Восточные сладости для рабов

За общим столом каравана стоял непонятный Хао гул. Каждый переговаривался со своим соседом о своем, отчего создавалась невероятная какофония звуков. Лишь громкий смех главы, что сидел в изголовье стола и запрокидывал в себя одну кружку вина за другой, растрясал повисший в большой комнате шум. Асакура немного замялся, замечая, что начинает нервничать, хотя с чего бы? В такой большой компании он никогда не бывал, особенно, если тебе надо изображать своего брата, который считает всех этих людей своей семьей. Здесь все друзья, все родные, но от этой мысли ему легче не становилось. Его же компанией всегда была прислуга во дворце, да и сам принц, который редко выпускал его куда-нибудь. Хао лишь иногда присутствовал на каких-то неинтересных ему встречах в качестве личной прислуги, но таких масштабов она еще никогда не приобретала. Чего ему стоило найти эту комнату, вроде бы, он запомнил путь, который ему продиктовал Йо, но на деле все оказалось сложнее. Главная лестница не была, как это было принято во многих важных зданиях, напротив входа. Она была скрыта от глаз, Хао чуть ли не свернул себе шею, пытаясь быстро высмотреть ее, так как управляющий гостиницы уже странно на него посматривал. Конечно, обстановка и интерьер сильно отличались от того, что было у него во дворце, но и это удивило Хао, так как он не знал бюджет каравана брата. Затем он ошибся дверью, сначала приняв маленькую и узкую коморку за обычную комнату, которая была между вторыми и третьими покоями, но ему повезло, что в последнюю еще никто не заселился. Однако стоило было догадаться по звукам, что нужная ему комната рядом, так как даже дверь не могла скрыть весь тот громкий смех и гогот мужчин каравана. Больше всего было слышно Оядзи, который и не думал краснеть после бочки вина, что он выпил за весь вечер. Казалось бы, будто они что-то праздновали, но пиром у них был даже самый незначительный случай, такой как увеличение продаж, поэтому у них практически каждый день был праздником. - Йо, что ты как не родной?! Проходи уже! А то застыл в проходе… - Хао вздрогнул, когда на него посмотрел тот самый глава каравана и обратился к нему. Себя он уже мысленно отругал за то, что позволил обратить на себя его внимание, ведь брат говорил, что с ним лучше не вступать в разговор. Однако все обошлось: Оядзи отвлекла какая-то женщина, сидящая рядом с ним, и, облегченно вздохнув, Хао предположил, что это его жена. Он быстро прошел к предполагаемому другу Йо, который также в компании афроамериканца развлекался и смеялся вместе со всеми. Асакура аккуратно присел на помятую уже братом подушку и слегка улыбнулся Хорокею, который бросил на него короткий взгляд. Он не знал, как нужно себя вести, так как понятия не имел о свойствах характера и поведения Йо, да и к тому же не знал, какие у него отношения с Юсуи и Джоко. Последний же был на грани безумства от выпитого алкоголя, или же, наоборот, между сном и реальностью. Наверное, еще одна капля вина, и он вырубится окончательно. - Где ты так долго был? – поинтересовался у Хао Хоро, когда он удобно разместился рядом с ним. - В туалете, - прямо ответил тот, благо он очень хорошо умел врать. Но вот трясущиеся руки он никак не мог скрыть, отчего даже браслеты на его руках тихо звенели. - Поешь, а то ты сегодня целый день ничего не ел, - Юсуи от души навалил ему на большую тарелку кебаба, табуле, плова и фруктов, также ставя перед ним бутылку вина. – Заслужил. А то у тебя даже руки дрожат, мне тебя жалко. Виноват. Он улыбнулся, а Хао чуть ли не округлил глаза от предложенной еды и слов Хоро. - Не извиняйся, это же наша работа, - Асакура ему в ответ слабо улыбнулся и схватился за первую палочку кебаба, стараясь не показать виду, что он умирает от голода. Несколько дней не принимать пищу – это не воды хлебнуть. Но все же нужно отдать должное – хотя бы она перебивала это ужасное чувство голода. - Ты сегодня поработал лучше меня, и знаешь, что это значит? – Хоро еле сдерживал смех, натянуто улыбаясь. Хао на него вопросительно посмотрел, не желая отвлекаться от еды. – Это значит, что ты будешь носить эти украшения постоянно! Асакура поперхнулся, запивая кебаб вином, и быстро вытер тыльной стороной ладони губы, а его друг наконец-то засмеялся, толкая Джоко, который уже практически заснул на столе. - Нет, ты слышал?! – продолжая толкать Макдениела в плечо, тем самым пытаясь его разбудить, Хорокей смеялся, осознавая свою победу, а Хао медленно жевал, стараясь понять, о чем он говорит. – Йо наконец-то будет у нас нарядный и красивый, ты же ведь сдержишь свое слово? Сегодня мы продали намного больше товара, чем в Кашите! Асакура медленно переваривал информацию, сопоставляя ее в нужном порядке. Он прекрасно сегодня видел, как одевал украшения на Йо его друг и о чем-то с ним беседовал, но никак не мог понять, о чем именно. Теперь понятно, почему на нем было столько побрякушек и безделушек, но они же ему идут, верно? Хао посмотрел на собственные руки, что до локтя были увешаны позолоченными и звенящими браслетами, и согласно кивнул, тем самым принимая сей факт как данность. - Да, сдержу, - спокойно отозвался он, а Хорокей на него вдруг странно посмотрел, даже Джоко проснулся и отлип лицом от своей тарелки, где на щеке остался лист кинзы. - Кто ты и что сделал с моим другом? Где отговорки и громкие речи о том, что мои украшения тебе не пойдут, и ты выглядишь в них как девушка?! – напал на него Юсуи, а Хао сразу понял, что он шутит, но все равно немного испугался, так как он каждую секунду ждал этих слов, которые раскроют его. - А где: «Вдруг меня перепутают с девушкой, и какой-нибудь богатый жирдяй заберет к себе в гарем, где будет использовать не по назначению!»? – удивился Макдениел, а Хоро раздраженно шикнул и вновь ткнул сонного и выпившего друга обратно лицом в тарелку. - Не влезай, здесь взрослые разговаривают, - прокомментировал свое действие Юсуи и вновь был весь во внимании ошеломленного Хао, который быстро скрыл свой шок за очередной кружкой вина. Джоко так больше и не поднялся, и для Асакуры это было облегчением, потому что всем и сразу он никак не мог уделить внимание. Чего только стоило хорошо держаться перед другом Йо, который теперь полностью отвлекся от остального каравана. – И все же я заставлю тебя надеть тику, - он заговорщицки шепнул ему, обняв за шею и дернув на себя, тем самым прижимая к себе. Хао же боялся ответить что-нибудь не то, потому что он не предполагал такого явного разговора, про который он ничего не знал, да и сейчас не знает. Он не понимал, что в этом такого – отказываться носить красивые и дорогие драгоценности на своем теле? Хотя, может, это ему было привычно их надевать на себя каждый раз, когда он требовался Рену? А Йо просто стеснялся их, поэтому и отнекивался? Даже от тики? - Ну, я же проиграл спор, - Хао старался как можно спокойнее и увереннее это сказать, и облегченно вздохнул, когда Хоро похлопал его по спине, соглашаясь с ним. - Правильно, нечего было со мной спорить. Даже отец сказал, что ты сразу проиграешь. А он никогда не ошибается! – только сейчас Асакура понял, что и Хоро конкретно так напился за весь этот вечер и теперь начинает вести себя неадекватно. Хотя, с Джоко он не сравнится – пока еще держится, но скоро алкоголь возьмет свое. Сам Хао внезапно понял, что не съел все предложенное ему на тарелке и уже довольно-таки наелся, а бутылка вина очень быстро закончилась, хотя организм не опьянел ни на грамм. Что ж, сказывается многолетняя тренировка Рена… Чем он его только не кормил и не поил! Сначала ему казалось, что от сладостей его разнесет получше их поварихи во дворце, которая с трудом пролазила в проем, если только боком. Но все обошлось, и сказать, что он растолстеет, если принц продолжит кормить его рахат-лукумом, от которого его буквально тошнило, уже было нельзя. Эта отговорка не действовала. Также с Реном он дегустировал лучшие, по словам торговцев и виноделов, сорта вина, пробуя сначала первым, а затем, позволяя опробовать и принцу. Простые меры предосторожности, чтобы наследник семьи султана не был отравлен каким-нибудь вином. Теперь же Хао имел иммунитет к алкоголю, и одна бутылка не подействует на него, как на Джоко, это уж точно. - Но от тики я все же откажусь, - поспешил добавить он, раз Йо так отнекивался от нее. Сам же он иногда надевал ее, но и правда, был больше похож на девушку. Все же его брат был прав. - Ну, хоть так, а то мы тебя не отличим от девушек, которые сейчас придут, - очень тонко пошутил Хоро, не желая обидеть своего друга, но делая небольшой намек. Хао же несколько секунд соображал, покачивая кружку с оставшимся вином в руке, а потом неожиданно подскочил на месте и быстро перевел взгляд на Юсуи. - Какие девушки? – до него начало постепенно доходить, но вот только мозг отказывался принимать эту догадку. - Наложницы, ведь у нас сегодня праздник! – воскликнул тот и случайно задел локтем спящего на столе Джоко, который резко проснулся от его неосторожного движения. – Макдениел, подъем! Сейчас девушки прибудут. Да приведи себя в порядок, а то, как свинья весь чумазый в салате… Хорокей что-то еще говорил сонному другу, а Хао быстро думал, как ему поступить. Бежать! Срочно бежать, потому что он не должен этого делать – веселиться с наложницами. Пусть Йо решает, что с ними делать, свою работу он уже здесь выполнил, поэтому надо было срочно уходить. - Стоять! – когда же Асакуре показалось, что Хоро совсем отвлекся от него и не обращает никакого внимания, полностью уделяя его афроамериканцу, он выбрал момент и резко встал, однако чужая рука быстро схватила его за запястье, ощутимо надавливая на многочисленные браслеты, и дернула на себя вниз, опуская легкое тело обратно на подушку. Хао удачно приземлился на нее, удержав равновесие, и вырвал свою руку из хватки Юсуи, который непонимающе и немного раздраженно посмотрел на него. – Куда это ты собрался, а? - Мне нужно подышать свежим воздухом, - выпалил заранее подготовленную отговорку Асакура и снова попытался встать, но теперь его уже удержали за плечи. - Что, вино в голову ударило? Не смеши меня, больше это со мной не прокатит. Ты не Джоко, поэтому не строй из себя недотрогу, - серьезно обратился к нему Хоро и отмахнулся от Макдениела, который потрогал его пальцем по плечу, чтобы тот посмотрел, не осталось ли остатков пищи на его лице. Все же с девушками ему предстоит встреча, а не с домашним скотом, который и так примет его, каким бы он ни был. Хао внимательно смотрел в глаза друга Йо и мерно вслушивался в голоса и разговоры людей каравана, что не умолкали ни на минуту. Сильный бас граничил с тихим сопрано женщин, молодые девушки же в своем углу на другой стороне стола также переговаривались между собой, и лишь громкий смех главы Оядзи перебивал этот шум вместе с другими мужчинами, что сидели рядом и веселились вместе с ним. - Я знаю, как ты умеешь пить, поэтому сделай вид, будто ты немного пьян и подцепи какую-нибудь красотку. Не вечно же тебе в девственниках ходить, - от таких слов Хорокея Хао чуть не поперхнулся, благо он в этот момент не делал глотка вина, а то бы выплеснул все на него же. - Ну, спасибо, - фыркнул Асакура и демонстративно обиделся, уставившись в свою кружку. Значит, вот как тут обстоят дела… - Да не обижайся ты на меня, - улыбнувшись, Юсуи вновь притянул его к себе и обнял одной рукой за шею, - ты же знаешь, что я желаю тебе только добра. Это ты вечно замкнутый и нерешительный, здесь нечего бояться… Однако Хао не успел ему на это ничего ответить, даже родиться новой мысли не было времени, так как дверь в комнату резко распахнулась, ударившись о стенку, и в большую и просторную комнату вошел низенький мужчина средних лет. Оядзи с громким стуком поставил кружку на стол и радостно воскликнул, обращая на себя внимание. По его движению руки, этот мужчина кивнул, поняв все с одного жеста, и запустил много девушек, которые одна за другой заходили в помещение. Хао вжался в подушку, пытаясь отстраниться от Хорокея, но тот лишь возбужденно воскликнул, присвистнув, и быстро вытянул очень красивую девушку из ряда проходящих, тут же усаживая ее к себе на колени. - Только попробуй сбежать, я слежу за тобой, - шепнул он ему и сразу потерял интерес к другу, когда наложница качнула перед ним своими буферами. Хао закатил глаза к потолку и скорчил лицо от вида возбужденных мужчин, что получили каждый свою игрушку на вечер. Он не хотел выбирать какую-нибудь девушку себе, потому что не раз бывал на их месте. Он вообще не понимал, как можно продавать свое тело каким-то странным мужчинам, когда некоторые были страшнее обезьяны? Девушке должно быть страшно находиться рядом с таким, потому что от него несет и перегаром, и ужасная борода отвратительно влияла на развитие сюжета на одну ночь, а о телосложении и заикаться не стоит. Может, Хао просто привык к компании Рена? Ведь он был молодым, красивым, мечтой многих девушек, что сходили с ума от одного его появления на публике. С одной стороны с ним приятно было находиться, потому что он следил за собой и своим видом, правда, характер был иногда скверный, но и это можно было пережить. Однако с другой все его домогания и ласки были чужды ему, почему-то Хао представлял кого-то другого на его месте, и, к большому удивлению, даже не девушку… Он быстро мотнул головой, отгоняя от себя эти мысли. Ему показалось, что Рен именно этого и добивался: он хотел показать, как сложно и непривычно ему будет в дальнейшей жизни, если он сбежит от него. Что красивое и статное тело заменят грубые и волосатые руки какого-нибудь пьяницы, редкие ласковые прикосновения и кормление сладостями с рук превратятся в страшные издевательства, а противный вкус спермы будет вместо сахарной пудры с рахат-лукума… Внезапно чьи-то легкие руки легли ему на плечи, чем заставили выйти из полутранса, и Хао удивленно посмотрел на источник движения. Перед ним стояла красивая полуобнаженная девушка и вежливо ждала приглашения. Он осмотрелся и понял, что всех уже разобрали, словно горячие пирожки, а она одна осталась только для него. Хоро заинтересованно покосился на него, выглядывая из-за плеча своей наложницы, и выжидающе смотрел, когда же его друг проснется и сделает уже хоть что-нибудь. Асакура нерешительно перевел на нее взгляд и позволил присесть к нему на колени, так как рядом места больше и не было. Звякнули на ней золотые украшения и шифоновые ленты легко вздулись от движения и медленно опустились на ее костюме, отчего Хао прогнал наваждение, потому что он чем-то напомнил ему свой наряд, в котором он посещал принца. Правда, цвета были не яркими, да и не было такой откровенности, как, например, для ее груди четвертого размера, но почему-то одна только ситуация заставила его вспомнить те мгновения, что он провел в покоях у принца. У Хао это было впервые, когда он по-настоящему испугался. Сначала все шло, как по маслу: к султану в гости на прием приехал очередной крупный торговец, который предложил ему в качестве даров несколько своих самых лучших продуктов, даже Рен присутствовал в тот вечер в зале вместе со своим слугой. Вокруг его отца кружили девушки и ухаживали за ним: кто-то поддерживал легкий ветерок большим веером, стоя за его спиной, кто-то делал массаж ног, а кто-то обслуживал султана по назначению, поднося фрукты и вино каждый раз, когда он делал небольшой жест рукой. Хао же стоял позади своего хозяина и терпеливо ждал, когда он соизволит чего-нибудь захотеть. Но тот лишь равнодушно посматривал на скучное мероприятие и пока что ничего не желал. Торговец же был странным и загадочным типом, Асакура бы его в свой дворец не пустил, но только вот не задача – своего дворца у него нет, поэтому сейчас высказывать свое мнение он не имел права. Мужчина изредка кидал на него взгляды, и они сильно отличались от тех, которыми был удостоен сам султан и его сын. Они были почтительными и смиренными, но на какие-то жалкие доли секунды, когда черные глаза находили Хао в небольшом зале, взгляды становились более заинтересованными, и даже каким-то вожделенными. Асакура же каждый раз вздрагивал, отчего пробегали мурашки по открытой спине, но держался стойко, стараясь смотреть только на Рена, что сидел впереди него. Он не знал, замечал ли принц его поглядывания, но надеялся, что нет, иначе проблем потом не оберешься. Скажет, что именно он строил ему глазки, а торговец купился на это, и теперь слуге не избежать наказания. Когда же султан отошел на несколько минут из зала, уведя с собой весь гарем красавиц, в помещении повисла тишина, прерываемая каким-то странными звуками за окном. - Вам понравилось мое вино? – наконец спросил мужчина, переведя взгляд на парней, что сидели напротив. Рен поудобнее уселся в широком кресле на мягких подушках и щелкнул пальцами, чтобы Хао быстро поднес ему предложенное торговцем вино. Под настойчивым взглядом он сделал небольшой глоток и облизнулся, пробуя виноградный сок на вкус. - Неплохо, - он и до этого пил его, только это было пару часов назад, и он уже забыл этот вкус и аромат дорогого вина. - А вашему слуге оно понравилось? – также настойчиво спросил мужчина и перевел свои черные глаза на Хао, который вздрогнул от этого. Еще в самом начале их встречи Асакура первым попробовал вино, чтобы оно ни в коем случае не оказалось отравленным, и заметил, что оно отличного сорта. Рен повернул к нему голову, также ожидая ответа и давая ему возможность говорить. У Хао же язык будто присох к нёбу, а в горле стало сухо, как в пустыне Сахара, если еще не суше. Тао ждал несколько секунд и, не услышав похвалы в сторону винодела от своего слуги, дернул его за руку на себя, а Асакура, не ожидав этого, перевалился через подлокотники кресла и каким-то образом очутился у того на коленках. Принц знал, что его слуга не любит публичных ласк при посторонних, но он мог делать что угодно, тем более, пока его отца не было рядом. Хао от прикосновения к его оголенному животу выгнулся в спине, ощущая холодные пальцы его хозяина, которые словно дразнили и издевались над ним. А когда он приоткрыл рот от руки, что сильно сжала его горло, Рен насильно поцеловал его, не стесняясь при этом смотрящего на них торговца. Асакуре нечего было делать, как подчиниться и ответить, но ощущение влажных губ тут же пропало, а вкус вина заменил его. Тао позволил ему отстраниться и сжал руку в кулак на его животе, царапая при этом кожу ногтями. - Да, очень понравилось, - выдохнул Хао, после чего принц спихнул его со своих колен, тем самым позволяя ему стать на несколько минут полностью свободным. Почему-то его взгляд сразу стал метаться по залу в поисках ножа или чего-нибудь острого, чтобы прямо сейчас заколоть ненавистного ему принца или перерезать ему горло, но когда он встретился взглядом с черными глазами мужчины, всю решимость как ветром сдуло. Его появление, кстати, было большой редкостью в этом большом городе, поэтому Хао очень удивился, застыв как вкопанный рядом с принцем и отвечая гостю таким же взглядом. - У меня к вам есть предложение, принц, - начал торговец, а его слуге тон голоса уже не понравился. Рен же не подал виду, что заинтересован этим самым предложением, поэтому стал рассматривать свои ухоженные ногти, не перебивая собеседника. – Давайте пока что скроем наш разговор от вашего отца. Я хочу вам предложить десять бочек качественного и самого лучшего моего вина, которого я только производил. Оно стоит как двадцать красивых наложниц и пятьдесят сильных и крепких рабов-мужчин. Уж поверьте, я цену своему вину знаю, - похвалился тот. - Ну, и что же ты хочешь взамен? – решил поторопить его Тао. Хао же стоял рядом с ним и переминался с ноги на ногу, стараясь не шуметь звенящими браслетами на руках. - Я прошу всего лишь малость за такой ценный дар. Вашего слугу. Сердце Асакуры пропустило удар и предательски застучало быстрее после нескольких секунд ожидания ответа от принца. Дыхание само по себе участилось, Хао даже не понимал, почему он так заволновался: то ли от того, что его променяют на какие-то бочки с вином, когда у него ни разу в жизни не было такого обмена, то ли от того, что его хозяином может стать именно этот торговец. Хотя он знал, что Рен не отдаст его ни в коем случае, однако он медлил с ответом, а эта самая догадка быстро исчерпывала всю свою уверенность. Асакура посмотрел на своего хозяина, который беспристрастно наблюдал за торговцем, что в обратную ожидал от него решения. Такие переглядывания не нравились Хао, я повисшее в воздухе молчание все больше заставляло его нервничать. И почему? Почему он волнуется об этом? Чего Рен добивается своим молчанием? - Пошел вон. Однако сердце ушло в пятки после этой короткой фразы, и Хао облегченно вздохнул, позволяя своему телу расслабиться. От напряжения даже скулы свело, а пальцы на ногах и руках сжались так, что костяшки и то побелели. Конечно же, он его никому не отдаст, тем более этому странному и старому мужчине, которому только и развлекаться с молоденькими… вот только зачем ему парни, когда есть много других хорошеньких девушек? - Простите, принц, но… - Я сказал, пошел вон! – перебил его Рен и ощутимо напряг мышцы, сдерживая порыв, чтобы не встать и не ударить этого нахала, который предложил ему такое. – И чтобы не появлялся здесь больше. - Но мы еще не обсудили дела с вашим отцом, - попытался возразить он, однако тут же увернулся от летящего в него кувшина, который принц запульнул в него, словно яблоком. - Я сам с ним поговорю и скажу, что ты сам отказался от сотрудничества с нашим дворцом, - раздраженно ответил он ему. После звука разбившегося о стенку стекла, он немного поморщился. - Но вы не можете… - снова воспротивился торговец. - Я могу все! А теперь проваливай! – на этот раз Рен не поленился подняться с мягкого кресла и, когда же он встал и возвысился над мужчиной, тот, кланяясь и извиняясь, поспешил отойти к двери и сразу скрыться за ней, пока дело не дошло до стражи. Сдержанно выдохнув, Тао перевел дух и быстро повернулся к своему слуге, что стоял за ним, и резко притянул его за руку, тут же прижимая к себе. - Теперь ты понял, что это значит, быть моим слугой? – тихо прошипел он Хао в губы, но не дотронулся до них. – Что ты почувствовал, когда он предложил мне это: обмен тебя на какое-то жалкое вино? Асакура немного растеряно смотрел ему в глаза, медленно понимая весь смысл этого спектакля. Принц специально затянул эту большую паузу с ответом, чтобы он наконец-таки понял, что значит быть в его власти. - Я уже представляю, чтобы он с тобой сделал, если бы я отдал тебя ему, - его губы посетила усмешка, которую он и не пытался скрыть, - а ты? Ты представляешь? На миг в карих глазах Рен увидел ужас, но он тут же исчез, потому что хозяин этих самых глаз постарался скрыть его как можно дальше и не показывать его никогда перед ним. Оставшись довольным таким впечатлением, принц спокойно отпустил своего слугу, который снова перевел дыхание, сбившись со счета и не считая, сколько раз уже за вечер это было, и поправил на себе одежду. - Прибери здесь, - он кивнул на разбитый кувшин, что хорошенько припечатался о стенку и разбился на мелкие осколки узорчатого стекла. – А после я жду тебя в своих покоях. На этих словах он вышел и оставил Хао совершенно одного в небольшом зале. Он знал, что султан и не собирался возвращаться сюда по крайней мере ближайшие пару часов, потому что он часто заводился с пол оборота от вида красивых девушек, что прислуживали ему. Не сложно было догадаться, куда он ушел и что делал, и его даже не волновало то, что его дожидались в зале гости, будь они важными или нет, плевать. Однако именно его уход спровоцировал этого торговца, который хотел забрать его к себе своими похотливыми ручонками, и обменять всего лишь на десять бочонков вина. И только Рен знал, что он бесценен, если знать, как правильно обращаться с этим слугой. - Йо… Йо! – Хао перевел удивленный взгляд на друга брата, который, наверное, зовет его уже не в первый раз. – Нехорошо заставлять девушку ждать, - подметил Хоро, а Асакура вдруг заметил его странный взгляд, отчего он даже оторвался от своей заложницы. – Ты позволил ей себя раздеть? Хао сначала не понял о чем идет речь, но когда Юсуи отодвинул девушку, что сидела у него на коленях, в сторону и посмотрел на него, он поспешил проверить свой внешний вид и заметил, что практически остался без одежды. Легкая накидка, что скрывала торс, почти полностью съехала и оголила тело, тем самым открывая глубокие шрамы и порезы, которые уже никогда не затянутся. Асакура бросил злой взгляд на девушку, которая просто выполняла свою работу, а та тут же перепугалась и отпрянула, когда Хао собрался встать и уйти, натягивая на себя верхнюю одежду. - Йо, подожди! – Хоро попытался его остановить, также вставая за ним, отчего его наложница непроизвольно вскрикнула от неожиданности и упала на подушку. Он остановил его у самого выхода из комнаты, сильно дернув за руку на себя, но на них даже никто не обратил внимания. Половина мужчин ушли в свои комнаты и дальше развлекаться с наложницами, а некоторые остались тут, также в присутствии выпившего Оядзи, который уже мало чего замечал. Странно, что он позволял собственному сыну развлекаться таким образом, да еще и на глазах родителей, но он ведь уже большой мальчик, правда? Да и таких непристойностей он не вытворял, если только не в своей комнате… Хао остановился, поправляя накидку и закрепляя ее на плече, но постоянно придерживал, потому что она по непонятным ему причинам спадала. - Ты заболел? Тебе плохо? Сегодня слишком долго проработал, может, солнечный удар получил? – забеспокоился Юсуи, а Асакура захотел поскорее уйти отсюда, потому что он и так уже задержался здесь. Йо, наверное, уже волнуется, а он его так подставляет. - Возможно, - избежал он прямого ответа, - мне нужно выйти, подышать и освежится… На улице уже стояла глубокая ночь, и это было правильным доводом выпустить его, но Хоро слишком беспокоился за друга. - Тебе помочь? Проводить до первого этажа? – он взял его за руку, но Хао тут же быстро отдернул ее. - Не надо, просто оставь меня в покое! – только после того, как он на эмоциях это выкрикнул, все присутствующие люди в комнате обратили на них внимание, даже Оядзи отвлекся от разговора. Хорокей примирительно поднял руки вверх, будто сдаваясь, и еле-еле ему улыбнулся, отступая на шаг назад. - Прости, это я опять лезу не в свое дело, - в тишину проговорил он, а Хао обвел оставшийся караван удивленным взглядом, замечая их собственные взгляды на себе. – Я же знал, что ты не возьмешь себе наложницу, и все равно настоял. - Да, ничего… - Асакура посмотрел себе под ноги и вновь поправил съехавшую накидку, соображая, как ему лучше свалить отсюда, - мне… нужно выйти. Не дожидаясь разрешения, он быстро вылетел из комнаты и побежал по коридору, чтобы потом спуститься по длинной лестнице вниз. Сейчас он осознал, что сделал то, за что Йо ему голову открутит и не пожалеет об этом. Это все Хорокей виноват! Пустая башка! Пил бы себе и пил, чего к людям лезть-то?! Он заставил себя остановиться уже у выхода и восстановить дыхание, прежде чем завернуть за угол и встретиться со своим братом, чей взгляд был злобным и взволнованным одновременно. - Почему так долго? Что у вас там случилось? – Йо набросился на него, даже не подозревая о том, что Хао старался вести себя естественно и спокойно и пытался рассказать ему всю правду. Младший заметил, как он постоянно поправляет накидку, падающую с левого плеча, и отстраненно смотрит куда-то себе под ноги. По атмосфере, повисшей в воздухе не только здесь, но и в той комнате, он сразу понял, что что-то не так. Разговоры и голоса каравана стихли, даже привычного смеха его главы не было слышно, и Йо это очень насторожило. - Прости, я все испортил. Я же говорил, что это плохая была затея, - первым высказался Хао и стал стягивать с себя его вещи, чтобы обменяться ими обратно. - О чем ты говоришь? – Йо же и не спешил раздеваться, продолжая стоять на месте каменным изваянием, скрестив руки на груди. - Сначала было все хорошо, даже Хоро ничего не заметил, а потом пришли эти наложницы… - старший Асакура запнулся, у него никак не получалось снять узкие браслеты с запястья, даже не понимая того, как получилось их надеть в первый раз. - Да, я их видел, - согласился Йо, уже обо всем догадавшись. – Извини, я и сам не знал. Если бы знал, что они придут, предупредил бы. - Не извиняйся. Просто я не знал, как себя вести с ними. Я не знал, как бы ты поступил в этой ситуации. Вот и прокололся. – Хао поднял на него взгляд и увидел расстроенное выражение лица своего брата. – Скажи, почему ты стесняешься своего тела? Почему ты его боишься? - А разве ты не понимаешь? - с болью в глазах ответил ему вопросом на вопрос Йо. – Чем хвастаться? Шрамами и ранами, что остались у нас от жизни раба? Я даже вспоминать об этом не хочу, а эти отметины мне только о ней и напоминают. Вот почему я прячу их под длинную и свободную одежду и не люблю, когда к нам в такие дни приходят наложницы. Они выполняют свою работу, а я не могу им ответить, поэтому постоянно избегаю… Хао остановился, переставая стягивать с себя украшения, и внимательно посмотрел на брата, который опустил взгляд в землю и внезапно замолчал. Он, даже не думая, сделал к нему шаг и порывисто обнял. Йо даже пискнул от неожиданности, но вовремя спохватился и понял, что его просто обнимают, и не кто-нибудь, а его родной брат. От этого осознания на сердце стало как-то чуточку теплее, отчего он не сдержал улыбки и обнял его в ответ. - Здесь нечего стыдится. Ты знаешь простую истину, что шрамы украшают мужчин? Теперь всегда повторяй ее про себя, когда в твою голову забредет какая-нибудь дурацкая мысль по поводу твоего тела. А если не будешь, то я непременно окажусь рядом и напомню тебе об этом, - младший Асакура знал, что он улыбается, хотя и не видел этого, так как неосознанно уткнулся носом в его плечо и закрыл глаза, просто наслаждаясь его близостью. - Что там с Хоро? – решил он перевести тему и отстранился через пару минут, решаясь все-таки быстро переодеться, иначе он опять задержится на непозволительно долгое время. - Наверное, я его обидел. Был слишком резок с ним, - ответил Хао и теперь он стал вплетать ему в хвост цепочку, которую успел снять до этого момента. - Ничего страшного, он отходчивый, - слабо улыбнулся тот, - самое главное сейчас разговорить его, а это я сумею. - Я… не создал тебе проблем? – старший Асакура решил все-таки задать свой вопрос, который мучал его с того момента, как он натворил кучу дел в караване. - Нет, у меня такое часто бывает, я решу их, - отмахнулся Йо и закрепил на волосах протянутую братом заколку. Несколько мгновений они просто стояли и смотрели друг на друга, уже полностью переодевшиеся и пришедшие в себя. Хао облегченно вздохнул, когда его близнец сам его обнял, но он знал, что надолго это не затянется. - Иди, а то Хоро будет волноваться за тебя, - он сам его немного оттолкнул, а Йо, кивнув, поспешил завернуть за угол, даже не обернувшись на брата. Хао уже немного огорчился, когда младший напоследок слегка ударил его по ноге, а в кармане шаровар что-то звякнуло. Осознание этого медленно посетило его мысли, однако Йо уже и след простыл. Старший Асакура сунул руку в карман и достал оттуда около десятка золотых монет, но даже не помнил, откуда они там появились. Их там точно не должно быть… Когда же он понял, что их оставил его брат, возвращать их и благодарить уже было некого, так как на улице перед гостиницей он остался один… а может быть и нет. В небе он услышал оклик своего пустынного друга – орла, и улыбнулся, сжимая в руке драгоценные монеты. Примерно на пять из них он может снять себе хорошенькую комнату в какой-нибудь гостинице, но не в той, где поселился его брат. Это будет слишком рискованно, однако ему никто не запрещал поселиться на время в другой, например, в соседней гостинице и спокойно отдохнуть, зная, что на следующий день Йо его будет снова ждать на торговой площади.