Новый Бард в Средиземье.

Lost in a rocky road,

Got lost in a promise of a love I never know

Shadows chase me far from home

I remember when my heart was filled with gold

Сбилась с пути среди этих проблем,

Потерялась в обещании любви, которой никогда не знала.

Тени давно преследуют меня, от самого дома.

Я помню, когда моё сердце было наполнено золотом.

(Towards The Sunwd — Rihanna)

***

      К горам вело множество троп, а через горы — множество перевалов. Многие пути вообще вели либо в тупик, либо в никуда, а в перевалах могла, то и дело, кишеть злобная нечисть и различные твари. Мне оставалось только гадать: последует ли Торин Дубощит отведённому плану или, как всегда, будет делать, как сам велит. Однако я с Гэндальфом не плутали — шли по верной тропе и к верному перевалу, за что спасибо должны сказать Лорду Элронду. Тот хоть и был против похода, но не был настолько злым, чтобы дать сгнить своему другу в Мглистых Горах.         Путь в горы — сложный путь: ты идёшь вверх и вверх, от чего я уже сильно устала. Тропа, по которой мы шли, была извилистой, сложной и местами опасной. Что еще меня добивало, кроме усталости — холод. Поднявшись в горы, я оделась во все одежды, что у меня были. Поднялся жуткий промозглый ветер, который продувал меня полностью, аж до мозга костей.         Проходя по склонам Великого Раздола, я переговаривалась с Гэндальфом на счет того, как он так сговорился с гномами. Дедушка сказал, что отряд Торина должен ждать нас в горах, пока мы не догоним их. Между нами разница где-то в 6-7 часов: они ушли с рассветом, а мы отправились в путь в обед, что немного меня обременило — всё это время я спала. Мы могли выйти раньше, только если бы не я. Дедушка хотел сделать пару перерывов, однако я отказывалась: «нам нужно спешить». Мы должны догнать отряд до того, как Король гоблинов ничего с гномами не сделал.         В горах мы уже не разговаривали: горное эхо разносилось на многие километры вокруг и могло почудится, что на данный инородный для здешних мест звук сбегутся все твари, которые тут обитают. Пройдя пару километров по нужной тропе, Гэндальф тихонько сказал мне, что у него есть опасения по поводу Мглистых Гор — просто так они никого не пропускают. Через пару часов его опасения оправдались: началась буря. Наша тропа еще не дошла до вершины пика, по которому мы должны пройти, а буря уже нас застигла. Поднялся более холодный ветер, капли дождя попадали в лицо, молния сверкала, ослепляя мой взор — всё будто намекало, что нам тут не место. Дрожь то и дело проходила по всему телу — не знала, от холода или от грядущего страха. Уж не очень мне хотелось идти по узкой тропе вдоль обрыва. Но выбирать не приходилось, поэтому продолжали свой путь. Сквозь жуткий холод, страх, усталость и боль мы продолжали идти, не останавливаясь. Подойдя ближе к пикам горных возвышенностей, я увидела одного каменного великана, который поднял руки вверх, будто победитель ринга. Я изумленно смотрела на титана перед собой — никогда не думала, что смогу их увидеть в живую.         Тут и началось самое страшное для меня — мы шли по узкой полуразрушенной тропе, которую видимо задели великаны во время своей битвы. Один неверный шаг, и всё: ты падаешь в пропасть. Слава Валар, Гэндальф меня в некоторые моменты придерживал, и его крепкая рука спасала меня от падения. Особенно сложно было смотреть вперёд, когда капли дождя бьют тебе прямо в лицо. Буря, как на зло, не утихала, однако даже с такой плохой погодой я услышала голос Гэндальфа рядом:         — Они должны быть где-то рядом!         Мы продолжили путь. Если они договорились, что встретятся в горах, значит гномы с хоббитом должны где-то укрыться от этой злосчастной бури — к примеру, пещера. Но мы столько уже пещер прошли, что сосчитать нельзя, а тут нужно найти ту самую, из которой они могли попасть к гоблинам. Еле как перепрыгнув очередную пропасть, я, сидя на коленях, пыталась отдышаться. Вода так и стекала по моему лицу, мешая это нормально сделать — дождь затекал и в глаза, и в нос, и в рот. Конечно, на мне была утепленная накидка, с меховой окантовкой, однако спустя три часа ливня она уже никак не грела и не помогала — висела лишним грузом на теле. Да и плюс, всё оружие на теле тянуло меня в низ: меч, закрепленный на бедре, на груди три метательных кинжала, и пара закреплённых на руках. На спине у меня висела небольшая сумка с припасами и гитара в чехле. Но мне сейчас абсолютно всё мешало — хотелось просто всё скинуть с себя. Из-за того, что мы находились в горах, воздух был тут разряженным. Дышать было трудно, воздуха было мало, поэтому я и не могла нормально отдышаться. Из-за недостатка кислорода в теле, мне стало аномально и жарко, и холодно — я не знала, куда податься.         Подняв взгляд вперёд, я наткнулась на узкую расщелину: хоть в горах я уже много таких видела, но именно к этой меня тянуло. Прямо как на пустоши перед Ривенделлом. Что-то мне подсказывало, что нам надо туда. Чуть дрожащей рукой я показала Гэндальфу направление, от чего тот с непониманием уставился на расщелину между скал. Хоть я и помню, что пещера, в которой должны были быть гномы, была большой и просторной, однако именно сюда нам сейчас надо было идти.         Я встала на ноги и, сама немного озадаченная, двинулась в сторону трещины. Она была еле заметной, узкой, но Гэндальф мог в нее пройти. Дедушка с интересом наблюдал за моими действиями. Расщелина была обычной, ничем примечательной, однако за ней оказался проход с еле видной тропой. Сняв с себя сумку и гитару, я протиснулась между каменными стенами и замерла: звуки бури немного утихли, а где-то вдали слышался какой-то грохот и странные крики, явно не человеческие. Я молча и настороженно позвала Гэндальфа к себе, махнув тому рукой. Старик с недовольным лицом еле как протиснулся в небольшую щель, но, услышав странное гудение внутри горы, стал серьёзно относиться к моей интуиции.         Не сговариваясь, мы тихо, стараясь не издавать лишних звуков, направились вглубь небольшой пещеры. Я обнажила на всякий случай меч и проверила метательные ножи: все на месте. В темноте ничего не было видно, но и идти с факелом было опасно — могли привлечь к себе ненужное внимание. Пару минут спустя гул стал всё громче и ближе, а вдали появился какой-то оранжевый свет, явно от огня. Мы потихоньку продолжали идти на свет. Эльфийский клинок наготове, да и Гламдринг Гэндальфа уже был в его руке.         Мы пришли к свету. В уши долбил какой-то шум и гам, от чего хотелось просто вырвать их. Мы осторожно вышли на небольшую площадь. Нас окружали куча гоблинов, которые вообще не обращали на нас внимания, смотря на что-то в центре большого зала. Я с Гэндальфом переглянулись — в центре зала находились гномы, которых окружили гоблины, а перед ними на «троне» восседал этот король. От одного его вида мне захотелось прочистить свой желудок. Хорошо, что я нахожусь так далеко от него. Небольшая платформа, на которую мы вышли, находилась, можно сказать, в слепой зоне — тут было не так много гоблинов, да и на нас никто не смотрел, зато всё было прекрасно видно.  

Сломаем им кости и шеи свернём, Тела их изувечим мы, поджарим над огнём! Вы сгинете здесь, и вас никто не найдёт! В городе Гоблинов смерть вас ждёт!

        Жуткий голос короля разнесся по всему ущелью. Лучше бы я этого не слышала: уши в трубочку свернулись. Кивнув Гэндальфу, я быстро убила пару гоблинов на нашей платформе. Заметив небольшой кипиш у трона, я прищурилась, дабы разглядеть всё происходящее. Вдруг, раздался жуткий вопль главного гоблина в этой пещере:         — Убить их! Убить их всех! Отрубить ему голову!         Не раздумывая, я достала метательный ножик и стала целится. Торина уложили на пол несколько тварей, а одна с каким-то хилым ножом стала замахиваться на истинного Короля. Уже собираясь метнуть своё оружие тому в голову, я не ожидала, что моя платформа настолько хилая и от чего-то пошатнется: кинжал я всё-таки кинула. С ужасом я следила за его траекторией — нож попал в гоблина, но не туда, куда я планировала. Воткнулся он в опускающуюся руку гоблина, выбивая из его руки оружие.  Я облегченно вздохнула и, поймав удивленный взгляд Торина, пригнулась от внезапной вспышки белого света в середине ущелья — Гэндальф появился прямо возле Торина, откинув от него остальных тварей. В миг стало тихо: шум и гам прекратился, от чего я с блаженством выдохнула — ну нет у гоблинов чувства музыки. И в этой тишине голос дедушки прозвучал будто гром, после которого началась сильная буря, что сносила всё на своем пути:         — В бой!         Я быстренько прикинула, где наши пути будут сходиться: по хлипким балкам мне нужно было пробежать чуть вперёд, а после двинуться в ту сторону, в которую побегут гномы. Все гоблины на меня как-то странно обращали внимание: некоторые просто пробегали мимо, зациклившись только на гномах, а те, кто обращал на меня внимание, умирали. Уверено, орудуя своим эльфийским клинком, я пробиралась всё ближе и ближе к гномам, которым только удалось скинуть с площадки короля гоблинов. Рассмотрев меня в толпе тварей, Гэндальф показал мне посохом в сторону возможного выхода и, дождавшись моего ответа, направил за собой отряд. Они бежали по мосту, что вел к дороге вдоль стены пещеры, я же в это время бежала по противоположной. Все переходы на другую сторону были заняты гоблинами, которые стремились к гномам, от чего я не могла нормально присоединиться к отряду.         Гэндальф с воинами немного притормозили из-за большого количества тварей, что на них накинулось. У меня же наоборот — путь расчистился и впереди показалась желанный чистый переход на другую сторону. Хоть мне и попадалась настолько уродливые гоблины, но я еле сдерживала себя от язвительных фразочек — берегла дыхалку, чего не делали гоблины. Их яростные крики доносились ото всюду. Молча, но с улыбкой на губах, я быстро подбежала к мосту: без всяких ограждений и из хлипких досок. Тяжело вздохнув, я собралась силами и, чуть разбежавшись, кинулась перебегать этот чертов мост. Слава Валар, я не оступилась, и никакая моя нога не попала в те многочисленные дырки, что усыпали весь мост.         Только я не учла одного — пробежав немного на встречу отряду, я заметила огромную пропасть между мной и гномами, которые только подбежали. Однако Кили, как самый смекалистый, быстро сообразил: платформа, на которую они забежали, была подвешена на тросах и закреплена, поэтому, отрубив канат, Кили и его приятели полетели в мою сторону. Я сначала расставила руки в стороны, стараясь всех поймать, но, осознав, что не словлю прыгающих на меня мужиков хоть и маленького роста, я отошла в сторону. Первыми ко мне прыгнули Кили, Балин, Бофур и Ори. Младший из всех гномов хотел было на меня накинуться с объятьями, но как-то странно себя остановил на пол пути. Я на это не сильно обратила внимание, так как на второй заход спрыгнули уже все остальные и мы продолжили путь. Я бежала, стараясь не смотреть на Короля в Изгнании, дабы не пропустить удар от твари. Находясь рядом с Гэндальфом, отбивала все удары, что были направлены на старика, чтобы тот мог спокойно сконцентрироваться и понять, куда нам идти.         Вдруг, пробегая очередной мост, перед нами внезапно появился король гоблинов, который, честно говоря, я думала, что умер. Я и дедушка стояли прямо перед ним.         — Думали, что сможете ускользнуть? — огромная тварь стала размахивать своей дубиной. Я быстро среагировала и отошла на пару шагов назад, чуть не попав под удар, однако Гэндальфу не так сильно повезло — гоблин попал тому в живот, откидывая старика на гномов. Король гоблинов усмехнулся своей маленькой победе, от чего я с яростью на него взглянула. — И что же ты будешь делать, волшебник?         — Не смей трогать моих близких людей… — прошептала я, проигнорировав его вопрос. Резко подбежав к огромному гоблину, я разрезала тому живот, пока Гэндальф тыкнул тому в глаз своим посохом, отвлекая. Боясь того, что это чудище может упасть на меня, я отпрыгнула от него, а Гэндальф полоснул того по шее, наконец-то убивая.         Король гоблинов упал ниц. Балки под ногами затрещали и под таким напором большого веса не выдержали — мы полетели вниз. Пыль залетала в глаза, от чего они слезились. Держась за самую крепкую на вид балку, я пыталась держать глаза открытыми, однако в один удар я не удержалась: рука соскользнула с деревяшки, а глаза закрылись от страха. Почувствовав, что улетаю в бок с нашего «плота», я попыталась руками за что-то схватиться, но две руки притянули меня обратно — открыв глаза, я увидела, что меня держат Гэндальф и Торин с обеих сторон. Так я почувствовала себя в большей безопасности, однако за хлипкие доски под собой всё же держалась.         Земля всё приближалась. Стены пещеры всё сужались, от чего мы всё чаще об них ударялись. Однако я теперь никуда не улетала, а ровно держалась на месте. Как не упал Гэндальф, который просто ровно стоял на ногах, я не знаю, а вот Торин одной рукой держал меня за плечи, а второй — за доски.  Последние секунды падения были просто какой-то тряской: мотало во все стороны, а сломанные доски то и дело падали сверху на головы. Заметив обломки, что летели на нас, волшебник прикрыл меня собой, дабы в мою голову не прилетела какая-нибудь кочерга. Хоть наше падение из-за сужающейся щели немного убавило скорость, приближающаяся земля всё так же пугала меня, поэтому я зажмурилась и сгруппировалась, дабы получить меньше увечий.         Резкое приземление. В ноги отдало так, что первые мгновения я вообще их не чувствовала. Тем более сверху на меня навалился Гэндальф, от чего я не могла встать, однако, когда тот поднялся и освободил меня, я увидела сколько он словил досок. Вся пыль, все обломки сразу стали падать с него, создавая небольшой шум — только он осмелился встать. Я облегченно выдохнула, когда поняла, что всё закончилось, но резкие кадры скорейшего будущего, заставили меня подорваться с места: если тут всё идёт, как в фильме, то и Азог Осквернитель, белый орк на белом варге, в этом мире жив. Дедушка настороженно подошел ко мне и начал расспрашивать меня про самочувствие. Вдруг, я почувствовала, как что-то большое приближается, от чего мне стало… тревожно? Обернувшись на гномов, которые облегченно лежали на обломках площадки, я увидела, как на них летит король гоблинов собственной персоны.         — Осторожно!         Однако было поздно: огромный гоблин упал на бедных гномов, от чего те недовольно забурчали. Вроде даже послышались чьи-то маты на их родном языке, однако это я могла только предположить. Но чувство не отходило: настороженно глядя наверх в ущелье, откуда мы прилетели, я увидела, как большая армия гоблинов бежит на нас. Я быстро подбежала к лежавшим гномам и начала помогать их доставать из-под обломков.         — Гэндальф! — видимо не я одна заметила ораву тварей, что бежит на нас — Кили тоже с ужасом глядел наверх.         Достав всех, мы, кто как мог, побежали по пещере, в конце которой виднелся закатный свет. Я, вытащив Бофура, вызвалась его сопровождать. Ну как вызвалась: просто перекинула его руку через голову и понесла того к выходу. Бедному больше всех прилетело — именно на него пришелся удар короля. Я со всем адреналином и позабыла о маленьком хоббите, что должен быть с нами. И, только выбежав на улицу и пройдя пару десятков метров от расщелины, я смогла вспомнить про бедного полурослика.         Бежали мы по склону вниз. Я осторожно пыталась огибать различные корни деревьев, чтобы я с Бофуром не свалились еще со склона холма. Гэндальф стал нас пересчитывать. Я молча опустила Бофура на камень, чтобы тот присел и отдохнул, на что тот благодарно кивнул. Развернувшись к солнцу, я подставила лицо вечерним лучам и прикрыла глаза, вдыхая полной грудью свежий воздух. Только сейчас я поняла, насколько в той пещере воняло чем-то тухлым.         — А где Бильбо? — осторожный вопрос Гэндальфа заставил меня прийти в себя. Резко обернувшись на гномов, я стала искать хоббита глазами: его нет. Либо всё идет по сюжету, либо он успел уйти во время грозы из пещеры. Но тогда бы мы его встретили на пути к гномам… — Где наш хоббит?! — уже прорычал волшебник, глядя на стыдливо опустивших головы гномов. Некоторые, как Фили и Кили, стали оглядываться в поисках полурослика.         Я стала смотреть в лес, ища своего друга. Помню, что он должен где-то тут прятаться. Сзади меня началась перепалка: Гэндальф пытался узнать, куда делся Бильбо Бэггинс. Двалин что-то недовольно пробурчал рядом со мной, но я на него не обратила внимания, и только голос Торина заставил меня обернуться назад:         — Я скажу что произошло. — эта фраза меня насторожила, — Мистер Бэггинс воспользовался своим шансом. С самого начала похода он думал лишь о мягкой постели и тёплом очаге. Мы больше не увидим нашего хоббита. Он уже далеко.         — Не может такого быть! — я нахмурено посмотрела на Короля, — Он не мог уйти! — я не могла поверить в сказанное.         — А почему ты так уверена в этом полурослике? — сквозь зубы прошипел Торин, делая шаг мне навстречу. Он пытался запугать меня, пытался сделать так, чтобы я не смогла ответить, но за друзей я стою до конца:         — А почему ты так в нем не уверен? — в ответ спросила я его, — Да, признаю, он часто бурчал по поводу домашнего уюта, тем самым капая нам всем на нервы. — я обвела всех взглядом: некоторые лица даже закивали, — Но заметил ли ты, что этот хоббит всё меньше и меньше бурчал, и всё с большим энтузиазмом смотрел на мир вокруг? — я подошла к Торину почти вплотную, однако так, чтобы между нам еще было расстояние, и, тыкнув ему пальцем в грудь, прошептала, — Он часть твоего отряда, и ты должен ему верить.         Тут, в подтверждение моих слов, из ниоткуда появился Бильбо, ошарашив при этом Балина, который стоял рядом. Седовласый гном был спецом в ночном дозоре — мимо него и мышь не проскочит мимо, однако даже при свете дня не смог услышать и увидеть хоббита, который был чуть меньше его ростом. Многие хоть и были озадачены, но улыбка расцвела на губах многих: Балин и Бофур улыбались больше всех — уж больно им понравился малец.         — Бильбо Бэггинс. Я в жизни никому так не радовался! — счастливо произнес Гэндальф, шагая навстречу полурослику.         Однако если многие при взгляде на Бильбо облегченно вздохнули, то Торин и Двалин хмуро переглянулись. Я только закатила глаза и, наплевав на злого Торина, тоже радостно смотрела на хоббита. Кили, как оказалось, уже простился с нашим другом, а Фили задал резонный вопрос: как Бильбо прошел мимо гоблинов? Хоббит не ожидал такого резкого вопроса, от чего занервничал — нервно кивнул головой и, положив руки в карманы, переступил с ноги на ногу. Косо глянув на дедушку, который следил за каждым действием Бильбо, я решила снять напряжение:         — Да какая разница, как он выбрался! — разведя руки в стороны, я пожала плечами, глядя на хмурого Двалина, который ждал ответа на вопрос.         — Главное, он вернулся! — подхватил мои слова Гэндальф с доброй улыбкой.         — Это важно! Я хочу знать. — грозно подметил Торин Дубощит, от чего у меня перехватило дыхание. Я не помню, чтобы Король Одинокой Горы расспрашивал Бильбо о кольце… — Зачем ты вернулся? — напряжение в теле резко спало, а из рта вышел облегчённый выдох.         Подняв взгляд, я посмотрела на хоббита. Он собирался с мыслями и выглядел так, будто сейчас взорвется. Было видно, что он хотел высказать Торину всё, что было у него на уме, но хоббитская вежливость ему мешала:         — Ты сомневаешься во мне. Я знаю, и всегда сомневался. — я с уважением кивнула, поддерживая его слова. — Ты прав, я часто вспоминаю дом, я скучаю по книгам, по моему креслу и саду. — Бильбо с грустной улыбкой вспоминал свою прошлую спокойную жизнь. А ведь мы с ним в этом похожи: нас двух выдернули из своих привычных жизней и заставили путешествовать. — Да, моё место там. Это мой дом. Поэтому я вернулся, ведь… у вас его нет… дома. Его отняли у вас. И я помогу вам его вернуть. —растроганная его речью, я приложила ладонь к груди, где нащупала кулон. А ведь я тоже тут из-за своего дома. Только не ради какого-нибудь места, а ради близких мне людей.         Вдруг раздался вой варгов. Их я уже запомнила, поэтому не сложно было понять, что с ними придут и орки. Оглянувшись назад, где виднелся пих холма, я пыталась рассмотреть варгов и понять, сколько между нам расстояния, однако меня дернули.         — Ну вот, из огня… — недовольно заметил Торин, дергая меня вперёд по склону.         — Да сразу в полымя! Бежим!         И мы побежали. Однако еще пол пути я раздумывала над фразой Бильбо: «Это же надо, сбежать от гоблинов, да волку в пасть». Уж слишком она мне понравилась.