Вторая смена.

Настал очередной день. Надо готовиться к возвращению в Калининград, а кому-то — устраиваться на работу. Аска и Рей позавтракали, потом к Аске забежал Сергей, поцеловал и куда-то уехал. Рей видела, что они сблизились. Аска смотрела на парня влюблёнными глазами, и он был счастлив с ней вместе. — Сегодня опять поедем к Денису Матвеевичу, а я пока съезжу кое-куда, — сообщил Сергей, поцеловал любимую и укатил. Аске тоже нашлась работа — мать попросила пойти вместе с Рей и помочь кому-то из детей очередных подруг с немецким. А пока что она решила провести фотосессию в контактном комбинезоне и ещё, на всякий пожарный, посмотреть вакансии. И тут началось… 5 вакансий вели на один адрес — в офис тяньшистов, что пытались кинуть Сергея. Ещё один инженер был нужен, чтоб торговать косметикой AVON. Инженеров на побегушках торговать всякой ерундой задорого хотели видеть распространители TUPPERWARE, EDELSTAR и «Мир книги». В последнем по телефону нетрезвый голос обрисовал, какие миллионы они зарабатывают, торгуя книгами, и напомнил, что клетчатую сумку на колёсиках надо купить самому, как и билеты на электричку, где эти самые книги надо будет продавать. Аска молча положила трубку, а потом ей перезванивали ещё 5 раз, пока она не послала лоховода на 3 языках — русском матерном, немецком матерном и японском матерном. Очередная вакансия с зарплатой 30 000 рублей на инженера опять вела в филиал «тяньши», только в другом районе. По этому же номеру, кроме инженера, требовались сторож, разнорабочий, библиотекарь, учитель, сантехник, электрик, менеджер, курьер и фельдшер. Отзывы все, как один — «НЕ ХОДИТЕ, ЭТО ТЯНЬШИ», а в комментариях какая-то баба из лохотрона отгавкивалась в ответ. Ладно, а это что за «работа в интернете»? Оказалось, надо было купить у какого-то анонима за 500 $ франшизу, прослушать всяких (платных!) семинаров с тоннами бреда, прочитать бизнес-макулатуру Киесаки, Трейси и Хилла, и завлекать простаков в его пирамиду. — Как успехи, доченька? — спросила Елизавета Сорью. — Никак. Завтра пойду в службу занятости, одни мошенники! — Рита, а можно вас на минуту? Рей спустилась. Сначала помогла Елизавете с обедом, и тут услышала: — А ты не хочешь устроиться на работу? Зачем тебе в Калининград лететь? Есть вакансия, выделят жилье. — Куда? Елизавета Сорью почти не говорила при падчерице и её подруге о своей работе, но тут сделала исключение. У неё недавно, с месяц назад, была пациентка. Седьмые роды. Несколько диагнозов, угроза выкидыша. В консультации сразу отправили на аборт, пациентка по религиозным мотивам отказалась. Её по скорой привезли в их роддом, и врачи решили беременность сохранить. В общем, пациентка провалялась у них 2 месяца на сохранении и родила здоровую дочку, 8/9 по Апгар, мать спасли, всё нормально, выписали. Елизавета вчера встретила её с отцом, выводком и какой-то родственницей в «Триумфе». Разговор коснулся Аски и Рей: «Как ваша дочь с подругой? Нашлись?» — «Нашлись, живые, здоровые, отдохнувшие. Подруга ещё из другого города, никак не может улететь». — Рей, она сказала, что ей нужен педагог по церковно-славянскому и литературе в воскресную школу. Жильё, если что, дадут. В общем, имейте в виду. Так говорит, если кому-то из вашего роддома некуда идти. — Я вроде у вас не наблюдаюсь, и у меня завтра самолёт… — А больше мне рекомендовать и некого, — вздохнула Елизавета Сорью. — В отделении никто с такими знаниями не лежит. Есть одна, но наркоманка, уже не жилица. Если ухудшится, придётся делать кесарево и поместить ребёнка в кювез и, вероятно, на ИВЛ. — Понятно… — ответила Рей. — Спасибо, не хочу, решение принято. Лучше скажите, когда нам идти в гости? — Через час. Рей вернулась к Аске, сделала несколько фотографий с её игрушечным пингвином Пен-Пеном, и девушки собрались и отправились по делам. Снова улица. Всё ещё тепло, солнечно. — Не надумала остаться или переехать в NSK? — поинтересовалась Аска. — Нет, — ответила Рей. Снова дом, снова знакомые и незнакомые дети — кто на русский, кто на немецкий. У кого-то в школе учитель болеет, кто-то чего-то не понимает. Всего 5 человек. Девушки спросили, как дела, Аска поговорила по-немецки. Вроде понимают. А в чём проблемы? Пятиклассник сказал, что вместо немецкого у него то «проверочная работа» по окружающему миру, то «диагностический диктант», то «мониторинговая контрольная работа». Достала уже эта школа! — Это не школа виновата, а чинуши из вашего роно, или как у вас называется, — объяснила Рей. — Весь бред, что они придумали, школы обязаны выполнять. — Тут, недалеко, в Тюкалинске, — напомнила Вика, — в воскресенье писали «Добровольный Диагностический Диктант». — Вот так пришли? — Добровольно и с песней? Серьёзно? — спросила Аска. — У них там в честь недели русского и литературы акция была, — ответила Вика. — ДДД — «Дай дорогу дураку», — заметила Аска. — А потом этот дурак с инициативой и не такое вытворит. — Акция «ДДД». И скидка 50% на ошибки, — добавила Рей. А на обратном пути, когда стало темно, школьник поведал, что у них тоже была акция. Собрать металлолом и привезти. Они с классом собрали, привезли. Металлолом провалялся под окнами на дворе, а потом местные алкаши вечером его унесли. Завуч и директор ругались, но больше для приличия. — Они же отчитались, — фыркнула Рей. — А что дальше, их не интересует. — А старшеклассники свои железки сами сдали в приёмку за деньги. Вот мы дураки! Собирали, пачкались… — Теперь знаете, как надо поступать, — ответила Аска. Ребята разошлись, девушки отметились в магазине и вернулись домой. Рей потихоньку собирала вещи — завтра наконец-то вылет. В Питере она переночует у знакомых и утром отправится в Калининград. А пока что глянули сообщение от Артёма. Он прислал видеоролик! Включили… В кадре — темнота, ничего не видно, только контуры какого-то здания. Свет! Горят огни в салоне машины, слышно музыку. За кадром голос Артема. — Наверное, я тут последний раз. Я тут был в начале смены и чуть не угодил в туман. Сегодня мы прогулялись в подземелье, надеюсь, больше не полезу. Там бункер, ход и шахта. А это корпус Старого лагеря. — Хорош! Садись! — слышен голос Вадима. Артём сел за руль. Вадим берёт телефон и под музыку группы «Маки» снимает, как он едет, крутит руль, разворачивая машину, а потом выезжает на тёмную лесную дорогу. Выезжает через распахнутые ворота. — Въезд в Старый лагерь… — прокомментировал Вадим. — Тут скоро должна быть куча земли, — сказал Артём. Куча земли действительно была. Только её изрядно обтесали, и она больше не мешала проезду. Аска вообще не обратила внимания, когда везла тузик. Снова поворот, тёмная дорога. Какой-то мотоциклист шарахается в лес, видя «Волгу». Снова поворот, знакомое поле, ЛЭП и ворота. Остановились. Рядом замерла лагерная «Волга» из столовой. Выходят, отворяют ворота и закатываются в лагерь. Запись обрывается. — Вот где он был! — заметила Аска. — Ещё раз прокатился, — кивнула Рей и потянулась за телефоном. Артём! Спрашивает, как жизнь, как прошёл день, обещает сюрприз. — Это так, ерунда, мы на «Волге» доехали, — ответил он, выслушав Рей. — А вот первый раз было страшновато. — Это когда? — Ты не помнишь, Анжелику искали! — А, да, вспомнила. — Ты едешь обратно, а тут из кустов как будто пар курится, а тебе кажется, что сейчас куда-нибудь влетишь! Я промчался буквально на рефлексах! Метров через 10-20 отпустило, не знаю, как и в самом деле в дерево не влетел. Очнулся, когда увидел ворота в секторе. Ну, там, где Аска и сёстры жили. — Береги себя, — ласково сказала Рей. — Ты уже дома? — Скоро буду, — ответил Артём. — Ты завтра улетаешь? Во сколько? — В 18:00 буду в аэропорту. — Буду скучать. Остаток вечера прошёл спокойно, в беседе и просмотре кино. Сергей отзвонился, что уже дома, устал — был в отделе кадров, потом по делам, у Усенко — им надо помочь с теплицей, но только не сегодня. Пора собрать сумку и ложиться спать. Книгу про Калининград Аска оставила себе. Рей взяла бусы, радиоприёмник, конфеты и пару газет, например, «Калининградскую правду» от 24 июня 1987 года. Главное — остались фото и воспоминания.