Harry Potter and the Other Champion

«Василиск?!» — закричала Флер, в то же время Ариэль закричала: «Сотня дементоров? Сразу?!» Они были в общей комнате Гриффиндора, разговаривали с гриффиндорской командой по квиддичу. Гарри ушел, чтобы принести им выпивку. «Да, наши мерзкие Харрикинсы…» «это действительно очень впечатляет, но…» «для нас он всегда будет…» «тощий мерзавец с золотым сердцем!» — закончили двое рыжеволосых близнецов, которых Флер узнала как Фреда и Джорджа Уизли, или, как они представились, Дред и Фордж. «Вы, ребята, забиваете им головы ложью?» — спросил Гарри, вернувшийся с двумя бутылками сливочного пива. Он передал их Флер и Ариэль. «Не верьте ничему, что они говорят, и не ешьте ничего, что они вам дают. Эти двое — наши постоянные шутники.» «Харрикинс!» — закричали они вместе. «Ты так ранишь нас…» «и, кроме того, это не похоже на…» «твои шаловливые руки…» «невиновны либо…» «Мистер Сахатый —младший!» Гарри покачал головой, хотя на его лице была улыбка. «Что мне делать с вами двумя…» «Арри, они только что рассказали нам о некоторых твоих приключениях в «Огвартсе». Ты действительно столкнулся с василиском? — спросила Флер «Ну да, но у меня была помощь…как Фоукс и сортировочная шляпа…» «А сотня дементоров?» — спросила Ариэль. «Это тоже правда, но в этой истории есть нечто большее, чем это…» «Мы можем это увидеть?» — спросила Флер. «Я… подожди, что?» — спросил Гарри, проводя рукой по волосам. Флер теперь знала, что это была его нервная привычка, о чем ей любезно рассказала Кэти. Она рассказала Флер, что Гарри, как правило, ерзал, если нервничал, и, по совпадению, именно так Кэти говорит, что всегда может определить, когда он лжет. «Давай, Гарри!» — крикнула Алисия. «Это праздник! И у нас появляются новые друзья! Покажи им своего патронуса!» «Да! Гарри! Гарри!» — закричала Анджелина, когда все больше людей подхватили скандирование. «О, хорошо, хорошо», — проворчал Гарри. «Успокойтесь . Ждите Патронуса!» Серебряный олень выскочил из палочки Гарри и поскакал по комнате. «Все, поздоровайтесь с Зубцами», — сказал Гарри. Флер была в восторге. Это было великолепно. И это не то, что должен делать четырнадцатилетний мальчик — нет, мужчина; после всего, что она слышала о его смертельно опасных приключениях, не было никаких сомнений, что он был намного старше своего возраста. «Вау», — сказала Ариэль. «Это потрясающе». «Эхх, ну, мне вроде как пришлось выучить это, потому что они влияли на нашу игру в квиддич. В прошлом году какие-то дементоры вырубили меня, и я упал со своей метлы.» «Ты не просто упал, Гарри», — сказала Гермиона. «Ты упал с пятидесяти футов». «И вот почему я не люблю летать», — сказала Флер. «Слишком высоко». «Тебе не нравится летать?!» — крикнул Гарри, глядя на нее. «Да», — сказала она, делая глоток своего напитка. «Позволь мне прояснить, ты столкнулась со взрослым драконом, но полет пугает тебя?» — спросил Гарри, все еще глядя на нее. Но это был не тот неприятный взгляд, к которому она привыкла. У него было недоверчивое выражение лица, как будто он не мог понять, как кто-то может не наслаждаться полетом. «Да», — снова сказала она, улыбаясь. «Это неправильно», — сказал он. Он схватил ее бокал, поставил его на стол и схватил ее за руку. «Пойдем со мной». Он провел ее через общую комнату и вверх по лестнице общежития, среди мяуканья и волчьево свиста. «О, заткнитесь, мерзавцы», — заорал Гарри. «Она не любит летать». Вздохи были слышны от команды по квиддичу, когда они поднимались по лестнице. «Арри, куда мы идем?» — спросила она, когда они подошли к тому, что, как она предположила, было его комнатой. Они вошли, и он схватил свою молнию и открыл окно. «Летать», — ответил он, выпрыгивая в окно и садясь на свою метлу, зависшую прямо снаружи. «Поднимайтесь на борт». «Арри, я не думаю…» «Доверься мне, Флер. Полет — это самое замечательное чувство в мире», — сказал он, протягивая руку. Она не знала, что на нее нашло. Но по какой-то причине она схватила его за руку и шагнула из окна. «Ты готова?» — сказал он ей на ухо, его руки накрыли ее руки на передней части метлы. «Мы будем действовать медленно, но я думаю, что каждый должен хотя бы раз увидеть Хогвартс на метле». Она кивнула головой, и он медленно отлетел, все еще обнимая ее. И она честно обнаружила, что не возражает. «Итак, что ты думаешь?» — спросил он, когда они сидели на вершине астрономической башни, глядя на окрестности. «Ладно, это было весело», — сказала она, глядя на него. «Огвартс такой красивый», — сказала она. «Да, это мой дом», — сказал Гарри, прислоняя голову к перилам. «Тебе действительно здесь нравится, не так ли?» — спросила она. Он продолжал смотреть на территорию. «Да», — наконец сказал он. «Я уверен, что ты знаешь мою историю… родители были убиты, когда мне был год. Но большинство людей на самом деле не знают, что произошло потом». «Что ты имеешь в виду?» — спросила она, заинтригованная. «Ну, меня отправили жить к моим тете, дяде и двоюродному брату. Она старшая сестра моей мамы, и, откровенно говоря, они меня ненавидят». «почему?» «Честно? Я не уверен. Они ненавидели меня с тех пор, как я туда попал. Они называют меня уродом, и я никогда не чувствовал себя там желанным гостем. Вот почему, когда я попал в Хогвартс, это было похоже на мой первый настоящий дом, потому что здесь я могу быть самим собой». «Прости, Арри…» — сказала она, не зная, что сказать. «Это ужасно. Ты не заслужил этого.» «Все в порядке», — сказал Гарри. «Я смирился с тем, что они ненавидят меня. И технически они все еще единственные кровные родственники, которые у меня остались. Но здесь у меня есть моя настоящая семья. Гермиона, которая мне как сестра, команда по квиддичу, мои лучшие друзья… Я бы ни на что их не променял.» «Должно быть, здорово иметь так много друзей…» — сказала Флер с присвистом. Она привыкла к тому, что у нее не было друзей, но это не означало, что ей это нравилось. «Ну, я уверен, что у тебя много друзей», — сказал Гарри. «Ты такая милая и умная, не говоря уже о том, что красивая». На секунду она растерялась, не зная, что сказать, поскольку он так небрежно сделал ей комплимент. Это был один из первых случаев, когда она получила комплимент без какой-либо подоплеки. «Нет, не совсем», — сказала она, тоже кладя голову на перила. Он повернул голову. «Что ты имеешь в виду?» «Из-за моего… происхождения у меня не так много людей, которых я могу назвать друзьями. Большинство девушек держатся от меня подальше, потому что они ревнуют… или они верят, что я попытаюсь украсть у них парней. И я обычно держусь подальше от парней, потому что они не могут контролировать себя из-за моего очарования». «Очарование?» — спросил Гарри, все еще глядя на нее. Она снова заметила, какие у него зеленые глаза. «Я отчасти Вейла, Арри. Мое очарование выводит из строя большинство мальчиков», — сказала она. «Но не ты», — добавила она, глядя на него в ответ. «Я думаю, мы можем быть хорошими друзьями. У меня их не так уж много». «Мне жаль, что тебе приходится проходить через это Флер», — сказал Гарри. «Мы с тобой станем большими друзьями. Вот что я тебе скажу, давай вернемся на вечеринку. Кажется, я видел пирог с патокой, на котором было написано мое имя.» Она улыбнулась ему и потянулась к его протянутой руке. «Показывай дорогу», — сказала она, запрыгивая на метлу, на этот раз позади него. Она обняла его за талию и прислонилась головой к его спине, не подозревая о том, насколько естественно было находиться рядом с ним. Она не могла определить это теплое чувство в своей груди, когда была рядом с Гарри, но она не хотела, чтобы оно уходило.