~
13 апреля 2022 г., 14:59
Примечания:
если обнаружите ошибки, пожалуйста, кидайте в пб <3
и ещё, я плохо знакома с метками на фикбуке, поэтому, если можно что-то добавить или убрать, сообщите мне
Ким продолжает выцеловывать чувствительные мокрые складочки Гука даже после того, как младший достигает блаженства, разрываясь, кажется, на миллионы искрящихся частичек. Чон скулит и трясется всем телом, слезы без остановки катятся по щекам, ему этого так много, уже слишком. Пальчиками подрагивающими из последних сил вцепляется в макушку Тэхёна, удобно расположившуюся в тепле под его темно-синей юбочкой, и тянет от эпицентра наслаждения.
— Тэ, ах… пожалуйста, — хнычет, еле выговаривая слова, потому что мозг отказывается сейчас работать, а тело настолько расслаблено, что невозможно даже губами шевелить. — Не могу… пожалуйста, хватит.
Ким улыбается, совсем слабые пальчики любимого от прядей своих отцепляет без какого-либо сопротивления, сплетая со своими, и от сладкого пульсирующего местечка наконец отрывается. Переходит поцелуями на ляжки, все еще не вылезая из под юбочки, слизывает тщательно всю влажность с кожи и дышит теплом так близко прямо там, но не касается больше.
Чонгуки пытается привести дыхание в норму, глубоко вдыхая и медленно выдыхая, и с ума потихоньку сходит от осознания произошедшего. Он знал, что ему достался самый лучший мужчина на свете, но после подаренного наслаждения готов забрать Тэ себе навсегда и больше не отпускать со своей розовой мягкой кроватки и из-под своей юбочки.
— Щекотно, — младший хохочет от кудряшек Кима.
Ступней в белом носочке в плечо Тэхёна упирается и пихает подальше, ножки сразу же сводя вместе, ощущая, как сильно течет. Встречается глазами с разомлевшими карими напротив и розовеет щечками.
Гук не может устоять от вида старшего, который облизывается довольно, не хватает только, чтобы заурчал, как кот. Чон притягивает Кима к себе за лицо и целует жадно, а затем начинает вычищать языком мокрые от своей же смазки губы, щеки, нос, разводя еще больший слюнявый беспорядок. Он ощущает себя таким ненасытным и развратным, но нисколько этого не стесняется.
— Детка, остановись, — Тэхён смеется и отрывается от младшего, звонко чмокая в розовые влажные губки.
Гуки рассматривает весь бардак, который устроил на лице мужчины, и не может сдержать довольной улыбки. Он так чертовски влюблен. Чон вытирает слюни с губ нежно-розовым пододеяльником и тянется к Тэхёну, чтобы сделать то же самое. Еще некоторое время они просто любуются друг другом.
— Позволь поухаживать за тобой, — Ким берет пачку салфеток с прикроватной тумбочки.
Подтаскивает свою детку поближе, обхватив одной рукой за щиколотки, сгибает стройные ножки в коленях и целует пару раз куда придется. Смотрит прямо в глаза и снова раскрывает малыша перед собой так, что у Гука дыхание сбивается, а животик сводит приятной судорогой. Откидывает ткань юбки и завороженно смотрит на блестящие от влажности припухшие складочки.
— Ты настоящее искусство, сладкий, — шепчет он, ведь действительно получает от этого эстетическое наслаждение.
Ким салфетками нежно оглаживает кожу на бедрах, приподнимает попку, стирая смазку и там тоже. Проходится аккуратно по гладкому лобку и вокруг. Заглядывает в блестящие глазки своего мальчика, которые внимательно наблюдают за каждым движением. Чон кивает тихонько, разрешая позаботиться о нем до конца.
Тело под Тэхёном выгибается от легкого прикосновения к все еще чувствительному местечку, Гук вцепляется в чужую руку своими двумя. Начинает судорожно потираться, удерживая пальцы мужчины. Он такой неистовый, снова превращается в стонущий беспорядок, самостоятельно доставляет себе удовольствие, используя кимову руку как вздумается.
Второго раза не приходится долго ждать, буквально через несколько минут младшего пронзает новой вспышкой наслаждения, он громко кричит, извивается и сжимает пальцы любовника между своих ляжек.
Кима от вида безудержного мальчика накрывает с головой, он смотрит на свою руку, пропадающую в розовых складочках, на аккуратную округлую грудь, скачущую в такт движениям, на красивое личико с розовыми щечками и приоткрытым ротиком, с которого свисает язык и текут слюни. Тэхён приглушенно стонет, а на бежевых классических брюках спереди расходится мокрое пятно, ему даже не понадобилось прикасаться к себе.
— Ты мой, — скулит Чонгук, дышит загнанно и хватается сильнее за крепкое плечо старшего, впиваясь ноготочками в кожу.
В этот раз им требуется немного больше времени, чтобы прийти в себя. Тэхён наконец очищает расслабленное тело Гука, расплывшееся по мягкой постели. Стирает с его лица слезы, вытирает подбородок от слюней. Ким надевает маечку на свою детку, выбирает приглянувшиеся трусики из комода с нижним бельем, натягивает их на стройные ножки мальчика, откидывая в сторону форменную юбку.
Приняв душ, старший освобождает себе немного места на односпальной кровати, притягивает под бок уже сопящего Чона. Зацеловывает любимое личико, уделяя особое внимание пухлым губкам, сжимает их в своей ладони и чмокает мокро. Перед тем, как уснуть, мужчина зарывается носом в светлые пряди на макушке детки, вдыхает глубоко родной запах и наконец расслабляется.
