Шаг влево, шаг вправо...

Выбежав на улицу я врезалась в кого-то, а когда подняла взгляд, подумала, что лучше бы я этого не делала. Предо мной стоял Александр Кокорин во всей своей красе, правда перепуганный, как будто чёрта увидел. Чуть отдышавшись он спросил: - Я слышал выстрел. Что... - он сбился и, вдохнув кислорода, продолжил, - что тут случилось? - Я...я...я не знаю! - выдохнула, сбившись, я. И, вспомнив о Хирурге, рванула дальше. Добежав до гаражей, находившихся около завода, я увидела силуэт человека, лежащего на земле и не жалея ног рванула туда. Но когда добежала - пожалела. На земле лежал Хирург. Я упала перед телом на колени и, согнувшись пополам зарыдала. Нет-нет-нет! Только не Хирург! - Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет! - заорала я что есть мочи. Жизнь - говно, господа. Все что я могу сказать! Подбежали Кокорин и Одесса. Я оглянулась на них и готова была снова разрыдаться. - Что ты видел? - спросила я, обращаясь к Кокорину, на удивление, твердым голосом. Самое тупое, что ни один из них не говорил абсолютно ничего. Они молчали, смотря на Хирурга и меня, стояли и молчали, склонив головы, пытаясь привести дыхание в норму, - молчали, твари! - не переговариваясь. А Хирург лежал и вставать, похоже, не собирался. Я поднялась на ноги. Голову посетила мысль о том, что Хирург... О Боже, нет-нет-нет! Я ни за что не потеряю еще одного друга! Это невозможно! Судьба, слышишь, НЕВОЗМОЖНО! Невозможно терять друга! Еще одного лучшего друга! Друга, который определяет слишком многое в твоей жизни, манере поведения. Что делать, я не знала... Бредовое чувство - терять, его вообще надо убрать из нашего обихода! Это тупое ощущение, как будто отрывают часть тебя, а внутри все кровоточит и ужасно болит, жжёт и раздирает тебя на части. Хочется орать, топать ногами, бить кулаками о стену. Но ни одного из вышеперечисленных действий ты сделать не можешь. Ты как в вакууме, состоящем из низкопроцентного раствора кислоты. Каждое действие приносит боль, но эта боль недостаточная, чтобы умереть. А так хочется. Я снова упала перед Саней на колени и тряхнула его так сильно, как только могла. Реакции ни какой. - Хиру-у-у-у-у-ург, мать твою!!! - заорала я так, что при желании меня могли услышать люди, живущие в находившейся поблизости девятиэтажке, причём на девятом этаже. Хирург не услышал. Я стала бить его по лицу - параллельно. Оставалось одно - искусственное дыхание и непрямой массаж сердца. Я обернулась к Одессе, попросив подсобить. Друг, естественно, тут же упал на колени рядом. Он делал массаж, я - искусственное дыхание. Спустя долгих секунд тридцать-тридцать пять секунд Хирург дёрнулся и начал сильно кашлять. Я тут же испуганно вцепилась в края его толстовки, не думая ни о чём больше. Мысль о потере друга до сих пор не отпускала меня. Щемящее чувство в груди, именуемое потерей, как же я его ненавижу! Нет, я больше не потеряю ни одного из них, сама сдохну, но не потеряю! Я обняла Хирурга, матеря на чём свет стоит. - Хирург, блять, ты в край охуел! Че, блять, так сложно не выёбываться и поберечь свою задницу, мать твою? - Одесса бушевал, но был, безусловно, счастлив. Как и я. - Одесса...кхе... пиздишь... много! - тяжело ответил Хирург держась за грудь. - Ширя, помоги, - попросил он, пытаясь снять толстовку и футболку. Я помогла снять их, а там - бронька! - Бля, ну Хирург! - возмутилась я, снимая бронежелет. - А че я? Надо все предусмотреть! - довольно заявил Хирург, вдохнув наконец-то полной грудью, но тут же поморщился. - Сука, он мне, походу, ребро сломал. Пидорас! - Я помогла подняться ему. Спросить, что за пидорас я так и забыла. Я всё думала, в натуре, крови не было, о чем я, блять, думала? - Ши-и-и-ирь? - Одесса одной рукой поддерживал Хирурга, а второй щёлкал у меня перед лицом. - Твою мать, ну ты хоть сейчас приобщись к нашей компании, а то со своим Бабуриным... - Кстати о нем... - я демонстративно перебила друга, не желая слушать еще одну нотацию на тему ФФ*. - Твои руки...следы от наручников...ээмм... - Давыдова, блять, че как невеста на выданье? Даже моя бабушка чётче говорит! - Так, заткнулись вообще! - закончил спор Хирург. - У нас тут, вообще-то, человек ещё. - Да ладно? Блять, Хирург, а я-то, наивный, думал, это - бесплатное приложение для Андроид... - Спетросянил, - ответила за Хирурга я, пнув Одессу под зад. Далее пришлось убегать, но свою порцию пиздюлей я всё же получила, споткнувшись о выступ в асфальте, я шлёпнулась прямо на бетонную плитку. Ай да встреча с асфальтом. Странно, как нос не расквасила к чертям. Ну, а Одесса, естественно валялся рядом, хохоча всласть. А забытый футболист откашлялся, привлекая наше внимание. Мы проигнорировали, я потому что материлась, Одесса - потому что ржал. Я вытерла лицо рукой и, посмотрев на пальцы, заметила кровь. Порывшись в карманах спортивок, я достала бинты. Придется ими стирать кровь, поскольку платков я с собой не ношу. Закончив это незамысловатое дело, я переглянулась с Одессой, который с охуевшим лицом сидел на асфальте рядом. Дальше я перевела взгляд на Хирурга, который, как заправский друг, переговаривался с Кокориным. Заметив наши удивленные лица, он подошёл к нам, поманив рукой за собой динамовца. - Че за херня? - без обиняков, сразу встрял Одесса. - Лёха, заткнись, - рекомендовал Хирург. - Дела такие: нам, скорее всего, будет технарь, а Ширю ищут конявые, так что... - ЧТО, БЛЯТЬ?! - в один голос заорали мы, перебивая Саню на полуслове. - Я сказал, заткнулись! - повысил голос Хирург, и мы тут же притихли, а он как ни в чем не бывало продолжил. - Так что к Михалычу тебя не повезём, останешься у Саши. - У тебя что ли? - не поняла я. Хирург закрыл глаза рукой. - Блять, Ширя... - он вздохнул. - Это - Александр Кокорин, мой сводный брат. Челюсть, знакомься, это асфальт! - Судя по вашим охуевшим лицам, вы слегка удивлены, - нарушил молчание Кокорин. «Спасибо, Кэп!» - Но это правда, Саша, - он указал на Хирурга, - мой сводный брат. Это не афишируется, поэтому об этом знают не многие. - Хирург, это правда? - обратилась я к Сане. - Угу, - удручённо ответил последний. - стал бы я с этим дебилом (под которым он подразумевал своего дядю прим.автора) жить? - Охуеть, вот это пиздец, нахуй! - выдал Одесса. - Как тонко подмеченно, - добавила я. А футболист недоумённо смотрел то на меня, то на Хирурга, то на Одессу. Повисло неловкое молчание, пока Хирург не сообразил, что что-то надо сказать: - Друзья мои, по местам! - объявил во всеуслышанье он. - Э-э-э-э, Хирург, что за дела? - возмутился Одесса. - Я с Ширей поеду. - Поедешь-поедешь, - заверил его Хирург, - только к Михалычу и без Шири. - Ха, а почему она едет с ним? - спросил Одесса, тыча рукой в Кокорина, даже не удосужившись произнести имя футболиста. - Все, Одесса, закрыл ебальник! - прикрикнул на него Хиркрг. - Я понимаю тебя, сам бы не отпустил её с кем попало, даже если б это был твой брат! Но у нас нет выбора, а я хочу, чтоб Ширя жива была, понимаешь? А Одесса лишь согласно кивнул и подошёл ко мне. Он отвел меня в сторону и сказал: - Давыдова, я тебя предупреждаю, - угрожающе начал он, - если с тобой что-нибудь случиться, то я тебя прибью на месте к хуям, даже если сдохнешь, я тебя откопаю, воскрешу и и снова прибью нахуй! Ты меня поняла? - Одесса, не кипяшись! Всё пучком будет! Еще все вместе чемпионство отпразднуем! Всем сектором! - заверила я его и обняла на прощанье. Подошёл Хирург и обнял нас. Мы так и стояли втроем, обнимаясь. Да, явление очень редкое, если не уникальное. Кому из наших скажешь - не поверят. Добравшись до остановки, мы простились. Одесса и Хирург уехали на автобусе. Мы с Кокориным на его тачке. Перед отъездом Одесса сказал пару фраз футболисту, что бедолага даже побледнел. Мне аж страшно за него стало. Но все же разошлись мирно. Позднее, сидя на пассажирском сидении автомобиля Александра Кокорина, я подумала, что, возможно, последний раз видела своих друзей. _________________________________ * ФФ - определенные взаимоотношения Фанат-Футболист, естественно, не выходящие за очерченные и установленные обществом рамки.