Сантименты в сторону

День, когда моя и не только жизнь покатилась по наклонной плоскости, не предвещал ничего сверхъестественного. Скучнейший урок истории с этой ископаемой, заставшей, судя по всему, ещё гибель динозавров, очередная грызня с её величеством Мией Колуччи и её свитой, кое-как удалось выкроить время и тайком прокрасться в вагончик, чтобы покормить Начо и принести ему новый журнал с комиксами про супергероев… В общем и целом, я понятия не имела, что именно эта ничем не примечательная среда в нашем элитном болоте повернёт всё вокруг на сто восемьдесят градусов. Вернувшись от названого братишки, я кое-как уладила очередную потасовку между Луной и Лухан. Послал же бог подруг, называется. Как можно ссориться из-за хореографии, когда вокруг творится беспредел, мэрский сыночек одним нажатием кнопки на мобильном может засадить молодого парня в тюрьму, его драгоценный папаша запускает в колледж полицейских собак, чтобы сладить с одним-единственным беззащитным девятилетним беспризорником, а администрация этой пафосной дыры настолько лицемерна, что стипендиаты вынуждены приобретать учебники и тетради за свой счёт? Высказав этим двум дурындам всё, что думаю по поводу их бесконечных разборок, я надумала было засесть в буфете и хлебнуть хотя бы растворимой бурды с цикорием, раз уж нормальный кофе нам здесь только снится – но не тут-то было. Буквально в коридоре мне «посчастливилось» напороться на дежурного старосту: -Спирито, тебя ждут в кабинете директора по поводу организации массового побега третьекурсников из колледжа. Сеньора Рей, - чёрт побери, как же я ненавижу этот льстивый говорок, появляющийся в голосах всех мужиков без исключения, стоит им упомянуть мою зазвездившуюся мамочку, - тоже уже приехала. -Естественно, она не могла хоть раз в жизни спокойно посидеть дома и не портить дочери вечер. Беда же не приходит одна, - огрызнулась я и, попрощавшись с мечтами о хоть какой-то порции кофеина, поплелась в дирекцию. Конечно же, первой картинкой, нарисовавшейся перед моими глазами прямо на пороге приёмной Гитлера, стала его тошнотворная физиономия. Опять он разливается соловьём перед моей маман, а она расселась на посетительском кресле с видом царствующей королевы. Как бы я её ни любила, но эти её манёвры а-ля «ты же не обидишь дочку своей бывшей любовницы» уже успели меня как следует взбесить с начала года. Раз уж мэрский отпрыск, безголовая Барби и прочий гадюшник предпочёл отсиживаться после коллективного побега, трусливо повесив всё на меня – я понесу наказание и нечего тут плести интриги. Не хватало ещё, чтобы потом хоть один лживый рот вякнул, что Марисса Пиа Спирито – директорская протеже. А смехотворных санкций от этого самодура я не боюсь – мне достаточно, что меня хотя бы поддержали мои подруги и Нико с Мануэлем – хотя этот-то товарищ мог вообще от меня откреститься после того, что я учудила на той самой благотворительной вечеринке. «Так, стоп, сейчас не место и не время думать обо всякой ерунде,» - приказала я себе и обратилась к этому престарелому фашисту лично: -Ну и зачем вы меня звали, сеньор Гит… простите, Дуноф? -Мариссита, прекрати ёрничать! – мамочка весьма неубедительно попыталась включить строгую родительницу, но меня это довело только до приступа тошноты, - Мы с Марселем нашли компромисс. Он согласен оставить тебя в школе при условии, что ты пройдёшь курс сеансов у психолога. -Прошу заметить, сеньорита Спирито, - о, и этот очнулся, надо же. Я думала, у него в принципе своей головы на плечах нет и он умеет только повторять каждое слово Сони Рей, как говорящий попугай, - Я даю вам последний шанс. Но если за то время, пока вы посещаете психолога, вы ещё хоть раз нарушите устав нашего колледжа – на это я глаза закрывать не буду. -Что ж, если вы правда считаете, что в этом, с позволения сказать, колледже мозгоправ необходим мне, а не Паблито, который не способен решать свои проблемки без помощи папочки, или Мии, готовой заклевать своих подружек за то, что одна учится бесплатно, а другая весит чуть больше, чем положено – я пройду эту вашу терапию, - его бредовое предложение настолько заставило меня выпасть в осадок, что сил спорить просто не оставалось, - Но не думайте, что я тоже закрываю глаза и уши на всякую дрянь, которая тут творится. -Мариссита! -Спирито! Голоса обоих смешались в моей голове в одну большую шумную какофонию. Мне действительно нет никакого дела, что сейчас ещё выкинет этот немощный старикашка с синдромом вахтёра. Я согласилась учиться здесь только для того, чтобы ещё один замшелый динозавр с итальянской фамилией не отобрал у мамы родительские права и не увёз меня к своим сапожникам и макаронникам. Прости, мамочка, твоя непутёвая дочурка в сотый раз подложила тебе свинью. Но что я могу поделать, если меня буквально выворачивает от этой гадости, с которой я и мои немногочисленные друзья вынуждены сталкиваться каждый день? -Марисса, я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь, и в чём-то даже разделяю твой гнев, - Соня решила сменить тактику и зашептала мне на ухо, пытаясь при этом гладить по голове, будто мне пять лет, - Но сделай над собой ещё одно усилие. Пожалуйста. Подумай о Лухан, Луне, Нико. Каково им будет, если ты уйдёшь из колледжа? На кого им ещё равняться? – так, а вот это уже явно запрещённый приём. -Ладно-ладно, я капитулирую, то есть, буду ходить к этому вашему доктору, как хорошая девочка. Когда там первый сеанс? -Послезавтра после уроков, - голос Дунофа в кои-то веки стал отдалённо напоминать человеческий, а не запись на пластинке робота-автоответчика. Видимо, успокоился и решил, что наконец-то сладил с «малолетней хулиганкой, бросающей тень на имя нашего славного колледжа». Что ж, очень даже зря. -Вот и славненько, - мама захлопала в ладоши. Ну и кто тут вечный ребёнок, за которым глаз да глаз? Нет, надо всё-таки поговорить с ней на выходных и рассказать буквально по пунктам, что меня бесит в этом чёртовом рассаднике пафоса и лицемерия. Должны же когда-то и у падающей звезды включиться мозги. Попрощавшись с обоими актёрами погорелого театра, я наконец получила разрешение покинуть дирекцию и с облегчением выдохнула. Наперёд зная, что с мамочкой мы помиримся, а пока нам обеим надо остыть, я решила добраться-таки до буфета и выпить хоть немного столь желанного цикория. Но, услышав голоса из учительской, я в тот же миг забыла о своём кофеиновом голоде – там творилось такое, что даже у меня, явно не пугливой девочки-ромашки, затряслись руки. Всё бы ничего, если бы один из голосов не принадлежал моему другу, с которым у нас с недавних пор всё очень сложно. Если кто-нибудь однажды расхлебает кашу в моей голове и объяснит, с какого перепугу я вообще связалась с Мануэлем Агиррэ – я лично выдам этому кому-то медаль. Потому что сама паршиво разбираюсь в людях и чувствах, а уж когда какая-то межличностная чехарда начинается в моей жизни – теряюсь, как первоклассница. Ну а теперь меня заставил потеряться этот шизик мексиканский, чтоб ему пусто было. Нормально же общались, зачем ему понадобилось целовать меня на бильярдном столе в рекреации, а потом, когда я от неожиданности убежала, бегать за мной по всему клубу вечером и просить прощения? Это при том, что у него, на минуточку, есть невеста, которая запросто раздавит меня без бульдозера одним только собственным весом. Ту вечеринку я вообще рада бы забыть, если честно. Мало мне одного Агиррэ, непонятно что себе надумавшего, так ещё и мэрский отпрыск зачем-то докопался и лапал меня, находясь в состоянии абсолютного нестояния. К счастью, мамочка учила меня не только сценической речи, но и ставить на место всяких зарвавшихся донжуанов – поэтому, получив удар коленом между ног, Паблито был просто физически вынужден меня отпустить. А я после этого страшно разозлилась на себя – не будь я в таких растрёпанных чувствах из-за моего мексиканского друга так называемого, разве позволила бы какому-то Бустаманте до меня домогаться? И вообще, почему у меня в голове полный бедлам, а замешан во всём этом всегда Мануэль? И вот его-то голос как раз заставил меня остановиться, как вкопанная, и полностью обратиться в слух. Да, для Мариссы Пиа Спирито нет ничего унизительнее, чем подслушивать под дверью, но то, что творится там, я узнать обязана как минимум потому, что второй голос принадлежал Сантьяго, а он-то, в отличие от нашего допотопного Гитлера, не вызывает учеников для банального чтения морали. -Дунофу на всё плевать! Им всем на всё плевать, у них в головах солома. Я лично вычислю этих придурков и расправлюсь с каждым, - тихо, но решительно сообщал мой сумасбродный друг – а уж я-то знаю, как он похож на меня: если что-то решит, то из его упрямой головы фиг вышибешь, даже если последствия его решений опасны для жизни. А вот сейчас, кажется, именно такой случай. Мануэль темнит, но явно ввязался во что-то серьёзное. Только вот во что? -Они не придурки, не обольщайся, - мрачную обречённость в голосе Мансильи слышно было даже мне сквозь дверь, - Они чуть не сбили тебя на машине, пытаясь заставить уйти из колледжа, - я не верила своим ушам. Что?! На этого идиота совершён наезд и он даже никуда не обратился? Бред какой-то… -И что вы прикажете – сидеть и ждать, пока эта ваша мафия так называемая переубивает всех стипендиатов, как цыплят? Мафия? Так, выходит, разговоры о ряженых бандитах в капюшонах – вовсе не просто разговоры? И Мануэль, похоже, перешёл им дорогу... Ему срочно нужна помощь. Только вот какая? Ясно одно – мимо проблем друзей Марисса Пиа Спирито не проходила ещё никогда. Значит, сейчас точно надо что-то придумать, раз уж этому старому тирану на всё наплевать.