — неожиданно в сумке, что была на плечах Робин, что-то начало пищать. Что-то будто живое. От неожиданности Робин останавливается. — Ты тоже это слышишь? — Снимай, — резво произнесла Эрика. — СНИМАЙ! Шерон приходится сесть на походный пол, съёжившись от резко подступивших по спине мурашек, а Робин быстро стягивает с себя рюкзак и, открыв тот, пытается найти источник шума. Им оказывается старый компас Дастина...который вёл себя весьма дико. Стрелка буквально крутилась без остановки. — Это ведь не нормально да? - нарушает молчание Эрика. — Это...чёрт...магнитное поле... Погоди, — Робин решает расположить компас вертикально...её взгляд сосредотачивается на стрелке — красный конец указывал ровно вверх. А синий — вниз. — Тебе ведь Дастин рассказывал о магнитном поле? — Эта хрень для задротов? Вроде что-то слышала. — Короче, эти стрелки работают на магнитном поле. Север всегда показывает на центр мощного магнита. А значит, прямо над нами...мощный магнит. И это... — Барьер? Врата? — вдруг произносит Эрика? — Значит, это действительно... — Наш путь наружу! — Робин неожиданно прижимает к себе Эрику, но та не отвечает явной симпатией. — Ну же! Ты разве на рада? — О да, я очень рада! — Робин приходится отстраниться. Иногда она совсем не понимает Эрику. — Нам надо выбраться, потому что плескающаяся стрелка может быть и вратами. — В любом случае, всё это там, — указывает Робин вверх, натягивая на себя рюкзак. — А мы здесь. Мы в безопасности, — Робин поворачивается вперёд...как вдруг свет, что исходил от её налобного фонарика, утыкается с стену, до которой было...метров пять, — Поворот!!! Не медля ни секунды, Эрика добегает до стены и всматривается в дальнейший тоннель. Тот начинает...петлять! — Хей, здесь есть путь! Давайте, — воодушевившись, девушки подхватывают под плечи Шерон и продолжают свой путь уже по петлявшему тоннелю. Путь продолжился совершенно недолго: уже через пару минут они добираются до лестницы, что была выдолблена не то в скальных породах, не то в самой земле. В любом случае, лестница была сооружена капитально. Робин не спускает улыбки и решает пойти первой: — Хей, ты пока посмотри за ней. Я заберусь наверх и посмотрю, что там. Окей? Пять минут продержитесь? — Давай, не медли. Вперёд! — хоть в чём то Эрика не сомневалась. Это Робин радовало: не смотря на ноющие колени, Робин уверенно взбиралась всё выше и выше, и уже через две минуты дошла до массивной железной двери, надпись на которой была на родном английском! Сайлент-Майнд: эвакуационный выход номер один. Не медля ни секунды, Робин решает провернуть рычаг, но только оперевшись на дверь, она понимает, что та...не заперта. Приложив небольшое усилие, дверь поддаётся...и Робин чувствует, как её окутывает прохладный воздух. Свежий воздух! — Да...да...ДА!!! — не медля ни секунды, Робин прикасается к земле, всматривается в окружающее пространство. Она в лесу. Обыкновенном лесу. Ничто вокруг не шумит. Стоит лёгкая вечерняя дымка. Всё в порядке. она в безопасности. Глаза набухают из-за образовавшихся слёз. Робин достаёт из рюкзака передатчик и сразу же начинает трубить в него: — Кто-нибудь меня слышит? Это Робин? Мы выбрались! Кто-нибудь меня слышит? Приём! Кто-нибудь на связи? Ответьте! Умоляю. Приём. Спустя десять секунд раздаётся ответ. Душа Робин вспыхивает от нахлынувших чувств: — Я тебя слышу. Боже, Робин, ты жива, жива! — Да. Стив. Стив! Со мной Эрика. И пострадавшая по имени Шерон. Прошу, отследите сигнал. Может, Дастин может это сделать? А? — Я спрошу у него. (Дастин, неожиданно появляется в эфире) — Боюсь, это невозможно. Передатчик не имеет айпи. Но есть одна идея. — Какая? — обеспокоенно спрашивает Робин. — Сигнальные ракеты. В сумке должны быть две такие. Окей? Только Робин. Нельзя выдавать место эвакуации. Ты должна отойти хотя бы на ярдов четыреста. Оперативники с воздуха засекут ракеты. Стив вас эвакуирует, окей? — Стив??? (Стив) — Я с опер группой в восточных окрестностях. Знаешь восточный объезд через Моми? Йеллоустоун? — Да, да! Здесь есть колея! (Стив) — Ты отойдёшь на ярдов триста-четыреста и пальнёшь ракетами. Окей? Так безопасно. — Но почему я не могу запустить их здесь? (Дастин) — Просто сделай, как мы говорим, окей? Все объяснения потом. — Окей. Окей-окей. Пять минут. Я...пять минут. Ждите. Окей? Просто ждите. Конец связи, — Робин оставляет рюкзак у двери и понимает, что вход в пещеру...замаскирован под электроподстанцию. Хоукинс: департамент энергии и электричества. — Чёртовы лаборанты! — сделав глубокий вдох, Робин вновь отправляется в темноту. Уже через пару минут все трое оказываются за пределами злополучного тоннеля. Эрика обескураженно смотрит на лес...на небо...на то, где они оказались. Она подмечает вытоптанные следы...явно мужские. Большого размера. Она не говорит об этом Робин, что была в эйфории от спасения. Эрика понимает, что несколькими часами ранее действительно проходил Мартин или кто-либо. Джессика была права — злой доктор ведёт свою собственную игру. Где он может сейчас находиться? Эрика могла лишь гадать. А Кэрол? Пришло время для того, чтобы формировать алиби. Очень скоро оно ей пригодится. Робин выполняет указания Дастина — сигнальные ракеты взлетают вверх примерно в трети мили от тайного входа в тоннель. Стив подтверждает, что увидел их... Ещё десять минут, и Робин бежит навстречу Харрингтону. Сразу же бросается на него так, что Стив падает на землю. Парамедики в первую очередь бегут к Шерон, Эрика сразу же открещивается от медицинской помощи, указывая на Шерон. (Стив, смотря в глаза Робин) — Тебе нужно сейчас отдохнуть, окей? Хей, осмотрите её! Она тоже в шоке. — Стив! — резко напирает на него Эрика, — успеем. Давайте убираться отсюда. У меня дурное предчувствие. — Она транспортабельна? — обращает свой взгляд Стив на незнакомую явно раненую женщину. Один из парамедиков безмолвно кивает, вкалывая Шерон обезболивающее. — Хей! — пытается привлечь внимание Стива Робин! Тут она замечает выскочившего из машины...Джонатана. — Уже изменяешь мне? Ну ты и сволочь! — В лучших традициях! — разводит руками Стив. (Джонатан) — Значит, пройти туда возможно! — Нет. Нет-нет, нет! — разводит в сторону руки Робин. — Ни за что! — всхлипывает Эрика. — С ума сошли!? — Хей, — обращается Стив к Джонатану. — Помоги им перетащить ей, окей? — Окей, — Джонатан вы пополняет указание Стива и вникает в то, что ему говорят парамедики. Стив же сосредотачивает своё внимание на Робин: — Знаешь, как ты меня напугала? Как вы с Нэнси напугали, а? Чтобы ещё раз я вас отпустил куда-то одних! — Стив прижимает Робин к себе настолько, насколько было возможно. — А что случилось с Нэнси? Прости, просто я... — Долгая история. Но вывод один: ни шагу. Тебе, ей — указывает Стив на Эрику, ходившую вокруг да около фургона федералов, — Нэнси, Дастину. Вообще всем. Мы все под прицелом. Мы не знаем с кем имеем дело. И зацепки, они все слепы. Понимаешь о чём..., — Стив не успевает договорить, поскольку Робин всесильно прижимается к его губам. Затем ещё сильнее. И ещё. — Я всё равно не соображу во всём. Ты не видел, через что мы прошли с Сэмом. Ты не был там. Та тварь...от которой год назад мы в машине уезжали. Что была в Стар-Корте. Она прошла прямо надо мной! Надо мной! — Всё это уже не важно, — Стив протирает сальные щёки Робин своими слегка стёртыми ладонями. — Ты здесь. И я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, даже если ты решишь бороться. — Я знаю, Стив. Знаю, — с усталостью улыбнулась Робин. — Остальные в порядке? А? Джессика? Джейн? Там... — Эм, боюсь нет. Джессика исчезла. А Джейн...Джейн стала...марионеткой Истязателя. Как Синди. Последняя, кстати, прыгнула с парашютом. — Что?! — вскликнула Эрика, всё это время подслушивавшая разговор сладкой парочки. (Стив) — Что слышала. — Хей, — вновь обращает Робин на себя внимание Стива. — Поехали отсюда, а? Я страшно хочу пить. И отлежаться бы. Мои плечи и ноги ноют. Я несколько часов была на ногах. Мою жизнь спас лишь хавчик Дастина, иначе я бы наверное свалилась трупняком в том тоннеле. — Да. Да! ЭЙ! — крикнул Стив, обратив на себя внимание парамедиков и Джонатана. — Давайте загружаться и в штаб. У нас нет времени тут проживать штаны! Давайте, поактивнее! В штабе в это время царила атмосфера...ступора. И в чём то горькой радости. Разумеется, новость о том, что Робин, Эрика и Шерон выбрались прямиком из города, не могла не радовать. Это означало, что не смотря на атаку всех Изнаночных тварей, в Хоукинсе можно выжить, если следовать простым правилам. Но некоторых волновала далеко не, очевидно, предрешённая ранее судьба Робин или Эрики. Их волновала Кэрол. Та играла с ними. Сама, как она призналась, не зная правил и мотивов игроков. Она просто слепо выполняла указания. Якобы, чтобы помочь собрать им всю картину происходящего, потому что ей так сказали. Харви знал, что это неправда. Он знал, что человек, ответственный за все их шаги, совершённые до сих пор не был упомянут на доске расследования. Он создал себе хорошие прикрытие — никто не станет искать тебя, если ты умер. Молодец, Мартин. Проделал трюк, что проделывал со всеми большую часть своей профессиональной карьеры. Значило ли это, что все, находившиеся на базе федералов мыслили неверно? Совершенно нет. Просто Мартин не будет здесь упомянут. Он так и останется тенью, о которой знают лишь, как полагает Харви, двое. Зато на доске вот-вот будет обведено жирным другое имя. Тоже важное. Имя того, кто кто тоже будет числится мёртвым, но явно мог выжить. Рокси обводит жирным красным маркером четыре буквы, ставя возле них жирные знаки вопроса:КАЛИ???
