Память и пепел

      В детстве организм гораздо более чутко реагировал на заданный ему режим сна. Привыкший вставать в восемь, а ложиться в десять, маленький я уже в половину десятого начинал честно клевать носом и готовиться ко сну. Но раз в году, на Новый год, когда можно было не спать чуточку дольше, хотелось дотерпеть до полуночи, чтобы непременно открыть подарки. И тогда мама укладывала меня спать днем и сама ложилась вместе со мной. Этот незапланированный дневной сон наполнял ощущением чего-то волшебного, очень ожидаемого и обязательно приятного.       Когда я проснулся вечером, меня наполнило ускользающее чувство тоски по детству. По времени, когда все было гораздо проще, чем сейчас. Посмотрев на часы, я медленно и неохотно вспомнил, для чего я лег спать заранее и что сегодня мне предстоит сделать. Из кухни доносился звон посуды, которую мыла мама, и уютный запах жареной картошки. Я решил перекусить перед выходом и поплелся на кухню. - Привет, соня, - сказала мама. – Чего это ты спишь в неподходящее время? - Привет, мам, - вяло пробормотал я. – На эту ночь у меня назначена встреча. - Свидание? – спросила она, привыкшая к ночным тусовкам с Венус. - Вроде того, - неосторожно согласился я. - Это та девушка? Другом которой ты хотел стать? – тут же заинтересовалась мама. - Там будет не только она. Еще несколько ребят, - уклончиво сказал я. «А если быть точнее – около полторы тысячи человек, если считать абсолютно всех,» - подумал я убито.       Расправившись с ужином, я заторопился на кладбище. Вокруг высокой резной ограды уже было полно народу. Большинство обступили небольшой синий фургончик, рядом с которой Венус раздавала автографы и позволяла с ней сфотографироваться. Остальные же просто болтали, смеялись и корчили рожи, предвкушая интересное. Я увидел, что очень многие одели костюмы и маски или как-то по-другому изменили свои лица – с помощью грима и накладных бород, носов и очков. Это неприятно царапнуло меня. Эти люди боялись показать свое лицо в том случае, если что-то пойдет не так. Они хотели показать непричастность, даже находясь в гуще событий. - Привет, - сказала девушка-мим, выныривая из глубины толпы. – Тебе тоже нужно накрасить лицо, Соул. - Винни? – догадался я, глядя на неизменный планшетник у нее в руках.       Она кивнула, и потащила меня к Майре, которая вовсю колдовала позади вагончика, рядом с ровными рядами вешалок с костюмами и большим зеркалом. Девушка в два счета изменила меня до неузнаваемости. Теперь я больше был похож на солиста метал-группы – белое лицо, черные рваные ромбы вокруг глаз и «зашитый» нарисованными стежками рот. Прищурившись, Майра также нахлобучила мне на голову шляпу-цилиндр, а на плечи накинула короткую мантию, с нелепо торчавшими во все стороны перьями. - Вот так, простенько и не узнать, - довольная своей работой, прокомментировала она. – Можешь не благодарить. - Никто не догадается, что ты куратор, - сказала Винни. – Но все-таки не стой столбом на одном месте, а делай вид, что ты вовсю веселишься. А теперь приготовься. До начала десять минут.       Я кивнул ей и отошел от вагончика, лихорадочно пытаясь найти в толпе Рокси или Лонэль. Все осложнялось тем, что здесь было слишком много народу, и все раскрашенные, отвлекающее яркие и совершенно сбивающие с толку. За моей спиной заиграла готическая музыка – вдумчивые аккорды органа и вкрадчивая скрипка, и толпа оживилась, начала активнее перемещаться, что сделало поиск только сложнее. В отчаянии я стал пробираться обратно к вагончику. Внутри должен быть Вертер. Нужно попросить помощи у него. - Зрители и игроки! – раздался из динамиков очаровательный голос Венус. – Здесь и сейчас я объявляю Не-Хэллоунскую вечеринку открытой!       Послышался скрип торжественно открывающихся ворот кладбища, а затем толпа разразилась аплодисментами, одновременно хлынув за ворота. Я аккуратно лавировал в потоке, медленно приближаясь к вагончику. И вот уже под моими пальцами звякнула ручка, которую я изо всех сил потянул на себя, юркнув в спасительное нутро автобуса.       В нем никого не было. Только множество коробок, несколько пустых вешалок, забытый на переднем сидении серебристый ноутбук и упаковка из-под печенья. Все были где-то снаружи, а я совершенно не знал, что делать. Я схватил ноутбук, но он невозмутимо вывесил окно ввода пароля.       Тут-то меня и нашла Венус, заглянувшая в автобус, чтобы отыскать бутылку воды и с жадностью ее осушить. Ее короткое черное платье вблизи переливалось блестками, будто звездное небо. - Что-то ищешь? – спросила она, кивнув на ноутбук, который я все еще держал в руках. - Мне нужно знать местонахождение куратора Рокси, - сказал я.       Я не ожидал, что Венус мне поможет. Девушка забрала у меня ноутбук и быстро пробежалась пальцами по клавишам, вводя пароль. - Вы с Бланкой теперь встречаетесь? – спокойно спросила она. - Вовсе нет, - почему-то испуганно ответил я. – Этот поцелуй ничего не значит. - Странно, ты ведь не похож на парня, который целует просто так, - заметила девушка.       Я не успел ничего ответить, потому что Венус развернула ноутбук ко мне, демонстрируя полный план кладбища с отметками о всех кураторах и игроках. Я торопливо сфотографировал его на телефон. - Спасибо, - пробормотал я.       Мне было неловко убегать сразу после того, как я получил желаемое, но время неумолимо заканчивалось. Ведь я не знал, в какой именно момент Бланка реализует свой план. Поэтому я быстро протиснулся мимо Венус, на секунду вдохнув такой знакомый запах ее духов, и поспешил туда, где на карте была отмечена Рокси.       Ночное небо над кладбищем было зеркально-голубым и слишком ярким, таким, каким оно бывает только в самом начале лета. На его фоне зловещим кружевом выделялись ветви старых тополей и берез, которые образовывали целые аллеи, с обеих сторон окруженные могилами. Нельзя сказать, что я не чувствовал себя неуютно. Нет, я не боялся призраков и не думал о прочей ерунде, но это было место скорби тех, кто проводили в последний путь близких им людей. И совершенно точно не стоило проводить здесь очередной раунд этой безумной игры. Это было неуважением… ко всем, в том числе и к покойным.       На карте была отмечена та могила, с которой Рокси должна была забрать свой трофей. Когда я приблизился к ней, то лишь покачал головой.       Это была могила ребенка, о чем равнодушно сообщала табличка на маленьком железном кресте, окруженным площадкой белоснежной мраморной крошки, в центре которой стояла маленькая статуя плачущего ангела. Изваяние казалось еще более белоснежным в свете электрического фонаря, закрепленного на дереве рядом с могилой. Там же притаилась и маленькая камера, которая должна была запечатлеть реакцию игрока на предоставленное ему место для раскопок. В реализации своих испытаний «Синие медузы» не были озабочены понятиями морали и нарушения частной собственности.       Рокси нигде не было видно. Я отступил назад, укрываясь в тени кустов сирени, и принялся ждать, нетерпеливо посматривая на слабо светящийся экран моего мобильного. Вскоре я увидел девочку, медленно бредущую между могил и поглядывающую на карту в своем телефоне. Я понял, что совершенно не представляю, как лучше обозначить свое присутствие, не напугав ее. Но кое-кто определился быстрее меня.       За моей спиной послышался шорох, и я понял, что вместе со мной в кустах сирени все это время был кто-то еще. И хотя выбранные «Медузами» декорации совсем не пугали меня, все-таки по моей спине пробежал неприятный холодок. Между тем загадочный союзник Бланки отделился от кустов и шатающейся тенью неспешно направился навстречу Рокси, собираясь сыграть свою злодейскую роль. - Эй, малышка, - услышал я его развязный и убедительно-пьяный голос. – Одна тут гуляешь? - Я занята, отстань, - нервно поглядывая по сторонам, буркнула Рокси.       Я слегка удивился, ведь девочка должна была понимать, что это не по-настоящему. Тем не менее, что-то взволновало Рокси, отчего она быстро обошла юношу и заторопилась к могиле ребенка, догадавшись, что это и есть ее цель. - Я не закончил, - гаркнул парень, грубо схватив ее за плечо. – Я тебя знаю! Ты – Фея, одна из участниц этой дурацкой игры. Я всегда говорил, что ты милашка. - Я выполняю задание, - вырываясь, сказала Рокси. – Я должна сделать это как можно быстрее, так что отпусти.       Но пальцы «маньяка» крепко вцепились в ее плечо, прямо как тогда, в супермаркете, где девочку задержал охранник. - Ничего страшного, если ты не будешь самой первой. Зрители поставят тебе высокие баллы просто за красивые глазки. Не так ли? Это то, чего ты так хочешь – нравиться им, да?       Я оценил уровень подготовки юноши – его лицо скрывал капюшон куртки и козырек кепки, так что ни я, ни установленная возле могилы камера не смогут увидеть его лицо. Но Рокси могла посмотреть в его глаза, и она это сделала, потому что в ее голосе вдруг зазвучали нотки испуга. - Чего ты хочешь? – пропищала она. - Тебя, моя милая, в качестве развлечения на этот вечер, - с этими словами «маньяк» потянул ее за собой, за пределы освещенного фонарем круга, в непроглядную тьму кладбища.       Где-то вдали гремела музыка и раздавались возбужденные голоса зрителей. Они были совсем рядом, но никто из них не мог помочь Рокси. Как ужасно это было бы, если бы задуманное Бланкой представление было правдой. - Отпусти меня, - Рокси попыталась вырваться, но парень лишь крепче привлек ее к себе, увлекая в темноту. - Что тут происходит? – зашипел кто-то у меня за спиной, и мое сердце чуть не остановилось.       Я молниеносно обернулся и увидел Лонэль, чьи темные глаза поблескивали в полумраке. - Ее долго не было, поэтому я пришла проверить, - пояснила девушка. – Кто этот парень?       И в этот момент Рокси закричала «Помогите!», и этот крик был полон неподдельного страха. Она почему-то забыла о том, что это все не по-настоящему, и что сама же обещала мне посмеяться над «маньяком». Глаза Лонэль округлились, а рот слегка приоткрылся – девушка догадалась, что происходит.       А я выскочил из кустов, понимая, что тянуть больше нельзя. - Эй, ты, - крикнул я. – Отпусти ее, ты что, с ума сошел что ли?       Я в один миг пересек световой круг и дернул за плечо парня, который сжимал запястья побледневшей Рокси. Он развернулся ко мне лицом – раскрашенным, неестественно жутким в свете фонаря, изображающем застывшую улыбку злого клоуна. - Какие-то проблемы? – огрызнулся он. – Это моя девушка, так что вали отсюда. - Ты переигрываешь, - зашипел я, отпихивая его от Рокси. – Уже достаточно. - О чем ты? – буркнул парень.       Впоследствии я много раз вспоминал этот момент. Момент, когда я посмотрел в глаза незнакомого парня и понял, что он действительно не понимает, о чем я говорю. И что он очень пьян. И что он гораздо выше и крупнее меня, а также довольно зол. - Вон там камера, - сказал я. – Завтра о твоих подвигах будет знать весь Интернет, так что это ты вали отсюда.       Когда-нибудь я буду гордиться этой фразой, но тогда мне вдруг стало по-настоящему страшно. Страшно, что он ударит меня, а потом продолжит начатое. А Лонэль так и будет прятаться в кустах, боясь пошевельнуться и оставаясь невольной свидетельницей отвратительного зрелища. В этот момент я понял, что в нашей жизни и без того есть много опасных моментов, и не нужно играть в опасные игры, чтобы почувствовать, как сердце начинает стучать в висках. Хотя причиной того, что Рокси оказалась в неподходящем месте в позднее время были, конечно, «Синие медузы».       Парень обернулся, с трудом сфокусировал взгляд на равнодушном глазке камеры, выругался и нетрезвой походкой направился прочь. Я обнял Рокси, застывшую с широко открытыми глазами и мелко дрожащей нижней губой. - Все закончилось. Ты хочешь продолжить задание? – спросил я.       Но она даже не поняла, что я у нее спросил, поэтому я потянул ее за собой, а затем передал в руки Лонэль, смотрящей на меня с непонятным выражением лица. - Как ее куратор, ты должна позаботиться о ней, - сказал я. – Выведи ее из парка и отвези домой. Мне нужно идти. - Хорошо, - сказала девушка, послушно потянув Рокси в сторону ритмичных музыкальных басов.       Я посмотрел на то, как они медленно идут по аллее, а затем бросился бежать в сторону своего места, с которого я, вообще-то, не должен был уходить. Весь полученный мной адреналин нашел выход, и я вскоре я выскочил на небольшую площадь перед церковью, которую организаторы превратили в некое подобие деревенской дискотеки. Я успел увидеть большой танцпол, установку с мыльными пузырями и светомузыкой, палатки с едой и напитками, раскрашенную толпу, окружившую неизменный синий фургончик, на крыше которого лениво танцевали Венус и Авалон. И все это – прямо посреди кладбища, почти в центре города! Я задрал голову, чтобы посмотреть не навешали ли они каких-нибудь дурацких гирлянд на крест маленькой церквушки, но тут меня за рукав дернула недовольная Бланка. - Ты должен был ждать меня прямо здесь все это время, - возмутилась она. – Почему я вижу тебя только сейчас? - Да никуда не денется твое дурацкое испытание, - буркнул я. – Скажи Вертеру, чтобы он подкрутил тебе время. Или что ты обычно делаешь в таких случаях.       Девушка с силой пихнула мне в руки что-то грязное, заляпанное сырой землей и песком. Это была деревянная шкатулка. Маленькие ладони девушки тоже были испачканы в земле. И она была без глупого костюма, в своей обычной одежде – черных джинсах, черной футболке и черных кедах. И я вдруг понял, что эта темная одежда – траур по безвременно ушедшему из жизни парню, который погиб в одном из таких же безрассудных испытаний. А еще Бланка была расстроена, и мне показалось, что ее глаза покраснели от тщетно сдерживаемых слез. - Забери это, - прошептала она. – И передай Венус, что она может подавиться.       Бланка отвернулась, пряча лицо, и юркнула в толпу, обступившую меня со всех сторон. Я даже не успел окликнуть ее, чтобы спросить, был ли случай с Рокси подстроен или же это было ужасное совпадение. Мне оставалось лишь торопливо выбраться из начавшей вопить массы людей и найти Винни, чтобы отдать ей шкатулку и отправиться домой.