Восточные сладости для рабов

- Йо, ну где ты там застрял? Асакура на оклик быстро дернул поводок, чтобы его верблюд сдвинулся с места, и не насколько мгновений оторвал взгляд от своего брата, который быстро прикрылся повязкой для глаз. - Иду! – отозвался Йо и сделал несколько шагов в сторону каравана, делая вид, что идет за ними. Джоко, выглянувший из-за повозки, убедился, что их друг не отстает, и скрылся обратно. – Следуй за нами, только держи дистанцию, чтобы никто не заметил. В городе поговорим. – Коротко и тихо проговорил он Хао и поспешил нагнать последнюю повозку. Старший Асакура с недоумением проводил его взглядом и, когда они отошли метров так на тридцать от него, медленно побрел следом. Он не спускал взгляда со спины близнеца, который замыкал караван, а в голове творилась полная неразбериха. Наверное, Йо думал, что он умер, если учесть то, при каких обстоятельствах они расстались, а он и не лелеял надежды, что когда-нибудь встретит его. Жизнь его многому научила, особенно та жизнь во дворце с капризным и жестоким принцем, который не ценил чужую судьбу, заботясь только о своей. Интересно, а каково Йо было все это время? Они не виделись восемь лет! Это слишком долго, многое могло произойти с ними за это время, а он даже не знает, что именно. Плохое или хорошее? Наверное, Йо повезло больше, чем ему, потому что его близнец жил все это время в караване, почти, как свободная птица, а он? Прислуживал все эти восемь лет принцу, являясь при этом рабом. Никому не пожелаешь такой службы, лучше бы он, как Бейзил копался в саду день и ночь, а не на коленях у Рена восседал и поедал его сладости. Будто они были предназначены специально для него… Для раба. За мысленным обсуждением их судеб, Хао сперва не сразу ощутил, как ему на плечо приземлился пустынный орел, временный друг на время его скитаний по пустыне. Караван на него не обращал внимания, даже Йо ни разу не повернул голову, чтобы проверить, идет ли его брат за ним или нет. Тут и убеждаться было нечего, потому что у него не оставалось выбора, кроме как следовать за ними, чтобы узнать, что же на самом деле произошло с его близнецом. Хао достал из складок накидки кусочек черствого сухаря и протянул его к клюву орла, однако тот лишь склонил голову, чтобы одним глазом посмотреть на предложенную пищу, и сразу отвернулся, не признавая в ней мяса. - Ну, извини, больше у меня ничего нет, - ответил ему Хао и спрятал сухарь обратно. Птица на него не обиделась и слетела с плеча, чтобы через пару минут вернуться обратно с маленькой песчанкой в клюве. – Ой, избавь меня от этого зрелища. Скорчившись, Асакура отвернулся, чтобы не видеть, как орел пытается съесть бедную мышь, которую он недавно выследил. На подходе к городу Хао ускорил шаг, чтобы в толпе не потерять караван, и очень удивился, когда они остановились в недешевой-то такой гостинице, которая принимала именно таких богатых купцов, караванщиков и послов других городов и стран. Он еще ни разу не наблюдал за деятельностью караванов, так как только иногда выходил на торговую площадь этого города, покупал дорогие и красивые украшения по просьбе принца, и возвращался обратно во дворец. Однако эта прогулка не была ему в радость, потому что на всякий случай Рен приказывал одеть кандалы, чтобы не мог сбежать. А горожане сразу видели его рабом из-за этих оков, и их взгляды сразу менялись на презрительные, а в некоторых случаях и на сочувствующие. Только сейчас он здесь появился в качестве странника, а не беглого раба, которого разыскивала стража, поэтому маску с лица снимать все же не стоило. Присев на край красивого бордюра фонтана рядом с гостиницей, Хао как губка впитывал образ брата, который избавлялся от пустынной одежды. Она была обязательна при путешествиях через пустыню, но сейчас в городе была не нужна, так как являлась громоздкой и тяжелой. Йо скинул большую белую накидку и уложил ее в сумку на своем верблюде, отправляя туда также куфию, и тем самым открывая миру длинные волосы, завязанные в хвост. Прямо такие же, как и у самого Хао. От такого старший Асакура было открыл рот, но на Йо тут же набросился какой-то странный парень с объятиями и вручил ему небольшую сумку с чем-то звенящим. - Накупил много, вот и осталось. Я заставлю тебя их надеть, - Хорокей ему от души улыбнулся, чтобы друг поверил в искренность его слов. - Они тебе, правда, пойдут! И будут привлекать еще больше покупателей, ты же у нас такой красавец! - Хоро, что ты несешь? – Йо скорчил личико в многострадальной гримасе и отдал мешочек в руки только что подошедшему к ним Джоко. – Держи, дарю! - Нет, нет, нет! С ума сошел? Я не позволю ему носить мои украшения, пусть сам на них тратится, - воспротивился Юсуи и забрал обратно драгоценный пакетик у ничего не понимающего Макдениела. – Дай мне хотя бы попробовать. – Попросил он, а Йо, подумав несколько секунд, тяжело вздохнул и протянул ему руку, чтобы тот смог надеть ему браслеты и кольца. Хоро, чуть ли не подпрыгнув от радости, стал копаться в мешочке и доставать украшения, а Хао за всем этим наблюдал издалека, постоянно склоняясь то вправо, то влево из-за снующих туда-сюда прохожих, что загораживали ему всю видимость. При друзьях его брат даже не смотрел в его сторону, оно было и понятно, но все же обидно, потому что он больше не мог сидеть просто так на месте. Но Йо же сказал, что поговорит с ним, а значит, он ищет подходящий момент, поэтому ему остается только лишь наблюдать. - Нет, тику надеть на себя я не позволю. Я что, девушка что ли? – недоумевал Йо, вертя головой, чтобы Хоро на него не смог надеть это украшение. - Но у тебя такие длинные волосы, тебе очень пойдет. Я вот даже жалею, что себе таких не отрастил. Сейчас бы красивые заколки носил, а ты даже не понимаешь, что имеешь! – возмутился Юсуи. – Ладно, дай хотя бы вот эту заколку нацепить. Упрямо скрестив руки на груди, Йо терпел все «издевательства» друга на себе, посматривая на позолоченные браслеты на своих руках. Колье из камней нефрита красиво переливалось насыщенным светом на солнце на его шее, а кольца он так и не надел, отговорившись тем, что ему будет неудобно жонглировать. Хоро тем временем приколол на волосы широкую заколку из цепочек и драгоценных разноцветных камней, а в длинный хвост вплел золотую цепочку, которая змеей оплетала шоколадные пряди. - Я похож на невесту, - пробормотал Йо, когда увидел себя в зеркале. – А теперь еще вступил в ваши ряды. - Что, значит, в наши ряды? – не понял Джоко, на котором было столько же украшений, сколько и на нем. Но Хоро отличался от них всех, потому что отец часто покупал ему всякие побрякушки, тем самым благодаря за великолепную торговлю, которую доверял сыну как никому другому. - Успокойся, зато теперь ты не так выделяешься, и наши продажи увеличатся вдвое, а то и втрое! – воскликнул Юсуи и спрятал оставшиеся украшения обратно в сумку. - Если твои слова не оправдаются, то я их все сниму, - предупредил его Йо. Хоро согласно кивнул, уже заранее зная, что такого не случится. - Ну что, отдохнули? – к ним подошел грузный мужчина с густой бородой, от вида которого Хао даже рот приоткрыл, но за повязкой этого не было видно. Сейчас он заметил, что его брат выглядит точь-в-точь, как и он сам, когда также наряжался перед посещением покоев принца. Однако не мог заметить, что ему это шло. Только бы тело открыть, но от одной этой мысли Хао передернуло, и он мотнул головой, отгоняя ее. Лучше бы этого никто не увидел. - Да, отец. Мы готовы приступить к работе, - охотно отозвался Хоро. – Ты только посмотри, какую конфетку мы сделали из Йо, - он продемонстрировал свои труды на подопечном, а Оядзи рассмеялся. - Как же вы его уговорили? - Он согласился на один день. Если его вид не повлияет на продажи, то он снимет все украшения, - заговорщицки шепнул ему Хорокей, а глава каравана вновь засмеялся. - Ну-ну, я хочу посмотреть на это. Тогда приступайте, нас ждет насыщенный день, - Оядзи покинул их компанию и направился к другим мужчинам, что разгружали мешки и коробки из повозок. - На мне опять фрукты? – догадался Йо, а Юсуи ему согласно кивнул. - Все ковры снова на меня оставляете? – возмутился Джоко, на что получил издевательскую улыбку Хорокея. - Конечно, друг мой! Кто, если не ты? Йо я тебе не отдам, он будет торговать со мной в одной лавке, - с этими словами он утащил к ящикам с фруктами Асакуру, также помогая ему перетаскивать их в лавку. Хао с интересом наблюдал за тем, как караван начинает свою жизнь в этом городе. Он присутствовал на этом зрелище впервые, поэтому старался запомнить все до мелочей. Пару раз он замечал недалеко от фонтана патрулирующую стражу, и старался притвориться умирающим нищим, чтобы на него не подумали, что он является вполне здоровым юношей, который как раз и был тем самым беглым рабом. Однако все это не мешало наблюдать за его братом, который ловко жонглировал тремя апельсинами, привлекая к себе прохожих. Он в первый раз видел, насколько тяжела работа караванщика, и теперь понимал, что их путешествие по пустыне очень нервная и опасная профессия. Вот почему они опасаются всяких случайных странников и неожиданно появившихся детей в пустыне в качестве приманки разбойников. В караване Йо были сильные мужчины, которые разгружали повозки и, наверное, также защищали их при нападении грабителей. Также были и женщины с девушками, что следили за продуктами и во время торговли каравана ткали ковры на переносных станках. Хао даже заметил, что девушки, которые были совсем молодыми, шили одежду, но скорее всего для людей каравана, а не на продажу. Большую часть торговли брали на себя друзья Йо, и он сам, чем очень удивил самого Хао, который думал, что его брат занимается чем-то другим в караване. Однако его умение привлекать покупателей было очень кстати, наверное, они не пожалели, что подобрали его… А что было бы, если они также забрали и Хао? Может, они бы стали самым знаменитым и востребованным караваном во всей стране и их бы пригласили обслуживать сам дворец султана? Фрукты с прилавка разлетались как горячие пирожки, что продавались по соседству с их лавкой. Народ толпился, ругался между собой, чуть ли не дрался за последнее яблоко, а старший Асакура наблюдал за всем этим со стороны фонтана, иногда поднимая голову вверх, чтобы проверить, здесь ли парит его орел или нет. Он, конечно, не любил многолюдные места, но все же Хао замечал его иногда, и ему становилось от этого спокойнее, что он здесь не один. Редко он набирал маленькой чашкой воду из фонтана и делал несколько глотков, чтобы просто смочить горло, и не понимал, как за все время торговли Йо ни разу не захотелось пить. Может, у него выработалась привычка? Когда же солнце уже заходило за горизонт, на торговой площади практически никого не осталось, лишь редкие прохожие пересекали ее, чтобы выйти на другую улицу или подойти к фонтану. Гостиница, где остановился весь караван, была рядом с этой площадью, поэтому далеко им идти не приходилось. Повозки со скотом и оставшимися продуктами находились в специально охраняющемся и закрытом помещении, поэтому за них можно было не волноваться. Перед тем как зайти в гостиницу, Йо кинул взгляд на сидящего у фонтана Хао и пальцем поманил его к себе, жестом показывая, чтобы он ждал его тут. Старший выполнил его просьбу, подойдя к входу в здание и поправляя на себе одежду, чтобы стража, охраняющая его, ничего не заподозрила. Он знал, что это служащие, которые не прислуживают принцу, поэтому в их обязанности не входило разыскивать беглых рабов. Из гостиницы Йо вышел только минут через десять и сразу свернул в другую сторону от фонтана, где раньше находился Хао. Тот же предположил, что окна их комнат выходят на эту улицу и, чтобы их не заметили, его брат сразу решил спрятаться за углом. Однако он чуть не упал от неожиданности, когда завернул за угол и на него кинулся Йо, едва не повалив его своим весом на землю. - Я думал, ты погиб, - на выдохе прошептал он и уткнулся носом ему в пыльную куфию, а Хао его на автомате обнял, - извини, что не обращал на тебя сегодня внимания. Не хотел, чтобы кто-нибудь из каравана заподозрил что-нибудь… - Не извиняйся, - мягко ответил ему Хао и сильнее прижал его к себе, обнимая за талию. - Я все еще не верю… Как ты выжил? – Йо ощупывал своего брата, чтобы убедиться, что перед ним именно он, живой, а не мираж. Его волосы были мягкими, но пыльными от песка, спина довольно-таки крепкая, плечи широкие, а руки сильные. Мысль о том, что он все это время проработал рабом, его сильно пугала, а других предположений почему-то и не было. - Я служил во дворце здешнего султана, - спокойно ответил ему Хао и также, отстранившись, стал осматривать своего брата. – Я сбежал, потому что мне все это надоело, и так я оказался в пустыне. – Он не хотел говорить ту правду, что являлась на самом деле истиной для него, чтобы не расстраивать своего близнеца. Он надеялся, что не попадется страже и не вернется больше во дворец, потому что только сейчас он почувствовал себя свободным. – Лучше расскажи о себе. Тебя не пытали? Не заставляли работать на каторге рабом? - Нет, что ты, - Йо почему-то рассмешили его предположения, - с тех пор я все время находился в караване. Они очень добрые и заботливые люди, приняли меня, как родного. Они стали мне семьей. Последнее не очень порадовало Хао, но он старался не подать виду, и заметно расслабился, слабо улыбнувшись. Только неловкую паузу прервал звук умирающего желудка, а Йо сразу замельтешил, понимая, что его брат голоден. - Ой, извини, совсем забылся. Ты же голодный, - поспешил извиниться он, - только мне нельзя надолго уходить одному… - Не волнуйся, возвращайся обратно, я что-нибудь придумаю. - Нет! Что ты такое говоришь? – уже давно стемнело, на улице практически никого не было, поэтому его возглас был отчетливо слышен на всей улице, - я тебя больше никуда не отпущу. Я не хочу тебя снова потерять. Хао вновь обнял прильнувшего к нему брата, слыша его всхлипы, но не смея его останавливать. И правда, есть ли ему смысл снова уходить? Да и идти-то ему некуда, если только опять скитаться по пустыне и бродить по городам… Ну, а тогда как же с ним остаться? Из какого-то окна с другой стороны дома на мощёную улицу с громким смехом какого-то мужчины вылетела деревянная пивная кружка и звонко ударилась о землю. Йо сразу узнал в нем главу своего каравана и понял, что он разошелся не на шутку, раз дело уже дошло до рукоприкладства. Он помял в руках одежду близнеца, быстро соображая, и, наконец, отстранился, стаскивая с себя многочисленные браслеты. - Раздевайся, - почти командным голосом попросил он, на что в ответ получил удивленный взгляд. - Зачем? Вслед за первым предметом в окно вылетела тарелка и наконец-таки разбилась в отличие от кружки. - Сейчас ты будешь ужинать, - Йо насильно надел на его руки браслеты и стал выплетать из волос позолоченную цепочку. - А тебя не понимаю, - Хао наблюдал за тем, как его брат быстро раздевается прямо перед ним. - У нас в караване не принято выносить еду с общего стола или уходить с ней в свою комнату и есть в одиночку. Мы семья, поэтому каждый обязан ужинать за общим столом. Принести тебе еду я не могу, пойти с тобой к ним – тоже, поэтому раздевайся, у нас мало времени. – Младший распустил волосы и стянул с себя верхнюю одежду, а Хао невольно засмотрелся на его шрамы, которые были еле видны от тусклого света из соседних окон и огненных факелов, что загорелись на улицах не так давно. Он последовал за своим братом, снимая с себя длинную накидку и куфию, а когда предстал перед братом по торс оголенным, Йо нервно сглотнул, засматриваясь на его плечо. - Это… - он медленно протянул к нему руку. - Да, - Хао слабо улыбнулся, касаясь глубокого шрама пальцами, - помню, ты тогда не смог поднять тяжелую коробку, а работорговец замахнулся на тебя… -…и если бы не ты, этот шрам от плети достался бы мне, - закончил за него Йо, прекрасно помня этот момент. Он повернулся к нему боком и отстранил руку от тела, показывая продолговатый ожог, который отпечатался вдоль спины. – Он до сих пор не зажил… - Он бы мог достаться мне, - Хао усмехнулся, стараясь отвлечь близнеца от грустных мыслей, и превратить все это в шутку. – Я рад, что мы нашли друг друга, - поддавшись незримому порыву, он вновь его обнял, теперь ощущая жар его тела, так как находились они без одежды. - Теперь уже нет той жизни раба, которую мы пережили. Теперь этого никогда не будет, - тихо ответил ему Йо и на скорую руку собрал длинные волосы брата в высокий хвост, пока тот обнимал его. – Давай быстрее соберемся, а то меня искать выйдут. - Но как я пойду туда? Я же никого не знаю, - братья обменялись вещами, поспешно надевая одно за другим. - Только не волнуйся. Сейчас войдешь в гостиницу, иди к главной лестнице. Поднимешься на второй этаж, поворачивай направо и заходи в третью дверь слева. Там за большим столом будет сидеть весь караван, в изголовье сидит глава – Оядзи, лучше с ним не вступай в разговор. Он сейчас пьяный, заговорит – в чем-нибудь проколешься, потому что его сын, мой лучший друг. Он меня как свои пять пальцев знает. Сидит он по правую сторону от него. Рядом с ним твое место. – Йо надел на голову его куфию и развернул к себе брата, чтобы закрепить на его голове заколку и вплести цепочку в длинный хвост. – На вопросы старайся не отвечать, бери все, не стесняйся, но ничего с собой не забирай. У нас так не принято, тебя сразу раскусят. Если Хоро поинтересуется чем-нибудь, скажи, что тебе нехорошо и снова выйди на улицу, якобы для того, чтобы подышать свежим воздухом. – Йо раздавал ему указания, а Хао все внимательно запоминал, чтобы не забыть и не подвести брата. Только сейчас он осознал, что становится своим близнецом, и они меняются ролями, а ради чего? Просто Йо хочет помочь ему, своему брату. Ничего лишнего. – Я буду ждать тебя здесь. Только не задерживайся, а то я буду волноваться. Хао к нему развернулся и благодарно посмотрел на него, после чего, поддался эмоциям и поцеловал его в лоб, ближе к волосам, сняв при этом куфию, чтобы та не мешалась. - Помнишь, как ты в детстве плакал из-за злых работорговцев, а я тебя так успокаивал? – он слабо улыбнулся и вновь накрыл его головным убором. - Помню, только я же сейчас не плачу, - Йо смутился, отводя при этом взгляд, но старший Асакура на это только сильнее улыбнулся и сделал шаг к углу гостиницы. – Будь осторожнее. – Услышал он голос брата, а младший уже и забыл, как эта фраза звучит из уст его близнеца. Он напоследок окинул его взглядом, замечая, что он полностью стал им, даже украшения его нисколько не портили. Хоть тело было и закрыто, он инстинктивно ощущал все драгоценности на себе, отчего его движения приобретали женственность и грацию. Интересно, с чего бы это? Хао не спеша прошел расстояние до угла и, кинув в последний раз взгляд брату через плечо, повернул и направился к входу в гостиницу. Через несколько секунд Йо опять услышал громкий смех Оядзи, и через деревянные створки окон что-то снова вылетело на улицу. С противным шлепком шмякнулось о землю, и тут же откуда-то сверху спикировал пустынный орел, ни пойми откуда тут взявшийся. Йо присел на угол здания и буквально с затаенным дыханием считал секунды, проведенные Хао в компании его каравана. P.S. Kassim_: Хочу от себя добавить, что так дело не пойдет, товарищи) Где отзывы? А то так до бунта скоро дело дойдет у писателей ШК)