Серебряный Принц, или Одиночество - это поправимо

Глава 5

      — Господин, этот старик к Вам пристаёт?! — гневно возмутился Радзул, когда наконец заметил, с кем я говорю. Я собрался было выступить в защиту своего собеседника, только омега справился сам.       — Пристаю? Уймись, сынок, тебе не кажется, что для этого я слишком старый, тем более даже в молодости меня не интересовали омеги. А вообще-то я здесь внука ищу, он вечером пошёл прогуляться и не вернулся, мне сказали, где-то в этом районе видели его, но ни его, ни других знакомых я не нашёл, и вот, присел отдохнуть. Понимаешь, старение — не веселье, силы уже не те, мне всё чаще требуется отдых.       — Как выглядит Ваш внук? — Радзул не был бы начальником охраны, если бы не начал задавать наводящие вопросы и всю подноготную выяснять. — Может, по дороге мы парнишку встретим и передадим, что Вы ищите и ждёте его.       — Моего мальчика очень легко узнать по небольшому родимому пятну в виде головы волка на левом виске — будто из волос выглядывает.       — Дополнительно, есть какие-то приметы?       — Так какие… Волосы не очень тёмные, зелёные глаза, среднего роста, двадцать лет.       — Шрамы имеются?       — Нет вроде.       — Как зовут Вас и Вашего внука?       — Его — Ильнар, а меня Ильгизом кличут — странник, значит, путешественник. А настоящего имени, уже никто и не помнит, даже я сам. Затерялось оно где-то, среди восьми десятилетий.       — Где вы живёте?       — Да нигде, — смущённо пожал плечами омега, — Бездомные мы. Из города в город кочуем. Вот, пока за внуком ходил, упустил ночлежку. Коль скоро отсюда выгонят, придётся сегодня на улице ночевать, хорошо хоть поесть там успел и с собой прихватить кусок хлеба.       — Радзул, если ты закончил допрос, пожалуйста, заплати ему, — шёпотом попросил я, понимая, что дальнейшего разговора уже не будет. Начальник охраны зашуршал портмоне.       — Э нет, у тебя я ничего не возьму, — живо запротестовал старик, — Убери свои бумажки. Я приму плату в том случае, если она идёт от чистого сердца, и заплатить мне должен — вовсе не ты.       — Но… у меня с собой ничего нет. — Я совершенно растерялся. Помимо того, что во дворце всё доставалось бесплатно, при необходимости за меня всегда рассчитывался Радзул, наверное, для этих целей муж специально передал ему банковскую кредитку. Я как-то попытался поднять закономерный вопрос, так Зуфат, отсмеявшись, сказал, что омега должен деньги тратить, а не ломать голову, где их взять. Обеспечивать своего супруга — входит в обязанность альфы. Что поделать, такое у него воспитание. И чем же теперь отблагодарить привередливого старика, если купюры он брать не хочет, а подаренные мужем драгоценности лежат по шкатулкам в моих покоях? На мне лишь тоненькое обручальное колечко с камушком, которое надел на мой палец Зуфат, когда делал предложение. Ой, в ушах же подаренные Митром серёжки! Вот только отдавать их… Я медленно потянулся к правой мочке, намереваясь отстегнуть цангу.       — Это тоже не подойдёт. — Снова задребезжал старческий голос, и омега перехватил мою руку. — Я же сказал — дай то, что не жалко, не нужно эти серьги от сердца отрывать, ты же не хочешь с ними расставаться.       Прямо как мысли читает. Что ж делать-то! Радзул попытался привести свои доводы, однако, вредничавший старик ему не позволил.       — Не лезь, пусть думает сам!       Ну конечно! Я облегчённо улыбнулся, перехватил поудобнее спящего Айра, и отстегнул с рукавов рубашки изящные золотые запонки с маленьким изумрудным глазком. Придворный ювелир заверял, что такие камни ценятся выше бриллиантов. Щедрый муж всегда делал мне самые дорогие подарки, хотя я и возражал.       — Пожалуйста, возьмите.       — Вот видишь, можешь, когда хочешь, — шустро подставил ладонь довольный старик. — А ты, — без перехода обратился он к Радзулу, — Тоже сыграешь не последнюю роль в его судьбе, береги этого серебряного малыша, он спасёт многих, если не целую страну. И еще, ему очень поможет тот, от кого он совсем не ожидает помощи.       Но стоило запонкам коснуться сморщенной кожи, как омега сдавленно вскрикнул, горестно застонал и едва не выронил злосчастные застёжки. Я растерянно замер, не понимая, что произошло.       — Вот значит, как распорядилась судьба... — жалостливо всхлипнул омега, и тут же схватил меня за локоть, — Торопись! Времени у тебя совсем не осталось!       Я почувствовал, как он положил на голову Айра дрожащую ладонь.       — Не волнуйся, иди и занимайся своими делами, он спокойно проспит до утра, а может, и до полудня. — Рука старика переместилась на мою щёку. — Прощай, и помни, что я сказал.       — Спасибо, дедушка.       Мне уже никто не ответил.       — Господин, почти полночь, Айра нужно уложить в постель.       — Да-да, конечно, идём. Сейчас тебе удалось что-то выяснить? — Припомнил я недавний телефонный звонок.       — Нет, — коротко бросил Радзул. Возможно, он избегает посторонних ушей? Неужели никому не доверяет?       — Отвези меня к отцу, — непререкаемым тоном велел я, усаживаясь в машину. Раз старик настаивал, что времени в обрез, лучше последовать дельному совету.       — Вы уверены? Уже ночь.       — Да. И поторопись, я чувствую, что до полуночи должен поговорить с папой.       — Тогда я сам поведу. — Радзул отпустил машину сопровождения, подождал, пока переберётся на соседнее место охранник, и сел за руль.       — Держитесь! — Он резко утопил педаль газа в пол, а я — едва успел посильнее прижать к себе малыша и упереться ногами в переднюю сидушку. Мотор взревел, машина сорвалась с места, разбрызгивая на мокром асфальте грязные лужи, и остановилась возле папиного особняка буквально через каких-то пятнадцать минут. Днём он, естественно, на бешеной скорости ездить не рискнул бы, но в это время суток дороги пустые, а на всех светофорах горит зелёный свет.       — В окнах темно, — заблаговременно решил предупредить второй охранник. Харун, если не ошибаюсь. Судя по голосу, именно тот, кто в аэропорту попытался надо мной посмеяться.       — Значит, попробуем позвонить. Радзул возьми, пожалуйста, Айра. — Я передал ему ребёнка, полез за мобильным и дёрнулся, как от ожога — пальцы наткнулись на визитку. Что с ней делать? Выбросить — не поднималась рука. А, ладно, пусть лежит, она мне не мешает, буду класть вещи в другой карман. Секундной заминки, с моей стороны, никто не заметил, и я на ощупь набрал папин телефон.       — Линк, ты? — После второго гудка Джед поднял трубку.       — Прости, что разбудил. Я возле дома, можешь выйти?       — Да я еще не сплю, лучше сам зайди, я только из ванной.       — Хорошо, скоро буду. — Ключи от дома родителей я всегда носил с собой, и вот, пригодились. Они хранились у меня с той поры, как начал присматривать за младшим братиком, пока отец с папой были на работе.       — Господин, накиньте мой пиджак, он лежит на заднем сидении рядом с Вами. — Радзул нажал на ручку и, покрепче прижав к себе Айра, выбрался из машины.       — Что ты, в самом деле, сколько же тут пройти, и дождь почти прекратился.       — В любом случае на улице холодно, стоит промокнуть — мигом продует.       Вот упрямый. Когда дело касалось моего здоровья и безопасности, вступать в спор было бесполезно.       Открыв калитку, я пропустил начальника охраны вперёд, и мы направились по подъездной дорожке к дому.       — Давай ты всё же скажешь, где Зуфат. — Я воспользовался тем, что второй охранник остался сидеть в машине, и поднял наболевшую тему. Остановился на полпути, игнорируя падающие на лицо студеные мелкие капли. Радзул сделал вид, что не слышит. Нет, он не ушёл, просто стоял и ждал, когда мне надоест изображать памятник.       — Линк, ну где ты застрял, холодно же! — От дверей донёсся недовольный голос папы. Ладно, я подожду, рано или поздно — всё равно узнаю. Дольше оставаться на улице не имело смысла, и мы зашли в прихожую.       Увидев нас, Джед всплеснул руками:       — Божечки, что ж вы ребёнка по ночам таскаете, ведь застудите!       — Он в тёплом комбинезоне. — Я стянул с головки сына капюшон, чтобы малыш не запарился. — Пап, Радзул посидит с ним в моей комнате, а нам нужно поговорить, у меня к тебе срочное дело.       — Конечно-конечно, проходите. — Он засуетился, открывая перед Радзулом дверь. Когда купили этот дом, в моё распоряжение отдали гостевую комнату на первом этаже, чтобы не приходилось каждый раз преодолевать лестницу. Не часто, но я всё же оставался у родителей ночевать. Кстати, на днях зашёл их проведать, а вчера поздно вечером Зуфат прямо отсюда увёз нас с Айром на материк.       — Вот здесь — выход в ванную. Давайте я его уложу? — хорошо различимым шёпотом предложил Джед, протягивая к внуку руки.       — Пап, он справится сам. Пожалуйста, ты мне очень нужен.       — Тогда на кухню? Попьём чайку. Радзул, Вы потом к нам присоединитесь?       — Он придёт, придёт, — горячо заверил я папу, и слегка улыбнулся. Наверное, кухня — это такое особое место, где всегда решаются самые важные дела, если не судьбы мира.       — Рассказывай, что у вас произошло, коли пришлось бежать сюда посреди ночи.       Радзул тихонько толкнул меня в бок, прежде чем зайти в комнату. Да я и сам понимал, что для всех — правитель задержался по делам на неопределённое время, а я не захотел его ждать и вернулся с ребёнком в столицу.       Папа закончил суетиться, лишь когда выключил закипевший электрочайник, разлил по чашкам ароматный напиток и насыпал в вазочку какое-то печенье.       — Ну, я тебя слушаю. — Наконец, он присел рядом на мягкий диванчик.       — Пап, скажи, мне реально вернуть зрение?       От неожиданности Джед сильно поперхнулся.       — И этот вопрос не мог подождать до утра?       — Нет, мне нужно срочно.       Он повторно закашлялся, и отставил чашку с кипятком от греха подальше.       — Насколько срочно?       — Прямо сейчас.       — Ты соображаешь, о чём говоришь? — Джед раздражённо прочистил горло. — Или, прости, у тебя не всё в порядке с головой?       Нет, таким макаром я ничего не добьюсь, придётся рассказать о разговоре с провидцем.       — Пап, в аэропорту я случайно встретил одного старого омегу, он много чего мне наговорил, но самое главное… — Я понимал, что невольно дискредитирую собственного папу, он столько с моими глазами возился. — В общем, есть быстрый способ сделать так, чтобы я снова мог видеть.