НЕинвалид

      Следующей процедурой были какие-то ингаляции. Вера очень долго петляла по коридорам, стараясь пройти в главный корпус. В итоге она просто вышла на улицу и пробежала от одного входа к другому. Было невероятно жарко. Настолько, что на солнце и десяти минут, наверное, невозможно было бы продержаться. Люди пили холодные коктейли, скрываясь в тени зонтов. Только один сумасшедший пил чай, сидя на лавочке, что находилась на самом солнцепёке.       На процедуре Вера всё время думала о Гронском. «Что он привязался-то?»       — Привет! Ну как ты? — спросила мама из трубки телефона.       — Я нормально. Вот сейчас пойду на ЛФК. А ты что делаешь?       — У меня много разных процедур. Заканчиваются в шестнадцать часов. После пойду найду бизнес центр и поработаю.       Вера тяжело вздохнула. «Она всегда работает! Мы приехали сюда не только ради лечения, а чтобы ещё и время провести вместе!..»       — Хорошо, — выдавила девочка, прощаясь.       Она шла по коридору, стараясь найти корпус Здоровье, где будет проходить ЛФК.       — Я вообще не понимаю принципа расположения коридоров. Они все приводят не туда, куда мне надо! — ворчала Вера, в очередной раз записывая кружочек.       — Могу проводить!       Она резко обернулась, замечая ухмыляющегося Артёма. Тот быстро подошёл к ней, опираясь на костыли. Вера сразу выключила запись.       — Опять ты?.. — сквозь зубы процедила она.       — Собственной персоной. Пошли.       Гронский быстро направился к лифту, оставляя девочку одну. Вера побежала за ним, удивляясь, как он так быстро бегает на своих костылях.       — В первую нашу встречу ты был злой как чёрт.       Он ехидно улыбнулся, нажимая на кнопку третьего этажа.       — Скажем так, черти иногда вселяются. Можешь считать, что застала такую процедуру.       Вера оглядела его с головы до ног. Немного кривоватый нос, как будто его ломали не один раз; еле заметный шрам на подбородке, который она, как художник-любитель, быстро приметила. Чёрные шорты и серая футболка оверсайз. Тело было спортивного телосложения, что ещё больше сбивало с толку.       — Странный ты, Гронский.       — Кто бы говорил, Горяинова. — Он задумался. — Имечко своё не подскажешь?       Вера хмыкнула, выходя из лифта.       — Не думаю.       — Как хочешь.       Артём молча пошёл дальше к залу ЛФК. Там он снял кроссовки и поставил в угол костыли. Хромая, дошёл до коврика, попутно захватывая какую-то странную палку и белое полотенце. Вера повторила его действия и встала чуть подальше от него.       — Горяинова, листок с расписанием на стол положи, — подсказал Артём, разворачиваясь.       Вера взяла листок и положила его на стол тренера, рядом с другими. Зал был очень красивым: белоснежные стены, голубые коврики по всему помещению, несколько окон на потолке, из-за чего было очень светло. Гронский встал на самое солнце. Светлые волосы начали еле заметно блестеть, пока он разминал шею.       Тренер пришла достаточно быстро. Она села за стол, оглядывая заключения, что ей положили на стол.       — У нас новенькие. Вера Горяинова, верно?       Вера подтвердила её слова и увидела, как Артём приглушённо смеялся. Она сделала вид, что не заметила его реакции. Тренер начала показывать упражнения. Было очень смешно наблюдать за тем, как Артём пытался всё повторить, не задевая колена. Один раз он чуть с грохотом не упал, в последний момент успевая схватиться за стену.       — Всё! Складываем палки и ложимся на пол.       Вера двинулась в сторону корзинки, остановившись возле Гронского.       — Давай свою палку.       Она выставила руку, ожидая, что тот примет её помощь.       — Чего это ты такая добрая?       — Ты же сам упрекнул меня, что я не помогла тебе.       Лицо Артёма сразу омрачилось. Он двинулся в сторону корзины, не дожидаясь Веры.       — Я не инвалид. И сам справлюсь.       Девочка растерянно смотрела на парнишу, стараясь понять Гронского. «Какое мне вообще до него дело?!» — взбесилась она, направляясь в ту же сторону.       Вера слегка ударила его по спине, когда тот шёл обратно к коврику. Гронский обернулся, но ничего не сказал. Лишь стрельнул недовольным взглядом.       — Все сегодня хорошо потрудились. Спасибо за занятие!       Тренер села за стол, отмечая присутствующих, пока все тем временем собирались. Артём доковылял до лавочки, попутно хватая кроссовки. Его пальцы быстро завязали шнурки. Он взял костыли и, последний раз взглянув на Веру, вышел из зала, не попрощавшись. Девочка странно посмотрела на него, потому что ожидала, что новоиспечённый знакомый что-нибудь да скажет. Хотя, возможно, она ещё не до конца разобралась с его характером.       «Почему я вообще жду от него чего-то?!» — снова начала спорить сама с собой Вера, забирая телефон и выходя из зала. Она написала обо всём подруге.       — Подойди к нему, нормально поговори. Узнай, что случилось и почему он ходит на костылях, — говорила недавно проснувшаяся Светка, ходя по кухне.       — По-моему, это не очень прилично.       Света посмотрела в экран телефона, разглядывая подругу. На её лице медленно начала появляться загадочная улыбка.       — Он что, — она сделала паузу, — тебе понравился?!       — Чего? — вскрикнула Вера, надевая на лицо самую недовольную из имеющихся гримас.       — Ааа! Сердце Злой Королевы растаяло! — завизжала подруга на всю квартиру. Светка поздно встаёт на летних каникулах, потому её родители уже давно ушли на работу.       — Что ты несёшь? — прорычала Вера, заходя в номер. Мама лежала на кровати, отвечая на почту. — Пока.       — Но… — было последнее, что успела сказать Света перед тем, как её недовольная подруга отключилась.       «Ты должна прислать мне его фото ;)» — написала она.       Вера заскрипела зубами, откидывая телефон подальше. Её одноклассница постоянно выдавала что-то такое. Стоит только про кого-то заговорить, то сразу ЧП. Надо срочно звонить в скорую, чтобы забрали в кардиологию!       — Ну что? Как тебе? — спросила Маша, откладывая телефон.       Вера плюхнулась на свою кровать, складывая руки на животе.       — Лучше бы в Москве остались, — снова недовольно буркнула девочка. Та противная Вера, что была в поезде, снова начала вылазить наружу.       Маша, ожидавшая такого ответа, снова начала ругать дочь за такое отношение к своему здоровью. Она не упрекала её и пяти минут, так как ей позвонили из офиса.       — Да? Да, это я, здравствуйте! Большое спасибо, что перезвонили!       Вера вставила наушник в ухо, не желая слушать новый отчёт, который родители готовят на работе, и открыла телеграмм.       «Не буду я тебе его фоткать. Отстань от меня», — яростно тыкая в экран, напечатала она. Света была прекрасной подругой, но в такие моменты выводила из себя.       «Злая ты, Горяинова, прям как Кусачка».       Кусачка — собака Светкиных бабушки с дедушкой. Достаточно красивая дворняжка, но очень злая к незнакомцам. Она один раз покусала Свету, из-за чего подруги теперь всегда приводят такой пример в своих разговорах.       — Может сходим на ужин? У меня потом не будет времени, — сверяя расписания, предложила мама.       Они направились в столовую. Маша рассказывала, что звонила папе. Тот, как всегда, работает. Родители девочки всегда занимались своей карьерой. Они имели свою фирму, но из-за положения в мире сейчас у них были большие проблемы.       Вера разглядывала еду, которую давали, и заметила с другой стороны Гронского. Тот был без костылей и хромал до своего столика. На удивление, он сидел один.       — Что смотришь так на этого мальчика? Понравился? — спросила мама, вставая рядом и накладывая себе макароны.       — Мам! — засмеялась Вера, беря тарелку. «Почему они все думают, что он мне понравился? Он же хам чистой воды…»       — Что «мам»? Вот вам всем кажется, что ещё рано замуж, но потом в один момент будет уже поздно!       Вера закатила глаза и пошла дальше. Вечно мама про своё замужество. Будто дочь не сможет нормально прожить и в тихом одиночестве. Конечно, расклад тоже не очень, но первый раздражал неимоверно…       Взяв чай и пирожное, Вера села за столик, который заняла Маша.       — А он симпатичный, — не унималась мама.       — Мам, хватит!       Вера продолжала пить чай и болтать с Машей, но каждый раз натыкалась глазами на Гронского. Тот вставил в ухо наушник и с кем-то разговаривал, еле заметно улыбаясь. Неожиданно, он громко засмеялся и поднял голову. Его взгляд устремился прямо на Горяинову. Артём подмигнул ей, подарив слегка кривоватую улыбку, и встал из-за стола. Он продолжал с кем-то разговаривать и медленно, хромая, пошёл на выход. Там Вера увидела его костыли, которые Гронский взял, убирая телефон в карман.       Вера совсем запуталась. Он то злится, то улыбается ходит. «Да пошёл он!»       Маша обернулась, разглядывая Артёма. Тот уже дохромал до лестницы.       — С коленом пройдёт история. Может, всё же познакомишься?       Недовольный взгляд переместился на маму. Та сразу засмеялась, продолжая жевать протёртую морковь.       После ужина Вера взяла скетчбук с пеналом и спустилась в сад. Там было достаточно красиво, садовники очень постарались. Солнце начало садиться, окрашивая небо в ярко-розовый цвет, тем самым делая пейзаж ещё прекраснее. Многие фотографировали закат, но, конечно, камера не могла передать такое чудо природы в полных красках. А Вера была умнее.       В наушниках играла «Location». На листке начали проявляться очертания солнца и сада, в котором ходили люди. Одна женщина в белом платье наклонилась, чтобы уловить запах роз, и девочка постаралась запечатлеть её на своём рисунке. Вере постоянно что-то не нравилось. Она раз за разом меняла некоторые детали. В альбоме было много незаконченных работ именно по этому поводу.       Зазвонил телефон. На экране высветилось «Горяинов I». Вера сразу взяла трубку.       — Алло.       — Привет, мышонок.       Папа всегда так называл девочку, потому что в детстве у неё были очень светлые волосы. Жаль, что его сейчас нет здесь. Настрой был бы другой, и мама стала бы намного добрее и спокойнее. Владимир всегда говорил, что расслабиться можно только тогда, когда рядом находятся все близкие люди, и ты точно знаешь, что они в порядке.       — Привет, — отозвалась Вера, откладывая карандаш.       — Как у тебя дела?       Девочка начала рассказывать о том, как прошёл день. Умолчала только о Гронском, что трепал ей нервы с первой же встречи. Сам папа как обычно работал. Время девятнадцать часов, а он всё ещё в офисе. Ничего не меняется.       Вера перевела взгляд и увидела возле фонтана Артёма. Он хромал на костылях в сторону спортивной площадки. И, конечно, ему обязательно нужно было пройти возле лавочки, на которой сидела Вера.       — Я тоже скучаю. — Горяинова улыбалась, смотря в глаза Гронского, но он смог прочитать на её лице скрытую неприязнь. — Да, хорошо. Ей тоже привет. Целую! До встречи!       Гронский фыркнул и ускорился, нахмурившись. Вера тоже не заставила себя ждать. Взяла скетчбук, собрала пенал и встала с лавочки, направляясь в сторону корпуса. Но напоследок она обернулась, доставая телефон из кармана джинсовых шорт. Артём начал аккуратно разминаться, слушая музыку в наушниках. Горяинова сделала его фотографию на закате и отправила восторженной Светке.