Травма

      «Бояться — это нормально», — слова, которые, наверняка, сказал бы любой психолог, обратись Белова за консультацией. Только она за ней никогда бы не обратилась, потому что не осознавала своего страха.       Пламенная речь Симоновой, которая была не совсем в себе, когда вываливала на Вику свои наблюдения, заставила Белову вспомнить все подколы Артура и вопрос Тани об отношениях с Женей, и всего этого оказалось слишком много. В одно мгновение мозг Вики оказался перегружен.       Дело было не только в том, что ей вдруг начали приписывать лесбийские наклонности, которых у неё никогда не было. Вика просто осознала, насколько много Жени стало в её жизни. Они были знакомы всего пару месяцев, но не было и дня, чтобы Белова не думала об этой девушке. Она просыпалась и засыпала с сообщениями Громовой, они делились тем, как проходит день, проводили свободные вечера на её кухне за просмотром глупых фильмов и обменом не менее глупыми шутками. Миллиметр за миллиметром Женя незаметно прочно прописалась в её жизни, будто всегда там и была. Самое страшное, что Вика не успела этого вовремя заметить.       Не то чтобы Белова была необщительным или замкнутым человеком, но она крайне редко с кем-то сближалась. У неё было много знакомых и, вроде как, друзей, но не было никого, с кем бы она была по-настоящему близка, с кем бы делилась всеми своими переживаниями. Возможно, так было из-за того, что в детстве ей приходилось постоянно менять школы из-за частых переездов, связанных с работой родителей, так что у неё возникла какая-то внутренняя установка ни с кем не сближаться, чтобы потом было проще уехать. Или всё из-за «медицины головного мозга». В семье, где оба родителя врачи, помешанные на работе, вместо житейских бесед она с детства слушала рассуждения о смертельных диагнозах, а за ужином родители делились друг с другом историями о том, кого из пациентов удалось спасти, а кто не выжил. Мысль о том, что люди слишком недолговечны, стала для неё обыденностью, и лишь укоренилась после того, как она сама стала врачом. Вика повидала много людей, убивающихся в горе из-за смерти или болезни близких, и подсознательно боялась оказаться на их месте. Было несложно держать эмоциональную дистанцию с окружающими, общаться достаточно открыто, чтобы не чувствовать себя одинокой, но при этом не сближаться настолько, чтобы стать зависимой от кого-то. А теперь она с ужасом осознавала, что Громовой удалось пробраться под все её защитные барьеры.       В природе стандартная реакция на страх проявляется в одной из трёх форм: «бей, беги, замри». Кто-то отвечает агрессией, стараясь больнее укусить, кто-то без разбора спасается бегством, а кто-то цепенеет от ужаса, не в силах заставить себя пошевелиться. В случае Беловой произошло смешение агрессии и бегства.       На работе она срывалась по любому поводу, доведя одного интерна до слёз и заставив двух терапевтов считать её ещё большей стервой. Даже заведующий хирургического отделения старался лишний раз не попадаться ей на глаза, а коллеги из травматологии тактично предложили Вике взять пару отгулов, чтобы отдохнуть.       Что же касается Громовой, Вика начала делать то, что делала всякий раз, когда кто-то оказывался в её зоне комфорта — она попыталась сбежать от этого. Вернее, она хотела как можно скорее провести между собой и Женей черту, отдалить девушку на безопасное расстояние той дружбы, где находились все остальные.       Наверное, это было странно: утром она мило общалась с Женей в своём кабинете, а с обеда начала односложно отвечать на её сообщения или вовсе игнорировать. Странно, грубо и обидно — отталкивать от себя ничего не понимающего человека, но это был единственный способ, которым Вика могла себя защитить. Она была уверена, что поступает правильно, даже когда весь следующий день не отвечала на Женины звонки. И даже когда поздним вечером Громова стучала в её дверь, а Белова была уверена, что это была именно она, Вика лишь крепче зажмурилась, накрываясь пледом с головой, заставляя себя делать вид, что ничего не слышит. Ей было нужно пространство, и она собиралась получить его.       Утром Вика, как трусливый подросток, сбежала из дома на час раньше обычного, боясь случайно пересечься с Женей в подъезде, но у неё было настолько взвинченное состояние, что уже к обеду её отправили домой. Заведующая травматологией решила, что перепады настроения Беловой связаны с её переутомлением, так что, во имя общего блага, дала ей два дня выходных, договорившись с хирургией, чтобы плановые операции вместо Вики провели другие хирурги. Сидеть дома Беловой совершенно не хотелось, но она и сама понимала, что так будет лучше. Нужно было привести мысли в порядок и остудить разум.       Новых звонков и уведомлений о сообщениях от Жени больше не было, и это одновременно радовало и нервировало Вику. Весь день она не заходила в соцсети, чтобы Громова не поняла, что она её игнорирует, будучи онлайн, но внутри шла настоящая борьба, потому что за последнее время Белова привыкла каждый день смотреть забавные сторисы Жени и лайкать её новые фотографии с тренировок. Возвращаясь домой, Вика не боялась пересечься с Женей, потому что знала, что до самого вечера та будет мотаться между двумя работами. И простой факт того, что она знала наизусть расписание дня девушки, тоже вдруг стал пугать.       Стараясь абстрагироваться от всех мыслей, Вика едва не вскрикнула от неожиданности, когда в лифт вслед за ней влетел спешащий Артур с заметной заживающей ссадиной на скуле. — О, привет, — выглядя не менее удивлённым, поздоровался парень, нетерпеливо тыкая на кнопку нужного им обоим этажа. — Женьку давно видела? — не дожидаясь ответного приветствия, сразу спросил он, порождая внутри Вики бурю негодования. — Давно, — хмуро ответила Белова. Почему все вопросы должны быть именно о Громовой? — Она не писала тебе сегодня? — не отставал Артур. — Не знаю, у меня не было времени проверять сообщения, я, знаешь ли, работала, — в своей лучшей стервозной манере проговорила Вика, благо Артур был слишком сильно погружён в свои мысли, так что не придал этому значения, лишь кивнув в ответ и спеша выскочить из лифта, как только его дверцы начали раскрываться.       Когда Белова вышла из лифта, парень уже попеременно звонил и стучал в дверь квартиры Громовой. Вика всеми силами старалась заставить себя не обращать внимания и пройти мимо, но это выглядело слишком странно, так что, помимо собственной воли, она остановилась, ожидая, что будет дальше. — Геш, — барабаня в дверь, громко позвал Артур, после чего, порывшись в кармане, достал связку ключей и, найдя нужный, начал пытаться открыть им Женину квартиру, но замок не проворачивался. — Какого хрена? — выругался парень, нервно дёргая за ручку и на мгновение замирая, когда дверь открылась, оказавшись не запертой. — Геша? — заметно более нервно крикнул Артур, влетая в квартиру.       Через распахнутую дверь было видно Женину зимнюю куртку и кроссовки, которые в хаотичном порядке валялись на полу в прихожей, что было нехарактерно для Громовой. — Что происходит? — начиная тоже нервничать, спросила Вика, на автомате следуя за парнем. — Её нет, — успев заглянуть во все комнаты, пробормотал Артур, дёргаясь, когда где-то на полу зазвучала мелодия звонка Жениного телефона. — Да, Кать, — отыскав смартфон около обувницы, ответил парень, бегая взглядом по комнате, словно пытаясь найти какую-нибудь подсказку. — Нет, я её не нашёл. Телефон дома, а её нет. Попробую всех обзвонить… да… да, знаю. Давай без паники, ладно? Я на связи, если что. — Артур? — позвала Вика, понимая, что парень забыл о её существовании. — Потом. Всё потом, — отмахнулся Артур, выходя вместе с Беловой из квартиры и закрывая дверь. — Никаких «потом», — не согласилась Вика, жёстко хватая парня, который был на голову выше и в полтора раза шире, за плечо. — Что случилось? Где Женя? — Я не знаю, — с лёгкими нотками отчаяния в голосе, наконец, ответил Артур. — Мы слегка повздорили в понедельник, — парень чуть дёрнул головой, как бы демонстрируя ссадину на лице. Возможно, они перегнули палку в споре из-за разумности поведения Тимофея. — Так что эти дни не общались, а сегодня мне позвонила Катя и сказала, что Женька не пришла на работу ни в зал, ни в клуб, никого не предупредив. Такого раньше не было. Да и хер бы с этой работой, она с дедом вчера не созванивалась и сегодня на его звонки не отвечала. Такого никогда не было. — Сегодня среда, я видела её в понедельник, — вслух размышляла Вика, начиная нервничать не меньше Артура. Могла ли Женя вот таким образом отреагировать на то, что она сутки её игнорировала?       Пока Артур, сев на верхнюю ступеньку, обзванивал всех знакомых, интересуясь, не знают ли те, где Громова, Вика достала свой телефон, чтобы посмотреть все непрочитанные сообщения от Жени. В понедельник Громова интересовалась, всё ли у Вики в порядке. Во вторник она снова спросила, всё ли хорошо, и написала, что переживает из-за того, что Белова молчит. Потом была серия звонков. [22:12] Женя Я заходила к тебе. Видимо, у тебя опять завал на работе. Дай знать, когда вернёшься домой. [22:19] Женя Даже если вернёшься под утро, пожалуйста, зайди ко мне.       Со времени последнего сообщения Женя больше не появлялась в сети, и это заставило Вику напрячься ещё сильнее. Кажется, Громова решила, что Вика сильно занята, поэтому не отвечает, так что вряд ли Женя обиделась на неё. — Вчера вечером она была дома, — сообщила она Артуру. — А сегодня её нигде нет, — сжимая телефон в руке, констатировал парень, глядя в одну точку. — Это не нормальная херня. Телефон и одежда дома, не могла же она просто испариться… — Может, она у Иры или другой девушки, — осторожно предположила Белова, пытаясь найти хоть какое-то логическое объяснение происходящему и не поддаваться панике. — Ире я писал. Говорит, что они давно не общаются. Да и не пропустила бы она работу из-за бабы, и деду точно бы не забыла позвонить, — отмёл Викину версию Артур. — Блять, — выругался парень, когда Женин телефон в его руке снова зазвонил. — Алло, — стараясь придать голосу нормальное звучание, ответил он. — Да, дед, она телефон дома забыла, а сама на работу уехала. Я не вру… нет… Дед, не суетись. Откуда у тебя вообще номер её начальника? Я сам её найду… нет… Я не маленький, я знаю, что делать… Да… Ладно… Я понял… Не надо приезжать, я сам всё сделаю… Никуда я её не втягивал! Ладно…       Вика могла лишь пристально смотреть на Артура, не имея возможности слышать его собеседника и пытаясь по его словам составить в голове весь диалог. — Куда ты? — тут же встрепенулась Белова, после того, как, завершив разговор, Артур поднялся на ноги и торопливо направился вниз по лестнице. — В ментовку, — коротко бросил парень, заставляя Викино сердце сжаться от страха. Если до этого история ещё могла казаться ей каким-то абсурдным недоразумением, в котором Женя случайно забыла телефон и замоталась, помогая кому-то из знакомых, то теперь, при упоминании полиции, всё приобретало другой оборот. — Я поеду с тобой, — без раздумий решила Вика. — Зачем? — не понял Артур, останавливаясь, чтобы смерить женщину пристальным взглядом. — Дай мне пять минут, я переоденусь и спущусь, — игнорируя вопрос, попросила Белова, спеша в свою квартиру.       Зачем? Потому что она теперь не сможет сидеть спокойно дома, зная, что есть вероятность того, что Женя пропала. Она хотела установить чёткую границу близости, но это желание не имело никакого смысла, если Громовой не будет рядом вообще. — Я надеюсь, что она просто где-то загуляла, — успокаивая самого себя, вслух проговорил Артур, заводя машину, после того, как Вика заняла пассажирское место. — Такое когда-нибудь было? — поинтересовалась Белова, вжимаясь в кресло и цепляясь за ручку на двери из-за агрессивной манеры езды парня. — Нет, — честно признал Артур. Как бы ему ни хотелось думать, что Женя тусит с какими-то новыми знакомыми, он хорошо её знал, чтобы заставить себя в это поверить. Она была слишком ответственной, чтобы без предупреждения пропустить работу, она никогда не забывала созвониться с дедом, она бы никогда не ушла, оставив дома бардак и не закрыв входную дверь. И как она вообще могла куда-то уйти, если её верхняя одежда валялась на полу? — Думаешь, полиция сможет чем-то помочь? — стараясь отвлечь себя разговором, спросила Белова. — Я боюсь, что они вообще не воспримут её исчезновение всерьёз, ведь, по сути, прошло всего несколько часов. — Если дед поднимет свои старые связи, то её все мусора города искать будут, — уверенно хмыкнул Артур, делая слишком резкий поворот во дворы, чтобы срезать путь, отчего Вике пришлось вцепиться в ручку на двери и второй рукой. — У него много связей? — подавляя дрожь в голосе, уточнила Белова. — Когда-то в серые года он был следаком, — пояснил Артур. — Но это было прям ещё при «Совке». В девяностые он всякие мутные делишки вроде мутил. Вообще он всю жизнь был «решалой», в этом плане Женька в него. У него везде какие-то знакомые, которые ему должны. Даже сейчас, когда в деревне жить поселился, умудряется там со всеми корешиться. — Так, если он работал в органах давным-давно, неужели там ещё остался кто-то из его коллег, — засомневалась Белова. — Ну, смотри, — начал объяснять Артур, останавливаясь на светофоре, явно недовольный тем, что не успел проскочить на жёлтый. — Дед с бабулей сейчас живут в доме, который раньше был чисто дачей. И там таких дач много. Раньше там участки выдавали всяким ментовским шишкам. Хрен знает, как дед себе там местечко нашаманил, видимо, подмазал где нужно. Суть в том, что там по соседству сейчас живёт пара престарелых полканов, толку от них уже мало, но у одного есть внучка, которая сейчас работает крутым следаком. Не знаю, сама ли она дослужилась или дедуля ей креслице подготовил, но это и неважно. Главное, что она дело завести поможет и людей напряжёт. А вообще я не особо поддерживаю дедово решение ментов подключать. От них всё равно толка никакого не будет. Сейчас заяву накатаем, и я поеду ребят своих соберу, мы сами Гешу найдём, — преувеличенно уверенно заключил Артур. — А что насчёт Жениных родителей? Может, стоит им позвонить? — озвучила свои мысли Белова. Женя никогда не упоминала родителей, но Вика не была уверена, с чем это было связано: были ли они мертвы, или она с ними просто не общалась. — Нет никаких родителей, — хмуро ответил Артур, делая очередной крутой вираж, игнорируя недовольные сигналы других автомобилистов.       Когда их машина остановилась около здания Следственного комитета, Вика испытала неописуемое облегчение, всерьёз задумываясь над тем, чтобы добираться обратно на такси. Артур уверенно пошёл через центральный вход, и Беловой оставалось лишь следовать за ним. У неё не было никакого опыта нахождения в подобных местах, а с полицией она общалась всего пару раз, и то, когда её опрашивали по поводу сомнительных пациентов. — По какому вопросу? — без энтузиазма, даже не отрывая взгляда от экрана телефона, спросил дежурный, стоило только Артуру и Вике войти в здание. — По важному, — процедил сквозь зубы Артур. Он выглядел необычайно напряжённым, чувствуя дискомфорт в окружении людей в форме. — Мы здесь, чтобы подать заявление о пропаже человека, — вмешалась Белова, надеясь, что её мягкий голос поможет им быстрее пройти дальше. — В районный отдел полиции езжайте. Мы таким не занимаемся, — всё тем же «пофигистическим» голосом проговорил мужчина. — А чем вы вообще занимаетесь? — медленно закипал Артур, опуская голову к окошку, за которым сидел дежурный. Вика, на всякий случай, вцепилась в предплечье парня, контролируя, чтобы он не подался вперёд ещё сильнее и не попытался схватить дежурного. — Если мы приехали сюда, значит, нам надо сюда, и заниматься нашим делом будут здесь. — Слышь, чурбан, — оживился подогретый поведением Артура дежурный. Он явно не привык к такому хамскому обращению. — В ауле своëм так разговаривать будешь. Я сейчас наряд вызову… — Вызови. Только тебе принаряжаться смысла нет, что не надень, мента не скроешь, — хмыкнул Артур. — Ну ты … — теряя дар речи, дежурный вскочил на ноги, то ли собираясь выбежать, чтобы начать с парнем драку, то ли отправиться за подмогой. — Ахдоев, ты что тут за цирк устраиваешь? — раздался властный женский голос. — Пропусти их, — скомандовала она дежурному. Тот замешкался, но под нажимом чужого взгляда всё же открыл турникет, провожая Артура взбешённым взглядом. — Добрый день, — вежливо поздоровалась Вика.       Пройдя через турникет, Белова получила возможность рассмотреть их спасительницу во всей красе. В памяти сразу всплыли образы серьёзной женщины-следователя из «Тайн следствия», которые она смотрела по телевизору ещё в студенческие годы. Строгие тёмно-синие форменные китель и юбка следователя Следственного комитета сидели на женщине так, будто были сшиты на заказ. Женщину нельзя было назвать худой: объёмный бюст и покатые бёдра лишь подчёркивались формой, но одного взгляда на неё было достаточно, чтобы понять, что она принадлежала к тому типу женщин, которые купаются в мужском внимании. Вике пришлось одёрнуть себя, чтобы перестать пялиться на чужую фигуру, потому что ей не следовало, даже вскользь, замечать соблазнительность женского тела. Прямые каштановые волосы следовательницы были собраны в высокий хвост, минимум макияжа на лице, лишь лёгкая подводка, придающая карим глазам ещё больше яркости — лицо с рекламной брошюры института МВД, глядя на которое, большинство школьников пустит слюну и начнёт грезить о поступлении, чтобы иметь шанс работать бок о бок с подобными дамами. — У меня есть максимум час, так что давайте не затягивать, — заговорила следовательница, начиная шагать по коридору. — Вы у нас? — бросила она вопросительный взгляд на Белову. — Белова Виктория Сергеевна, — как на допросе в суде представилась Вика. — Соседка она Женина, — пояснил Артур. — И подруга типа. — «Типа», — усмехнулась в ответ следовательница, поднимаясь по лестнице на второй этаж. — Волкова Оксана Александровна, — бросив на Белову ещё один взгляд, соблюдая формальности, представилась женщина. — Будем знакомы.       Дальнейший путь до кабинета прошёл в тишине, лишь Артур пару раз бормотал себе что-то под нос, косясь на сотрудников, проходящих мимо них. — Так, что случилось? — заняв своё рабочее место, задала главный вопрос Волкова, по привычке открывая блокнот и беря ручку, чтобы делать нужные себе заметки. — Георгий Константинович так ничего внятного по телефону мне и не сказал. Женя пропала? — Да. Пиздец какой-то, Ксюх, — эмоционально вздохнул Артур, нервно расхаживая по кабинету. — Во-первых, Оксана Александровна. Ксюха я для тебя в саду у деда, и то только когда настроение хорошее. Во-вторых, давай без лишних эмоций. Как, когда, при каких обстоятельствах, кто последний видел, что делала до этого — мне нужны детали, — чётко поставленным голосом проговорила Волкова. — В понедельник мы немного пособачились, во вторник я от неё ничего не слышал, а сегодня мне позвонила наша общая подруга и сказала, что Женя не вышла на работу. Квартира оказалась открыта, телефон, куртка и ботинки дома, а её самой нигде нет, — собравшись, постарался объяснить Артур. — Всех знакомых обзвонил — никто её не видел. Ты же знаешь Гешу, она может психовать из-за чего-то, но с дедом всё равно на связь по расписанию выходить будет. — Дома все вещи на месте? — делая пометки в блокноте, уточнила Волкова. — Там и красть-то нечего, — пожал плечами Артур. — Её вещи были разбросаны по полу, — подала голос Вика, считая эту деталь достаточно важной для упоминания. — Куртка и ботинки. И телефон тоже был там. Сама бы Женя так не стала делать. — Что-то ещё? — не отрываясь от блокнота, подтолкнула к продолжению речи Оксана Александровна. — Вчера вечером она точно была дома, — неуверенно продолжила Белова. — Она писала мне. — Что писала? — подняв голову, чтобы посмотреть на Вику, заинтересовалась Волкова. — Просила зайти к ней. Это было в начале одиннадцатого ночи… — Вы зашли к ней? — типичным следовательским тоном спросила Оксана Александровна. — Нет… — Почему? — как на допросе, продолжала наседать Волкова. Артур тоже перевёл на Вику вопросительный взгляд. — Я устала на работе и рано заснула. Увидела сообщения только сегодня, когда встретила Артура около Жениной квартиры, — не дрогнув, соврала Белова, хотя внутри у неё всё переворачивалось. — Ясно, — кивнула Волкова, делая очередную пометку. — Из-за чего у вас произошёл конфликт? — переключилась она на Артура. — Не было никакого конфликта, — нахмурился парень. — Побрехали немного, как обычно. Не сошлись во взглядах на отношения между общими друзьями. — Лицо она тебе разукрасила? — и так зная ответ на этот вопрос, уточнила Волкова. — Случайно вышло, — проворчал парень, отводя взгляд. — А ты ей «случайно» сколько ударов нанёс? — припечатывая Артура прожигающим взглядом, задала вопрос Оксана Александровна. — Я её не трогал. Потолкались, послали друг друга на хер и разошлись, — ощетинился парень. — Ты меня как уголовника допрашивать собралась или что? Думаешь, я мог Женьке что-то сделать? Я за неё убить могу, а ты мне предъявы какие-то кидаешь… — Успокойся, — ледяным тоном отрезала Волкова. — Я никого ни в чём не обвиняю, просто собираю информацию. — Вот образец, от руки заполните заявление. В шапке указывайте РОВД своего района. У вас Железнодорожный вроде. Заявление я им перешлю, так что дело будет числиться там, потому что, по факту, Следственный комитет такой ерундой не занимается. Там местные следаки нормальные ребята, сталкивалась с ними пару раз, прослежу, чтобы плотно делом занялись, и сама буду участвовать по мере возможности, — инструктировала Волкова. Артур, всё ещё злобно сопя, отодвинул листы Беловой, намекая, что заполнять все документы придётся ей. — Номер телефона Женя не меняла? — уточнила Оксана Александровна, набирая кому-то через стационарный телефон. — Нет, — отрицательно махнул головой Артур. — Антон, добрый день, Волкова беспокоит, — заговорила женщина, как только ей ответили. — Запиши себе номерок, нужно пробить, где человек обитал последний месяц и с кем общался в последние дни. Чем быстрее, тем лучше. Да, спасибо. Готов записать?       Пока Волкова диктовала Женин номер из телефонной книги своего смартфона, а Артур измерял шагами небольшое свободное пространство кабинета, Вика успела, слегка подрагивающей рукой, заполнить заявление. — Номер-то её зачем пробивать? — недовольно проворчал Артур. — Всё равно её телефон сейчас у меня. Я же сказал, что он был у неё дома. — Не мешай мне делать свою работу, — отчеканила Волкова, забирая у Вики протянутое заявление и пробегаясь по нему глазами, чтобы убедиться, что всё написано верно. — И телефон еë мне отдай. — Долго они будут его пробивать? — не унимался Артур, нехотя отдавая Женин смартфон. — Если делать всё официально, через РОВД, то от нескольких дней до нескольких месяцев. Зависит от рвения сотрудников и отзывчивости мобильного оператора… — Да вы издеваетесь, — пропыхтел Артур. — Я сказала: «Если делать официально», — повторила Волкова. — У нас тут есть свои методы ускоренной работы.       Ещё какое-то время Волкова задавала Артуру и Вике самые разные вопросы, начиная с того, в каком настроении в последние дни была Женя и не было ли чего-то странного в её поведении, заканчивая возможными недоброжелателями и конфликтами, в которые она могла оказаться втянута.       Когда все формальности были соблюдены, а вопросы заданы, Вика и Артур собирались отправиться домой. Волкова обещала связаться с ними, как только у неё появится хоть какая-нибудь информация, и просила их сделать то же самое, если они сами что-то вспомнят или узнают. Прощания были прерваны звонком от технаря, который сообщил, что сбросил Волковой список звонков Громовой за последние дни. — Вы точно не хотите мне ничего больше сказать, — внимательно изучив полученные данные, спросила Оксана Александровна, даря Артуру и Вике долгий испытующий взгляд. — Чего тебе ещё сказать? — нахмурился Артур. — Что ж вы за друзья такие? — с лёгкой издёвкой проговорила Волкова. — Подруга названивала вам обоим весь день, а вы трубки не брали. — Сказал же, что мы поссорились, — проворчал Артур. — Я её везде в чёрный список кинул. — Очень по-взрослому, — покачала головой Оксана Александровна. — Я… — начала было Белова. — Да, я помню, что на работе, во время операций, вы оставляете телефон в кабинете, — перебила Вику Волкова, после чего глубоко вздохнула, позволяя себе ненадолго опустить выработанный годами образ сурового профессионала, и показать свою истинную обеспокоенность. — Не принимайте на свой счёт, — мягче проговорила женщина. — Я, на самом деле, всё понимаю. Просто какое-то глупое стечение обстоятельств, что никто из вас не смог ответить. Возможно, она хотела сказать что-то важное, и это помогло бы понять, куда она пропала. Я Женю знаю ещё с тех самых пор, когда она совсем маленькой лазила через наш забор воровать клубнику. Может, мы не слишком близко общались, но хочется верить, что я достаточно хорошо разбираюсь в людях, чтобы быть уверенной в том, что Женя не могла просто так исчезнуть и заставить близких переживать за неё.       Оказавшись на улице, Вика вдохнула морозный воздух полной грудью, чувствуя себя морально выжатой. Дело было не в куче вопросов от Волковой, а в собственном чувстве вины, которое разгоралось внутри всё сильнее, начиная обжигать так, что лёгкая боль ощущалась физически.       «Идиотка. Какая же я идиотка!» — мысленно твердила Белова самой себе, желая удариться пару раз головой о стену.       Она сама придумала у себя в голове драму и несколько дней старательно в ней варилась, в то время как у Жени, кажется, действительно случилось что-то плохое. Что-то, чем она хотела поделиться, а Вика просто не брала трубку, оставив её наедине с этим. Чёрт возьми, Женя ведь стучала в её дверь прошлой ночью! Она была на её пороге, а Белова предпочла купаться в собственных глупых страданиях, которые, на самом деле, были такой ерундой по сравнению с тем, что происходило в её сознании теперь. Она хотела оттолкнуть Женю? Ну, теперь очевидно, что это невозможно, потому что даже мысль о том, что девушка исчезла из её жизни, пускала по её телу мелкую ледяную дрожь. — Сука! — неожиданно громко выругался Артур, с силой ударяя ногой по колесу своей машины. — Это всё моя вина, — с досадой проговорил парень, сдерживаясь, чтобы не ударить сжатым кулаком по дверце. — Она же мне как сестра, а я, как сопляк какой-то, заблокировал её везде. Дебил, блять. Ей помощь нужна была, а я в обиженку играл. — Успокойся, истерикой сейчас ничего не решить, — как можно более уверенно проговорила Белова, в то время как её сердце обливалось кровью, потому что если на ком-то и была вина, то только на ней.       Когда они вернулись в свой район, около Викиного подъезда уже собралась внушительная толпа молодых людей, заметно оживившихся после появления Артура. Среди всех этих людей Белова знала лишь Катю, Тимофея, Дениса и Дашу. Девушки стояли чуть в стороне, и Вика поспешила к ним, чтобы узнать, что происходит. — У Артура есть несколько киосков с фруктами, он что-то вроде индивидуального предпринимателя, — начала пояснять Даша, отвечая на вопрос Беловой. — Не так давно у него был конфликт с владельцами соседних точек. Я не особо знаю подробности, но из-за всего этого на него в подъезде напали с ножом. Он вроде потом всё уладил, но кто-то сказал, что те люди связаны с исчезновением Жени. Якобы это они её похитили, чтобы преподать Артуру урок, потому что все знают, насколько они близки. — Это же не может быть правдой? — бегая глазами от Кати к Даше, в смятении пробормотала Вика. — Сейчас ведь не девяностые, чтобы вот таким вот образом разбираться за торговые точки. — Сейчас хуже, чем в девяностые, — раздался суровый голос Артура, подошедшего сзади. — Кать, ты с нами? — Да, — уверенно кивнула девушка, становясь ещё более серьёзной, чем обычно. — Куда вы собрались? — не поняла Вика. — Ребят, чё за движуха? — спросил бодрый парень, вышедший из подъезда. Белова без труда узнала в нём своего когда-то шумного соседа Максима. После разборок Женя вроде извинялась перед ним и объясняла свою позицию, и с тех пор парень больше не доставлял неудобств.       Артур отмахнулся от навязчивого парня, но тот не унимался, обратившись с расспросами к кому-то другому. — Артур? — напомнила о себе Белова. — Что «Артур»? На рынок мы едем. Эти гамадрилы там неподалёку все обитают, бошки им нахрен поотрываем и Женьку заберём, — ответил парень, спеша дать кому-то указания, чтобы подгоняли машины. — Я не думаю, что это хорошая идея, — попыталась вмешаться Вика. — Лучше позвонить Волковой… — Женщина, иди домой, — огрызнулся Артур. — Даш, иди с ней. — Я поеду с вами… — Как бы не так, — хмыкнул Артур. — Я не собираюсь переживать там ещё и за тебя. — Но Катя едет, — насупилась Даша. — Потому что она может вырубить здорового мужика с одного удара ногой, — напомнил Артур. — Всё, разговор окончен. Через пару часов Женька будет дома. Готовьте ужин, она всегда хочет есть, — он зашагал к своей машине, едва не врезаясь в Максима, который последовал за ним. — Тебе-то чего? — Я тоже могу кого-нибудь вырубить, — пожал плечами парень. — У вас с Женькой вроде тёрки были, — нахмурился Артур. — Это всё ерунда, по-соседски разобрались и забыли. Мы с ней, конечно, не друзья, но помочь человеку надо, — объяснил свою позицию Максим, поправляя на голове шапку. — Похер, садись, — махнул рукой Артур, не желая тратить время. — Чем больше людей, тем лучше. — Не нравится мне всё это, — пробормотала Вика, глядя в след уносящимся из двора, одна за другой, машинам.       Им с Дашей оставалось лишь подняться в квартиру Беловой и в гнетущей тишине ждать новостей, пока в голове пульсировало лишь одно желание: «Лишь бы Женя скорее вернулась домой».