no one like you

      — Не приближайся.       Мужчина, в этот самый момент державший Карла на мушке дробовика, не выглядел и в половину таким устрашающим, каким хотел казаться. Потрёпанный, осунувшийся, с залегшими под глазами тёмными кругами (хотя, у кого их не было в это время), он, всё же, весьма уверенно держал в руках ствол, и не отрывал от Карла прищуренных, внимательных глаз.       — Мне не нужны неприятности, — проговорил незнакомец едва ли не по слогам. — Дай мне уйти.       Карл осклабился.       — Или что?       Голос оказался совсем хриплым. У него не было необходимости говорить очень давно, особенно с другим живым человеком.       — Или мне придётся стрелять, тебя в любом случае заденет, а на звук сбежится волна мертвяков, — всё так же ровно произнёс мужчина. Он не выёбывался и не нарывался — просто говорил как есть.       — О, — хмыкнул Карл, слегка повернув голову. — Значит, думаешь, что сумел бы убить меня?       — Дай мне уйти, — вместо ответа повторил мужчина, делая медленный шаг назад.       — Да брось, — потянул Карл, широко, по-хозяйски взмахнув рукой. — Ты же явно пришёл зачем-то. Вперёд.       В заброшенном магазине с разбитыми окнами уже ничего не осталось — Карл успел убедиться в этом лично, прежде чем сюда ввалился другой такой же искатель счастья. Счастья в виде консервов, и, в случае с Карлом, любых вшивых сигарет.       Мужчина не сдвинулся с места и не отвёл глаз.       — Нет, — произнёс он. — Я уйду.       Карл прищурился, оглядывая мужчину с ног до головы. Убить его было бы несложно. В прошлой жизни тому вряд ли приходилось часто сталкиваться с ублюдками вроде Карла, хотя, впрочем, следовало отдать ему должное — руки не дрожали, а дробовик ни разу не дёрнулся. Да и что с него взять? Таким громким оружием Карл предпочитал не пользоваться, на один несчастный выстрел действительно сразу сбегалась толпа дохлых тварей. В висящем на плечах мужчины пустом рюкзаке тоже вряд ли была хоть какая-то нажива. Карл задумчиво погладил рукоять своего топора, висящего в самодельных ножнах на поясе.       — Маловероятно, что у тебя завалялись где-то сигареты? — спросил он, без особой надежды.       К его удивлению, мужчина не стал тут же отрицательно качать головой, а вместо этого некоторое время таким же внимательным взглядом изучал Карла в ответ. Удобнее перехватил оружие одной рукой, свободной потянулся в карман куртки, и вот, на свет появилась сигаретная пачка.       Карл искренне не ожидал такого поворота событий, поэтому на мгновение завис, наблюдая, как из помятой картонной коробки губами выудили сигарету. Остальная пачка проехалась по столешнице прямо к Карлу. В ней осталось ещё две штуки. Он оценил.       — Есть зажигалка? — раздался голос мужчины.       Видимо, настала очередь Карла проявить свою щедрость. Он похлопал по карманам и достал маленькую "Зиппо", которая тут же проделала по столешнице путь сигарет в обратную сторону.       Мужчина прикурил, глубоко вдохнув дым. Карл ухмыльнулся на долю секунды промелькнувшему на чужом лице наслаждению. О, он понимал.       — Оставь себе, — отмахнулся он, когда мужчина попытался отправить зажигалку в обратный путь, и выудил из кармана ещё одну, откидную, которая путешествовала с ним ещё до "Глобального Пиздеца". Как раз недавно он нашёл баллон с газом, так что мог позволить себе такой широкий жест.       Сделав, наконец, глубокую затяжку, он с наслаждением медленно выдохнул. Его последняя пачка кончилась ещё три дня назад, так что незнакомцу ещё повезло, что Карл не ёбнул его топором сразу же, чисто из-за мерзости характера помноженной на никотиновую ломку.       Он, наконец, снова сосредоточил всё своё внимание на человеке напротив. Тот всё так же держал Карла на мушке, и всё же продолжал стоять на месте, затягиваясь сигаретой.       — Трубка мира, хах, — довольно осклабился Карл.       Мужчина не разделял его энтузиазма.       — Откуда ты идёшь? — спросил Гейзенберг.       — Я не стану говорить, — твёрдо произнёс он.       Карл закатил глаза, раздражаясь. Какие мы серьёзные, боже.       — Ладно, — затянулся он. — Похер.       Они стояли так, докуривая. Карл продолжал рассматривать человека, явно вызывая у него всё больший дискомфорт с каждой секундой. Голубоглазый блондин с отросшей бородой. Выглядит как задрот, но оружие держать умеет. На поясе нож, интересно, им он тоже умеет пользоваться? Старается не впутываться в неприятности и идёт хрен знает куда. В одиночку? Скорее всего, иначе непременно упомянул бы друзей, которые в случае чего могут прийти ему на помощь.       Мужчина первый выбросил окурок на пол, притоптав его ногой, и снова перехватил дробовик обеими руками, к его чести, слегка всё-таки отведя дуло от Карла.       — Я пошёл, — произнёс он, видимо почувствовав смену настроения в комнате. — Спасибо за… — он замялся.       — За компанию, — подсказал Карл, снова ухмыльнувшись.       — Да, — сказал мужчина, спиной отступив на пару шагов назад.       Карл раздражённо цокнул.       — Да расслабься. Я бы уже ёбнул тебя, если бы захотел.       Мужчина уже стоял в дверях. Он дёрнул уголком губ.       — Все вы так говорите, — ответил он, прежде чем сделать последний шаг наружу и исчезнуть.       Карл фыркнул и сделал ещё одну глубокую затяжку, с наслаждением вдыхая дым от прогорклых сигарет. Жить можно.       Он дал незнакомцу фору в минуту, прежде чем бросил окурок на пол и отправился следом.       Найти его не составило особого труда, пусть тот явно и старался двигаться непредсказуемо. Он забрался в дом, находившийся через улицу — Карл и сам приметил его, чуть раньше, потому что тот в сравнении с остальными, выглядел не настолько разрушенным. Спустя некоторое время он покинул дом через заднюю дверь, с заметно потяжелевшим рюкзаком, вытирая нож об тряпку. Значит, всё-таки умел им пользоваться. Неплохо.       Мужчина часто оглядывался и замирал, словно прислушиваясь, но слежку не заметил. Наискось обошёл ещё несколько домов, сделал дополнительный круг, во время которого Карл его чуть не потерял из виду. Хитро. И очень предусмотрительно. Но недостаточно ловко, чтобы избавиться от Гейзенберга.       Наконец, он прошёл в сторону леса и скрылся в неприметном доме на окраине. Карл едва успел подобраться поближе, чтобы услышать ритмичный стук по дереву. Он был замысловатым, и только на последних ударах до Карла дошло, что это, вероятно, была Морзе.       Послышался звук отпираемой двери.       — Папа! — приглушённый детский голос, заставил Карла нахмуриться. Ребёнок? Вот уж чего он точно не ожидал. Ещё дольше, чем человеческого голоса, он не слышал только голоса детей. — Ты что, курил? — раздалось тем временем из дома, весьма осуждающее.       — Прости, малыш, — раздался голос мужчины. Намного мягче и приятнее, чем когда он говорил с Гейзенбергом, но это не удивительно. — В последний раз. Как раз кончились.       Карл хмыкнул и отошёл от дома на безопасное расстояние.