Грибочки явно были не те..

Я попытался сесть. Голову в тот же миг пронзила острая колющая боль. Похожая на сильное похмелье. Всё бы ничего — не впервые, однако я выпил вечером только один бокальчик и находился еще во вполне трезвом состоянии. Так последнее воспоминание — ясно хрень на подобии осознаного сна, как там это называлось? Ой-ё-ёй, бошка моя равно не рада даже легкому мозговому процессу. Печально. Очень. Ну ладно, не будем горевать, сейчас, на повестке дня или может вечера, не знаю, глаза все ещё открыть не могу, словно свинцом придавлены, так что время суток сказать как и описать комнату в которой нахожусь — не могу, при всем своем желании. Да и внутренних часов у меня нет. Почему я вообще решил что комната не моя? О, все просто как цветок ромашки, то есть все сложно учитывая его строение. С одной стороны, чисто по ощущениям, тут гораздо холоднее, а я находился в теплой солнечной стране. Следующим пунктом наверное можно написать про постельное бельё. Моё, сделано из очень качественного материала, не зря же я на него год откладывал. А это? Печальные мысли накатывают, ткань хреновая. Вообще в моей ситуации судя по всему все хреново! Но ладно, мысленно ударив себя по щекам, этот жест, мое сознание опять взяло из какого-то аниме, к сожалению старею, сейчас даже название вспомнить не могу. Ну да и хрен с ним, довольно ухмыльнувшись своим мыслям, опять только в своём сознании, я попытался открыть глаза. Ну что же, тяжеловато удалось мне даже это простейшее действие. Печаль, тоска и боль, восемь шесть, четыре ноль. М-да, а вот про последнее лучше было даже не вспоминать тк память, старательно помнит всякий мусор. Глаза открылись, точнее приоткрылись, толку от этого — ноль, а все почему? Правильно — из-за соплей засохших. Ладно, сквозь них пробивается желтоватый свет (через сопли либо жёлтый, либо зелёный). Пробую пошевелить большим и указательным пальцами, есть хоть что-то. Теперь, по тихоньку по маленькому, шевелим каждым пальцем. Спустя полчаса разминки пальцев, я приступил к кистям, потом локти и да! ура! Я смог поднять руки! Теперь аккуратно протираем глаза и сканируем окружение. Ха-ха-ха. Смешно. Очень. Опустошенный взгляд мальчика десяти лет, ещё долго вспоминал воспитанник одного из старейших приютов Англии, не вовремя зашедший, в помещение устроенное под больничную палату, чтобы навестить брата. пару минут назад –Я попал! По полной! Это страшный сон, все хорошо, все хорошо, сейчас я проснусь и вернусь домой! Как бы до этого я не храбрился, сейчас, сидя с дрожащими руками и безумными глазами на выкате, нашептывая эти фразы словно мантру, единственным желанием было оказаться где-то подальше от сюда. Где-то дома. К счастью или к сожалению, сидел один я так не долго — спустя пару минут, зашла женщина средних лет, с тёмно-серыми или коричневым волосами. В странном для нашего времени платье, тоже серым. Слишком много серого. Очень. Успокоительное. Надо. –Ты как, мальчик? — на удивление довольно вежливо спросила она. –Кхе-кхп, более менее. Вы кто? И где я? — мой голос был странным. Таким скрипучим и, и мой был значительно ниже, а этот - слишком писклявый. Вы вообще слышали когда-нибудь писклявый скрипучий голос,я только что, а самое неприятное, что он мой. Под конец размышлений, отступившая на пару секунд паника, словно недавняя волна (возможно именно она и была причиной моего здесь нахождения) захватила меня вновь. Схватив руками голову, я почувствовал как мои органы чувст постепенно плыли, как бы исчезали, хотя скорее меняли размер. Вот глаз уже начал свисать на кровавой ниточке нервов, на белке были видны, полопавшиеся словно пузырьки, капилляры. О, и нос туда же! Наплевав на все законы и запреты физики, биологии и в особенности анатомии, нос мой дорогой, не смотря на хрящ, начал расти в размерах по путно искревляясь. Веко выпавшего глаза изменив свою структуру, стало очень, твердым словно из дерева. К счастью, рот остался прежним, разве что, зубы повыпадали. Но, второй глаз не дал мне отдохнуть, начиная вытекать. *** Приступы панички и иллюзий/галлюнов, судя по всему, попали сюда со мной. Печально. Очень. –Ну да и ладно! Голос Разума, твои мысли на происходящее? — Мы попали в неизвестное место, возможно другое время и страна. Если учесть, что женщина говорила на странном английском с шотландским акцентом, то можно предположить, что мы в Британии. Или, это всё одна сплошная голюцинация. Ты грибов в салат не добавлял? — Кхе-м, ну там были одни, но выглядили они безопасно! Тем более, зачем спрашиваешь если сам всё видел? — Вежливость, банальная вежливость. Тем более, часть ты перекрыл– под конец фразы, эта сучщность, соизволила проявить эмоции, в данном случае недовольство– кстати, хватит придуриваться. *** — Эй, мальчик, ты как?повторила свой вопрос женщина в сером платье. — Более мененее – чувство дежавю, словно недавняя волна голлюнов, захватило меня. — Можешь называть меня миссис Лоурен, ты помнишь, как тут очутился? — голос её, точнее обращение, напоминал мне учителей начальных классов. — Нет, миссис Лоурен. А тут это где? — тело ощущается значительно меньше, если повезёт, сойду за ребёнка. — Это детский приют в округе Лондона. Приют имени святой Марии. — Понятно( на самом деле нет, как я успел оказаться в Англии?), спасибо. Вы не знаете, кто я? — сыграть амнезию в данном случае, кажется мне не худшим вариантом, особенно, если учитывать, что приюты при монастырях и церквях не самое лучшее место. Хотя, вполне возможно, что через некоторое время я буду очень сожалеть о своем решении. Очень. — К моему великому сожалению, нет. Ты помнишь свое имя и фамилию? — Нет, но если можно, миссис Лоурен, запишите меня, точне мое имя, как Александр. Оно почему-то кажется мне знакомым. Женщина, вы меня расстраиваете, если пару секунд назад, кто-то спросил у вас насчёт своей личности, как думаете, этот человек, будет помнить свое имя и фамилию? — Хорошо, Александр, а ты уже решил тут остаться? Извини, очень сомневаюсь, что это — возможно. Давай, сначала тебя пораспрашивает следователь и ты поживешь здесь месяц, если твоих родственников не найдут, то тебя определят в один из приютов. Я попрошу, дабы тебя определили сюда? — Да, большое вам спасибо– вау, я сражен на повал, не знаю где я нахожусь, но эта женщина, кажется мне очень доброй, а ещё больше подозрительной. Но это тыканье, так раздражает! Хотя о её умственных способностях у меня осталось прежнее предвзятое мнение. Кстати, следует найти зеркало или любую другую отражающую поверхность, мне важно знать не изменилась ли моя внешность, потому что тело я ощущаю очень странно: по мимо уже привычной головной боли, мой центр тяжести немного сместился, пальци на руках стали значительно короче да и вообще я будто бы уменьшился, ногти были очень слабыми, да и под ними находилось довольно много грязи, чего я не допускал. Когда миссис Лоурен вышла, из старой больничной палаты, по мимо меня тут находилось ещё несколько детей и подростков, я попытался встать со скрипучей койки( сидеть у меня к слову уже получалось довольно неплохо, а койка действительно скрипела при каждой попытке перевернуться). Итак, о Великий Мозг, анализируй в какой жопе мы оказались. Тяжело вздохнув, я принялся обдумывать ситуацию. *** Итак, я оказался в Англии, скорее всего прошлого столетия, если судить по одежде медсестры/воспитательницы приюта ( я уже не в чем не уверен). В округе Лондона, в приюте при церквушке. Моё тело больше не моё, точнее я попал в другое, очень похожее на мое, но значительно слабее и меньше. Раздражает. Что мы знаем о приютах при церквях и вообще об сильно связанных с религией приютов? Правильно, педофилия, голодовка, травля как моральная так и физическая, а иногда и ядом. Насколько я понял, попал я на так называемую детскую ферму, или частный приют. Очень опасное место. Правда, на сколько мне известно, сюда продают чаще всего незаконорожденных детей, нежеланных, или если родители не могут прокормить, то наскребают фунтов десять - двадцать и отдают их. Искренне надеюсь, что попал я сюда уже чуть позже чем пик их популярности, так как повторюсь, быть убитым или проданным, мне не в кайф. Всё. Мозг прекратил работать и отключил мое бренное тельцо.