2.7-3 Кто, когда и как?
5 февраля 2026 г., 20:27
Who, when and how?
Сумерки медленно опускались на окрестности. Дастин на вид за окном обращал мало: парень вовсю продолжал изучать устройство столь сложной радиоустановки. Не столь много времени потребовалось понять Дастину, что установка эта предназначена не только для радиосвязи. У неё были и другие второстепенные функции. Полезные или нет, Хендерсон пока не разобрался. Известий с основной базы пока не поступало — очевидно, продолжались «Распри» по тому, что можно предпринять, чтобы остановить происходящее. Дастин слегка жалел, что сейчас находится вдали от остальных, но в то же время понимал, что никто не разбирается в радио также хорошо, как он, а потому чувствовал себя на своём месте. Крисси то и дело задавала Хендерсону несуразные вопросы, пытаясь выяснить больше правды о том, что на самом деле происходило в Хоукинсе за последние годы. Ответ всегда был не особо утешительным. Крисси находила это нормальным, но в то же время чувствовала укор совести. — Мы все потеряли кого-то в прошлом году. И теряем сейчас. Страшно подумать, что всё это косвенно из-за нас. — Ну знаешь, наша косвенность в происходящем тут минимальна. И то, что тебя в своё время выбрала некая сущность в качестве связного — не твоя вина. Тебе в целом повезло, что этот некто — не знаю там, сын ли Виктора Крилла или какой-то человек — оказались добрыми. Я видел, что творит Истязатель с сознанием людей. Это намного хуже, чем то, что пережила ты. — Что может быть хуже желания умереть? — слегка надгорбившись, спросила Каннигем. — Быть поглощённым неведомой силой и не в силах противостоять её влиянию. В плохом смысле. — Этому как-то можно противостоять? Я не знаю, против любого магического влияния может есть какое-то лекарство. Защита. — Если бы всё было так просто…это тебе не D&D, Крисси. И не думаю что это магия. Это физиологическое влияние. Я не знаю. Как вирус. Нейронный вирус. — Тем более, — продолжала наставить Каннигем, явно удивляя этим Дастина. — Любое влияние можно как-то ограничить. Отключить. Не знаю, на это однозначно есть ответ. — Он есть: усыпление, — слегка покачал головой Дастин. — Потому по хорошему наша операция по вызволению Джейн сводится к тому, чтобы выманить её тело к нам. Но как, учитывая что она может творить. Это я ещё не придумал… — Может, этой сущности что-то интересно? Или конкретно кто-то? Не может же это зло быть абсолютным и безвольным? — Может, учитывая тенденцию последних лет. Если ему кто и был интересен — то это Джейн. Он её заполучил. А мы для него — расходное мясо. Если, конечно, он до нас доберётся. — Я не могу отделаться от мысли, что если бы он хотел добраться до нас, то добрался бы. Спланировать такую операцию…ведь всё что происходило в последние дни. С людьми, со мной. Всё это было призвано сломить вас. Ему это ведь почти удалось. — Ты очень проницательна на логику, Крисси. Что на самом деле удивительно, так это, как ты после такой интоксикации сохранила здравый рассудок. — Это всё Эдди. Он мой спаситель. Без него меня сейчас бы уже не было. Я была бы такой же жертвой, как все остальные. — Не забывай, ты всё ещё числишься в подозреваемых по убийству Джейсона. Когда всё закончится — тебе придётся залечь на дно. Я не знаю, уехать к дальним родственникам, пожить в лесу. — После всего что случилось меня всё ещё будут искать как виновную? Я буду осторожна, но всё-таки…все понимают, что я лишь жертва. Такая же, как и вы. — Ну, я курок не спускал и свидетелем по убийству в судах не проходил. Так что всё-таки будь осторожна. — Я буду. С Эдди. То есть, мы будем, — слегка заикаясь, ответила Каннигем. В этот момент по радио раздался позывной сигнал на панели «Эмбер» — Дастин зажимает соответствующий рычаг, и за колонок раздаётся слегка приглушённый голос доктора Оуэнса: — На связи? Дастин? — Да, я вас слышу, — Крисси подсаживается рядом, наблюдая за процессом переговоров. — Я тут поизучал инструкции. Панели, что у меня есть. Думаю, здесь есть кое-что полезное. — Готов выслушать. Или записать. — Записывать тут навряд ли стоит. Тут есть функции среди управления барьером…феромоны. И в инструкции сказано, что можно в определённые зоны таким образом привлечь изнаночных тварей. Не знаю что это за феромоны. Может концентрированный человеческий пот, но не суть важно. Это наверное можно использовать как рычаг управления. — Определённо, — подмечает Хэндерсон. — У меня здесь тоже есть интересные функции. Световые ловушки…звукотерапия. Видимо, те кто строили барьер готовились к противостоянию основательно. — И не зря. Я признаюсь, температура по ощущениям начала падать. Возможно, атмосфера Изнанки проникает в город. Я не могу обосновать это научно. — А кто может? — с улыбкой удивляется Хендерсон. — Мы тут все слепы. Но будем действовать осторожно. Я остальным ваши данные передам если что. Есть ещё что-то, что вы узнали нового? — Не особо. Всё скрыто под шифрами и кодами. Думаю, это внутренние программы по типу вентиляции или резервного питания. Мне потребуется определённое время на их изучение…обо всём что узнаю тебе сразу сообщу, мой дорогой друг. — Тогда остаёмся на связи, — уверенно проговорил Хендерсон. — На связи. Сэм выключает микрофон и выпускает из своих лёгких всё напряжение, что скопилось ранее. Он понимал, что напряжение будет только нарастать. Не был готов он к роли часового. Стоит полагать, что Мартин знает, что делает. И раскрыл часть правды не ради того, чтобы манипулировать людьми. Сэм слишком хорошо знает Мартина. Тот действует по плану только в случае, если знает, как расставить все фигуры. И это очевидно — если он вовлёк в свою операцию Кали, то план не просто существует на бумаге. Он уже реализуется. Остаётся лишь дождаться начала неизбежных действий, которых Сэм не хотел бы предпринимать: проникновения в Изнанку в самое сердце врага. Полевой штаб федеральных агентов 22:00 Известие о том, что совершила Джессика, перевернуло коллективное сознание всех находившихся в штабе. Сомнения и страхи постепенно начали спадать. Приходило горькое, но единственное верное чувство — принятие. Избежать того, что надвигается, не выйдет. Но с предложениями и тем, как действовать дальше, никто не спешил. Допросная постепенно пустела. Никто просто не осмеливался предлагать что-либо первым, разбредаясь по парам или оставаясь в одиночестве. Нэнси ушла одной из первых, не потому что устала или не хотела участвовать в обсуждении предстоящей операции. Она просто больше не могла находиться рядом со своим братом, тревожность которого зашкаливала все возможные пороги. Прошли годы, и даже за «зимнюю изоляцию» Майк так и не научился держать свои переживания в узде. Это раздражало и ни сколько не помогало продвижению их расследования. Но что Нэнси удивляло больше всего — так это то, что после всего через что они прошли за последние часы и дни, Майк, откровенно, не переживал за неё ни капли. А что сейчас с Холли и родителями? Что, если Нэнси далеко не лучше Майка в эгоэстичности и в самом деле заигралась в следователя, коим она не является? — Тяжело принять это, да? — нарушил внутреннюю руминацию Стив, вежливо показавшись у двери. — Мы что-то делаем не так, — утвердительно сказала Нэнси, сделав шаг навстречу Стиву. — Определённо что-то делаем не так. — А когда было так? — удивляется Стив, опускаясь на колени у стены. — Знаешь, хотелось бы чтобы всё это оказалось дерьмовым сном. Чтобы кто-то тронул нас и разбудил. Но нет, мы не спим. К сожалению, не спим. — Признаюсь, иногда я думала о том, чтобы всё откатить до того ноября. Дня, когда пропадёт Уилл. Мы ведь были не столь плохой парой, — Нэнси спускается на уровень Стива, присаживаясь рядом. — Что было, того уже не вернёшь, — на выходе произнёс Стив. — Этому рано или поздно настанет конец. Не может это продолжаться вечно. — Мне страшно, — предательски сорвались с губ Нэнси два слова. — Страшно, как тогда. Как в восемьдесят третьем. Не страшна Изнанка. Но страшна неизвестность. Он может знать наши шаги. Он сподвигнул Джессику на зверские убийства. Эта сила…эта тьма…она… — Ведёт к смертям. Да, статистика удручающая, — признаётся Стив, опуская свой взгляд на колени. — Что, если кто-то из нас умрёт этой ночью? Что, если этим кем-то станешь ты…я…или Майк. — Ты знаешь, что последнего я бы никак не допустил. Не допущу. — Мне страшно, потому что я знаю, что пойду туда. — Нет, — оборачивается Стив. — Ни за что. После интоксикации и плена. — Стив, кто из наших умеет обращаться с ружьём? Лукас с его рогаткой? Джонатан как был хреновым стрелком, так им и остался. Он, признаться, и личность сама по себе закрытая. — Но ты сама согласилась с его закрытостью. — Речь сейчас не о нём, — слегка повысила голос Нэнс. — Я просто знаю, что пойти нужно будет мне. Хопперу. И ещё кому-то. И знаешь, я бы хотела, чтобы этим кем то был ты. Я доверяю тебе. И у тебя реакция если что быстрая. А ещё ты превосходный водитель, — Нэнси сама не ожидала, что на фоне волнения проявит столько комплиментов в сторону Стива. — Льстить ты точно не разучилась, — слегка улыбнулся Стив. — Но знай, я согласен с твоими мыслями. Сам понимаю, что не позволю этим детям беспричинно рисковать собой. Может им уже не по двенадцать, но они всё такая же ребятня, — неожиданно Для Стива Нэнси схватывает того за ладонь, и Стив не сопротивляется: пальцами он ощущает, насколько разбита и сломлена сейчас была Нэнси. Показать себя слабой она может лишь перед избранными людьми, в число которых, как оказалось, он всё ещё входит. Около полуминуты сохраняется тишина. Стив не осмеливается нарушить её, давая Нэнси пространство и поддержку, в которой она сейчас так нуждалась. Молчаливое согласие…в том, что всё это одна большая ошибка. Ошибка, которую уже не исправить. Которая уже стоила множества жизней. И неизвестно скольких ещё будет стоить. Робин замечает, как мимо неё поникши проходят мимо сначала Лукас, затем Майк. Джонатан следует за парнями, почёсывая голову. И только Бакли собралась окликнуть их, но на неё натыкается Уилл: — Им нужно время, — произнёс он с таким же поникшим выражением лица. — А что случилось? Нашли тело Джессики? Что-то стало известно? — Лучше бы это было чьё-то тело, — столь холодный ответ Байерса мгновенно вызвал у Робин неконтролируемые мурашки по всей спине: — Не говори мне, что город ушёл под землю. — Джессика убила десятки людей. И не сейчас. А каким-то образом в пятьдесят девятом, — Робин разинула рот, прикладывая свою неосознанно к области сердца. — Кэрол во всём созналась. — Убийство у радиостанции…вот чёрт, — рука опускается, и Робин пытается сохранить прежнюю остроту мышления. — Её ведь сподвигли на это. Она бы ни за что не решилась бы на это. Тем более…чёрт. Стоп. Стоп. О нет, — неожиданно для Уилла Робин вдруг начинает не то чтобы задыхаться…её взгляд становится слегка отстранённый. Затуманенный. И не тот, при котором на тебя влияет Изнанка. Тот взгляд, при котором ты осознаёшь страшную правду. Правду, меняющую всё. — Ты меня пугаешь таким взглядом. — Это наша вина. Наша с Нэнси. В прямом смысле этого слова, — тревожная машина внутри Робин дала по газам. — Что? Как это… — Мы смотрели документацию в полицейском участке. Документацию по всему, что произошло в пятьдесят девятом. После та осталась у Нэнси. А она…она передала её Джессике. И значит, что мы сами указали Джессике на тех, кого она убрала. Но убрала почему...чёрт…она убила, отсюда документация, которую мы передали её самолично, но если бы не передали документацию, то она бы не совершила эти убийства, а значит не было бы документации, что значит, что мы не могли её найти…начало без конца. Конец без начала, — ещё более неожиданным для Уилла оказалось то, что Робин буквально схватывает его за ветровку, в которой он был, двумя руками, буквально подтаскивая к себе вплотную. — Не говори об этом остальным. Они сойдут с ума. — Но это же важная ули…. — Нет, — окончательно понесло Робин. — Это сломает наш дух. Он уже и так побит у всех, вон, посмотри на меня, — два шага назад, и Робин обводит руками свои плечи и живот. — Я не знаю на каких гормонах сейчас пашет мой организм, но после всего, что я видела, и через что прошла за те полтора часа, что мы добирались к эвакуационному выходу, я тупо выжатый кусок лимона. И речь не об энергии. А о духе. Всё это одна большая ловушка времени, в которой мы пленники. И всё что нам остаётся — смириться с его неизменностью. Марти Макфлая и Де Лориана не существует. Ну, точнее тачка существует, но не машина времени. Или существует, но не в виде тачки. — Окей-окей, — от греха подальше Уилл выставил вперёд руки. — Всё пока нормально. Я не скажу остальным пока что. Только успокойся. Дыши глубже. Я принесу… — Только не воду! — с ещё большим ужасом промолвила Робин. — Ещё несколько глотков, и я превращусь в слизкого осьминога. Бе!!! — гримаса с языком явно свидетельствовала об одном: Робин теряла контроль над собой. Но как его не потеряешь, когда сам факт того, что ты сейчас жив, бессмысленен. — Что, если у Джессики в самом деле был мотив для этого? — Уилл решает слегка развить мысль Робин, хоть и не считал это уместным. — Какой мотив? Парадокс убитого дедушки? Я понимаю ошибиться с одним человеком. Но с десятью. Или там больше. Уилл, это не мотив. Это сумасшествие. И всё сумасшествие заключается в том, что мы — одно из его звеньев, понимаешь? — Да. Дерьмово наше состояние. И хорошо, что Майк не слышал этого. — Потому и прошу не говорить остальным. Это взрывная эмоциональная бомба, которая не доведёт ни до чего хорошего. Поэтому мне и нельзя идти туда, куда пойдут остальные, — подходит к завершению своего эмоционального позыва Робин. — В Изнанку? — Ну не в горный поход же. Лучше бы в горах подыхала. Не знаю там, Килиманджаро. Эверест. Любая сойдёт. Надо будет уломать Стива на это. — За такое он тебя точно не поблагодарит. — Ничего, он тот ещё должник. Если бы я просила закрыть все его долги, то даже полёта в космос не хватило бы, чтобы удовлетворить моё эго. — Значит, это всё? Больше никаких всплесков и открытий? — Ну, собственно, это не было таким уж открытием, — признаётся Робин. — Все мы знаем про то, как Майк спас как там её…ту, что с Нью-Йорка. — Рейчел вроде. — Точно! — взбадривается Робин. — Время действительно работает по принципу Новикова. Если бы только найти ещё больше информации…представь, что будет, если бы мы нашли наши снимки где нибудь за сорок лет до сегодня. Это бы было…. — Наверное шокировало нас. Да, выходит, мы сами формируем нашу судьбу. — Да хрень всё эта судьба. Я сейчас свожу все свои слова к одному: этой ночью что-то случится. Изнанка, не Изнанка, плевать. Что-то случится. Нутром чую. И знаешь, почему это что-то случится? — Уилл окончательно смирился с тем, что Робин невозможно остановить. — Потому что мы продолжаем водить друг друга за нос. Каждый сам по себе. Со своей правдой, в которую продолжаем отчаянно верить. Чтобы пройти через то, что будет этой ночью, мы должны отказаться от правды и лжи как таковых. Раскрыть всё. И всех. К этому всё идёт. Сейчас, через несколько часов или дней. Но рано или поздно всё вскроется. Мы останемся как в ноевом ковчеге. В одной лодке. Собственно, мы уже в ней. — Ещё не поздно выйти из игры, — тихо сказал Уилл — Я серьёзно. Ты сделала уже многое. Выходи из игры. — Я и не собиралась входить в неё, дурень. Чёрт, прости. — Всё нормально, — слегка открестился Байерс. — Ты главное остальных не вводи в такой транс. Другие могут понять не так. — Ты же не собираешься идти туда? — в глазах Робин вдруг нарисовался неподдельный страх. — Уилл? — Я раздумываю над этим, — откровенно признаётся Байерс. — Ты просто не была связана с тем существом, как я. Ты не знаешь, что это. Я же чувствую его. Даже сейчас. Отдалённо, — теперь внутренний страх появляется и на глазах Уилла. — Тогда почему мы до сих пор не использовали это? — Потому что необходимости не было. Ещё позавчера всё сводилось к наличию маньяка. Человека, просто устроившего убийства. А сейчас все напрочь забыли об этом. Словно между вчера и сегодня прошли даже не недели, а месяцы. Если бы я знал, понимал, что эта тварь ещё не покончила с нами, я бы подготовился. Но времени для этого нет. И порой я задаюсь вопросом: если всё что произойдёт известно в относительности, то почему Джессика из будущего не появилась до сих пор? — Ты задаёшься этим вопросом, зная, что она слетела с катушек? Её уже вообще может не быть в живых. Понимаешь к чему я веду? — Не очень, — пожимает плечами Байерс. — Истязатель убрал самые опасные звенья и переменные. Какая разница ему, что там случилось лет тридцать назад? Ему важно сейчас. Чтобы ни Джейн, ни Джессика, ни кто-либо не смог остановить его. И как бы я чёрт побери не хотела признавать этого, но вот те послания. Те три чёртовых послания. Это ключ к тому, как остановить его здесь и сейчас. Да, это рискованно, но впервые за долгое время риск оправдан. Наше бездействие — его секретный план. Он не ждёт, что мы прорвёмся к нему. Он ждёт армию. Военных. Он ждёт мясо, чтобы скормить его своей демоармии. Так поступает любой полководец. Взять того же Наполеона? Будь у нас мороз как в России в восемьсот двенадцатом, — Бакли окончательно повернула не в ту степь, — его армия обернулась бы против него. Или как минимум подохла. Но к наиогромнейшему сожалению… — Притормози, — вдруг резко перебил её Уилл. — О каком морозе ты говоришь? — Эм…когда Наполеон на Москву пошёл ударил хороший мороз. Зима настала. И его армия просто почти подохла от холода, — Робин замечает, как внутри Уилла завертелась какая-то мысль…Байерс на самом деле тоже плохо скрывал эмоции. — Мороз их не убьёт. Но вот жар…жар может, — размеренно начал рассуждать Байерс. — Как минимум, мы можем использовать огненные пушки чтобы обеспечить нам проход. Как средство от комаров. Будут рядом, но не тронут. — Но это убивает весь фактор внезапности! — удивляется такому суждению Робин. — А может, нам и не понадобиться внезапность. Не всем нужно идти в тот дом на Харвуд-Стрит. Мы можем устроить шоу, на которое клюнут твари. Приманку. Это сработало в тоннелях, которые поджигал Стив в восемьдесят чёрвёртом. Сработает и сейчас, — видеть то, как Уилл мыслит как стратег, для Робин было бесценно. Она никак не ожидала того, что её волнение и нервы приведут к столь логичной мысли, в которой они нуждались как никогда! — Не останавливайся. Это звучит хорошо. — Я знаю. Время для общего сбора настало. Тянуть незачем. Разве что…, — взгляд Байерса переводится на урчащий от голода живот. Эмоциональная встряска от Робин ещё больше раззадорила и так не на шутку разыгравшийся аппетит. — Поняла. Я пока могу рассказать… — Ты просто подумай хорошенько над другими идеями. Что можно совместить. Так, чтобы это было эффективно. А мне нужно топливо. Много топлива Робин не сводит своего взгляда с Байерса. Проницающие карие глаза…зарождающаяся уверенность. И дух. Дух настоящего мага, способного повести за собой остальных. Ей не верилось в то, что эта мысль зародилась рядом с ней, ведь обычно Робин привносит их сама, либо её идеи оказываются настолько глупыми, что окружающие не воспринимают их всерьёз. Что, если бы она тогда не полюбопытствовала, чем занимались Стив и Хэндерсон в подсобке AHOY. Что, если бы они со Стивом не обратили внимания на выстрелы, что привели ко всему этому? Время…насколько же они все властны и безвластны над ним одновременно. Всё это звучит умно и глупо. Закон Мёрфи во всей его глубинной сути. Всё, что может случиться — уже случилось. Ричи, что в прямом смысле проспал последние часа полтора в одном из служебных помещений, нашёл остальных в подвешенном состоянии. Он хотел найти Уилла, но так вышло, что первым на глаза ему попался Джонатан: — Эм…прости, я чуток пропустил… — Ничего, — привычно для себя ответил Байерс. — Там пока ничего не решилось. Да и из нового разве что в Изнанку планируем идти. Но к этому всё и так шло. — Выходит, да…, — Ричи пока ничего не заподозривал, считая, что всё под контролем. — Ты главное вперёд не суйся. Я по тебе вижу, ты физически для такой вылазки не готов. — Ну, разве похоже, что я куда-то собираюсь? — Да кто тебя знает…, — Джонатан слегка ускоряет свой шаг, и Ричи следует за ним. — Я наверное найду Синди. Она мне всё расскажет. — Да. Так будет лучше, — Джонатан явно не горел желанием продолжать этот диалог. Так что Ричи отделяется от Байерса-старшего и направляется в первую очередь в больничное крыло, где застаёт Макс, что-то бубнившую про себя. Та бросила на него лишь презренный взгляд, и Грейв направился далее. Синди он находит в самой допросной, где, кроме неё, была ещё и Рокси: — Почему все разбрелись? — Пугаются неизбежного…эм, а где ты был? — удивлённо обернулась к нему Синди, не отходя от доски. — Спал, — слегка улыбнулся Рич. — Спал??? — глаза Синди стали округло-стеклянными, а удивление перерастает в демоническую гримасу. — Ну ахринеть теперь. — Да ладно, чем бы я мог помочь сейчас? Ничем, — сказал на опережение Грейв. — Мог бы принести нам поесть. Не знаю, главное…чёрт, — Синди слегка теряется, Рокси подхватывает её инициативу. — Решение о проникновении в Изнанку… — Принято. Я знаю. Что с того то? Этого следовало ожидать, — спокойствию Ричи можно было только позавидовать. — Ты видимо не в курсе, но…Джессика сотворила кое-что ужасное. Она застряла в прошлом. И по какой-то причине убила множество людей. И… — Стойте, — прервал Рокси Рич. — Это же бред. Почему… — О смертях известно очень давно. У нас есть снимок наличия Джессики в прошлом и свидетельница, давшая показания. Пускай и под давлением. — Всё равно брехня. Джессика не способна на… — Ты помнишь, что с тобой случилось этой зимой? Что случилось со мной? Нельзя отрицать, что Джессика прошла через это же. И что её уже вообще в живых нет. — Я не склонна верить в то, что её нет, — вдруг призналась Рокси. — Но я склонна верить, что она нам не поможет. А может стала и угрозой. Пока она и Джейн находятся под влиянием Истязателя мы для них лёгкие мишени. Так что проблему придётся устранять в самом её корне. Вот это, — Рокси вновь указывает на слегка потёртый текст трёх посланий, — и есть корень. Сейчас нам нужно лишь решить, каким образом до него добраться и уничтожить. Мы готовы идти туда. — Я иду сто процентов, — уверенно сказала Синди. — С моей силой я буду одним из самых важных звеньев предстоящей операции. Может, я даже сумею достучаться до запертого разума Джейн. — Останавливать вас я не стану. Но я туда не пойду. Нет, нет-нет. Мне там делать нечего. — Я и хотела сказать, чтобы ты не пытался геройствовать. Ты уже совершил сегодня то, на что я бы наверное год назад не решилась, — признаётся Синди. — Так что прошу, найдёшь нам еду? Я не хочу сновать сейчас возле Хоукинских. Они слегка ошарашены. Особенно Майк. — Это я заметил по Джонатану и Макс. Да, без проблем…, — стоило Ричи направиться из допросной, как у выхода его чуть не снесла Робин — та явно спешила с каким-то предложением. Ричи же задерживаться не стал. — О, вы тут…я хотела…там…как сказать. Синд…конечно. — Робин, — слегка указательным тоном обратилась к ней Рокси. — Что происходит? — Уилл подал идею. Точнее, её подала я, но всё же…не столь важно. Сейчас эта идея преобразуется во что-то большее. Проста как два пенни, но может сработать. — Что за идея? — заинтересовалась Синди. — Она касается напрямую тебя. Ну и не только. Но ты можешь быть катализатором. Короче, нам нужно устроить огненное шоу. Заманушку. Чтобы эти твари клюнули. А ты владеешь огнём. И…, — ярко выраженная и слегка маньячная улыбка Робин сразу же воодушевила Синди: — Я понимаю к чему ты клонишь…это в самом деле может стать частью плана. — Но твоя идея по поиску сознания Джейн… — Мы пока не уверены в том что в том доме вообще что-то будет, Рокс, — слегка сбавила тон Синди. — Вылазка идёт по факту в слепую. Устроить заманушку это идея. Но мы не знаем сколько их. И как заманить. — Их не нужно заманивать в конкретное место, — продолжала вести свою мысль Робин. — Нужно только чтобы они ушли с определённого района. А значит…нужно устроить скачки. Эм…гонки. Да! Гонки…боже, только как… — Твой мозг в самом деле всегда работает так? — проявляет нескрываемое удивление Рокси. — А как по другому? Я экстравертна и интровертна одновременно. А в моменты стресса как сегодня вообще слетаю с катушек…но сейчас это происходит в хорошем смысле, так что да, я генерирую кучу идей. И хочу чтобы они были полезными. Не изобретать же мне велосипед…. — Нам нужно более тщательное планирование, — подхватила позыв Робин Синди. — На словах это всё звучит прекрасно, но в реальности….нам нужен целый план. Нужны маркеры, карта города и бумага. Много бумаги. — Отправлюсь на поиски. — Нет, притормози, — постаралась замедлить порыв Бакли Лэнг. — Возможно, у тебя есть ещё какие-то предложения. — Тогда я схожу, — Рокси не требовалось разрешение Синди на то, чтобы сделать что-то полезное. А Робин в самом деле будет лучше остаться здесь, у доски, где всё будет планироваться. — Предложений у меня вообще ноль. И да, планирование это не моё. Я всегда спонтанна. Мне сложно сдерживать внутреннюю энергию и… — Ты сказала гонки. Устроить гонки. Как ты это представляешь себе? — Хм…ну. Ладно. Представим тачку. Что гоняет по улицам Хоукинса. И разносит всё на своём пути. С громкой музыкой. Ярким светом. Твари купятся на это и как собачки будут носиться за ней. Всё что нужно — это водить их за нос. — Я правильно понимаю, что пока кто-то, включая меня, будет устраивать огненное родео по всему Хоукинсу, остальные незаметно проникнут в тот особняк? — Да, — всё также уверенно продолжает говорить Робин. — Я не знаю, кто будет тем, кто проникнет… — Я буду, дитя, — обратился к Синди вошедший в допросную Хоппер. — Я в любом случае направлюсь туда, потому что я знаю свой город. Знаю вас, детей. Ну не вас конкретно, эм… — К слову, я рада с вами наконец-то познакомиться, — улыбка и протянутая рука Робин слегка смутили Джима, но тот сумел протянуть руку в ответ. — В общем, — продолжил Джим, — в тот дом иду я. Со мной пойдёт как минимум ещё двое человек. Нужно хорошее прикрытие. Нужны те, кто там бывали. Знают, что такое эта Изнанка. (Синди) — Рокси бывала там. Провела несколько дней. Вместе с Харви. — Значит она адаптирована. Это хорошо, (Робин) — Я там не была. Так что… — Ты останешься здесь. Твоих похождений на сегодня было достаточно. И ты тоже, Синтия… — Синди, — поправила Хоппера Лэнг. — Но нет. Я пойду. Потому что…, — Синди демонстрирует вырывающееся из её ладоней пламя, что исчезает столь же мгновенно, как и появилось. — Ты одна из подопытных…? — Нет, это долгая история. Я…пережила клиническую смерть. После того, как прожарилась в лесу Изнанки…и демоптицы. Долго рассказывать. — Окей. Пойдёшь с нами. — Но у нас есть план, по которому я с вами…не пойду. Типо я должна быть в отвлекающей команде. — Давайте соберём всех вместе, — вновь ворвалась в диалог Робин. — И начнём формировать полный план. Даже странно, что я это предлагаю. Это и так будет. Просто дождёмся остальных. Делов то. — Посмотри-ка на меня, — Хоппер подзывает Робин к себе ближе, всматриваясь в её слегка опухшие глаза. — Ты ничем себя не колола? Выглядишь словно под чем-то. — Вы меня просто плохо знаете. Говорю, это реакция на стресс. И не забывайте, тремя часами ранее меня рвало как последнюю скотину. Даже не знаю, как доктор Оуэнс сейчас там дышит моей рвотой. Но в любом случае, я говорю как есть: я чиста. И даже не думайте о таком. — Она просто гиперактивна, — лёгкая улыбка Синди даёт понять Хопперу, что всё в полном порядке, и тот выпускает Робин из-под беглого осмотра. — Ждите здесь. Остальные не застанут себя ждать долго. Дадим им поесть. Вам бы кстати, тоже не помешало бы. — Не мне, — сразу же открещивается Робин. — Я всё равно останусь тут. Поем что-нибудь, когда от трипа отпустит. В смысле, нервы спадут. Не важно. Хоппер лишь охнул и молча удалился, оставив девушек наедине. Много всего происходит…со многим придётся справляться. Но в самом деле тянуть с этим не следует. Пора положить конец этому кошмару. Ну или хотя бы начать прилагать для этого усилия. Майк продолжал подозревать Харви в какой-то тайной игре. Ему продолжала не нравиться особа отца Джессики. Что-то с ним не так. И Майк не мог отделаться от этого чувства… — Хватит подозревать всех в том, что что-то не так. Пора брать всё под контроль, Майк, — подстегнул его Лукас. — Я не подозреваю всех. Только его, — едва заметно указал Майк на Харви, что вдали переговаривался о чём-то с Джойс. — И не переубеждай меня. Здесь что-то не чисто. Кэрол и он. Может они в сговоре. А может… — А может у тебя окончательно едет крыша, — продолжал надавливать Лукас. — Я серьёзно. Ты нам нужен. Я знаю, какой ты стратег, Майк. И знаю, как переживаешь за Джейн. Так что прошу, собери свою волю в кулак и будь мужиком. Или как минимум нашим Данджи-Мастером. — Окей, — холодно ответил Майк. Ответил он это только чтобы Лукас не доставал его пустыми нравоучениями. Майк окончательно понимает, что не сможет отделаться от язвенного чувства заговора. Ему придётся действовать самому. Особенно после того, что происходит на его глазах прямо сейчас: — ВСЕМ ВНИМАНИЕ! — неожиданно прокричал на всё помещение Уилл. — Мы начинаем сбор через пять минут в допросной. Не опаздывайте, — Майк успевает подбежать к Уиллу, буквально прихватив его за руку: — В самом деле? Ты пойдёшь туда, да? — Удивлён, что не идёшь ты. Но ещё ничего не решено. Но скоро решится. — Будь осторожен, — Уилл удивляется такой реакции Майка. Это не похоже на него. Он уже очень давно не проявлял к нему внимания, или он просто устал за эти дни… Но Майк знал, что делает. Майк уже планировал в голове то, что ему нужно сделать. Он не раз сталкивался с тем, как людям затуманивают разум. Полугодовое пребывание с Джейн в изоляции от мира развило в Майке внутреннее чутьё, которое сейчас говорило ему лишь одну мысль — он не ошибается. Ему нужно лишь сделать то, на что не осмеливаются остальные. Разбить в пух и прах театр, который разыгрывают Харви и Кэрол. Надавить на последнюю — не получится. Но вот на Харви…
