Возлюби свои "прорехи"

Парень проснулся от запаха молочной каши, сбоку на прикроватном столике стояла коробочка яблочного сока и небольшой мюслевый батончик. Пробурив глазами пластмассовый поднос, Гарри всё же решил поесть, только вот в правую руку всё ещё была просунута игла. Нащупав на стене кнопку вызова, в палату запыхавшись проскочила та самая дама, напоминающая чем-то нежный воздушный ирис, лёгкая, воздушная и в меру сладкая. — Извините…[франц.яз] — Сказал он заспанным голосом, слегка приподнимая проколотую руку. Женщина, дав себе по лбу за такой просчёт, аккуратно вынула инородный предмет, обработав место спиртом, небольшую ранку из-за возни она замотала бинтом. — Вы знаете Английский? — Спросил Поттер, садясь в постели вместе с подготовленными приборами. — О-о-о, вы иностранцы. Знать, но плохо.— Она встала рядом, проверяя отключённое оборудование. Делала она это крайне осторожно, соседи всё ещё спали. — Вам известно что-нибудь о людях из вчерашнего выпуска? — Вы про месье Энтони и Рузвельта? Говорят, они приехаль из другой страна. Больше не могу помочь. — Спасибо. [франц.яз] — Прошепелявил он, когда врач выходила в коридор. Дадли что-то проворчал, немного завалившись на бок, с выражением огорчения он отодвинул по его словам «комковатую субстанцию». Очкарик лишь пожал плечами на чужую критику, медленно переваривая информацию с действительно попадавшимися комочками. Он не знал, зачем Воландеморт устроил взрыв в центре города, мальчик не сомневался, что это было его рук дела. Маглы вообще не имели понятия о том, кто они такие, чего хотят, а хотят наверняка не мирного сожительства. Оставалось надеяться на Министерство, уж они то должны что-нибудь предпринять. — Э-э-эй, кузен. — Позвал шёпотом гриффиндорца мальчик, со страдальческим видом что-то обдумывая. — Спасибо, что спас меня. Он переключился на сок, уже несмотря на то, как Герой — Магической — Британии вытаращил на него свои блюдца. Уж от кого от кого, а от него Поттер этих слов никогда не слышал и в принципе не надеялся. Он не думал, что такие люди как Дадли вообще могут поменяться, это было чем-то новым для него, и одновременно с этим приятным. Всё ещё находясь в престранном состоянии с одной стороны счастья и недоумения, брюнет поёрзал на пододеяльнике, понимая, что в туалет он со вчерашнего дня так и не сходил. Вырвавшись из тканевых оков, он нацепил на ноги серые тапочки, кафель был довольно промёрзлым. Справа от спальных мест была пристроенная узенькая дверь, в ней и находился санузел для пациентов. Комнатка была ужасно тесной, а потолок наоборот катастрофически высок. Протиснувшись между стеной и раковиной, которую строители умудрились сюда пристроить, юноша сделал все свои дела, высовывая голову наружу как из укрытия. Тётя заправляла постель, пока Вернон уже успел включить Парижские новости. Поттер представил комичность того, как же дядя будет заходить сюда, если даже он еле как прошмыгнул внутрь. — Когда нас выпишут? — Спросил я у тётушки, как-то странно на меня посмотревшей. Она по обыкновению своему хотела сделать раздражённый тон, но видимо так устала, что он получился скорее вялым. — Спроси у врачей. Я осмотрел её, но не приметив изменений, удалился в самый эпицентр движения. Вот мужчина везёт бабушку на инвалидной коляске, вот беременная женщина идёт под руку со своим мужем, за поворотом какой-то дед размахивал тростью, отказываясь принимать таблетки. У стены напротив медсестра удерживала пациента в спальном костюме, тот явно был недоволен такой настойчивостью. -Я же сказал, что уже здоров, отпустите меня. [франц.яз] -Но сэр, у вас было так много синяков и ушибов, вам нужно пройти курс лечения![франц.яз] Когда мимо прошла толпа ребятишек, больной отцепился от девушки, идя в его Гарри направлении. Поттер уже думал, что на сегодня странностей хватит, но нет, спустя три секунды перед ним стоял сам «ужас подземелий» воплоти. Вид профессора в зелёной шёлковой пижаме заставил его глотать воздух, потому что если Гарри засмеётся — это будет роковой ошибкой. Видя, как школьник выдавливает звуки, напоминающие кваканье жабы, Северус окончательно начал закипать. Ещё бы волосы не были грязными, и тогда бы он походил на только проснувшуюся соседскую пенсионерку. — Если хоть одна душа… — И вам приятного дня, учитель. Не волнуйтесь, я нем как рыба. — Так и будет, если вы соврёте, поверьте. А теперь следуйте за мной, нам нужно уходить из этого гадюшника. — Оглянувшись напоследок, юноша побежал вслед за Снейпом, который даже в больничной сорочке умудрялся выглядеть устрашающе. Прошмыгнув мимо кабинета секретаря, они вошли в хранилище для швабр, сказать, что там пахло хлоркой и порошками, это самое малое из возможных вариантов описания. Мужчина достал древко, меняя своё одеяние на более приемлемый вид: пиджак, брюки и пара ботинок. Обречённо вздохнув, он взмахнул перед лицом мальчишки, передавая его в футболку и кофту с небольшим подкладом впридачу со штанами. Зельевар протянул ему руку, вспоминая точное место. — Сейчас я аппарирую вас в «Дырявый котёл». Там вас будут ждать ваши друзья и ещё один гость, поэтому попрошу сосредоточиться. Если вас расщепит, это будет исключительно ваша вина. — Но профессор, как вы вообще здесь… — Все вопросы вы зададите директору, а теперь, если вы наконец готовы, мы переносимся. — Гарри подумав немного, сцепил свои пальцы с чужой ладонью, чувствуя, как вся плотно утрамбовавшаяся еда начала подступать к горлу, желудок же в свою очередь натянулся как струна, вызывая лёгкие спазмы. Проморгавшись, они оказались в тени фасада здания, откидывающего огромную тень. Кирпичные стены были серыми, временами даже болотными, лесенка на крыльце находилась в немного помятом состоянии, перила закрученными в угловатого вида спирали. Над входом висела деревянная сумеречная вывеска с ведьмой, помешивающей зелье в огромном котле. Дверь с запылившимся стеклом просвечивала несколько огоньков. Когда гриффиндорец обернулся, Северуса уже не было рядом, тот давно транссгресировал. Приоткрыв проход, он зашёл в крошечный невзрачный бар с продолговатыми столами, где посетители выпивали спиртные напитки. Из неправильной формы камина выпрыгивал огонь, на стенах, высеченных из белого песчаника, висели картины, где-то справа находилась газета. Над головой пронёсся дымящийся чайник, тот со свистом направлялся к семейной паре. Подскочив сзади, к нему прошмыгнул сутулый беззубый старик, чья изборождённая морщинами лысина напоминала грецкий орех. При всём своём внешнем облике, Том выглядел вполне гостеприимно. — Мистер Поттер, рад встрече. Прошу, пройдёмте за мной, Корнелиус Фадж уже ждёт вас. Я пошёл следом за уже знакомым мне хозяином заведения, прокручивая в голове то, что я действительно сейчас увижусь с самим Министром Магии. Не важно по какой причине он меня позвал, это отличный шанс расспросить его о случившемся.

***

— Ты всё запомнил, дорогой? — Да, мама. — Драко сидел за огромным столом из натурального камня. Тот был похож на не домешанное до конца капучино, белые разводы разбавляли коричневый цвет. По правую руку сидела Нарцисса, стан её был как всегда непоколебим, только ладонь, лежащая на чужом предплечье, нервно его сжимала. Отец сидел рядом с профессором. Тот выглядел слегка запыхавшимся. Перед огромной картиной, посвящённой магловскому Французскому Императору — Наполеону Бонапарту, стоял господин в серого цвета смокинге. Руки были сцеплены за спиной, небрежной походкой Том ходил вдоль гостей, старающихся не оборачиваться, когда он останавливался где-то позади. Один раз Реддл внезапно схватился за затылок Корбана, мужчина прижался к спинке сиденья, смотря на лица своих соратников. Парень похлопал его по плечу, разжигаясь смехом на всю залу, голос отскакивал от стен, словно солнечные зайчики, бьющие по барабанным перепонкам со всех сторон. — Я рад нашему воссоединению, друзья. Даже тем, кто не верил в моё возрождение. Парень посмотрел на пустующие места, меняя строгое выражение, на ликующее. — Я очень ценю тех, кто принял участие в моём возрождении. Он осмотрел Люциуса, который тут же отвёл глаза в сторону. На самом деле дневник должен был подложить он, но Том лишил его такой возможности, передав её Смиту, чтобы парень сумел поучаствовать в деле и показал свою причастность. Малфой провинился в одном его поручении, поэтому это также стало одной из причин, почему практически всё дело доверили мальчишке, но тот факт, что мужчина хранил дневник в целости и доставил его невредимым, тоже стоило многого. — В любом случае я надеюсь, что от всех лишних мы уже избавились. Наша операция, как вы все уже знаете, прошла просто замечательно. — Господин. — Лорд повернул голову в сторону любопытного как всегда Треверса. — Но зачем мы вообще напали на Париж? Почему например не Лондон? — Треверс, Треверс, Треверс… — Тело распалось на черновую дымку, сплетающуюся в одно целое уже с палочкой в руке, её остриё впивалось в область темечка. — Ты так много болтаешь…- Древко с нажимом оставило на коже впадинку. — Так и быть, я просвещу вас. В ещё 12 веке, когда Школа Чародейства и Волшебства только зародилась, — Он присел на своё место, сложив руки перед собой в замок. — женщина, известная всем как Кандида Когтевран, в тайне ото всех создала при поддержке Парижских мастеров одно очень любопытное изделие. — Он поднял руку, в которую влетел старый пожелтевший свиток. Закрепив его в воздухе, пожиратели смотрели на каллиграфический рисунок брошки, напоминающей наложение двух букв «М» и «П». Между ними была закрепка в виде кинжала. Кто-то в конце выпустил небольшой смешок. На то время украшения не были того же качества, что и сейчас.  — Эта безделушка, которая вас рассмешила, Долохов, — волшебник стих. — была сделана для того, чтобы отключить артефакты основателей. Спросите, зачем? Она всего на всего испугалась. Многие из её знакомых поговаривали, что когда Салазар Слизерин покинул пост в школе, то через неделю нашёлся мёртвым в собственном доме, без единой крупицы магии внутри, серёжки при хозяине больше не было, это ещё больше навело её на мысль, что всё дело именно в ней. Поэтому и не сказала глупцу Годрику и Пенелопе об этом, потому что понимала, что те не согласятся ей помочь. Они бы не захотели избавляться от такого мощного оружия, просто бы решили, что женщина сошла с ума. Малфой старший поднял руку вверх и дождавшись кивка, спросил: — Оно до сих пор находится где-то здесь, повелитель? — Ты прав. Я специально разрушил то здание, чтобы втереться в доверие маглов. Их система безопасности сущий пустяк, но вот где они её хранят, нам не известно. Я оставлю некоторых из вас как моих помощников, напроситесь на экскурсию, вынюхайте информацию, наложите Империус, влезьте в голову мэра, но достаньте мне брошь. Все меня услышали? — Присутствующие склонились вниз, дав понять, что всё сказанное до них дошло. — А теперь…- Воландеморт откинулся назад, складывая руки на подлокотники. — Кажется, Драко хотел мне что-то рассказать, не так ли? Отец непонимающе развернулся ко мне, а я лишь в последний раз сжал мамину руку, смотря Лорду в глаза. Мне нужно рассказать, иначе потом может быть слишком поздно. Ещё в начале лета, когда я был у себя в спальне, матушка зашла ко мне без стука и естественно она увидела подвеску. Я почему-то не сомневался, что она будет единственной из всех, кому я смогу доверить эту тайну. Она уговорила меня рассказать, потому что так я смогу выбиться вперёд, привлечь к повелителю своё внимание, вернуть моей семье былое положение. — Мой Лорд, думаю, я немного облегчил вам задачу. Вся шайка как стадо чертей воззрилась на кулон, раскачивающийся в чужой руке. Словно почувствовав угрозу, лев сверкнул рубином как лезвием ножа. Воландеморт, облокотившись рукой на щёку, как и все, с присущей холодностью, любовался на цепочку. Через секунд семь он начал хлопать с вопиющим торжеством его будущего триумфа. — Вы удивили меня, Драко. Ты можешь гордиться своим сыном Люциус, и да, — Мужчина выжидающе бегал то на него, то на занавешенные шторы, не пропускающие в помещение света. — ты прощён. Отец выдохнул с облегчением, теперь его плечи снова стали ровней, жёстче, уверенней, как это было у нас дома. Тетушка Белла взмахнула взрывной укладкой, что-то шепча маме на ухо. Лестрейндж вытянулась слегка вперёд, привлекая внимание Тома. — Мой Лорд. — Её дерганое лицо заскрежетало звериным оскалом. — Вы знаете что-нибудь о том, что именно случилось с основателем нашего факультета? — А ты как всегда проницательна. — Он ливитировал к ней обрывки оглавления из той самой книги, которая сейчас лежала в чемодане Гарри в одной из комнат «Дырявого котла», в самом низу был настрочен небольшой текст. Сканируя руны беглым чтением, в комнате уже во второй раз за день загромыхал вопиющий хохот. Откинув голову назад, женщина напоминала озверевшего оборотня, покалеченного от ударов электрического тока. Том слегка нагнулся вбок, находя взглядом Смита, сидевшего между Роули и Руквудом, пуффендуйца не сильно радовала компания. Школьник даже этого не скрывал, смотрел на всех с какой-то толикой скепсиса и недоверия, рот напоминал скорчившуюся гусеницу. Драко скосился в его сторону, словно бы оценивая товарища, но лишь фыркнул, так выражая своё неодобрение. — Не бойся, мы не кусаемся. — Сказал Фенрир, разгоняя по соседям совсем не приглушённые смешинки. Слизеринец повторил действие за взрослыми, почему-то сейчас он ощущал своё превосходство над этим зашуганным барсуком.

***

— Будем открывать? — Спросила Миона у Поттера, сжимающего в руке конверт. С краю серебряными чернилами было подписано: Получатель: Гарри Джеймс Поттер Отправитель: Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор Когда мальчик встретился с Министром, беседа была довольно спокойной и размеренной. Корнелиус даже не сделал Герою выговор за применение Флиппендо к своему кузену, естественно за имением на это необходимости. Мужчина передал ему учебники, сказав, что сейчас ему не стоит гулять на улице слишком часто, тот так и не объяснил по какой же причине. Гриффиндорец порассматривал его добродушное лицо и решился задать вопрос. — Сэр, вы знаете кто разрушил здание? Там, в Париже? — Фадж всё ещё продолжал улыбаться, если не учитывать, что теперь он смотрел на юношу как на дурочка. — Это были маглы, мистер Поттер. — Зеленоглазый перестал стучать пальцем по сиденью, слегка склоняясь в сторону. — Вы не видели ту магловскую передачу? Неужели вас не смутило присутствие Люциуса Малфоя? — Они часто всей семьёй там отдыхают, в чём же мне их винить? — Гарри терпел, очень сильно терпел, ему хотелось встать и ходить вдоль комнаты, при раздумьях это помогало быстрее думать, а при стрессе успокаиваться. Брюнет понимал, что если подорвётся с места, это будет верхом неуважения, поэтому сдержался, не стоит получать врагов в виде сноб высшего общества. Ну, по крайней мере одного ему уж точно хватит. — А что насчёт Воландеморта? Неужели и он вас совершенно не встревожил? — Перо в морщинистой руке дрогнуло, чернильница перевернулась, а белки глаз замерли на выжидающем подростке. Корнелиус почему-то обернулся по сторонам и не заметив ничего подозрительного, ткнул пальцем в сторону Гарри так, как делал это его дядя, например, когда тот разбил тарелку. Поднятая в воздухе рука колебалась как заведённый маятник, а вовремя реплики зубы стучали как при зимнем морозе. — Не произносите его имени! Тот — Кого — Нельзя — Называть уже давно сгинул, не знаю к чему вы клоните, но прошу перестать шутить глупости! — Но он был там! — Сжимая кулаки, сказал парень, чуть не стукнув по столу. Они же просто водят его занос, думают, мальчик совсем болван?! — Вы несёте какой-то бред! Я прошу вас удалиться к себе в номер, молодой человек, и да, заберите письмо, Альбус просил передать его вам! Министр швырнул в его сторону свёрток, поворачиваясь к гриффиндорцу спиной. Том стоял у двери, переминаясь с ноги на ногу, когда к нему подошёл студент, он отдёрнув себя, открыл перед ним дверь на выход, сразу улетая вперёд, чтобы сопроводить до спальни. Сзади пыхтел Поттер, стараясь не разорвать бумагу в клочья, его одолевало недоумение и злость за такую халатную работу Министерства, не обнаружившего перед ними тёмного мага, а может просто шутившего над ним. Сейчас рядом с брюнетом сидели друзья, те приехали заранее, как только до них дошли новости. По крайней мере они верили его словам. Отковыряв присохшую красную печать с гербом школы, мальчик принялся зачитывать послание вслух. Здравствуй, Гарри, я надеюсь, у тебя сейчас всё хорошо и ты благополучно добрался до паба. У тебя наверняка возникло целая масса вопросов, поэтому постараюсь тебе их объяснить. Я попросил Северуса приглядеть за тобой в поездке, сам понимаешь, узнай бы ты это, профессор категорически отказался бы. Тем более как и ты, Снейп недолюбливает твою тётю и не за что не стал бы с вами разгуливать. Что касается взрыва, то думаю, ты и так всё понял. Сейчас Воландеморт в обличии себя в 17 лет, и по секрету скажу, практически никто не знает о том, что Том и есть тёмный волшебник. Реддл пропал на определённый промежуток времени, а потом изменился до неузнаваемости так, что сопоставить этих двух людей по внешним данным было просто невозможно. Многим сейчас вообще не вспомнить, что это за юноша, поэтому окружающие могут нам не поверить. Но я тебя уверяю, правда всегда всплывает наружу. Ваш директор, Альбус Дамблдор — Снейп следил за тобой?! Жуть! — Рыжий передёрнул плечами, закидывая ноги на кровать. Девушка с укором на него взглянула. — Это сейчас не самое важное, В-Воландеморт вернулся. Он попытается убить тебя, Гарри. И он… — И он на мне не остановится. — Поттер отложил пергамент в сторону, перебирая торчащие вверх пряди. — Зачем ему вообще нападать на Париж? Грейнджер нахмурила брови, растягивая рукой край туники. Уизли почесал кончик носа, выбрасывая на воздух возможное предположение. — Может просто пытался прикончить тебя? — Возможно, но слишком просто. Рон снова вдался в думы, отодвигаясь в сторону, когда Живоглот подошёл к постели. Он не любил эту зверюгу, да и к тому же его крыса пропала, наверняка этот веник её съел. Ну ничего, мальчик обязательно найдёт улики против этой блохастой твари. Кот потёрся о ногу Гарри, мурлыча в своё удовольствие, гриффиндорец потянулся, чтобы его погладить, но тот поцарапал его, утаскивая так завлекательно шуршащую бумажку. Девочка побежала за ним на коврик, пытаясь урвать из пасти чужое письмо, книзл на это недовольно порыкивал. Рональд, наблюдавший за этим проглотом, неожиданно даже для себя, пришёл к здравому выводу. — Усыпляет бдительность…- выдал парень, отвлекая друга от почёсывания когтистых следов на своей руке. — О чём ты? Рыжий указал в сторону питомца, не спуская взгляда, он продолжил говорить. — Они создали видимость добродушных богачей, подлизываясь к тем, кто стоят наверху. Может быть, они ищут что-то… — Он кивнул в сторону помятой в клыках бумаги. Грейнджер посмотрела на своего пушистика так, словно в нём была разгадка важной зацепки. — А когда найдут…- Он взял Поттеровскую кисть, поворачивая на свет мелкие ранки. — Сами знаете, что случиться… Девочка хлопала глазами, разинув рот, а потом ко всему прочему начала как-то по глупому улыбаться, медленно тряся головой. — Ты гений Рональд… Мальчики, делали вы бы так эссе… Кхэм, ладно, мы не об этом. Я согласна с твоим предположением. Возможно, сами знаете кто ищет что-то. Только вот что? — Чтобы это ни было, оно явно не сулит нам ничего хорошего. Но в любом случае их мало, у нас есть преимущество. Гриффиндорка отошла к сиреневому портфелю, вытаскивая наружу свёрнутую в трубку газету, меж пальцев мелькали чьи-то колдографии. Она встала перед друзьями, медленно раскрывая ежедневный пророк. Уизли сделал сочувственное выражение, когда девушка передала новости брюнету. Гарри задумчиво посмотрел на каждого, всё же спускаясь к свитку. Ему хватило заголовка, чтобы всё понять. «Пожиратели Смерти выбрались из Азкабана. Мы думаем, что их предводителем стал ни кто иной, как Сириус Блэк, также исчезнувший из своей камеры в одно время со своей кузиной — Беллатрисой Лестрейндж.» В самом центре чужих изображений был мужчина, покрытый щетиной. Волосы, будто бы накалённые сталью, напоминали грозовую тучу. Он дёргался в цепях как дикий зверь, собака, которой забыли одеть намордник. Нездоровая светлая кожа обтянула лицо как поникшую маску, серые глаза сыпали искрами, толи гневных, сумасшедших, а может несчастных слёз. — Они могут быть где угодно…- сказала Миона, снова садясь на прежнее место. Руки были сложены промеж ног, поза была максимально зажатой. — Ты ведь не знаешь кто он? Уизли указал на самую крупную картинку, Блэк, словно бы чувствуя прикосновение, раскрыл рот беззвучным оскалом. — Это… Старший брат Регулуса. Не думал, что он тоже примкнул к нему. — Гарри… — девочка, лицо которой навернулось грустью, подняла голову вверх, дабы слезинки не прожгли щёки. Зеленоглазый положил ладонь ей на плечо, а она так и не меняясь в фигуре, положила свою сверху. — Он был другом твоих родителей… — Кисть героя соскользнула вниз, а глаза смотрели на девочку, жующую губы до красных болячек. Что-то неприятное заворошило внутри, на этот раз заговорил рыжий. — Дружище, он твой крёстный. — Мальчик, запутавшись, встал, смотря на них обоих, не понимая, почему те так тянут. Конечно то, что его близкий человек это пожиратель ужасно, но почему же они расстраиваются так, будто кто-то умер? Он уже так много раз слышал плохие новости, что это стало своего рода нормой, только вот привыкнуть к ней брюнет всё никак не мог. — Что случилось? — Дёргано спросил он, не вынося такой удручённой атмосферы. Пара молча встала, обнимая Героя с двух сторон. — Он выдал твоих родителей, Гарри. — сказала, заикаясь ему в шею девочка, голос стал хриплым, непохожим на тот, что принадлежал его подруге. — Блэк выдал местоположение твоих мамы с папой… Рон слегка погладил Миону по волосам, те будто знали настроение хозяйки, струясь как обветшалые лианы. У Гарри не получилось просто стоять. В один момент он сел на колени, Грейнджер на всякий случай придержала его. Парень не слышал их голосов, лишь перед глазами всплыло фото Лили и Джеймса, кружащихся под осенним листопадом. Лица у них были чёткими, яркими, протяни руку, и они ответят. Картинка начала тускнеть, становясь такой невозможной, далёкой, нереальной, словно бы её взяли и разорвали в клочья, сбрасывая кусочки на ветер, унося всё самое счастливое куда-то далеко. Когда глаза начали слезиться, брюнет снял очки, опустив голову вниз. Ему хотелось кричать, рвать, разнести здесь всё. В горле застыл немой вопль, но в итоге не выпускающий наружу ни единого звука. Парень чувствовал в руках газету, которая оставила от себя лишь горький, колючий привкус, он застрял где-то в желудке, во рту, а возможно и под кожей. Грубоватая ладонь Уизли погладила его по спине.