Ледяная колыбель

В этот тёплый солнечный день в Мондштате было весьма спокойно. –А ну стоять! –гневно рявкнула Розария пускаясь в бег за Кли и этим глупым бардом Венти. –Я напишу балладу о преследовании, — хохотал он на ходу доставая лиру и принимаясь хаотично перебирать струны, –Послушайте рассказ о погоне за ветром, — нараспев кричал парнишка. –Верните мою вещь и не пострадаете, — призывала к голосу разума монахиня уклоняясь от небольших бомб, что со смехом кидала девочка. В руках она держала её метательный нож, который подарил ей Кэйа. –Сестра Розария, у вас таких много, отдайте нам один, — весело смеялся бард, ровно до того момента пока не впечатался во что-то твёрдое. Обернувшись он увидел капитана кавалерии и Магистра Джинн, которая как раз поймала его шаловливую сообщницу. –Что тут происходит? — хмурясь спросила Рыцарь Одуванчик, поочерёдно переводя взгляд на каждого. –Сестра Розария, что такого должно случиться, чтобы заставить вас бегать за ними? — улыбнулся Кэйа обращаясь к слегка запыхавшейся девушке. –Да это просто небольшое дурачество, — звонко рассмеялся Венти. –Да! Кли и Венти просто хотели поиграть с Розарией в догонялки, –радостно сказала девочка нетерпеливо подпрыгивая. –Сестра Розария наверняка не хотела играть под тем предлогом что вы устроили, — строго сказала Джинн опускаясь на одно колено перед малышкой, –Что это у тебя в руках? Девочка также опустила взгляд на оружие. –Это моё, — сказала подходя к девушке и с благодарностью пытаясь взять вещь, но неугомонный бард потоком воздуха перекинул нож к себе в руки, и заливаясь смехом, в два лёгких прыжка отскочил от компании на несколько метров. Кажется это стало последней каплей в чашу терпения монашки. –Ах ты выбля.., — начала она но тут же её рот был накрыт смуглой большой ладонью в кожаных перчатках. –Сестра Розария, тут дети, — посмеиваясь говорил капитан, стараясь прекратить воинственные попытки вырваться и нашпинять Венти. Джинн расслабленно убрала руки от ушек Кли, когда убедилась в том, что Венец Милости наконец обмякла в руках молодого человека. –Кажется вы очень дорожите этой вещью, — улыбнулась Магистр взглядом заставляя барда сдаться и вернуть нож его владельцу. –Да, –коротко ответила Розария стараясь не обращать внимания на лукавый взгляд Зимнего Клинка. –Попросите прощения, — с нажимом приказала Джинн, и оба проказника виновато извинились. –Вы идите, мне надо кое-что обсудить с сестрой Розарией касательно воскресной службы, — улыбнулся Кэйа, пока Джинн отчитывая уводила девочку. Та в ответ прощаясь махнула рукой. –Не обижайся сильно, — ярко улыбаясь сказал Венти, –В качестве извинений сегодня выпивка с меня. Он развернулся шагая куда-то вдаль и перебирая какую-то мелодию на лире, в то время как девушка прожигала в его спине дыру от раздражения. –Я рад и удивлён тем, насколько ты дорожишь моим подарком, — приглушенно промурлыкал капитан ей в самое ухо. Для этого ему пришлось слегка наклониться продолжая держать руки в карманах. От этого бархатного тона и чрезвычайной близости по спине побежали приятные мурашки. Она повернула голову к нему замечая, что он он внимательно оглядывается вокруг, разведывая смотрит ли кто-нибудь на тайных возлюбленных. –Так значит вечером в бар? — проигнорировала его вопрос монашка, скрещивая руки на груди и решив отомстить тем же способом так как его ухо было в такой доступности, поэтому фразу она произнесла мягким шёпотом щекотя дыханием. –Ха-ха, — рассмеялся парень отстраняясь и прикладывая руку к атакованному месту, — Нет, снежинка, прости. Магистр попросила сделать кое-какую бумажную волокиту. И к несчастью там её целая куча. –Понятно, — ответила девушка по привычке в задумчивости начиная раскручивать на пальце нож. Время близилось к одиннадцати ночи. Свежий ветер теплого весеннего вечера залетал в открытое настеж окно в кабинете «мозга» Орода Фавониус, что впрочем не особо помогало гудящей голове. Наверное стоило оставить хотя бы четверть документов на кого-нибудь другого, даже это существенно разгрузило бы капитана. Но он решил, что и сам со всем разберётся. Что ж, теперь приходилось расплачиваться за свою проклятую самоуверенность. Закончив изучать очередную бумажку, он откинулся на спинку кресла тоскливо оглядывая оставшуюся гору. А ведь сейчас он мог бы счастливо выпивать в баре с Розарией. Кстати о ней: его очень печалило, что в последнее время они проводили очень мало времени вместе, поэтому сегодня он едва сдерживался чтобы не наброситься на неё с объятиями, прямо посреди улицы, под взором всего скопления людей. Из-за их тайных отношений они не могли проявлять эмоции когда им угодно, сдерживаясь и скрываясь. Обычно они виделись в баре, но и там было нельзя раскованно делать то, что душе угодно, поэтому единственным оставалось встречаться ночью в укромных от всех глаз местах. Хотя возможность быть пойманными придавала определённой пикантности ситуации. Парень мечтательно ухмыльнулся. Ещё одним минусом была его невероятная тяга оставлять на бледной тонкой коже следы укусов и поцелуев, чтобы показать всем заглядывающимся на неё мужчинам её занятость. О да, как же его выводили из себя эти масляные взгляды направленные на её прекрасное лицо и тело. Он не сомневался в Розарии и точно знал, что она уважала себя и его, поэтому не стала бы размениваться на таких индивидов, но как же хотелось скрыть её от всех, и наблюдать за этим восхитительным существом в одиночку. Из напряжённых мыслей его выдернул едва уловимый знакомый запах, а следом мягкое прикосновение к плечам. Он открыл глаза встречаясь лицом к лицу с нависшей над ним Розарией. –Снежинка? Как ты..,–начал было он, как его прервали. –Тише, — шикнула на него девушка нежно убирая с его лица чёлку и мягко целуя в лоб. Передние малиновый пряди, те, что длиннее остальных, слегка щекотали шею. Тонкие руки плавно перетекали с плеч все выше, проходясь по шее, челюсти, скулам, вискам, и скользнув вниз по длинным волосам, утягивая за собой ленту, позволяя им рассыпаться по спинке стула, вновь вернулись к голове начиная мягко её массировать. Её грация, её близость, её забота, её опасность... Это все сводило с ума, и вполне себе оправдано. По свободной от закатанных рукавов рубашки коже побежали стайки мурашек. Среди освобождающих место в голове мыслей, пронеслось наблюдение о том, что никогда не снимающая кольца-когти Розария —не носила их рядом с ним. Вероятно, эти кольца были, так сказать, запасным оружием, на тот случай если все остальное уже не может быть использовано. Свидетельствовало ли это о доверии? Определённо. Поднимало ли это самодовольство выше небес? Безусловно. Кэйа тоже доверял ей, ибо сейчас подобное положение делало его дико уязвимым, и все же он позволял тонким пальцам свободно гулять по своей голове средь темно-бирюзовых волос. Сквозь волны блаженства, он услышал тихо напеваемую незатейливую мелодию, ставшую весьма популярной в Мондштате за последнюю неделю. Есть хоть что-то в чем не хороша его избранница? На удивление подобное действие приносило покой и Розарии. Ей нравилось ощущать мягкие волосы капитана настолько, что на губах невольно появилась улыбка, а в голове всплыла недавно услышанная ею песня о снежном принце. Сама того не заметив, девушка принялась напевать её себе под нос. Её учили, что комфорт это удел "молодых" живущих под солнцем, что она должна всегда быть готова убивать, что ей нельзя расслабляться. Но с ним будто все её острые шипы втягивались, обнажая нежное сердце. И за это чувство она была готова возложить к его ногам все свое оружие. Она ощущала его заботу и тепло, хоть по началу ей не нравилось становиться уязвимой в его тёплых объятиях так неожиданно окружавших её после тяжёлого дня. Розария доверилась ему и не сомневалась, что сделала правильный выбор. –Я скучала, — прошептала она обвивая его руками со спины, так, что её нос оказался в районе его шеи, щекотя кожу дыханием. Новая волна мурашек тут же сменилась следующей, когда девичьи губы принялись прокладывать дорожку до самого глаза прикрытого повязкой. –Я тоже, милая, — выдохнул Кэйа, ловя её руку и ласково целуя длинные пальцы, затем прикладывая к своей щеке. Она улыбнулась, потому, что такое трепетно и любовное обращение было в новинку для неё, –Ты бы знала как. Может уже расскажем всем? Он вновь притянул её к себе на колени, кладя голову на плечо и закрывая глаза, крепко обняв сильными руками. Длинные волосы рассыпались по его и ее предплечьям. –Думаешь стоит? — спросила она, пока он глубоко вдыхал тёплый в отличии от её образа на людях родной аромат, –Слухов будет не избежать. Конечно, я бы предпочла оставаться в тени, но больше меня беспокоит твоя репутация. –Плевать, –ответил Кэйа, оставляя преисполненный нежностью поцелуй на её виске. Ему нравилось, что она за него беспокоится. Никто не заставлял чувствовать себя таким значимым как она. –Хорошо, если ты этого хочешь и не боишься последствий, то я не против. На самом деле Розария была только за. Ей не нравилось видеть как Кэйе дарят подарки другие девушки, чему она стала свидетельницей пару дней назад отдыхая на одной из стен рядом со штабом Ордо Фавониус. До отношений с ним ревность была неизвестным ей чувством, ведь это была эмоция живущих под солнцем пылких людей, так что ей хладнокровной обитательнице подлунного мира, казалось, неведомо такое чувство. И она не могла сказать молодому человеку о том, что изредка наблюдала за ним с высоких стен, в очередной раз пропуская церковрую службу. Монашка не знала реакции, потому не хотела рисковать. –Давай я помогу тебе с работой, –предложила она беря в руки несколько бумажек когда они вдоволь намиловались. Капитан не хотел утруждать девушку, но понимал, что такой хороший разведчик как она может существенно помочь, обладая знаниями, которые были неведомы даже ему. Розария работала ночью, профессионально собирая информацию и защищая Мондштат, чем слегка напоминала напыщенного серьёзностью Дилюка. –Буду благодарен, — ответил он, для удобства пододвигая стул с ними поближе к столу. –Подожди, — неожиданно сказала вставая она, и проходя за спину, –Волосы будут мешать. За считанные секунды из темных прядей была сплетена простая коса. –Ты и это умеешь? — удивлённо улыбнулся парень вновь уступая место на своих коленях. –Иногда я заплетаю младших, — пробормотала монахиня, имея ввиду девочек из собора. –Спасибо, — нежно чмокнув её плечо, он вновь взялся за бумаги. С Розарией работа пошла куда быстрее, и спустя полтора часа все было разобрано. –Не хочешь пойти сегодня ко мне? Ничего не случиться если сегодня ты не поработаешь, — сказал он туша в кабинете свет и надевая накидку с меховым воротником девушке на плечи, –Ты и так сегодня многое сделала. Заодно отметим наше решение открыться, — довольная улыбка не покидал его с самого её прихода. –С тобой я стала слишком мягка к себе, — вздохнула она тем самым давая согласие. –Чему я очень рад, — ответил Кэйа поцеловав малиновую макушку. Розария впервые находилась в доме у Кэйи. До этого как-то не представлялось возможности, и поэтому сейчас она чувствовала странное волнение. Внутри все было обставлено просто но со вкусом, без излишних деталей, что удивило девушку. Глядя на его одежду, ей думалось что и дом будет под стать — помпезный и экстравагантный. По большей части все было выполнено тёмным деревом и камнем. Из мебели в зале находились диван, пара кресел, небольшой столик и камин. С помещением так же была соединена небольшая кухня с барной стойкой на которой стояла пустая ваза, и двумя высокими стульями. На стенах висело несколько незамысловатых картин. Чуть подальше была деревянная лестница ведущая на второй этаж, где вероятно находилась спальня хозяина. –Добро пожаловать, — усмехнулся молодой человек зажигая огонь в камине.