Возлюби свои "прорехи"

~Наше время~ Юноша сидел за семейным столом, поедая запечённую лазанью. Он ничего не говорил, ни на кого не смотрел, лишь тщательно пережёвывал пищу, пока родители выжидающе на него поглядывали. Совсем недавно мальчик оправился, стал снова выходить из своей спальни, но изменился до неузнаваемости. Отвечал он односложно, на любые важные события реагировал скупо, а с гостями предпочитал разговаривать не излишне долго. — Ты не хочешь нам ничего сказать? — Отец повернулся к нему, а слизеринец уже стоял на выходе из столовой, чтобы снова запереться у себя в комнате. — Нет, отец. Сейчас всё хорошо. — Он перевёл глаза на матушку. — Вам не о чем беспокоиться. Поднявшись к себе, он сразу же приметил в углу домового эльфа, ждущего его здесь по хозяйскому приказу. — Ты всё разузнал? — Тот быстро закивал головой, вставая напротив наследника. — Говори. — Это украшение… — Его крючковатый палец указал в сторону серьги, слегка подергиваясь справа налево. — Как вы и говорили, было реликвией рода Мраксов — прямых потомков Салазара Слизерина. Именно поэтому оно хранилось в их фамильном склепе, оно было спрятано матерью Тёмного Лорда, когда её вышвырнули из рода. Всё это она описала в своём дневнике, я нашёл его в доме её мужа маггла. — Ближе к сути. — Да, господин… Оно передавалось от родителя к ребёнку, поэтому то постоянно находилось в рабочем состоянии. Именно поэтому никто не мог его отыскать, особенно когда члены семьи накладывали на серёжку чары невидимости. Салазар дал завет ни в коем случае не доверять эту тайну остальным, поэтому до сегодняшней поры так и было. Но когда Меропа Мракс заполучила в свои руки наследие, то не стала его использовать, а спрятала в собственном доме втайне от родственников, боясь той же участи со скоротечной смертью, случившейся с её предками. Тёмный Лорд отыскал его, легко проходя чары матери, но как вы уже знаете, носить не стал по той же причине, а отдал вам. — Ясно. Надеюсь, теперь ему станет более-менее понятно. — Он присел на кровать, ничего не выражающим взглядом всматриваясь в потолок. — Только всё ещё жалуется на отсутствие магии. Это же временно, чего он так взъелся? Прикрыв глаза, он попытался почувствовать хотя бы малейшую фибру волшебства, но единственное, что доходило до него, это ровные удары собственного сердца. — Ты спрятал серёжку? — И вправду, её больше не было, место, где она раньше находилась, просто пустовало. — Как вы и просили, хозяин Регулус. В доме Реддлов под сильными чарами. — Вот и славно. — Может быть, Гарри знает ответ? — Гриффиндорец поднял голову на профессора, отвлекаясь от своего недавнишнего сна. Ему хотелось ринуться в библиотеку, разузнать о своём возможном будущем, но сейчас он сидел на уроке, посреди толпы школьников, безынициативно на него поглядывающих. У Люпина он был самым любимым учеником, но сейчас, когда мальчик молчал, это немного огорчило его настроение. Осмотрев сидящих, мужчина подошёл к девушке за первой партой, заработавшей в копилку своего факультета целых десять очков. От этого стало стыдно. Миона позвала его по имени, но парень всего лишь отвернулся, сказав, что такое не стоит обсуждать на публике. Когда все стали выходить, учитель окликнул его, попросив задержаться на пару слов. Поттер почувствовал некую тревожность, потому что при разговоре с Блэком он отчётливо видел ещё и профессора. Если всё действительно так, то Римус на данный момент прячет в замке убийцу, разыскиваемого с конца лета деметорами, шастающими по школьной окраине. А самое ужасное то, что он никому кроме друзей об этом не сознался. Почему-то ему казалось, что этот человек не такой уж плохой, но ему нужны были факты, иначе никак. -Присядь, пожалуйста. — Указав на одно из мест, они оба уселись друг напротив друга, пока учитель очень тщательно подбирал слова. — Я бы хотел попросить тебя кое о чём. — Внутренне успокаивая себя, Гарри кивнул, ожидая любого исхода событий. — Ты и так знаешь, что происходит на данный момент. Сам-Знаешь-Кто вернулся и хочу тебя заверить, в отличие от взрослых, есть много школьников, которые нам верят. Именно поэтому сейчас происходит разлад между факультетами. Недавно случился очень не приятный инцидент, после которого я больше не могу молчать. — Что же? — Оглядев его, учитель потёр ладонью лоб, мысленно собирая увиденную картинку в слова. — Недавно в коридоре я наткнулся на шайку подростков, издевающихся над ребёнком. Это были гриффиндорцы. — На долю секунды брови очкарика дёрнулись, оставаясь нахмуренными на протяжении всего диалога. — Сейчас многие стали относиться к Слизерину ещё хуже, чем раньше, в последний раз я видел такое, когда сам был обычным школьником. Не сладко приходится не только старшекурсникам, но и младшим, не способным дать отпор. Конечно, на них не насылают проклятий, но ты и так знаешь, с какой неприязнью на тебя могут смотреть в коридорах. Я хотел попросить тебя приглядывать за ними, необязательно навязываться, они навряд ли это оценят, просто следи за тем, чтобы всё это не доходило до края. — Я постараюсь. Уж кто-кто, а дети этого точно не заслужили. — Они просто учились там, куда распределила их шляпа, они вообще не имеют какого-либо отношения к начинающейся войне. Зато теперь ясно, почему в последнее время ему так холодно, всё из-за каких-то идиотов, решивших показать свою силу и храбрость, хотя такие поступки справедливостью не назовёшь. Встав, парень помялся на месте, ожидая, что профессор перейдёт на ещё одну очень важную тему, но тот уже отошёл к своему столу, доставая из-под него какие-то бутыльки. — Ты хочешь что-то спросить? — Н-нет, извините. Захлопнув дверь, Поттер направился на верхний этаж, уже опаздывая на Трансфигурацию. Весь день Грейнджер пыталась выведать у него думы, над которыми тот тщательно размышлял вместо того, чтобы слушать материал, даже когда та уходила на Руны, продолжала очень серьёзно на него смотреть. Брюнет, как закончились занятия, сразу же направился в библиотеку, ему хотелось взять с собой и Рона, но тот отказался, ссылаясь на то, что у него уже есть дела. — А ты точно уверен, что он не соврал? — Мальчик сидел за столом, совсем не вникая в домашнее задание, необходимое выполнить к следующей неделе. Это было исследование по любому из выбранных из списка разумных растений, но куда больше его сейчас волновал сон, в котором чётко и прямо было сказано, что мальчик может лишиться магии. — Поверьте, Елена, если кто плохо и врёт, дак это Блэки, уж я то знаю. Перелистнув страницу, он стал бегать по строчкам, выискивая основную мысль. Магия, как самый главный источник жизни, просто не может исчезнуть бесследно. Она может уменьшиться, перенестись, но никогда не испарится. Если по какой-либо причине ваша магия пропала, и вы не можете использовать палочку, это значит, что сейчас она заключена в каком-либо предмете или живом существе. Самое главное, что он находится вблизи предыдущего владельца, поэтому обнаружить его окажется довольно просто. Что касаемо возвращения магии на место, то с этим вопросом всё гораздо сложнее. Это зависит именно от того, куда заключена ваша сила. Возможно это действие какого-то проклятья, ритуала или ещё чего-то подобного. Если это именно так, то ознакомившись с особенностями их проведения, у вас может быть шанс вернуть всё так, как было. — Да что вы? — Спросил гриффиндорец у талмуда. — Извините, но ничего такого в книге у меня не… Апчхи! — Будь здоров. — Девушка зависла над столом, заглядывая в раскрытый разворот. — Не всё так плохо. Зато ты сможешь её найти, это уже хорошо. — А вы стали куда оптимистичней смотреть на вещи. — Откинувшись назад, он мельком оглядел стопку бумаг, являющихся информацией о Китайской жующей капусте, которую как вариант ему предложила Миона. Только от одной мысли, что это всё ему необходимо будет прочитать, его бросает в дрожь. — Не без твоих усилий. — Она встала возле полок, разглядывая проходящих мимо учеников. Сейчас Елена совсем не была похожа на себя прежнюю. Лицо, волосы, одежда, всё отдавало более приятным голубым цветом, чем прежний тёмно-серый. Осознавать, что именно Гарри является причиной этих перемен, было очень приятно, словно не девушке он помогал, а самому себе, настолько хорошим было от этих мыслей настроение. — Я переспросила Монаха, а также пуффендуйцев, они ничего не знают про кольцо. — Я даже не удивлён. Я гонялся за ним не пойми сколько, но раз даже у тебя не вышло, то мне просто стоит понадеется на удачу как это было всегда. Уверен, помогай мне Малфой, я бы уже давно откопал этот перстень, и не пришлось бы расспрашивать портреты на стенах, да школьников, уж точно не ведающих ни о каких потайных комнатах. Только вот в последнее время мы с ним ни разу не пересекались, я имею ввиду с глазу на глаз, а даже если и смотрели друг на друга в коридорах, то он сразу отворачивался, словно я какое-то пустое место. Нет, ну серьёзно, я ему всю свою подноготную выложил, а ему хоть бы хны! Приподняв душки, он потёр переносицу, пододвигая к себе башню из пергаментов. Та была пыльной, немного испачканной, но очень приятно пахла древесиной. Вздрогнув от мурашек, пробежавших по спине, он пролистнул первые десять страниц, останавливаясь на исторических справках. В зал вошла пятёрка слизеринцев, разошедшаяся кто куда. Булстроуд понеслась в секцию Травологии, Крэбб с Гойлом остались стоять у входа, гадая, в каком им направлении лучше начать искать, а сёстры Кэрроу двинулись к ближайшему столу, одновременно расходясь в противоположные стороны. Вернув внимание к заданию, мальчик продолжил переписывать абзацы, пока в его висок не упёрлось что-то острое. Хлопнув себя по голове, он начал мельтешить рукой в воздухе, пытаясь разузнать источник помех. Сжав пальцы, он придвинул к себе маленькое оригами, сложенное в форме птички. «Ты обещал сводить меня в своё секретное место. Считай, что ты меня заинтересовал. 18:00 возле статуи Хуки. Не опаздывай». Д.М Вперившись в строчки, Поттер не мог поверить своим глазам. Неужели Малфой решил пойти на компромисс? Это было одновременно так здорово, потому что одной проблемой становилось меньше, а с другой, он всё ещё мало мог ему доверять. Но ведь он сам всё это начал, поэтому отступать уже некуда. Только вот, что за статуя Хуки, про которую упомянул блондин? — Елена? — Было тихо, кажется, она улетела в самый дальний угол, из-за которого не возможно было расслышать чужие копошения. Встав, попутно собирая свои вещи, Гарри стал заглядывать за повороты, ожидая, что слизеринец может оказаться где-то здесь, но по итогу мальчик наткнулся на группу когтевранцев, да на Полумну, слегка просунувшую голову сквозь полки, это выглядело как шпионаж. Заметив его, девочка поманила Поттера рукой, предлагая вместе лицезреть интересную картину. Подумав немного, он нерешительно шагнул ближе, протискивая взгляд в небольшую щёлку между учебников. Завалившись пергаментами, Долгопупс выполнял домашнее задание, передавая Булстроуд книги. Они общались довольно гладко, в отличие, чем на уроках, когда приходилось поддерживать всеобщую забастовку, профессор Люпин был прав, сейчас со слизеринцами почти никто не разговаривал. Девочке было действительно приятно от того, что у неё есть знакомый по интересам, и общения ей тоже, по-видимому, не хватало, она уж очень быстро кивала, опережая собственные эмоции на лице. Гарри сам невольно расплылся в улыбке, если эта парочка смогла подружиться, значит и у остальных есть шанс. Ему станет лучше, школа будет защищена, и прощай пока красноглазому уроду. — Это очень мило, как по мне. — Она улыбнулась, завидев вдалеке Гестию с Флорой, не сводивших взгляда именно с того места, где они прятались. — Тебе не кажется, что нас рассекретили? — Именно так и думаю. — Будем и дальше так стоять? — Пожав плечами, Лавгуд двинулась дальше, заглядывая уже в следующее окошко. Вздохнув, но не из-за раздражения, а просто от того, что может опоздать, Гарри встал сбоку, надеясь, что Елена может пролететь мимо. Прошло минут тридцать, пока сжатая в ладони бумага не начала нагреваться. Всплеснув рукой, он потянулся к обронённому клочку, отметив, что там что-то изменилось. «Подземелья, Дубина, не успеешь, и я уйду, у тебя осталось десять минут». — Как десять?! — Где-то послышался голос мадам Пинс, шёпотом призывающий соблюдать тишину. Прикрыв рот, он похлопал девушку по спине. — Разве сейчас без десяти шесть? — Наверное, я пришла сюда час назад. На часах в гостиной было без пятнадцати пять. Прошерстив быстрое спасибо, он засверкал пятками, чуть не вылетая на пролёте в переднюю стену. Он не мог упустить такого шанса, уж точно не теперь, когда Драко сам предложил ему встретиться. Дождавшись нужной лестницы, мальчик, быстро переставляя ноги, спрыгнул с неё, чуть не сшибая пятикурсников. Почувствовав подбирающийся холод, Гарри наложил на себя согревающие, решив сделать передышку. Он был весь потным, липким, и наверняка дурно пахнущим, но в сложившейся ситуации из-за адреналина все заклинания вытекли из его головы. Вокруг было пусто, графы на картинах готовились ко сну, что-то бубня про неподобающий вид. Факелы подсвечивали их громоздкие тяжёлые лица, явно не довольные нарушенной тишиной. В коридоре из-за отсутствия окон было гораздо темнее, чем наверху, из-за этого можно было подумать, что в замке уже наступила ночь. Шипение языков пламени, гудящий храп, создающий специфичную какофонию, всё это напоминало ему Воландеморта, шипящий, мрачный, удушающий, неприятная атмосфера сводила парня к неприятным думам, оставалось только надеяться поскорее попасть на кухню, где было светло, чисто и гостеприимно. За спиной послышались шаги в аккомпанемент медленных аплодисментов. — Это было феерично, Потти, ты действительно успел, даже умудрился ни разу не упасть, похвально. — Повернув голову через плечо, он отметил, что Малфой стоит у арки, с надменностью его осматривая. — Просто заткнись, Малфой, мне нужно подышать. — Поначалу Гарри даже испугался, но расслышав знакомые интонации, тут же расслабился. — Тебе четырнадцать, а говоришь как старикашка. — Отстав от стены, слизеринец приблизился к нему, сложив руки на груди. — Что есть, то есть. Выпрямившись, почувствовав себя не в своей тарелке, брюнет медленно побрёл к картине с весёлыми фруктами, надеясь, что кухня ни кем не занята. В его мыслях уже успело пролететь сотни возможных событий, как и с хороши концом, так и с не очень. Парень был нацелен на позитивный расклад, поэтому старался продумать все имеющиеся в его арсенале способы, помогающие унять раздражение, возникающее при шуточках, прилетающих в сторону его друзей, а Гарри не сомневался, блондин точно не откажется от своего видения лишь только потому, что Поттер так сказал. Сзади было тихо, Малфой шёл молча, возможно и он считал эту встречу важной, поэтому не стремился вставлять палки в колёса. Идти впереди было немного некомфортно, он не видел мальчика, как и того, что он может сделать в ту или иную минуту. Они враждовали слишком долго, чтобы лишь только от одного желание это чувство просто так развеялось. Подойдя к раме, Гарри пощекотал грушу, с радостью отмечая, что появившийся проход вызвал у парня интерес. Пройдя внутрь, все домовики остановились, обращая своё внимание на незваных гостей. Гарри направился к столу, усаживаясь у самого края, пока сероглазый осматривал декор, да маленьких человечков, мельтешащих у его ног. Видок его всё сильнее становился хмурым, вздёрнутые брови, искривлённые губы, похоже, такое скопление домовиков вызывало в нём явно не положительные чувства. Борясь со своим внутренним аристократом, он медленно направился к мальчику, осматривая скамью на наличие грязи или пыли. Достав из кармана платок, он положил его на сиденье, с подозрением усаживаясь напротив. — Здравствуйте, господа, чего желаете? — Домовик поклонился, ожидая чужих указаний. — Две чашки Лапсанг сушонг и… — Два куска пирога, которые давали утром. — Вставил своё слово гриффиндорец. Малфой на это ничего не ответил, просто продолжал гулять взглядом по помещению, пока Гарри в ожидании перебирал край мантии. Ещё раз поклонившись, человечек убежал в сторону печей. Они сидели молча, дожидаясь заказа, было очень хорошо, что здесь стоял такое гвалт, тишина была бы куда сковывающей. Вернувшись, эльф поставил перед ними блюдца с ароматным десертом и двумя фарфоровыми чашками, от которых исходил запах корицы. Мальчик никогда не видел такого чая прежде, тот был красного-бурого цвета, да и аромат был довольно интересный, совсем не тот, что на кухне у тёти Петуньи. — Это элитный чай. — Сказал Малфой, сделав один глоток. — Его делают в Китае и поставляют в Британию в малых количествах. Обычно только люди высшего положения могут себе его позволить, удивительно, что он здесь есть. Наслаждайся, пока можешь. Взяв кружку в руки, брюнет сделал первую пробу, почувствовав резкое желание выплюнуть всё обратно. Привкус копченостей, корицы и смолы, вот, что ощущалось сейчас у него во рту, неописуемая смесь, которую жалко было расходовать зря. Решив не позориться, мальчик заглотнул напиток, содрогаясь от привкуса, оставшегося на нёбе и языке. В отличие от него, блондин преспокойно наслаждался питьём, на мгновение прикрывая веки от привычных ноток. — Ну как тебе? Вкусно, не правда ли? — Надломив кусочек, Драко опробовал черничную слойку. Отвратительно, если говорить честно, но не могу же я сказать ему об этом. Я просто на просто всё испорчу, и этот самый чай прилетит мне прямо в голову. Кажется, он его очень любит, у него уже практически ничего не сталось. Пересиливая себя, Гарри состроил что-то на вроде улыбки, стараясь не думать о том, что сейчас побывало на его языке. — Отвратный, я бы не стал пить это ещё раз. — Поставив кружку, Поттер раскрыл рот, сам не понимая, что произошло. Вместо этого должно было выйти «неплохо» или «вкусно», но конкретно вот «это» он уж точно не собирался выговаривать. Растерянно подняв глаза, Гарри уставился на Малфоя, оперившегося щекой на руку, он медленно продолжал есть, пока Поттер думал над тем, как же всё исправить. Тот смотрел серьёзно, этот взгляд гриффиндорцу совсем не понравился, блондин действительно взирал слишком тщательно. — Извини…у него и вправду ужасный прив!.. — Захлопнув рот рукой, брюнет непонимающе сжимал челюсть. — Действительно сработало. — Школьник облегчённо расслабил плечи, с ухмылкой поднося ломтик ко рту. — О чём ты? — Сыворотка правды. — Малфой вытащил из кармашка пустой флакончик, пережевав еду, прежде чем продолжить говорить. — Думал, я просто так соглашусь на перемирие, не удостоверившись в том, честен ли ты со мной? Поттер, Поттер, Поттер, нельзя быть таким наивным. Тебя не смутило то, что я так резко, без каких-либо обоснований, позвал тебя на встречу? Какие же вы грифы глупые. — Но как?! То есть, я видел чашку, ты не мог взять да и подлить мне это! — Ты уверен? — Мальчик сомкнул губы, уже не доверяя ни своим словам, ни мыслям. — Я знаю об этой кухне. Ты не один такой особенный. — И что это даёт? — А то, что эльфы подчиняются чистокровным волшебникам куда рьяней. — Зеленоглазый посмотрел на бегающих вокруг домовиков, замечая того самого, что их недавно обслуживал. Тот посмотрел на него, тут же содрогнувшись всем телом. И что же ему делать? — Ну а теперь очкарик, перейдём к делу. — Придвинувшись вперёд, он с прищуром его оглядел. — Тебе от меня что-то нужно? — Да. — После этого парень прикусил себе язык не в силах противостоять зелью. Хмыкнув, словно так Драко и предполагал, он продолжил допрос. — Скажи, что именно. — Мне… нужно наладить с тобой отношения, чтобы переманить тебя на нашу сторону. — Пробарабанил Гарри, не успев даже подумать о том, что он творит. Директор был прав, Малфой не оставил всё как есть, только вот он выбрал куда более действенный способ, чем Легилименция. Умирая со стыда, Поттер опустил голову на стол, чувствуя себя ужасно неловко, настолько, что не хотелось смотреть в глаза собеседника. Парень глядел на него хмуро, и удивительно, даже не скрывая доли обиды за эти слова. Драко хотелось наложить на него какое-нибудь проклятье, чтобы больше и на десять метров к нему не подходил. — Лжец. Оторвавшись от дерева, Гарри посмотрел на Малфоя, отвернувшегося от него в сторону. Отставив посуду, слизеринец вынул из мантии палочку, для вида прокручивая её в ладонях. Делал он это с максимальной обыденностью и скукой, не обращая на Поттера своё внимание. Как бы случайно кончик этого самого древка повернулся в его сторону, это вызвало в горле ком, невозможный проглотить вслед за тем чаем, с которого всё началось. В ступор Гарри ввело то, что не один эльф не заметил в жесте слизеринца угрозы, либо тот подговорил их всех, либо проделал заклинание, отводящее внимание. Выпрямившись, Драко уже более устрашающе поднял руку, доказывая то, что не собирается оставлять всё как есть. — Врать не красиво, Поттер, и очень неприятно. — Расслабив лицо, он склонил голову вбок. — Послушай, Малфой… — «Послушай Малфой» — Передразнил его слизеринец писклявым голоском. — Это ты меня слушай. Я знаю, что ты всё видел и всё слышал тогда в моей спальне. Я ведь прав? — Да. — Брюнет переводил глаза то на однокурсника то на древко, понимая, что незаметно опустить руку под стол не выйдет. Придётся отвечать на его вопросы. — И что же нам делать? — Он не сводил с него взгляда, словно ожидая, что у Гарри будут предложения по этому поводу. — Если ты кому-то рассказал о нём, поверь, я жаден на такого рода информацию, особенно, если она как-то связанна с моей безопасностью. — Только я и Дамблдор, никто больше не в курсе. — После этого Драко вернулся в прежнее положение, как бы смягчая свою хватку. — Ты действительно тупица. — Сказал он, но при этом всё равно заметно расслабившись. — Упустил такой шанс. Убей бы меня, вы бы смогли отдать моего дружка кому-то ещё, но ты пошёл самым длинным путём как я погляжу. — Я же уже говорил, что не хочу тебе вредить. Я даже дружбу тебе предложил, а ты всё рыпаешься! — Сжав кулаки, очкарик напрягся как струна, уже не зная, каким ещё способом ему придётся проходить проверки на честность. Юноша опустил руку на стол, разжав ладонь с находящейся в ней палочкой. Вот и вся правда, чистая, подноготная, без единой утайки, иди и бери, но прошлое и его скорое будущее не ввязывались в концепцию дружбы с тем, кого им предназначено было убить. Перед ним сейчас сидит ходячая мишень его господина, всё время подставляющаяся под его лук, вот уж действительно самый настоящий болван. — Великий Гарри Поттер хочет заиметь дружбу с приспешником своего заклятого врага? Ты сам-то себя слышишь? — Смесь негодования с необъяснимым замешательством взыграли на его лице, перекашивая его так, как это случалось в момент затруднительной задумчивости. — Верно. — Подняв голову выше, Поттер в нетерпении ожидал ответа, пока Малфой в промежутках своих размышлений вперивался то в одну точку, то в сокурсника. — Можешь попробовать. — Он встал из-за стола, перекидывая лямку через плечо, платок был убран в карман. — Но свою сторону я не переменю. — Это мы ещё посмотрим. Он простоял неподвижно целую минуту, смотря куда-то вниз, но потом всё же неуверенно протягивая руку. Она замерла, готовясь в любой момент вернуться на своё прежнее место, Драко был не готов повторить свой позор, особенно перед кучкой эльфов, уже обращавших на них внимание. Стало гораздо легче, когда на его жест ответили, с улыбкой пожимая замершую ненадолго кисть. Это было как-то ново, необычно и возможно освежающе.