Релокация

- И что это ты мне принёс, капитан Вэй? - подслеповато сощурился Маккой, отрываясь от яркого в темноте экрана падда. - Я тут как раз закончил разбираться с сегодняшними острыми пациентами. Два здоровых лба из охраны не были вакцинированы от аметанской краснухи! А файлы с сертификатами подделаны, потому что ребята боялись побочек. В итоге имеем менингит у одного, воспаление лёгких у другого. Ну, и геморрой у меня. Сучий потрох, этих антиваксеров нужно научиться как-то фильтровать... Под привычное брюзжание Вэй Ин молча запер за собой дверь и грохнул об стол восьмиугольной бутылкой. Бывали вечера для виски, бывали — для саурианского бренди. А сегодня подходил только клингонский чоргх: густой и вязкий, как дёготь, невозможно горький. Эффект от чоргха был интересным: под ним люди видели грёзы о разрешении своих самых гнетущих проблем. Причём моральные ограничения снимались — в этом была вся фишка. Выход мог быть сколь угодно не этичным, и придуманный своим же мозгом сценарий порой было трудновато развидеть. Когда он ещё был Джимом и кадетом первого курса, чоргх навеял видение. Там Кирк упоённо сосал своему харизматичному профессору по астрофизике прямо на траволаторе Академии, среди большого скопления людей. Джиму в то время очень хотелось, чтобы тот бросил своего любовника-аспиранта, и обратил внимание на него. В реальной жизни мистер Хафторсон продолжал Кирка не замечать. Как и любой другой стимулятор, чоргх не мог изменить ход событий. Но они с Боунзом делились своими стыдно-печальными историями, поднимая друг друга на смех, и так было легче. *** - Эй. Что, так плохо? - всмотрелся в его лицо Леонард. Вэй Ин только кивнул, утапливаясь в эргономичное кресло на всё тело. Мигающие во тьме приборы и глухой гул стерилизатора составляли привычный успокаивающий фон. Сейчас это было очень нужно. Смотреть, как Лань Чжань, случайно порезавшись, смотрит на набухающую каплю крови, было грустно. Слегка схмуренные брови и растерянность на лице добивали. Ведь у полувулканца кровь была бирюзового цвета и сворачивалась почти мгновенно. Споку неровность корабельной обшивки в ангаре для шаттлов не причинила бы вреда. Это люди не могли водить по дюраниуму пальцем, не повреждая эпителий. - Я испортил ему жизнь. Тогда как, будучи капитаном, должен был бы пресечь идею спускаться на Нибиру в зародыше. Процитировать устав — он бы не стал спорить. - Ну и какой смысл рассуждать об этом сейчас? - придвинул к себе бутылку Маккой, усаживаясь напротив. Чёрный шар чоргха в обрамлении стеклянных граней бликовал синим. - И потом, с чего ты решил, что вот прямо испортил? Для тебя, например, новое тело — это минус хроническое акне и длинный список аллергенов. - Раньше он общался со мной и с Ухурой. Сейчас избегает нас обоих из-за чувства вины. Лань Чжань будто сам себя приговорил к одиночеству! Он даже не пытается заговорить с Ниотой. - А вот тут не всё так просто, - прищурил один глаз Маккой, рассматривая этикетку со свирепым клингоном, что переливалась от лимонного к синему. - Ухуре Спок был прежде всего интересен, как вулканец. Ниота восторгалась его древней культурой, экзотичной для нее способностью к телепатии. Своеобразной внешностью. Но под всем этим сам коммандер Ухуру не интересовал. - Это ты к чему? - нахмурился Вэй Ин. Слушать про такое отношение к Споку оцарапывало изнутри. - Он должен был осознать этот момент. Лань Ванцзи просто нечего ей предложить — сам знаешь, Ниота не очень жалует людей. Кстати, я слышал, твой первый теперь тренируется с Сулу. И вроде как, там наметился вполне ощутимый прогресс. Лань Чжань же не читит с едой, а повторы выполняет до отказа — ему нужен результат. - Ты думаешь, он сможет когда-нибудь привыкнуть? - Кэп, скажу начистоту, - отставил поблескивающий гранями чоргх в сторону Леонард. - Ты думаешь не о тех вещах. Ведь ты сам себе до сих пор не ответил на простой вопрос: нахера ты полез за Споком в тот день? Давай, попробуй. Прямо здесь и сейчас. - Ну… я не мог вынести мысли, что он умрёт. - И почему же? Мы все смертны. Только из тщеславия? Потому, что за время твоего пребывания в должности потерь в составе экипажа не было? - Нет, - даже поморщился Вэй Ин. - Он был очень нужен мне рядом. - Чтобы что? Квалифицированного персонала в Федерации — хоть жопой жуй. Нравятся полукровки? Ну так можно было заказать взамен потерянного полувуканца любого гибрида. Пайк бы достал его тебе. - Спок был важен мне не из-за расы. Он стал самым близким, понимаешь? Ближе… не было. - ВЭЙ У-СЯНЬ! - треснул по столу ладонью друг. - Скажи-ка мне, что это за отношения. Когда кто-то ближе всех. Совершенно никем не заменим, - коварно процитировал его же слова Маккой. - Очень нужен тебе рядом. Настолько, что крайне тяжёлый ожоговый шок и, по итогу, летальный исход кажутся пустяками? Вэй Ин замер, поражённый брезжущим на краю сознания открытием. - Ты имеешь в виду, что я…? Нет, не может быть. - Да почему не может, ослиная ты башка? Подумай. - У нас не было никаких таких моментов. Я не касался его сверх необходимого! - И это явно было для тебя непросто. Но я понимаю, капитан. Он мог вырвать тебе руку из плечевого сустава, если что-то не устроит. - Погоди, но ведь Спок — он никогда и ни с кем, кроме разовых увольнительных иногда. Без установленной телепатической связи эти его Узы были невозможны. Аманда Грейсон, мать Спока, была каким-то уникумом — обычные люди вулканцам не подходят. - Да, всё верно. Ты об этом прекрасно знал и видимо, не позволял себе даже надеяться, - безжалостно припечатал Леонард. - Так я…? - Ну давай. Скажи это сам. Прояви свою знаменитую отвагу. - Я любил его, - шёпотом сказал Вэй Ин. Шокированный тем, как правдиво это прозвучало. - Ну вот! А он что, был равнодушен? Постарайся учесть его посмертный выбор. - Слушай, но этого точно не может быть! - помотал головой Вэй Ин. - Спок… относился ко мне не так. И не стал бы за мной спускаться — это прямо следовало из его слов. - Смею напомнить, что я тоже там был. И из его слов следовало: «Живи дальше, Джим, Бога ради!» - Блядские небесные светила. Дай сюда мой чоргх, я больше не могу это трезвым переносить. - Знаешь, Вэй Ин, у меня есть идея получше. - Что ещё за идея? Я это-то переварить не успел. - Раз ты сомневаешься насчёт Спока… или Лань Ванцзи, один хрен. У нас есть шикарный способ это проверить. Ваши скопированные нейросети могут не только занимать объем кристаллов, но и приносить пользу. Леонард ткнул в иконку приложения «Possibly Mayby», которое они освоили ещё на втором курсе. И, покопавшись в настройках, соорудил модель симуляции. Записи с камер позволяли воссоздать планету Нибиру, какой она была в реальности — так, что копии их личностей не отличили бы. - Ну и вот смотри. Давай варьировать параметры: кто из вас туда десантировался с ледяным кубом. Пробовала ли остановить спускающегося команда. Сколько желаете итераций, капитан? Вэй Ин покосился на сеттинг на виртуальном экране, который развернул для него Маккой. Там вулканец с мягкой полуулыбкой смотрел на Джима Кирка. Так, будто на мостике не было никого, кроме них двоих. Гигантское разрешение позволяло ткнуть на споково лицо и увеличить настолько, что были видны радиальные складки губчатой ткани радужки. Но Вэй Усяню было мало картинки даже с очень высоким разрешением — речь шла о слишком важных вещах. - Десять тысяч. - Да не вопрос, - жалостливо глянул на него Леонард, и вбил цифру в пустое поле. - Поехали. Вэй Ин следил, как увеличивается в кружке число проигранных гипотетических версий. Не прошло и пяти минут, как симуляция завершилась. На экране замигала надпись: «Число спусков в жерло вулкана за вторым участником: 9785.» - То есть, Спок всё-таки мог меня бросить. Или я его, - разлепив губы, выговорил он. Маккой перешёл в раздел статистики и объяснил: - Прочие случаи — это когда тот из вас, кто остался на борту, терял возможность передвигаться. Вот например, тут я вколол тебе мощное седативное в шею, - продемонстрировал друг собственное оскаленное лицо и руку с гипо, воткнутым в Кирка. - А тут Ухура выстрелила в Спока из фазера в режиме оглушения, - показал ему Леонард застывший кадр с распростёртым на полу коммандером. - В общем, если суммировать — Споку ты тоже был «очень нужен рядом». - Я могу более подробно рассмотреть итерации? - Сейчас всё тебе скину. Рассматривай на здоровье. Только поспать ночью не забудь, - смерил его взглядом Маккой. Вэй Ин встал и пошатываясь, опираясь о стену рукой, пошёл к выходу, вон из погружённого во мрак медотсека. Он уже не хотел чоргха — открытие сегодняшнего вечера было даже не сравнить с тёмным мороком клингонского пойла. *** То, что показывал ему коммандер Лань, едва освоившийся в теле терранца, заставляло Вэй Ина почти поверить в невозможное. Отчаянный поцелуй в ладонь был яснее всего, что мог сказать ему Маккой, и красноречивее тысяч симуляций. Даже если Лань Ванцзи не сознавал, что он только что сделал. После инцидента с винтажным рисовым вином Вэй Ина перестала так мучить совесть. Ведь Лань Чжань не умел врать и трезвым — а уж не стоящим на ногах и подавно. И видимо, Леонард был прав — человеческое тело и мозг вполне могли давать захватывающий опыт даже бывшему вулканцу. *** Наблюдать за тем, как коммандер пытается передать месседж «ты мне нравишься», было жуть как интересно. Наверное, Лань Ванцзи думал, что отлично скрывает свои мотивы. Но делал это не лучше, чем двухлетний ребёнок, закрывающий хитрую мордочку одной рукой. В обеденном холле Лань Чжань, хаотично покружив поблизости от его стола, потом будто бы случайно приземлялся на ту же скамью. Глядя прямо перед собой, и типа не замечая собственного капитана. - Лань Чжань, - тихонько звал Вэй Ин. - Лань Чжань, а ты когда-нибудь пробовал Ляньоу Пангу Тан? Скучно же есть только лосося с чечевицей. А я тут недавно добавил новой азиатской еды в меню репликатора. - Не знаком с таким блюдом, - отвечал тот ровным голосом. Но при этом щека у Лань Ванцзи начинала нежно розоветь. - Хочешь попробовать? Я как раз взял себе. Там ничего жареного, не бойся. Варёные свиные рёбра и сплошь полезные ингредиенты. - Позвольте узнать, капитан, что за перфорированный объект в вашем блюде? - косился Лань Чжань на пластинку лотоса, торчащую из супа. - Нашинкованный подводный корень с воздушными камерами. Так будешь ложечку? В ответ суровый и немногословный коммандер Лань придвигался совсем близко и приоткрывал рот. Глотая ложку дымящегося супа, поднесённую к его губам, с полузакрытыми глазами. Вэй Усянь смотрел, как дёргается его кадык, а пылающий розовый румянец окрашивает скулы и уши. И задавался вопросом: а понимает ли Лань Ванцзи хоть отдалённо, что с ним происходит? *** Вэй Ину очень хотелось потрогать волосы своего первого помощника — они же переливались и касались такими классными наощупь. Как-то раз во время их традиционных обеденных посиделок, заведя руку тому за спину, он коснулся туго заплетённой причёски. Опасливо — мало ли, как коммандер может среагировать. Лань Чжань тогда перехватил свою косу у основания и перебросил вперёд. Свесил ближе к нему, выжидающе глядя из-под ресниц. Вэй Ин не мог толком есть, потому что украдкой трогал шелковистые изгибы. Иногда чуть потягивал за косу — просто, чтобы побесить. Лань Чжань не возражал ни словом. Только придвигался всё ближе — пока не коснулся его руки, лежащей на скамейке, своей рукой. Соприкосновение длилось и длилось, мучительно не переходя во что-то большее. Ещё никто не флиртовал с Вэй Ином так — почти без единого слова, упорно и страстно. Замеченный за столиком неподалёку Маккой слал на падд гогочущие клингонские рожи с вылетающими слюнями. - Почему доктор настойчиво посылает вам преувеличенные выражения радости? - возмущённо спрашивал Лань Чжань, лёгким движением кисти спихивая девайс с его коленей. - Да кто ж его разберёт, - пожимал плечами Вэй Ин. - А что, разве ему нельзя? Лань Ванцзи отвечал на это недовольным взглядом. Ничего не говоря прямо, коммандер был прозрачен, как медуза. И Вэй Ин лучше бы сдох, чем остался без такого шоу (впрочем, противоречий тут как раз не было). *** Предметов, приложенных к его телу, было не так много — Маккой намекал, что Лань Ванцзи досталось больше. Вино, к сожалению, было выпито, но у Вэй Ина ещё имелся нижний халат цвета крови — длиной до пола, с закрывающими запястья широкими рукавами. На фоне пресного функционала флотской одежды это смотрелось чистым развратом. Вэй Усянь решил, что будет носить его вне службы. Старинная хлопковая ткань была мягкой и нежной — такое было даже боязно спускать по трубе в репроцессор. Вдруг оно не соберётся из базовых компонентов обратно в первозданном качестве? Приняв душ, Вэй Ин натянул халат на ещё влажную кожу, прислушиваясь к ощущениям. Уроженец Чунцина, которому это принадлежало, навряд ли думал, что его тело станет носить другой человек. Внезапно уши уловили странное — кто-то не то плакал, не то скулил. Вэй Ин пошёл на звук, и скоро понял, что это исходит из-за переборки, разделяющей их с Лань Ванцзи жилые помещения. Он поднёс руку к покрытию и ввёл на вспыхнувшей панели экстренный код от каюты первого помощника, не раздумывая. - Свет на десять процентов. Вэй Ин вгляделся в темноту. Лань Чжань метался под покрывалом с быстро двигающимися глазами под закрытыми веками, и при этом никак не мог проснуться. Его коса наполовину расплелась, распушённым хвостом свисая с койки. Коммандеру снился, наверное, первый в его жизни кошмар — ведь вулканцам такое было недоступно. Проживать рэндомно сшитые куски своего травматичного прошлого было человеческой чертой. Вэй Ин невесело хмыкнул. Можно было ручаться, что сон содержит что-то горелое. Присев на прочную пластину выдвижной кровати, он похлопал коммандера по щеке. - Лань Чжань. Это я, проснись! Проснись, ну же? Глаза Лань Ванцзи медленно открылись. Тот поморгал, явно не понимая, что происходит. - Ты скулил во сне. Что там было? - отвёл намокшую от пота спутанную прядку от его лица Вэй Ин. - Я не знаю. Не помню, - шёпотом ответил Лань Чжань. Покрывало смялось и сползло с плеч, и Вэй Ин не знал, куда ему теперь смотреть. Ведь Лань Чжань сегодня был не в пижаме — может, тоже решил попробовать спать без ничего. Фарфоровая кожа, смутно белеющая во тьме, мучила недоступностью. Изогнутые линии ключиц, сойдясь, переходили в борозду, разделяющую грудные мускулы. Его небольшие соски сжались, торча острыми пиками. Рот у Вэй Усяня пересох так сильно, что слюны не осталось. - Посидеть с тобой, пока не заснёшь? - хрипло спросил он. - Если так можно. Да. Да. В тишине каюты было слышно только дыхание. Сейчас Лань Ванцзи был без своего обруча, и растрепавшиеся волосы на подушке делали его до ужаса человечным. Не идеальным, уязвимым, как и все. Вэй Усянь взял его за руку — и тут же почувствовал, как чужая ладонь прижимается к его, а каждый палец сходится с пальцем. Лань Чжань громко сглотнул и задышал чаще, глядя на него в упор. Руки Лань Ванцзи были больше. И когда пальцы Вэй Ина вошли в промежутки между его пальцами, они оба издали короткий стон. То, чем они сейчас занимались, было предельно откровенным. Их руки гладили и сжимали друг друга, прилипая влажной от волнения кожей к коже. Лань Чжань проводил по венке на его запястье большим пальцем, а нежные скользящие касания чередовал с крепкими пожатиями. Вэй Ин и не думал, что его формальный и дисциплинированный первый помощник может быть таким необузданным. Бедный Лань Ванцзи, ещё помнящий себя вулканцем, целовал его, как умел. Когда Вэй Ин попытался отнять руку, тот не пустил, яростно выдохнув: - Хочу ещё. - Показать тебе, как это делают люди? - спросил Вэй Усянь. Сам краснея в темноте — он же возбудился до боли только от ласк руками. Не смог уйти, потому что увидел Лань Чжаня полуодетым, без двух привычных слоёв униформы. Насколько же тупы могут быть некоторые индивиды, уму непостижимо — недаром Пайк велел им сгинуть с глаз долой. Наверное, Вэй Ин не один реагировал так. Потому что Лань Ванцзи даже не стал дожидаться, когда он покажет. Сам обнял за шею, притягивая ближе, и прижался запёкшимися губами к его губам. Раздвинуть их языком и скользнуть в рот Лань Чжаня было так желанно, что член дёрнулся и засочился смазкой, пропитывая ткань халата. Его тело просто захлёбывалось от восторга, требуя ещё сладкой стимуляции. У Маккоя была в ходу старая поговорка: «Если ты целуешь девушку, и у тебя не встал — это не твоя девушка». С Лань Ванцзи всё было яснее некуда. Коммандер неловко тронул его языком, явно смущаясь. Он просто не знал, что нужно дальше делать. Это отрезвило — не стоило давить на не готового к этому человека. Расцеплять руки Лань Чжаня на своей шее пришлось насильно — и тот долго не отпускал, упрямо хмурясь. Но Вэй Ину хотелось придти в себя. Его коммандер не знал, что испытывает — как это называется, и что означает. Не имел опыта интимных отношений (теперь это было очевидно). С тех пор, как разрешил себе прикасаться к Лань Чжаню, Вэй Ин совершенно утратил чувство меры. И кажется, мог принимать желаемое за действительное. *** Смену Вэй Ин отработал в прострации, потому что смог заснуть лишь под утро. У него не получалось смотреть на прямую спину коммандера с этой тщательно заплетённой косой и не думать о вчерашнем. Назавтра у них намечалась разведывательная миссия на Илине, но он едва вникал в длинные абзацы, которые слал ему первый помощник. И не отличил бы Илин от Ичан, что вращалась по соседней орбите. Лань Чжань говорил так же мало, как и всегда. Но как-то раз обернулся и посмотрел таким тёмным, голодным взглядом, что у Вэй Ина поручни кресла взмокли от внезапно вспотевших рук. Спок не умел так — или просто не знал, что эта опция существует. Когда он вышел из турболифта, у дверей его каюты уже стоял Лань Ванцзи. Прислонившись к ней спиной и буквально перегораживая всем собой. - Лань Чжань. Ты ничего не перепутал? - лёгким тоном спросил Вэй Ин и тычком большого пальца подправил коммандеру обруч с обсидианом. Тот сидел как-то не вполне ровно. - Нет, капитан. Моё присутствие возле вашей каюты неслучайно. Я бы хотел… Лань Ванцзи медленно соединил свои ладони, потёр ими друг о друга. И поднял взгляд на него — понятно ли? - Вот как. Ещё у тебя будут пожелания? - упёр руки в бёдра Вэй Ин. Наглости этой обновлённой версии Спока, конечно, было не занимать. Лань Чжань прикрыл глаза и кивнул. - И вот так тоже, - коснулся он своих губ. Вспухших и покрасневших, с размытой каймой — как это бывает от поцелуев и жгучего перца. - Вчера подобное показалось мне познавательным опытом. У людей со всеми такие интенсивные ощущения? - Ты хоть знаешь, что эти… ощущения означают? - устало потёр глаз Вэй Усянь. Запоздало понимая, что наебал сам себя. - Слушай, Лань Чжань. Друзья таким не занимаются. - Капитан. Мы — друзья, что вы признавали неоднократно. Почему же тогда ночью вы инициировали действия, которые сами считаете недопустимыми? - требовательно спросил Лань Ванцзи. Ну и что тут было возразить? Коммандер, как всегда, уделал его логикой. - Был неправ и полностью это признаю. - Так вы мне отказываете? Вэй Ин мрачно кивнул. - А если... Если я буду настойчив и сформулирую запрос по-другому? - спросил тогда Лань Чжань. - Какой тут правильный термин — «уговорить?» Вэй Ин потёр лицо обеими ладонями — это была патовая ситуация. Он видел, как рука Лань Ванцзи непроизвольно стиснулась в кулак. Наверное, тому очень сильно хотелось продолжить их тактильное товарищество. - Попробуй. Мимо них по коридору прошли два энсина, аж сворачивая головы. - Вэй Ин. Пожалуйста, - шепнул одними губами Лань Чжань. - Без медитаций я... постоянно думаю только об этом. Вэй Усянь отвернулся. Как можно было впустить своего первого помощника в каюту, если тот лишь изучал технические возможности нового тела? - Думаю, тебе стоит принять, что «нет» это «нет». - Я понял, капитан, - опустил глаза Лань Чжань. - Последую вашему совету. Он удалился ровным шагом, с безупречной осанкой, а Вэй Усянь так и стоял перед горящей полоской биоидентификатора. Наверное, после бессонной ночи у него покраснели глаза — сканер сетчатки отказывался разблокировать замок. Пришлось приложить ладонь к пластине ниже, а также дать системе «голосовой отпечаток». - Закрепил он стоянку Нибиру, дабы центр указать всем звёздам, - процитировал Вэй Усянь текст с глиняной таблички из Месопотамии. Планету, где у них была миссия, так назвали люди — в честь центра мироздания древних аккадцев. «Нибиру» переводилось как «переправа». Как её именовали местные на своём клокочущем языке, Вэй Ин не знал. Дверь, наконец, отъехала, впустив его — в единственном числе. *** Перед ужином коммуникатор загорелся вызовом от Маккоя. - Дж-… ой, тьфу ты, Вэй Ин! Уйми своего Лань Чжаня, сделай милость, - услышал он раздражённый голос. - А? Да что случилось-то? - Он припёрся ко мне в медотсек, сказал, есть важный разговор. Я думал, релокацию хочет обсудить. А он, оказывается, хотел руку мою погладить. И потом спросил, можно ли коснуться моего рта своим, можешь представить? Как по мне, Пайк рано его на волю выпустил. Адаптация ведь сложнейшая на всех уровнях. Вэй Ин даже не мог сразу заговорить — у него вдруг стиснулось горло от невысказанной обиды. Лань Чжаню в самом деле было всё равно, с кем это делать. И видимо, тактильный промискуитет был прямо его темой. - И как ты отреагировал? - Отказал, как ещё. Пришлось объяснять, что за руки приятно держаться с тем, кто тебе нравится. А целуют в губы тех, кого желают видеть в своей постели. При этом он на меня смотрел, как первокурсники на адмиралов Брожек и Чоудхури! Вэй Усянь хрюкнул, оценив сравнение. Джарка и Дузана Брожек имели одно тело, но две головы, и вели разные дисциплины. Вритика Чоудхури обладала двумя телами с полными наборами конечностей и одной сильно увеличенной головой. В прежние века на Земле их всех убили бы при рождении — но сейчас евгеника осталась лишь мутной взвесью на дне истории. - Спасибо, чувак. Прости, что мы доставляем тебе столько проблем, - повинился Вэй Ин. - Мы? Ага, значит, этот «исследовательский проект» связан с тобой. Так ты его отшил, что ли? - Мне надо было стать учебным пособием, одним из многих? - Пфф. У меня из-за вас, идиотов, уже полголовы поседело! Вот прав был адмирал Пайк… Вэй Ин разорвал соединение — ему и без этого было муторно на душе. Думая о словах друга, он не мог не согласиться: Лань Чжаню приходилось нелегко. Будучи единственным гибридом вулканца и человека, Спок не имел предустановленной связи на случай лихорадки крови. Семьи, которая готова была бы связать свою дочь с таким неполноценным, не нашлось (Спок рассказал ему об этом сам, используя несколько иные выражения). Оставалось искать партнёра другой телепатической расы; может быть, коммандер планировал так и сделать. И вот как от всего этого было перейти к человеческой модели отношений, где вместо прочнейших ментальных Уз — только ненадёжные слова и пустые обещания? *** Поздно вечером они с Лань Ванцзи согласовывали план завтрашней разведывательной миссии, перекидывая друг другу документацию. Илин была планетой относительно молодой — меньше миллиарда лет, и нагревалась засчёт процессов ядерного распада внутри неё. Так что климат там был похож на земные тропики, несмотря на то, что Илин располагалась на значительном отдалении от Либинган, своего светила. Лань Чжань выяснил всё досконально; уровень радиации позволял им спуститься туда без защитных костюмов. Напряжённость в личных отношениях не должна была мешать работе, так что Вэй Усянь счёл за лучшее игнорировать эту тему. Несмотря на просьбу Леонарда, тыкать коммандера носом в ошибки не хотелось. Неизвестно, каково было бы Вэй Ину, если б его запихали в тело бетазоида. Наверняка бы накосячил и не знал, как это исправить. На экране всплыло новое уведомление, и Вэй Усянь прочёл: «Капитан. Не могли бы вы пояснить, почему меня нет в составе группы высадки?» «Потому что там есть я. Больше вдвоём мы никуда не спускаемся», - набрал в ответ он. Лань Ванцзи прислал голограмму реалистичного вулканского ребёнка со скорбной мордочкой. Плакать маленькие вулкансу не имели права, так что это было эквивалентом рыданий взахлёб у земных детей. *** Лёжа на земле с согнутыми коленями, Вэй Ин прижимал руку к животу. Он инстинктивно зажимал рану, чувствуя, как сквозь пальцы просачивается липкая тёплая кровь. Её тут же смывало водой — на Илине был сезон дождей, и ливень шёл сплошной стеной, сквозь которую было ничего не различить. К тому же, тут было сумрачно, как в клоаке хтонического чудовища. Неудивительно, что кто-то из туземцев смог подкрасться из-за ближайшего холма и пырнуть его мечом, выкрикивая: «Матанда Илина!» Универсальный Переводчик озвучил, что первое слово значит «старейшина». Похоже, хороший старейшина, по их мнению, должен был быть ещё и мёртвым. Раздалось шипение гипо, и Вэй Ин почувствовал жалящий укол в шею. - Обезбаливающее, сэр, - пояснила Кэрол Маркус. - Разрешите, я окажу вам первую помощь. Встав на колени возле пузырящейся от дождевых капель лужи, она плотно опоясала его холодогенератором, который заодно служил и давящей повязкой. Из заплечного рюкзака Кэрол извлекла непромокаемый плащ, прикрыв его. Так можно было дождаться телепортации. *** - У капитана проникающее ранение брюшной полости. Я цела, - сообщила в коммуникатор Кэрол Маркус. - Скотти, поднимай двоих. Пока Монтгомери наводился на них лучом, Вэй Усянь покосился на Кэрол, на которую вынужденно опирался. Мокрое светлое каре облепило её голову, как шлем. Он моргнул, сгоняя воду с ресниц — дождь потоком стекал по лицу. Вэй Ин вздохнул, морщаясь от досады — он не пробыл в новом теле и трёх месяцев, а уже его повредил. Мать бы сейчас заметила, что он просто не умеет относиться к вещам бережно. Пусть лейтенент-коммандер Вайнона Кирк больше не была его родственницей, от воображаемых нотаций это не спасало. *** Когда они с Маркус материализовались на площадке транспортера, на краю уже потирал руки обеспокоенный Маккой. - Чем они его, Кэрол? - Держите, доктор, - отстегнула та от пояса пакет для образцов. Лейтенант Маркус ещё подставляла Вэй Усяню плечо, придерживая его за пояс. Это было кстати: от кровопотери одолевала слабость и он стоял, опустив голову. Жидкая грязь с волос противно стекала по щеке. Леонард рассмотрел предмет, покрутив в руках. Под прозрачной плёнкой было хорошо видно меч с узорчатой рукояткой, усаженный по периметру острыми коническими зубами, привязанными древесными волокнами. На месте двух из них зияли дырки — вероятно, те застряли в Вэй Усяне. - Ритуальное оружие, капитан. Дерево твёрдой породы, зубы местной рыбы, - торопился высказаться Чехов. - Похоже, аборигены сочли вас за небожителя: вы шли, выпрямившись во весь рост, и вели за собой большую группу. Такой, по их мнению, достоин быть старейшиной и говорить с их почившими предками. - Самолично, как я понимаю, - злобно зыркнул Леонард. - Сволочи, такое тело испортили! Спасибо, хоть без нейротоксинов. Больше раненых нет? - Нет, доктор Маккой, - отчиталась продрогшая Ухура, растирающая шею полотенцем. - Похоже, их интересовал только капитан Вэй. - Да понятно. Ну, вот будет у него теперь новый никнейм: Старейшина Илина, - ехидно прокомментировал Лео. Вэй Усянь не успел ответить — носилки на магнитной подушке умчали его в медотсек. *** В своём стерильном обиталище Леонард взрезал на нём одежду и привычно выполнил лапаратомию. Извлёк пинцетом совершенно лишние рыбьи зубы, запаял разорванные петли кишечника и принялся за повреждённый большой сальник. Регенератор в очередной раз пискнул, давая знать, что можно переходить к следующему участку. - Каково состояние капитана? - вдруг раздался полный паники голос Лань Ванцзи. Тот не обратился к начмеду ни по имени, ни по должности, что было удивительно. - Всё в порядке, гоблин. Гррх, как же надоело себя поправлять! - пожаловался Маккой. - Нормально с ним всё, серьёзно. Иди отсюда. - Вы абсолютно уверены, что его жизни и здоровью ничего не угрожает? - Господи. Ты за меня ему рану, что ли, хочешь зализать? Ответом была шокированная тишина. Вэй Ин беззвучно засмеялся. К сожалению, видеть Лань Чжаня сам он не мог — операционное поле было закрыто шторкой, чтобы пациент не пугался вида собственной требухи. - А ты знаешь, что твой коммандер смотрел на Кэрол в транспортаторной, как будто хотел вырвать ей глотку? - спустя время осведомился Маккой. - К чему бы это? *** После травмы сутки было хорошо отлежаться, поэтому Вэй Усянь остался в лазарете. Он валялся в незавязанной на груди больничной рубашке, напихиваясь ригелианским пупырчатым желе, когда заглянула лейтенант Маркус. Вэй Ин приветливо улыбнулся и отставил миску. Пупырки на желе тут же разочарованно сдулись — возмутительное дело, поедающий не уделял ему должного внимания. - Капитан, как вы? - спросила Кэрол, присаживаясь на край его постели. - Рана ещё беспокоит? Расходящаяся ткань открывала бесцветный гидрогелевый пластырь, под которым виднелся едва заметный белёсый шрам. Пальцы Маркус коснулись его кожи рядом. Пупырчатое желе сделало в миске волну и стало жёлто-оранжевым, вывесив через край связку щупалец. Так оно выражало своё крайнее возмущение полутораминутным игнором. - Да нет, - пожал плечами Вэй Усянь. - Благодарю за вашу помощь во время миссии, лейтенант. - Всегда пожалуйста, - улыбнулась Кэрол, встряхнув блондинистыми кудрями. - Это мой долг, капитан Вэй. Вот так близко было заметно, что правый глаз у неё голубой, а левый — болотно-зелёного цвета. - Любопытная у вас гетерохромия. - Я и в целом отношусь к гетеро, - одарила его томным взглядом Кэрол Маркус. - Хотя в наше время это не принято афишировать. Вэй Ин услышал шлепок и опасливо покосился на желе. Худшие опасения подтвердились: оно выпало из миски и лежало на полу застывшей чёрно-фиолетовой грудой, колыхаясь от горя. - Вы уже открылись своим родным? - Нет нужды, - отмахнулась Маркус. - Моему отцу-адмиралу неинтересно. А что вы, капитан? Любите девушек? - кокетливо склонила она голову к плечу. - О предпочтениях такого рода не пишут в личном деле. Вэй Усянь упёр язык в щёку, не зная, как сообщить: конкретно эту девушку он уже пробовал любить. И это было… весьма пресно. - ЛЕЙТЕНАНТ МАРКУС. НЕМЕДЛЕННО ПОКИНЬТЕ МЕДОТСЕК, - раздался непримиримый голос Лань Ванцзи. - КАПИТАНУ ПОКАЗАН ОТДЫХ. Вэй Ин вздрогнул и запахнул на себе рубашку, завязывая верёвочку сбоку. Лань Чжань стоял в дверном проёме с таким негодующим выражением лица, которое никогда не воспроизвёл бы Спок. И левый глаз у него был расширен чуть больше правого. Маркус вынужденно ретировалась. Однако, коммандер тоже исчез за сомкнувшимися дверями палаты, оставив его в одиночестве. Вэй Ин понурился. За короткое время он разочаровал двоих людей и одно желе. *** К обеду мозг Вэй Усяня обработал эту ситуацию и подкинул нечто полезное. «Лань Чжань. У меня появилась здравая идея!» - набрал он на модифицированной им самим виртуальной клавиатуре, что правила опечатки за доли секунды. С дотошным Споком это была полезная фича. «Слушаю вас, капитан». «Я осознаю, что тебе физически тяжело совмещать должности коммандера и офицера по науке (из-за сам знаешь чего). Лейтенант Маркус имеет докторскую степень по прикладной физике. Почему бы вам не координировать отдел вместе? Так нагрузка распределится разумно, и ты не будешь перенапрягаться.» Ответ всё не приходил и не приходил, хотя его сообщение было отмечено, как прочитанное. «Лань Чжань? У тебя всё хорошо?» «Отрицательно», - всплыло в диалоге в конце концов. Вэй Усянь расстроенно заёрзал на постели. Он не хотел делать коммандеру выговор. Заставлять чувствовать себя лузером, который не справляется. Но эта синева под глазами уже начинала беспокоить — Лань Чжань хронически не высыпался, потому что не давал себе роздыху. Пытаясь соревноваться с самим собой — вулканцем, которым он был до релокации. «Ты можешь хотя бы не брать всё на себя? Есть лаборанты, куча желающих быть полезными энсинов. Андроиды (выпиши уже со склада запасных). Нам, людям, приходится быть изобретательными и ленивыми. Потому что иначе просто надорвёмся и не сможем функционировать. Понимаешь, мой хороший?» Он уже отправил это, когда понял, что написал. Но было поздно. Его пламенное воззвание прочитали. «При выполнении этих условий вы оставите мысли о втором офицере по науке?» - спросил его Лань Ванцзи. И Вэй Ин уже думал, что это всё, но тут над паддом возникла голограмма. Лань Чжань прислал ему собственное лицо — с робкой улыбкой и сияющими глазами. «Да чёрт с тобой. Оставлю. Это же была просто идея, Лань Чжань! Не обижайся.» Голограмму сменила другая, ещё лучше: коммандер с проступившим румянцем смотрел прямо на него. «Вас не хватало сегодня на мостике, капитан», - пришло в чат. - «Я регулярно пытался определить ваше местоположение в помещении, и не мог.» «Это назвается СКУЧАТЬ, Лань Чжань. Приведу пример использования термина: МОИ РУКИ СКУЧАЮТ ПО ТВОИМ РУКАМ.» На это Лань Ванцзи прислал голо своей огромной ладони, на которой полностью умещался раскрытый рабочий коммуникатор. Вэй Усянь откинулся на постель, роняя падд себе на незаживший живот и ойкая. Он с успехом саботировал собственные попытки держаться подальше от Лань Чжаня. Может, где-то в недрах корабельной библиотеки завалялся аудиокурс «Как не мечтать о своём первом помощнике и не кадрить его самым бесстыжим образом»? Нужно будет сделать запрос. *** - Капитан Вэй, уделите мне минуту? - подошла к нему до начала смены Ухура. Вэй Ин бросил быстрый взгляд в сторону коммандера. Тот внимательно слушал Сулу, склонившись над навигаторским пультом вместе с ним. С руками, сцепленными за спиной — эту споковскую привычку было не искоренить. - Конечно. Что у вас, Ниота? - Я сочла нужным предупредить вас заранее, чтобы это не было нежиданностью, - теребя в руках свой непарный наушник связиста, сказала та. - Наверное, я подам прошение о переводе на другой корабль. Пока оставила себе несколько недель на обдумать. Для меня это тоже непросто. - Но какова причина? - ущипнул себя за нос Вэй Ин. Перспектива насовсем расстаться с Ухурой не радовала — они через многое прошли вместе. Да и привязаться он успел, что там говорить. - Капитан Вэй. Вы думаете, наверное, что люди не замечают. Но когда я смотрю на вас с коммандером, то не могу не думать: и они были такими. Наши Кирк и Спок. Просто ничего не успели до той миссии на Нибиру, - отвела Ниота глаза, наполненные слезами. - Не подумайте, что я имею что-то против ваших отношений с Лань Ванцзи. По уставу, вам и не положено встречаться с кем-то отличным по статусу. Но постарайтесь меня понять. Смотреть, как всё повторяется — чтобы, возможно, привести к такому же результату… Это выше моих сил. Вэй Усянь сложил рот колечком — спорить с логикой офицера по коммуникации он не мог. - Я принимаю ваши аргументы, - кивнул он. - Но лично от себя добавлю: надеюсь, вы останетесь. Ни Джим Кирк, ни Спок не хотели бы, чтобы вы покидали место, которое стало вашим домом — в этом я убеждён. - Вы… так сильно на них похожи. По отдельности, и особенно, как пара, - вытерла запястьем глаз Ухура. - Иногда мне кажется, Спок бы правда вёл себя, как Лань Чжань — если бы был человеком, как мы с вами. Не поверите, он точно так же гонял от капитана Кэрол Маркус! А у вас характер Джима Кирка и его манера руководить подчинёнными. Вэй Ин прочистил горло. Ну да, такие базовые вещи можно было даже не пытаться скрыть. - Простите, капитан. Я понимаю, что это только иллюзия в моей голове, потому что так не смогла принять их смерть. Под началом Кирка — какой бы занозой в заднице он не был, я готова была идти куда угодно. Ниота замолчала, явным усилием воли расслабляя лицевые мышцы и успокаиваясь. Вэй Усянь с досады зажал щеку зубами изнутри. Как же хотелось подтвердить, что всё так, и ей отнюдь не кажется. Но он не имел права. И потом, это грозило погрузить «Энтерпрайз» в хаос. Ведь отнюдь не все смогли бы понять, что Кирк и Спок в самом деле остались на борту и продолжали нести службу, обманывая преданную им команду. Этически это было так же скользко, как полная палуба денебианских слизистых дьяволов. Вэй Ин проводил взглядом мотающийся при ходьбе из стороны в сторону конский хвост Ухуры. Когда-то, неизмеримую вечность назад, Джим Кирк наедине с собой задавался вопросом. Таким гипотетическим, что стеснялся сформулировать его даже в собственной голове. Что было бы, если они со Споком… Как бы восприняла это команда? Ну вот, теперь он знал. *** Поздно вечером Вэй Ин услышал звуковой сигнал — коммандер уведомлял, что хочет войти. Подойдя к переборке, он без колебаний разблокировал дверь. За ней стоял крайне серьёзный Лань Ванцзи. Коммандер был в стандартной белой майке и трусах — с босыми ногами, как и он сам. И без своего обсидиана во лбу. - Что, Лань Чжань? - с усилием посмотрел Вэй Ин ему в лицо. - Я хотел поговорить с вами, капитан. Но понял, что это не стоит делать в публичном месте, чтобы не выносить частное на всеобщее обозрение. Могу я войти? - Ну, хорошо, - неуверенно согласился Вэй Усянь. Прошёл внутрь сам и опустился на пол — серое покрытие на полу кают высшего командного состава было бархатистым, тактильно приятным и подогреваемым до температуры тела. На таком можно было хоть валяться голышом. Он прикрыл ноги полами красного халата — поза этого, вроде как, требовала. Лань Ванцзи устроился напротив на расстоянии в полметра, и теперь глядел на него исподлобья. Быть с ним так близко было мучением — кто-то неслабо накачал грудь и плечевой пояс, и всё это было обтянуто тонкой майкой. Не говоря уже о том, что было сложно не пытаться посмотреть на пах Лань Чжаня и его длинные стройные ноги. - Капитан. Я нахожу несправедливым, что вы позволили лейтенанту Маркус прикасаться к своему торсу. Вы с ней даже не друзья! Мне вы такой возможности не предоставили, - гневно выговорил ему коммандер. - Так ты пришёл… потребовать такую возможность для себя? - слабо переспросил Вэй Ин. - Именно, - кивнул тот. - Я бы хотел касаться вас и в других местах. Но не знаю, позволяет ли дружеский характер отношений подобное. Вэй Усянь зажмурился, беспомощно чувствуя, что возбуждается — даже подмышки взмокли под одеждой. К нему ещё никогда не подкатывали, обосновывая право трогать логически. А ещё Лань Чжань был неприлично откровенным, и это вышибало почву из-под ног. - Но прежде я должен сказать вот что. Я экспериментировал, касаясь руками и поверхностью губ ещё четверых из экипажа. - Четыре человека?! Но я в курсе только про Маккоя. Хотя, знаешь, не говори. Какое вообще моё дело, - помотал головой Вэй Ин, сникая. - Вы недослушали, капитан. Павел, Хикару и Гейла не возражали и, в отличие от доктора Маккоя, прояснили для меня некоторые важные моменты. Офицер Вро любезно показала, как целоваться с языком. Вэй Ин покраснел от возмущения. Офицер Вро была орионкой, вынужденно сидящей на ингибиторах — Флот ставил это обязательным условием, принимая Гейлу на службу. Но даже без своего бешеного феромонного поля та не могла по щелчку пальцев вести себя, как человек. Тело помнило частый секс и стремилось восполнить это хоть чем-нибудь. Так что голодный до поцелуев коммандер был как нельзя кстати. Ведь он тоже был вынужден мириться с совершенно неестественным для себя функционированием организма — как и орионка с задавленной химией сущностью. В каком-то смысле, их помощь друг другу была понятна и оправдана. Осознавать это было до жути обидно. - Однако, я пришёл к парадоксальному выводу, - продолжил Лань Чжань. - Ни с одним из вышеупомянутых существ касания руками и поцелуи не были такими приятными, как с вами. - Да подумаешь, четверо, - не глядя на него, фыркнул Вэй Усянь. - Это только в первый день. Тебе же наверняка НЕДОСТАТОЧНО ДАННЫХ. Он закусил свой ноготь, не понимая, отчего вполне законные и никому не вредящие опыты коммандера привели его в такое бешенство. - Вэй Ин, ты злишься. Я не знаю, почему, но это... очень приятная мне злость, - сообщил его первый помощник. - Могу я реализовать своё право потрогать твой торс прямо сейчас? Вэй Усянь прикусил губу. Член у него стоял так, что аж прижимался к животу — любовные речи Лань Ванцзи было не сравнить ни с чем. - Хорошо. Я дам тебе. В смысле, потрогать мой торс, - еле переводя дыхание, ответил он. - Ты можешь принять то же положение, что с лейтенантом Маркус? - уточнил Лань Чжань. - Ну да. Могу. Он вытянул ноги, глядя, как коммандер становится рядом на колени. И посмотрел Лань Ванцзи в лицо, только сейчас заметив, какие у того огромные зрачки. Опустив взгляд ниже, Вэй Усянь увидел впечатляющий стояк, который натягивал ткань белых флотских трусов, упираясь в резинку. Во рту просто не было слюны — одна растрескавшаяся пустыня, как на Вулкане. - Ты избыточно одет сейчас. Я должен обнажить твоё тело, - рассудил Лань Чжань, и потянул за тонкую красную бечёвку, которая была завязана бантиком у него подмышкой. Слегка развёл полы в сторону и накрыл рукой его бок. Одно прикосновение, просто статика — и Вэй Ину уже хотелось просить о большем. Только одного было мало. От переходов с официального обращения на «ты» его знобило. Коммандер не отнимал своей ладони, поглаживая кончиками пальцев. Жадно глядя то ему в лицо, то на открывшийся участок кожи. - Это одеяние — аксессуар, прилагавшийся к вашему телу, капитан? - Верно. - Что ещё у вас было? - спросил Лань Чжань, а сам украдкой погладил его сосок подушечкой безымянного. Очевидно, думая освоить умение отвлекать разговорами. - Металлический артефакт. Он лежит вон там, - указал Вэй Усянь на полку рядом со своим рабочим столом. - Можно, я посмотрю? - прищипнул несчастный сосок Лань Ванцзи. И перекрутил его, нагло трогая за второй. - Да-ахх, - со стоном откинул назад голову Вэй Ин. Лань Чжань гладил его грудь уже двумя руками, с изумлённо приоткрытым ртом следя за реакцией. И щипал за соски, которые от этого покраснели и сжались. Изводя этим вдумчивым эротическим изучением — капитан ведь тихо поскуливал и тёк себе на живот. Пальцы Лань Ванцзи прошлась по его затылку, ероша короткие волосы, снизу подбритые в ноль. Другой рукой от потянул за поясок халата и облизнулся, когда тот проскользнул в узел и тёмно-красные полы разошлись. Вэй Усянь тихо перевёл дыхание. Пусть коммандер не спешил — но там, под этим халатом, на нём не было надето ничего. Имевший немало любовников в прошлом, он был на таком взводе от простого петтинга, что самому было неловко. Но слепая чувственность вулканца в человеческом теле опрокидывала все его прежние представления о сексе. Сейчас Вэй Усянь понимал: он разрешит своему первому помощнику делать всё, что тот захочет. Только бы Лань Чжань больше не искал этого у других. *** Поднявшись, коммандер дошёл до стола и взял с полки искомый объект. Принёс его и положил эту штуку Вэй Ину на раскрытую ладонь. Вытерпеть даже краткую паузу оказалось трудно. Ничего не зная о человеческих любовных отношениях, Лань Чжань раздразнил так, что теперь он сам готов был уговаривать. Они оба посмотрели на прямоугольный металлический футляр светлого металла с выгравированными перьями птицы. С одного бока в нём была выемка, через которую проходила тонкая спица с бирюзовой бусиной. Брелок из множества мелких цепочек свисал с края. Лань Чжань повертел его так и сяк, а затем взял Вэй Ина за руку и вдавил его большой палец в торец футляра. Тот выстрелил отдачей скрытой пружины, и на руку выкатился металлический цилиндр. При выкручивании из него показался заострённый тёмный стик. Рассмотрев, Вэй Усянь прищурился — на паре квадратных сантиметров поверхности был выгравирован объёмный павлин, окружённый короной перьев. Срез стика содержал что-то вроде орнамента. Проведя по нему пальцем, Лань Ванцзи посмотрел на кроваво-красный след и уверенно заключил: - Это пигмент, капитан. Полагаю, по цвету соответствующий вашему одеянию. Могу я использовать его по назначению? Вэй Ин кивнул. Подушечкой среднего пальца тот стал переносить помаду на его губы. Понемногу, прокрашивая сначала изогнутую верхнюю, потом пухлую нижнюю. Это было какой-то невозможной грёзой. Спок бы не мог втирать алую краску в его рот — выглядя так, будто поглощён этим полностью. Закончив, Лань Чжань закрутил помаду обратно, вставил в футляр. И, выждав немного, дотронулся до его губ. Пигмент был матовым и успел схватиться. Вэй Ин вобрал два его пальца в рот, тесно сжимая губами. Приласкал горячим языком. Лань Ванцзи охнул, и густые брови сошлись у переносицы. - Пососи и мои, Лань Чжань! - выдохнул Вэй Ин. Коммандер тут же схватил его за запястье, с жадностью принимаясь за дело. Он заглатывал все три фаланги, прикусывая у основания, и Вэй Усянь просто не мог сдерживаться. Стонал уже в голос, потеряв всякий стыд. - Мне больно вот здесь, - пожаловался Лань Ванцзи, опустив голову. - Почему? Вэй Ин посмотрел тоже — член коммандера почти вырвался из-под плотной резинки пояса. - Потому что ты меня хочешь. Твоему телу нужно быть ко мне очень близко. - А тебе? - вдруг спросил его первый помощник, вглядываясь в лицо. - Что тебе нужно? Вэй Усянь растерял все слова. Даже дурея от первых в жизни ласк, тот хотел обратной связи. Он оперся рукой об пол и встал на колени, переступив и подползя ближе. - Дай потрогать волосы? Ему на руки тут же упала коса Лань Чжаня — тот перекинул на грудь, чтобы Вэй Ин мог распустить сам. Он уже взялся за мягкую резинку на магните, когда Лань Ванцзи поцеловал в шею. Прижался влажным ртом и сильно засосал — до настоящей боли, даже не думая отрываться. А потом ещё, и ещё — молча, стиснув его предплечья. Вэй Усянь вслепую стащил его резинку, и туго стянутые густые волосы тут же расправились. Хлынули на руку до локтя. Вэй Ин с усилиями распутывал верх, завязая в косе пальцами, и наконец, смог распустить её целиком. - Лань Чжань, - пихнул он коммандера в лоб, отдирая от своей покрытой синяками шеи. - Обними меня ими. Можешь? Тот кивнул, завёл руки назад и разделил тяжеленную массу иссиня-чёрных волос надвое. А потом забросил каждую половину ему на спину, и они двумя реками стекли до пояса. Вэй Усянь замер, ошеломлённый этим неизведанным ощущением. Они с Лань Ванцзи как будто были единым целым. Его член торчал между разошедшихся в стороны пол халата и тёрся сквозь трусы о крепко стоящий член Лань Чжаня. Эта последняя оставшаяся преграда раздражала, так что он стянул трусы с его бёдер пониже. Обалдев от собственной дерзости, положил обе руки на гладкие выпуклые половинки задницы Лань Ванцзи. Сжал и потом слегка раздвинул, дразнясь. Провёл двумя пальцами по глубокой расщелине с нежной горячей кожей. Тот смотрел на него с широко открытым в немом стоне ртом, явно возбуждённый до полуобморока, с мутными глазами. - Вэй Ин, - шершавым голосом выговорил коммандер. - Я не хочу с тобой дружить. Я хочу ВОТ ЭТО. - И правильно, не дружи со мной, - шепнул ему прямо в губы Вэй Усянь. - Отличный выбор. Его разбухший и покрасневший член проезжался по скользкой от смазки коже, тыкаясь Лань Чжаню в бедренную косточку. Коммандер, задыхаясь, тёрся о его живот, крепко держа обеими руками за талию. Слух будто обострился и он мог различать, как их короткие волосы на лобке тоже со скрипом трутся друг о друга. Он уже завис на самом краю оргазма. Удерживаясь единственно потому, что ВОТ ЭТО не хотелось завершать никогда. Их губы встретились, и язык Лань Чжаня вкрадчиво проник в его рот. Вэй Усянь засосал этот наглый язык и с протяжным мычанием кончил. Смотреть, как раскрасневшийся Лань Ванцзи доходит до своего пика, было охуенно. Тот не издал ни звука, стоически зажав губы вместе, но по животу Вэй Ина медленно и вязко потёкло. Его мокрый лоб с прилипшей поперёк чёрной прядью хотелось поцеловать. Вэй Ин так и сделал, чувствуя себя счастливейшим сукиным сыном на свете.