Джедай

Бушующая Сила полностью успокоилась. Перед глазами было небо. Спокойное, светло-голубое, без второго солнца и пары медленно вращающихся спутников. По крайней мере, он выжил. Неслыханная удача для того, кто впервые пробует столь разрушающую технику Силы. Ему это, конечно, ещё аукнется — нельзя так просто призвать Тёмную сторону, а потом забыть об этом. Крис попытался встать — тело совершенно не слушалось, голова закружилась. Сквозь звон в ушах слышались приближающиеся голоса. Крис крепче стиснул сэйбер, думая лишь об одном: «Никто не должен его увидеть!» Он закрыл глаза и провалился в небытие, не увидев, как световой меч медленно исчез. Очнулся он уже в больничной палате. Мерно пищали приборы древнего вида, в руку была воткнута игла капельницы. Ни бакты, ни меддроидов. Большего разглядеть не удалось: картинка перед глазами всё время расплывалась. Он судорожно нащупал знакомую до последнего изгиба рукоять сэйбера. Меч был в порядке, Крис даже слышал кайбер-кристаллы. «Извращение! У светового посоха лезвия должны быть одной длины!» — мгновенно возмутился мастер, стоило ему впервые увидеть сэйбер, собранный падаваном. Крису нравилось: голубое лезвие, посох, что распадался на шото с короткой рукоятью, и обычный меч. Провалиться в медитацию удалось лишь с шестого раза. Он не чувствовал одарённых не то что в ближайшем городе, а вообще на всей планете. Будто Крис один во всём мире, а Сила… Сила всё так же была, пронизывала каждую клеточку тела, каждый миллиметр пространства. Крис открыл глаза. Зрение наконец-то сфокусировалось, и увиденное повергло в шок. В зеркале на противоположной стене отражался он сам, но таким он был лет в шесть. Ходили слухи о том, что Шторм Силы может перемещать не только во времени, но и в пространстве. Но чтобы тело уменьшилось… В палату вошёл доктор в белом халате и что-то спросил. Язык был не знаком. Крис промолчал. Лучшая стратегия до тех пор, пока он не разведает новый мир. Неизвестно, как местные относятся к чужакам, да и есть ли в этом мире другие страны и языки? Доктор попробовал ещё, с другими звуками и интонациями. Что ж, по крайней мере, здесь больше одного языка. Мужчина медленно подошёл, показал пустые руки, изобразил что-то, что должно было успокоить и показать его безвредность. А Крис скосил глаза на сэйбер, что всё так же лежал рядом с ним. Сила не могла сделать предмет невидимым. Вот то, что он пропустил из-за изменившегося тела. Помимо Силы, здесь было что-то ещё. *** Времени разобраться в произошедшем не было: местные крайне трепетно относились к вопросам защиты детей и пытались выяснить, кто он и что случилось. Смотрели на всё, начиная с мелкой моторики и умения пользоваться столовыми приборами до реакции на разные картинки. Разумеется, найти отклонений не удалось, а раны, полученные в стычке с имперцами, исчезли вместе со взрослым телом. Ничего пугающего или сильно удивительного в этом мире не было. Единственная проблема — язык, но с ним Крис разобрался быстро. Повезло, что все звуки были знакомы и слова легко угадывались в речи. Не пришлось учиться слушать чужую речь, а намерения говорившего прекрасно чувствовались через Силу. К тому же, местный язык, английский, достаточно напоминал общий галактический, и через неделю Крис вполне спокойно мог говорить самые элементарные вещи. Врачи покачали головами, поставили диагноз «сильнейший шок», списали на него же односложные ответы и отстали. Крис вздохнул с облегчением, ведь, помимо мидихлориан, он мог ещё чем-то отличаться от местных людей. Оставалось только радоваться, что про ДНК здесь только заговорили, а про серьёзные анализы даже не подумали, потому что слишком дорого и бессмысленно. Вокруг захлопотали люди, уже другие, пытаясь что-то выяснить про родителей. А потом, решив что-то для себя, начали его «социализировать» и искать приёмную семью. Судя по обмолвкам, весьма успешно. Ничего нового — Крис прекрасно понимал, что объективно у него шансов гораздо больше: красивый умный мальчик, с которым почти и нет хлопот. Уверившиеся в его физическом и психическом здоровье врачи больше не следили за Крисом сутки напролёт, и он смог проверить связь с Силой. Сэйбер включать не рискнул, а карандаш левитировал с трудом. Сила отзывалась неохотно, и Крис уже предвкушал, как заново будет учиться всему. Дверь распахнулась. Карандаш упал в одеяло, Крис как можно шире улыбнулся, мысленно выругавшись: надо же было так расслабиться! Мистер Кроуфорд, человек с непонятной должностью, которую не смогли внятно объяснить социальные работники, как ни в чём не бывало вошёл в комнату и уселся на стул. Он навещал Криса достаточно часто и явно по работе. Больше всего мистер Кроуфорд напоминал храмовых Ищеек, разве что был не в пример уравновешеннее и спокойнее. Мужчина привычно задал пару простых вопросов, не отрывая внимательного взгляда, кивнул сам себе и, неожиданно потрепав по волосам, вышел из палаты. Вернулся он спустя пару часов со стопкой заполненных бумаг, в сопровождении нескольких сотрудников местной социальной службы, и спросил: — Пойдёшь со мной? Отказываться было глупо. *** — Вау! — восхищённо выдохнул Крис, зайдя в квартиру. Панорамные окна и сорок пятый этаж открывали шикарный вид на город. Не Корусант, конечно, но так даже лучше — река ему нравилась гораздо больше шумящей магистрали. Мистер Кроуфорд провёл короткую экскурсию, показал комнату, в которой будет жить Крис, и, повздыхав, пошёл на кухню. Судя по тихой ругани, мужчина лишь сейчас подумал о том, что ребёнка надо ещё и кормить. Крис подошёл к окну, посматривая на мужчину в отражении. Подозрительно, конечно, как резко его усыновили, но какая теперь разница? Плохих, да и хороших намерений у Кроуфорда не было: Сила транслировала лишь усталость и лёгкую досаду. Последнее, похоже, относилось к подгоревшим тостам. Мирно, спокойно и даже… по-семейному? Идеально, но… Всегда были эти но. Почти все дети Ордена джедаев мечтали о семье. Бывало, даже ревели — и те, кого в сознательном возрасте забрали в Храм, и те, кто не помнил родителей. Потом за это отхватывали, конечно, нравоучений: «У джедаев нет привязанностей». Помогало лишь изредка. Но сейчас попробовать-то можно? Хотя бы просто пожить, ведь вряд ли они оба воспылают родственными чувствами. Может, магистры и были правы, эмоции опасны и сулят потерю контроля. Крис попробовал провалиться в поверхностную медитацию и резко дёрнулся назад. — Всё хорошо? — окрикнул мистер Кроуфорд. Крис кивнул и попытался восстановить дыхание. Это будет сложно. И, пока он не разберётся с этим старым-новым телом и собственным разумом, лезть в джедайские техники не стоит. Мистер Кроуфорд — «Просто Майкл, ладно?» — подозвал к столу и, пока Крис ел, попытался обрисовать ближайшие перспективы. Упрощённо, конечно, как раз для шестилетки. Что-то более сложное Крис банально бы не понял. По счастью, общий смысл легко улавливался, а спорные моменты подсказывала Сила. — Я постараюсь обеспечить тебе достойную жизнь, — подытожил мужчина. Своё обещание Кроуфорд сдержал. Последующие годы для Криса прошли на удивление хорошо. К счастью, его иногда слишком взрослое поведение или манера речи объяснялась окружающими весьма просто: во-первых, Майкл был уверен, что тяжёлое детство способствует быстрому взрослению; с этим было сложно спорить. И во-вторых, Кроуфорд был физически не способен возиться и сюсюкаться с ребёнком, разговаривая с Крисом так же, как и с подчинёнными. А это сильно влияло и на развитие ребёнка — всё же окружение значило очень много. К тому же, у его опекуна был один неоспоримый плюс — тот был занят своими делами и совершенно не считал нужным ограничивать Криса хоть в чём-то. Хочешь — делай, не хочешь — пожалуйста. Главное, чтобы не было ничего незаконного или хотя бы не попадаться. Сказать по правде, Крис боялся, что с ним начнут обращаться как с маленьким, контролировать каждый шаг и просто воспитывать, считая, что мнение взрослых единственно верное. И все его возражения бы игнорировались, ведь что взять с неразумного дитя? Но Майкл Кроуфорд таким не был. Честно, даже мастер и то нянчился с ним больше! Обычному ребёнку было бы плохо, но Криса всё устраивало. Предоставленной свободой Крис не спешил пользоваться: ходил в школу, гулял по Лондону и приглядывался к местным. Иногда Майкл брал его на работу. Или работу на дом, и Крис с интересом вникал. Разбирать местное оружие или смотреть на тренировки силовых структур было интересно. Майкл считал, что он так игрался в войнушку — нормальное увлечение для мальчишки. Поэтому и не настаивал на различных детских кружках. В науку или что-то подобное Крис не лез — зачем ему? Не был гением тогда, не станет и сейчас. Не его это. Пытаться ускорить технический прогресс? С техникой он умел управляться, но только пока она работала. А вот разобраться в реалиях жизни было действительно необходимо. Ему, привыкшему к межпланетным перелётам, было дико осознавать, что здесь люди добралась только до орбиты Земли. И быть запертым на одной планете было… странно. С другой стороны, если отбросить в сторону технический прогресс, Крис подозревал, что ещё пара десятков лет, и он выйдет на вполне приемлемый уровень — Земля поражала разнообразием именно из-за своей изоляции. Почти двести стран, тысячи языков — куда уж больше! Галактика была этого лишена: космические конфликты заставили всех привести планеты к константе, потому как раздираемым внутренними противоречиями мирам было не выстоять. А в дальнейшем и сектора пытались свести в однородную массу, ведь Сенату было недосуг разбираться с сотней глав государств в одной единственной системе, при том что их, таких, ещё сотни тысяч. И чтобы попасть в общество с другим укладом, зачастую приходилось лететь в соседний сектор. Те же Набу и Альдераан ничем, кроме звёздных координат, друг от друга не отличались. С другой стороны, это имело весьма скверный эффект. Многие планеты стали «функциями». Корусант — город Сената, Куат и Фондор — верфи, Альдераан — курорт. Всё прочее жители галактики игнорировали, как несущественное. И правда, кому какое дело до трёх попеременно воюющих народов, великолепных «диких лесов» и поселения мандалорцев у полюса планеты, пока корабли продолжают сходить с верфей? К десятому дню рождения — спустя четыре года после появления Криса в этом мире — жизнь окончательно вошла в привычное русло. Разве что тренироваться в использовании Силы приходилось тайно, а сэйбер так и лежал спрятанный, но Крис не спешил, опасаясь. С мозгами было что-то не так. Он не сразу это заметил, но факты накапливались: слишком просто принять отношение окружающих, слишком легко говорить со «сверстниками», хотя для него они должны быть детьми. Конечно, большинство джедаев не отличались взрослостью. Скорее наоборот, были инфантильны: всё же размеренная жизнь в Храме, среди одних и тех же людей, в тех же стенах. Потом, правда, случился мастер, но Крис вряд ли был морально старше своего настоящего тела. А тут мозги откатились назад вместе с телом. С одной стороны, логично, меньший рассинхрон. С другой — страшно, потому как ничего не известно, и предсказать последствия невозможно. Может, и к лучшему, после «Приказа 66» наверняка должно было появиться ПТСР и лютая ненависть — или страх — к оружию неодарённых. Но нет, ничего: у мистера Кроуфорда в квартире хватало тайников с оружием, и ужаса Крис не испытывал. Чего не скажешь о привычной Силе. Вызывая Шторм, Крис не рассчитывал выжить и о последствиях не думал. Теперь же каждая медитация заставляла понервничать: Тёмная сторона Силы ощущалась куда лучше Светлой и отзывалась охотнее. Решаемо, хотя и очень муторно. Но, спасибо мастеру, Крис представлял, что можно с этим сделать. Главное — Сила была с ним. Но помимо неё было что-то ещё. Такое же сильное, но иное. И, раз нечто есть, где-то должны быть и люди, его использующие. *** Найти в Лондоне иное оказалось до безобразия просто: местные одарённые почти не скрывались и облюбовали себе бар в центре Лондона. Присмотревшись, Крис понял причину такой безалаберности. Люди просто не замечали бар, проходили мимо двери, не поворачивая голову. А случайные взгляды просто «соскальзывали» со здания. Это было любопытно. Крис не знал, что можно отвести внимание от настолько большого объекта. Он проверил шото на поясе и, натянув капюшон куртки, скользнул внутрь. Обстановка в «Дырявом Котле» вполне соответствовала названию: зашарканные деревянные полы, голые каменные стены, огромный камин и люди весьма странного вида. Крис мимолётно порадовался, что отводить глаза и скрываться он отлично научился во время «Приказа 66». В джинсах и куртке он выделялся так же, как королева Набу на Корусанте. Местные одарённые носили странного вида мантии, многие женщины поправляли остроконечные шляпы, взмахивали деревянными палками и в открытую левитировали подносы с едой. — А я тебе ещё раз говорю, Арчи, — громогласно возмущался бармен, — у меня тут официальный проход на Косую, и шастают туда-сюда всякие, и маглы в том числе! Им не по нраву любоваться твоими бледными ногами, надень уже штаны! — Это глупое потакание маглам! — возмущался щуплый пожилой мужичок, потрясая кулаком. — Наши традиции позволяют носить мантии на голое тело, и этому есть обоснование. Брюки задерживают магические потоки у истока! А вот проветривание… — Мозги тебе надо проветрить! — не выдержал бармен, которого все называли Томом. — Вот придёт сюда в августе Макгонагалл с первачком и тебя самого превратит в штаны. На этот аргумент возразить было нечего; под смешки прочих Арчи скомкано попрощался с немногочисленными знакомыми, зачем-то залез в камин, назвал адрес, что-то высыпал вниз и мгновенно исчез в зелёном пламени. Крис усилием подавил возглас, но, кроме него, произошедшее никого не удивило. Возможно, угроза превратить в штаны была отнюдь не шуткой. Крис отошёл в самый тёмный угол и сильнее закутался в Силе, собираясь хотя бы пару часов понаблюдать. Кем бы ни были местные одарённые, от джедаев они отличались очень сильно. *** Сова ещё раз поскребла оконное стекло и подняла лапу с письмом. Мистер Кроуфорд в весёлом изумлении приподнял бровь, подошёл к окну, запустив почтальонку в квартиру, и только отвязав письмо от когтистой лапы, подозвал Криса. — Кажется, это тебе, — мужчина протянул пергаментный конверт с зелёными чернилами. Письмо из магической школы на одиннадцатилетие Крис ждал, хотя и сомневался в собственном возрасте. То ли социальные службы угадали, то ли маги ориентировались на документы, но всё как говорили в Косом. «Почтовая» птица перелетела на стол и стащила печенье из вазочки. Крис уверился, что отныне его днём рождения считался день появления в этом мире. Магическая часть общества интересовала Криса куда больше простой и понятной Англии. Сам факт существования иного, магии, отличной от привычной Силы, завораживал. Он погулял по Косой аллее, выбрав что-то максимально похожее на мантию. Маги и без отвода глаз не обратили внимания на бродящего одного ребёнка. Как понял Крис, недавно прошла война, и сироты никого не удивляли. Вопрос тут, подслушанная реплика там, и Крис кое-как понял систему. Маги больше всего напоминали местное средневековье и старые сказки про ведьм и колдунов. Лорды и леди, старые семьи и вассалы, мантии и остроконечные шляпы — самобытность магов поражала воображение. Конечно, в Англии, насколько успел понять Крис, тоже были сильны традиции, и аристократия никуда не делась, но это не возводилось в такой абсолют. Некоторое «застаивание» магов во времени было понятно: их слишком мало, Крис видел такие примеры. Датомирские ведьмы пребывали в одном состоянии тысячелетиями. Хотя почему местные одарённые так чурались всего не-магического, особенно техники — загадка. Если допустить, что маги пошли по другому пути… ну кто тем же датомирским ведьмам мешал использовать современные технологии? Никто! Да, работало не всё, однако. В письме оказался список учебников и школьных принадлежностей; мистер Кроуфорд похмыкал, зачитав все регалии директора школы. В приписке сообщалось, что чуть позже, «в течение пары дней» придёт профессор. Минерва Макгонагалл вежливо постучалась в дверь уже на следующий день. Высокая шотландка в тёмных одеждах прошла в гостиную, отказалась от чая и повторила слова про школу Хогвартс. Майкл не скрывая скепсиса выслушал про магию и сказал: — Простите, мэм, но поверить сложно. — Я понимаю, — кивнула женщина. — Однако подумайте хорошо, неужели ни разу с вашим ребёнком не происходило ничего странного? Майкл делано безразлично пожал плечами и посмотрел на Криса так, что стало ясно: всё знает и помнит, даже тот злосчастный карандаш. Макгонагалл достала деревянную палочку, чётко произнесла короткую фразу на латыни, и салфетка превратилась в кружку. — Ого! Невероятно! — потрясённо выдохнул Крис и восхищённо посмотрел на польщённую Макгонагалл. — Как вы это сделали, профессор? — Это называется трансфигурация. Я буду преподавать вам эту дисциплину в школе. Крис сосредоточенно рассматривал превращённую — трансфигурированную — кружку. Сила такого не позволяла. Разве что Ситхская алхимия… — Я бы хотела сопроводить мистера Кроуфорда в Косую аллею, чтобы закупить всё необходимое к школе, — обратилась волшебница к Майклу. — Я не могу это сделать? — спросил мужчина. — Увы, маглы не могут самостоятельно попасть туда. И будет лучше, если вас сопроводит взрослый знающий волшебник. Крис только хмыкнул про себя: он и один там прекрасно справился. Одна торговая улица! Не город, не квартал — улица! Ну, в самом-то деле, не такая уж и проблема. — Что насчёт денег? — продолжил допрос Майкл. — Маги используют свою валюту: галеоны, сикли и кнаты. Их можно обменять на фунты там же, на Косой аллее. — И сколько нужно потратить на обучение? — Само обучение в Хогвартсе бесплатно, — чопорно отозвалась Макгонагалл. — Но расходники, особенно в первый год, составляют порядка ста галеонов. Это примерно пятьсот фунтов. — Увы, мэм, сегодня это невозможно, — с достоинством отозвался Майкл. — Я не привык хранить деньги дома, а банк сегодня не работает. К тому же, я бы хотел пойти с сыном. Крис перевёл взгляд на каминную полку, за которой было, по меньшей мере, тысяч пять фунтов. Ещё заначка в вентиляции, дымоходе… Профессиональная деформация во всей красе. — Я понимаю, — кивнула профессор, — послезавтра вас устроит? — Более чем, мэм. — Разрешите аппарировать из вашей квартиры? — спросила женщина — Я бы предпочла не искать укромное место. — Конечно, — кивнул Майкл. Крис помотал головой: эта напускная вежливость, чтоб прям до зубного скрежета, и неизменная чопорность англичан бесили ужасно. — До свидания, профессор, — улыбнулся Крис и, стоило женщине исчезнуть — аппарировать, надо запомнить — повернулся к Майклу. — Вы знали, — спокойно сказал Крис. — Да. Поэтому я тебя и взял, мне нужен был официальный доступ к магическому миру, — не стал отпираться мистер Кроуфорд. — Ты против? — Нет, что вы, — пожал плечами Крис. — Я вам благодарен. Просто теперь всё стало… понятнее. Кроуфорды одинаково хмыкнули. — Сначала я думал, что ты из этих… коренных магов. Очень уж похоже: ни документов, ни информации, ни следов — будто тебя и не существовало. И непонятное явление. — Но потом передумали? — проницательно заметил Крис. — Не похож ты на них, — вздохнул Майкл. — Мне доводилось видеть таких: потерянные, испуганные, шарахаются от всего технического и при этом презирают людей. Странное сочетание, тем более для тех, кого вышвырнули как котёнка просто потому, что родился почти без магии. — Без магии? — Их называют сквибами. Вроде для волшебников великое горе, если родится неодарённый ребёнок. Большего я не знаю. Ты точно ничего не помнишь? — без перехода спросил Майкл. — Точно. Да и поздновато для этого, не находите? Вот вы сейчас вспомните себя пусть бы и в шесть лет? — со смешком ответил Крис и, подумав, добавил. — Но за то, что мои родители и близко не были магами, я могу ручаться смело. Потому что в Галактике не было магии. Только Сила. — И я не затребовал древний замок вместо квартиры? — фыркнул Крис, вспомнив подслушанные разговоры в Дырявом Котле про «роскошные мэноры старых семей». — Точно, — рассмеялся Майкл. — А зачем хотите пойти в Косой переулок? Я думаю, вы и так о нём достаточно знаете. — Ну, лично я там не был. Посмотреть своими глазами будет полезно. К тому же неплохо выбрать немного магических книг. Для общего развития. — И что-то интересное? — Интересное я предпочту брать у доверенных людей. — Да вы, папенька, параноик, — хихикнул Крис. — Уж очень ты умён для своих лет, — задумчиво отозвался Майкл. Крис ослепительно улыбнулся. — И, Крис. — Да? — Для магов ты — мой сын. Родной, а не приёмный. Все документы уже исправлены. — Хорошо, — улыбнулся Крис и неожиданно обнял. — Спасибо! *** На Косую Макгонагалл повела их через тот самый Дырявый котёл: постучала палочкой по стене на заднем дворе, убедилась, что Крис запомнил последовательность, и приглашающе махнула рукой. Первым делом зашли в банк, где мистер Кроуфорд, подозрительно косясь на гоблинов, обменял фунты на галеоны и сикли, затем настал черёд покупки перьев, свитков, котлов, учебников и мантий. Хозяйка ателье, мадам Малкин, объяснила, что помимо чар, наложенных на ткань, волшебные мантии отличались от аналогичных магловских наличием специальных карманов и петелек для волшебных палочек. — А так, конечно, можете заказывать и у своих мастеров, — махнула рукой Малкин и тут же пожаловалась Макгонагалл. — А то представьте, профессор, приходят сюда и нос кривят, мол, ткань дешёвая и швы не такие! Я теперь уж теряюсь, это дитё очередного лорда или такой маглокровка. Денег-то немерено и у тех, и у тех! Макгонагалл не задерживалась ни в одной лавке дольше необходимого, по пути объясняя и рассказывая про магический мир. — Здесь, — Макгонагалл кивнула на вывеску «Волшебный зверинец», — вы можете приобрести сову. Других способов связи для вас, к сожалению, нет. Ваш сын, конечно, может использовать школьных сов, это совершенно бесплатно. Но они не станут вас слушаться, мистер Кроуфорд, и для отправки ответа придётся идти вон туда, на почту. — А личная сова не станет меня игнорировать? — уточнил Майкл. — Это умные птицы, но адресатов они находят благодаря магии, — начала объяснять профессор. — Вы магл, и сова должна, скажем так, знать вас лично. — И спросить удостоверение, — в сторону буркнул Кроуфорд. — Благодарю за разъяснения, мэм. — А теперь последний, самый важный магазин, — женщина чуть улыбнулась. — У Олливандера покупают волшебные палочки все студенты Хогвартса. И да, предвосхищая вопрос, эта семья действительно начинала свой бизнес ещё до нашей эры. Майкл незаметно отстал и скрылся в толпе. Крис только хмыкнул на это. Профессор Макгонагалл ничего не заметила и не сочла странным. — О, профессор! — поприветствовал женщину сероглазый волшебник за прилавком. — Пихта и сердечная жила дракона, девять с половиной дюймов. И, я так полагаю, первокурсник? Посмотрим-посмотрим, у меня должно быть что-то подходящее… Вот, прошу, ива и волос единорога, очень гибкая. — Точно нет, — почти отшатнулся Крис. Олливандер, нимало не смущённый подобной реакцией, продолжил протягивать палочку. Крис, смирившись, оглянулся на Макгонагалл и аккуратно взялся за украшенную рукоять. Стёкла витрины выбило. — М-да, — задумчиво пробормотал Олливандер. — Ваше чутьё вас не подвело, молодой человек. — Предлагаю в следующий раз прислушаться, — суховато сказала Макгонагалл и повела палочкой, убирая магический щит. — Мистер Кроуфорд, всё в порядке? Не испугались? — Всё отлично, профессор, — весело отозвался Крис. — Но за витрины платить не буду. — Что ж, единорог совершенно не подходит, — забормотал Олливандер. — Я всегда говорю, это палочка выбирает волшебника… — А почему нельзя самому сделать палочку? — поинтересовался Крис. Сэйбер каждый одарённый, не важно, ситх или джедай, обязательно собирал сам, а купить световой меч и вовсе было невозможно. Сложную процедуру подбора волшебной палочки он понимал, те же кайбер-кристаллы подходили далеко не всем. С древесиной-корпусом тоже логично, джедаи делали рукояти под себя, под свой стиль боя. Кому изогнутые, кому украшенные. И то, что сама палочка выбирала волшебника, было объяснимо — некоторые сэйберы звали нового владельца. Хотя такое случалось редко и не заканчивалось ничем хорошим. — Это очень длительный и сложный процесс. Да и дорогой, чего таить, — ответил Олливандер. — В Англии ныне три мастера волшебных палочек. И, говоря это, я разумею таких специалистов как я, а не того мутного типа из Лютного. Вот, пожалуйста, сердечная жила дракона и вяз. Ближайший стеллаж пошатнулся, но Крис не рискнул при магах поддержать его Силой. — Что ж, да, жила дракона вам подходит гораздо больше. А вот над деревом стоит поработать… Вот, попробуйте, — Олливандер протянул чёрную палочку. — Эбеновое дерево. Палочки из него обладают эффектным внешним видом и репутацией подходящих для всякой боевой магии и Трансфигурации. Полагаю, мадам профессор получит весьма талантливого ученика, если она вам подойдёт. Макгонагалл вежливо улыбнулась мастеру и отошла в сторону. Крис, едва увидев эту палочку, почувствовал: оно. Тёплое дерево приятно легло в руку, палочка выпустила сноп голубых искр. Не сэйбер, конечно, и сердцевина почти не чувствуется, не то что кайбер-кристалл. — Забавно, — протянул Олливандер, — буквально вчера у меня купили палочку с сердцевиной того же дракона! — Это так странно? — заинтересовался Крис. — Видите ли, не смотря на единую сердцевину, они разные. Один дракон порождает некое... противоречие. Особенно хвосторога. И хорошо, когда владельцы живут в разные столетия. Но эти... что ж, вам определённо будет тесно в Хогвартсе с её владельцем, — кивнул Олливандер. — Если только... — Только что? — Нет-нет, ничего, — отмахнулся волшебник и озвучил цену. За дверью уже ждал мистер Кроуфорд. Профессор Макгонагалл ещё раз сверилась со списком покупок и снова провела их через Дырявый котёл. — Надеюсь, вы попадёте на мой факультет, — прощаясь, серьёзно сказала Макгонагалл.