Два дома, один океан

Легкий, едва слышимый скрип привлек Элеонору. Подняв взгляд, она вздрогнула всем телом и попыталась вскочить, но тут же упала, запутавшись в длинном платье. Стоявшая в проеме двери тень, которая ее испугала, двинулась вперед. В неясном свете блеснуло лезвие ножа. – Господи, спаси! Кто вы?– звенящим голосом крикнула девушка. - Что вам нужно? Тень медленно приближалась к ней, обретая облик мужчины. Он был достаточно высок, с узловатыми пальцами на крупных руках. Остальное скрывали темный плащ и шляпа, из-под которой недобро блестели глаза. Нож, который держал незнакомец, был направлен на девушку. – Даже не вздумай орать, не поможет, – прозвучал гнусавый голос. – Я тебя зарежу еще до того, как твои охранники-остолопы услышат тебя. Незнакомец осмотрел спальню, хмыкнул и перевел взгляд на распластавшуюся на полу Элеонору. – Неплохо поживаешь. Делиться не хочешь? – Ч-что?... Так вы грабитель? – вырвалось у нее. – Нет, святой падре, – насмешливо фыркнул пришелец. – Ты думала, что таковой лакомый кусочек не будет привлекать внимания? Или я что, первый? Хех, вот же удача! – Господь накажет вас, сударь, кем бы вы ни были, – твердо сказала Элеонора. – Пой, птичка, пой, пока можешь. Но вряд ли ты будешь еще долго щебетать, - теряя терпение, ответил тот. – Тебе и так недолго осталось. Другие, ради того, чтоб вынести отсюда хоть медный таз, не будут размениваться на болтовню. Считай, что со мной тебе повезло – я тебя честно предупреждаю, что перережу глотку. – Посмотрим, – прошипела девушка. Лежавший под рукой опрокинутый кувшин метнулся в незнакомца. Тихо охнув, тот рухнул оземь, держась за голову. Элеонора словно во сне видела растекающуюся лужицу крови. Коротко вскрикнув, она закрыла лицо руками. Трясясь от ужаса, она вдруг ощутила себя ужасно разбитой. Отважившись еще раз взглянуть на неподвижное тело и чувствуя наступающую дурноту, девушка почувствовала, как теряет сознание.... Было очень тепло и уютно. Обступающая со всех сторон темнота дарила покой и тишину. Мысли не путались, наоборот – их не было вообще. Так было даже лучше. Забыться порой приятней, чем постоянно думать о насущных заботах. Дверь тихо отворилась, пропуская внутрь Катрин, не особо уже молодую, но все еще привлекательную служанку Элеоноры. Небольшая свеча осветила ее лицо с вязью легких морщинок вокруг глаз и выбившуюся из-под чепца прядку черных волос с примесью седины. Аккуратно прикрыв за собой дверь, женщина тихо подошла к кровати, где почивала ее маленькая госпожа. – Миледи, проснитесь, – ласково прошептала она, касаясь плеча Элеоноры. – Моя леди, пожалуйста, проснитесь скорее. Девушка открыла глаза, прикрывая их ладонью от света. Она знала свою верную прислужницу, которая без надобности ничего не делала, а потому просто вопросительно глядела на нее. – Миледи, как вы себя чувствуете? Тот человек вам ничего не сделал, как сказал лекарь, но у него был нож.... – Это так, но он и правда мне ничего не сделал, – мрачновато ответила Элеонора. Ей совершенно не хотелось вспоминать произошедшее. Вспомнив кровь, она вздрогнула и севшим голосом спросила: – Я его убила? – Нет, миледи, вы его просто оглушили, – начала рассказывать Катрин. – Ваш дядюшка, господин Вильгельм, приказал страже его увести. Паоло, наш садовник, увидев открытую дверь сада, сразу же бросился к сэру Вильгельму. Позвав людей, они начали обыскивать дом. Возле библиотеки они скрутили одного здоровяка, который ковырял замок. Он-то и сказал, что с ним был еще один. Видели бы вы лицо вашего дядюшки, когда он со всех ног побежал к вам! Казалось, что его сердце готово было остановиться, если бы... если с вами..., – она всхлипнула. – Тише-тише, – попыталась ее успокоить Элеонора, накрывая руку Катрин своей тонкой ладонью. – Ведь все обошлось, разве нет? – Божья Матерь хранит вас, миледи, – промокнув глаза передником, ответила женщина. – Когда мы зашли в вашу спальню и увидели вас лежащей на полу, а рядом был тот ужасный человек, сэр Вильгельм чуть с ума не сошел.... Когда лекарь убедил его, что вы в полном порядке, только тогда ему стало легче. Как замечательно, что он помогает нам! – Да, он очень добр ко мне, – отозвалась девушка. – Без него я давно бы пропала. Катрин хотела что-то сказать, но вдруг осеклась. – Что с тобой? Что-то не так? Не пугай меня. – Миледи, может это и не мое дело, но.... Я просто случайно услышала, как ваш дядя распорядился ускорить время вашего отбытия в Веракрус. Он сказал, что если эти воры и впрямь только начало, то вам небезопасно здесь находиться. Он хочет устроить ваше отбытие, кажется, дня через три. – Возможно, он даже прав, – проговорила Элеонора, откидываясь на подушки. – Болезнь матушки, ее кончина, похороны, а теперь и грабители.... Он ведь обещал перерезать мне горло. – О, святые ангелы, – воскликнула Катрин, – спасите и уберегите! Пусть отсохнут руки у этого мерзавца! Как он посмел даже помыслить о таком?! – Именно поэтому я вижу глубокий смысл в решении дядюшки, – размышляла герцогиня. – Очередного происшествия мне не вынести. Я устала от всего. – Так, значит, вы все-таки уезжаете? – Поначалу я не хотела, но теперь мне страшно находится в родительском доме. Мне всюду мерещатся тени родителей, всюду слышаться их голоса и шаги. Я вспоминаю, что, где и когда происходило. А теперь ко всему добавилась тень смерти, таящаяся за каждым поворотом. Этой ночью я встретилась с ней лицом к лицу и выжила только благодаря последнему благословению матери. Я бы не покинула дом, но я не хочу жить в постоянном страхе. Пусть все наладится, тогда я вернусь. – Чуть помолчав, она спросила: – Который час? Темновато еще. – Сейчас раннее утро, миледи, – ответила Катрин. – Вы простите меня, что я вас разбудила, но мне показалось, что вам следовало знать о решении сэра Вильгельма. – Ты все правильно сделала, – успокоила ее девушка. – Будь добра, поправь мне подушки и пойди немного отдохни сама. Нам предстоит много работы. Уже на пороге служанка обернулась. – Вот уж это действительно не мое дело, но я еще кое-что слышала. Вскоре должен прибыть господин Гарсиа, – шепотом сказала она и вышла, оставив враз побледневшую Элеонору в смутной полутьме занимающегося утра. – Элимирио? Но почему сейчас? Зачем? Я ведь ему уже отказала....