Возлюби свои "прорехи"

— Лети домой. Жди меня в моей комнате. Если она будет закрыта, уходи в сад, я тебя найду. — Колеус сидел на окошке прохода Хогвартс экспресса, чистя оперение от ненужного мусора. Поттер разглядывал длинный зелёный хвост, развивающийся на ветру в подобии флага. Когда из соседнего вагона послышались голоса, пернатый упорхнул в проём, оставляя небольшое пёрышко, тут же прибранное очкариком в портфель. — Привет, Гарри! — поздоровались когтевранки, весело хихикая на ответную помахивающую руки. — Ты видела? Падма точно обзавидуется! Поттер, обычно начавший загружаться по таким пустяк, просто помотал головой, отворачиваясь посмотреть на мимо проезжающую реку. Оказывается не обращать внимания на такие глупости было очень даже здорово, ни тебе лишних дум и головных болей, просто не принимай близко к сердцу эти заморочки, и всё станет проще. Так делал Генри, и даже не смотря на то, что жизнь его была не очень удачной при их первой встрече, те слова, которые он ему преподнёс, стали дня него очень весомыми. — Здравствуй. — Луна подошла к нему, держа в руках связку сахарного хвороста. Она молча передала ему одну штучку, уже собираясь уходить, как брюнет её окликнул: — Спасибо. — За что же? — Лавгуд остановилась. Гостинец был убран на дно мешка. — Если бы не твой цветок, я бы здесь не стоял. — девочка немного потупила взор, а потом, действительно вспомнив что-то, приподняла уголки губ. — Это всего лишь мелочь. Думаю, жизнь из них и состоит. — Пережевав кусочек, мальчик спросил: — Например? — Да хоть это семечко. Я не знала, что оно будет настолько важным, но посмотри, насколько маленькие вещи могут быть значительными, просто поразительно. Или легко обронённое вслух слово может нести в себе что-то гораздо большее, чем просто буквы. Или… — Люди. Один друг может быть важнее сотни его подражателей. — Та пожала плечами, смотря как возле холмов начинают мелькать несуразные домишки. Белокурая помахала ему на прощанье, скрываясь в следующем купе. Оттряхнув ладони от пудры, он поправил съехавшие на кончик носа очки. Оторвавшись от подоконника, зеленоглазый нашёл своих друзей, один из которых перебирал горсть сладостей. Мальчик уселся возле Рона, сгребающего в кучу всё самое вкусное. Гарри со скепсисом посмотрел на него, а тот, цокнув, ответил: — Это не для меня. Хочу отнести Смиту до того как приедем на станцию. — А если он не любит такие? — спросила Грейнджер, перелистывая « Хогвартс: с чего всё начиналось». — Что тогда будешь делать? Рыжий сделал задумчивый вид, пытаясь сварить в котелке гениальную идею. Гриффиндорец под боком ему подсобил. — Даже если и не любит, ему всё равно будет приятно. Подсветив улыбку вместе с веснушками, тот отправился на поиски Захарии, выходя наружу. Гарри по уже выработавшейся для себя привычке теребил мочку по совместительству с серебристым питоном. Подобравшись с ногами на сиденье, он вглядывался в крошки, оставленные Рональдом после печенья. Короста рылась в небольшом мешочке, выуживая бутерброд с мясом. Открыв дверцу, Уизли сгромоздился на месте рядом с Грейнджер, отодвигающей в сторону кипу бумаги. Вид у него был довольно сносный. — Ну как? — спросила она. — Да ничего, в принципе. Только спасибо сказал, но и так тоже не плохо. Брюнет сжал руки вместе, водя большими пальцами по подушечкам. Мальчик снял очки, протерев их уголком футболки. Миона передала крысу рыжему, зацепившись кистью за прядь волос. Странное было чувство. Под рёбрами что-то очень сильно давило вниз, а желание что-либо сказать тут же пропадало. Словно голосовые связки напрочь атрофировались, отдаваясь некой усталостью прямо в груди. Где-то через мыслительный барьер проступил вялый гудок. Это машинист давал знать, что они уже начинают снижать темп.

***

— Хватит чесаться!!! — Да не могу я, дядя! — Семейная пара шла по улице Де Пребур, обходя мимо уж очень вкусно пахнущие пекарни. За столиками сидели люди, похоже, круассаны были довольно хрустящими. А кофе! Какой же аромат исходил от кафешек, где грузчики в мешках несли целые зёрна бодрящего напитка. С края бордюра проехал мужчина на мопеде, на его багажнике была закреплена посылка. Та так громко звенела, что собачка какой-то дамы начала непрерывно лаять в её сторону. Визгливее чем кузен, выпрашивающий сейчас у Петуньи мороженного. — Но ты же перебьёшь аппетит…. — Я. Хочу. Мороженного! Тётя лишь вздохнула, заходя троицей в кондитерскую Laduree. Гарри остался ждать у входа, больно сжимая уже не такие костлявые локти. Воспаления больше не появлялись, лишь кожа была покрасневшей и иногда чесалась. Профессор Снейп дал ему специальную мазь, но как обычно он забыл её в съёмной комнате отеля. Та довольно дурно пахла, но зато когда впитывалась, действовала целую неделю. Вот чудеса! — Ой! Где моё кольцо? — Старушка начала осматривать землю в поисках пропажи, но бижутерии уже не было на месте. Поттер сам не понимая, что делает, начал смотреть под ноги, а не подкатилось ли оно к нему? К сожалению, единственное, на что открывался вид — джинсы с синими кроссовками. За секунду между ног мальчика промелькнуло тёмное пятнышко, тут же скрывшееся за поворотом, там, где практически никого не было. Почувствовав острое чувство дежавю, брюнет сглотнул, заглядывая за угол. Там на задних лапках стояла странного вида зверушка. Пушистая черная шерсть, небольшой хвост, тот был схож с кротом, а длинным носом походил на утконоса. Когтистые лапки перебирали золотое колечко, гриффиндорец и отсюда видел как от счастья у того светились глаза. Сложив находку в нагрудный карман, тот собирался убежать, как вдруг заметил мальчика, поглядывающего на него. Единственное, что заставило его замереть, серёжка, так ярко выделяющаяся в вороньих кудрях. И как он умудрился её разглядеть? — Нравится? Зеленоглазый убрал волосы за ухо, подходя мелкими шажками к насторожившемуся животному. Присев на корточки, тот запрыгнул на его плечо, пытаясь стянуть привлекательную побрякушку. Только вот та не хотела поддаваться, крепко вцепившись клыками в Поттеровское ухо. — Фух… Вот ты где! — Из-за спины подошёл юноша, хватая Нюхеля через брюхо. Тот недолго рыпался, устроившись в руках хозяина. Парнишка был кажется младше него, смугл, довольно худоват в тельце. Волосы походили на только зацветшую пшеницу, а глаза бледно-голубые, смотрящие на всё с каким-то манящим интересом. Губы были тонкими, покрытыми большим количеством ранок. Тот глядел на Гарри, прокручивая в голове объяснительную для бабушки о том, как же в поле зрения магла попало магическое существо. — А-а-а, не переживай, я волшебник. — Тот сразу просветлел, протягивая ладонь для рукопожатия. Мальчик как-то с прищуром на него поглядел, а потом в конец расслабился. — Простите, не узнал вас сразу. Вы Гарри, да? Я тоже учусь в Хогвартсе, просто не часто обращаю внимания на окружающих. Было довольно странно слышать такое обращение, но при этом куда приятней пожать чужую руку. Порывшись у зверя за пазухой, блондин вынул на свет маленький золотистый перстень. — Ты не знаешь кому оно принадлежит? — Не волнуйся, я верну. — Тот кивнул, передавая драгоценность Поттеру. — Забыл представиться, я Рольф, Рольф Саламандер. Извини за правду, но раньше я думал, что ты более…мне же можно обращаться к вам на ты? Я несу какую-то чушь, да? — Нет, всё нормально, продолжай. — На лице вылезла улыбка, уж очень забавным был мальчишка. — Отлично! Дак вот, раньше я думал, что ты, скорее человек славы, почестей. Вижу, что я ошибся, извини, если тебя это задело! — Тот поднял руки в примирительном жесте, а глаза бегали по надписи на чужой одежде, брюнет понимал, что тот нервничал, поэтому поспешил успокоить собеседника. — Эй, всё в порядке. На каком факультете ты учишься? — Тот как тот задумчиво поломал пальцы, перекидываясь с пятки на носок. — С Пуффендуя. Не многим он нравится. Нас часто трусишками называют, не очень то приятно… — Для меня это тоже кажется странным. Тот быстро закивал, усаживая Нюхеля поудобнее. — Я не вижу здесь ничего плохо. Ну, в смысле, все же мы чего-то боимся? Просто иногда нам нужно больше времени, чтобы собраться с духом. Я вот, например, обязательно бы заступился за своих друзей, пусть и пришлось бы набраться на это смелости. — Он сделал вид человека, повествующего какую-то длинную историю. Обычно под конец от рассказчика можно было услышать протяжное «м-м-мда….» — Было бы кому помочь… Из спортивных штанов послышалась вибрация, поэтому достав телефон раскладушку, Рольф открыл сообщение. — Кажется мне уже пора. Бабушка потеряла. Эм-м-м…. — Тот открыл рот, но тут же его захлопнул, словно пареньку не позволено было говорить что-то подобное, а возможно просто от страха за чужую реакцию. — Увидимся в школе? — Спросил Гарри, заметив, как школьник выдохнул с облегчением, общение с людьми у него складывалось довольно неудачно. Саламандер завернул животное в ветровку, уходя прочь, а Гарри вернулся на своё место в тот самый момент, когда Дурсли вышли из кондитерской. Когда те не взглянули в его сторону, он направился к пожилой даме, отчего-то теребящей какого-то мужчину. Сейчас она очень походила на ту тявкающую собачонку. Тот был одет в чёрное почти до земли пальто, коричневые туфли на длинных завязках, подмышкой держался синий чемоданчик на бронзовых заклёпках, неудивительно, что старушка посчитала его подозрительным. Прохожие оборачивались, но почему-то не вмешивались в происходящее вокруг событие, словно так и должно было быть. Дяденька же вовсе от неё отвернулся, поправляя немного съеженную вправо трибли. Поттер видел, как башмак выводит агрессивную чечётку, поэтому поспешил протянуть женщине бижутерию. Мадам отпустила незнакомца, тут же ушедшего через перекрёсток в сторону Триумфальной арки. Она и не взглянула в его сторону, лишь любовалась на свою прелесть. Поблагодарив, бабушка тут же удалилась в близ лежащее ателье.

***

— du jam….кхэм…dy ja… аааааа!.. — Очкарик стоял посреди магазина, всё ещё надеясь на то, что у него получится объяснить продавцу, зачем он сюда пришёл. Женщина за кассой терпела, наблюдая, как Гарри начинает краснеть со стыда. Ну вот кто кроме Дурслей отправит Шотландца искать продукты в супермаркете Парижа?! — Может быть, ветчину, мистер? [франц.яз] — Да, ве-ветчина! «Фух, слава Мерлину это закончилось». — Подумал он. Колокольчик на входе оповестил об его уходе, тем самым дав консультантам вздохнуть с облегчением. В одной руке он держал верёвочную сумку, откуда выглядывали консервы, молоко, хлеб и та самая ненавистная ветчина, за которой пришлось обойти пол прилавка. В левой руке хранилась бутылка газированной воды, та была настолько тяжёлой, что нести всё вместе с ней было бы непостижимо. Решив присесть на лавочку возле входа в парк, брюнет начал рассматривать хозяев, ведущих своих питомцев. Породы были самые разные: доберманы, мопсы, ретриверы, шпицы, спаниели. И лишь одна дворняжка, рывшаяся на окраине в кустах, из листвы выглядывал линючий тучный хвост. Та была голодной, но виду не подавала, кажется, она пыталась поймать птичку, вылетевшую через другую сторону в направлении дерева. Подумав немного, юноша направился к ней, надламывая небольшой ломтик булки, скажет, что был голодным и съел его сам, нужно же будет как-то выкрутиться перед тётей. Я сгромоздил еду в руках, обходя растительность, дабы взглянуть на собачью морду. Я не удивился, когда услышал рык напротив, у четвероногих всегда хорошие слух и обоняние. Оставив кусок пищи рядом с растением, я направился в сторону небольшого кафе на другой улице, родственники должны были ждать меня там. За столиком уже собралось всё семейство. Они даже не стали ждать племянника, сразу же набросившись на еду, применялось это скорее к кузену, тот был как озлобленная гиена, держащая в зубах сосиску. Соизволив освободить место, Петунья пододвинула в его сторону тарелку с остывшим супом, похоже, те специально заказали его так рано. С горем пополам жуя похлёбку, его глаза следили, как девушка ходит по свободным столикам, протирая их от пыли. Они были коралловыми, небольшими, но довольно вместительными, это объясняло, почему на стороне дяди и Дадли был целый завал грязных тарелок. Даже солонка, перечница и меню лежали с краю, чуть ли не падая на пол, настолько сильно всё было забито. Единственное, что было не таким уж плохим — это фисташковые стены, они успокаивали, расслабляли мысли и даже само тело, хотел бы и гриффиндорец такую комнату, в его спальне обои были грузно-синими, уж с такими не сконцентрируешься на хороший лад. Женщина нарезала ломтики мяса, тыча острыми локтями в область почек. Подавившись, Гарри начал кашлять, пытаясь заглушить лишние звуки ажурной салфеткой, в округе были ещё посетители. Толи в его горле что-то застряло, толи суп был слишком острым, что даже не свойственно французской кухне, но с каждым вдохом горло раздиралось ещё сильнее. Сквозь слезящиеся глаза Поттер заметил похожие симптомы у дяди, даже Дадли закрывал рот руками. Грудная клетка сотрясалась как заглохший карбюратор, уже спустя время юноша понял, что трясся не он, а само помещение. По стене, словно молния мелькнула полосатая трещина, раздваивающаяся как река на целые каналы. Свет начал моргать в подобии старого фильма, отделяя застывшие картинки. — Быстро к выходу!!! [франц.яз] — Прокричал официант из-за покрывшейся шпаклёвкой стойки. Вывеска, державшаяся на ней с помощью канатов, упала плашмя, забирая с собой небольшую копилку в виде свиньи. Монеты разлетелись по углам, кто под стол, кто в попадающиеся в полу щели. — Сынок! — Раздался через треск потолка визгливый крик миссис Дурсль в унисон с чьим-то другим. Та протягивала руку к сыну, очутившемуся на земле прямо под обваливающейся крышей здания. Всё было как в тумане, побелка заполонила всё пространство, в том числе и лёгкие. В тот момент Гарри вернул свои слова назад о том, что у плёнки для глаз нет применений. Они как раз таки были, он спокойно мог рассматривать происходящую обстановку, не моргая каждую секунду из-за слёз, пусть и из-за поднявшегося войлока было плохо видно. Единственное, что отчётливо ощущалось после — это движение собственных уст, когда Гарри, достав палочку, произнёс заклинание, отшвыривая мальчика в сторону, чувствуя над головой летящие вниз деревянные балки. Когда очкарика придавило, это оказалось гораздо легче, словно бы перед приземлением груз кто-то придержал.

***

Брюнет ходил вдоль кровати, отчитывая собственные шаги. Он ждал возвращения Кикимера, тот должен был отправиться с Лордом на какую-то важную миссию, опозориться было нельзя. Когда эльф опарировал к его ногам, юноша подавился воздухом, настолько плохо выглядел прислужник. Обычно серая кожа теперь напоминала пудру, которую матушка наносила на своё лицо. Человечек сгорбившись, в слезах начал говорить. То, что услышал Регулус, привело его в недоумение. Его Эльф выпил какую-то пещерную отраву, а повелитель просто взял и бросил его там умирать. Блэк сел, смотря на еле державшегося на ногах домовика, тем никогда не разрешалось садиться в присутствии хозяина, но почему-то парень не выдержал его побитого состояния. — Сядь, это приказ. — Последняя фраза была обязательной, потому что в ином случае эльф ни при каких обстоятельствах не нарушил бы данный ему кодекс. — Говори, где это произошло? — Говорите, когда их привезли? [франц.яз] — услышал Поттер, разлепляя веки. Левая рука немного онемела, только вот игла чувствовалась довольно хорошо, из капельницы в кровь поступала прозрачная жидкость. На ней всё ещё находился его ракушечный браслет, так пока ни разу и не применённый в действие. Вены были яркими, набухшими от кисти до локтя, даже раздражение совершенно пропало, кожа была как холст бумаги, все краски ушли в тот момент, когда путь к воздуху заложил обвал. Всё вокруг напоминало больничное крыло, только вот когда к нему подошла совершенно незнакомая медсестра, всё встало на свои места, очкарик был в магловской больнице. По соседству лежал Вернон, тот тоже не спал и слава богу, потому что даже при отключке мог храпеть как дикобраз. Напротив полёживал кузен, даже после обрушения здания тот не изменял своим амбициям, поедая принесённый обед. Тётя же уставилась в экран телевизора, бегая зрачками по кадру обрушившейся пятиэтажки. Девушка опустила парня обратно на подушку, попросив не делать лишних телодвижений, на лоб приземлилась холодная мокрая тряпка. После этого стало гораздо легче, шум в ушах, делавший голос главврача искажённым, стал постепенно возвращать нужные ноты. Зеленоглазый снова повернулся к ящику, внимая словам телеведущего. — На Авеню Рокфеллера был совершён террористический акт, преступников обнаружить не удалось, полиция предполагает, что источником взрыва стала подготовленная заранее бомба, к сожалению, её следы не получилось отыскать. Пострадавшие доставлены в больницу, где им окажут медицинскую помощь, а сейчас передаю слово своей коллеге. Вперёд вышла шатенка с завязанным сзади пучком. — Согласно словам мэра у нас появился инвестор готовый вложить деньги на покрытие нанесённого ущерба. Молодой человек сказал, что не поскупится любыми средствами, лишь бы город продолжал процветать. — К ней подошли двое мужчин в синих костюмах. Дурсли продолжали глазеть в передачу, а Поттер открыл рот, с огромными вместо глаз орбитами разглядывая гостей. — Сэр, с вами всё хорошо? [франц.яз] — спросил доктор, устремляясь на него сверху вниз. — Да. [франц.яз] — Мужчина кивнул, отходя к проветриваемому окну. Если говорить честно, очкарик даже не понял, что тот спросил, но обычное «да» оказалось именно тем, что нужно. Он смотрел прямо на бабочку у ворота закрытой рубашки, совершенно запутываясь в том, что здесь происходило. Это не могло быть правдой, но и сном тоже, но тогда как брюнет мог объяснить того, кто находился по ту сторону? Люциус Малфой собственной персоной улыбался репортёрам, с гаденькой улыбкой оказывая свои соболезнования. По другую руку от него стоял юноша лет 17, молод, атлетичен, красив, но так наигран в выражении своего сочувствия. Рот был словно натянут за прозрачные лески, все силы уходили лишь на то, чтобы это обманчивое выражение держалось до самого конца эфира. Когда парень резко посмотрел в камеру, у Гарри закружилась голова, пусть он и находился в горизонтальном положении. Когда аппарат оповестил медиков о подскочившем пульсе, все метнулись в его сторону, рыская по стоящей неподалёку тумбе. Когда в ноздри ударил резкий запах нашатыря, нагревшийся затылок начал понемногу остужаться. Женщина со взбитыми руками окунула полотенце в воду, протирая лицо позеленевшего ребёнка, она погладила его по голове, так выражая своё переживание. Несуразной фигуры юноша, что-то лепетавший с выпяченными наружу зубами, передавал чай севшему кузену. Гриффиндорец повернулся спиной ко всем, смотря на руку, покрывшуюся мурашками. Словно в наложенном виде мальчик видел эти глаза прямо поверх белоснежных перин, где их точно не должно было быть. Серые, холодные, острые, играющие насмешливым адским пламенем прямо перед его лицом, Том будто знал, что Гарри будет за ним наблюдать. Дамблдор говорил ему о Реддле, но про внешность ничего не упомянул, теперь ясно почему, Поттер бы и без всяких описаний узнал это чудовище.