A Roll of Blood / Свиток крови

— Добро пожаловать, уважаемые культиваторы, на Собрание Союза Бессмертных. — Провозгласил старый хозяин дворца. — Мы все будем с воодушевлением наблюдать за выступлением юных талантов. Странно, когда, казалось бы, незнакомое место ощущается знакомым. Миссии, как одиночные, так и групповые, а также суровые тренировки подняли и отточили духовные и физические характеристики Шэнь Цинцю. Я чувствую себя… сильнее. Он взглянул на гордого хозяина дворца. Но этого недостаточно. Этого никогда не было и не будет достаточно. Горько подумал преемник Цин Цзина. Избегание Юэ Цинъюаня помогает Шэнь Цинцю сдержать свой темперамент и ци от отклонения, даже если первый постоянно пытается найти второго. Кружащиеся между ними крупицы правды о Сюань Су еще больше отдаляют их друг от друга. Шэнь Цинцю… Я даже не знаю, что мне делать. Избегание — единственный вариант, который нашли его остатки здравомыслия. Здравомыслия почти не осталось. — …и начали! Портал открывается, культиваторы стараются как можно быстрее остальных пройти через него, чтобы получить преимущество. Монстры там должны быть сравнительно слабее, чем в моих миссиях. Однако с выносливостью и поиском монстров могут быть проблемы. Шэнь Цинцю приземляется на землю не используя меч. Нет смысла тратить энергию. Монстры более активны в ночное время, а он планирует сражаться в одиночку. На трибуне для зрителей Цзян Аньлу, к всеобщему удивлению, делает ставку в тысячу духовных камней на то, что он займет первое место. Несколько человек сразу же присоединяются к ней. Тактик редко ошибается, если вообще ошибается. Шэнь Цинцю проверил свое окружение и понял, что находится на берегу. Водная гладь простирается на тысячу метров, прежде чем встретится с другим берегом. Его правая рука сжимает рукоять Сю Я, готовая к встрече с монстрами. В озере почти наверняка есть чудовища. Сомневаюсь, что они отдадут бесплатный источник воды. Хотя… будет лучше, если я найду другую реку, из которой можно будет напиться. Он смотрит на озеро раздумывая над этим. — Сяо Цзю! — Позвал его Юэ Цинъюань сзади. Шэнь Цинцю сразу же напрягся. Возможно, во время этого собрания я должен остерегаться не только монстров. Он поворачивается лицом к собеседнику. Стараясь говорить как можно вежливее, Шэнь Цинцю ответил: — Этот справится самостоятельно, Юэ-шисюн. Он не нуждается в создании союза, больше предпочитая охотиться в одиночку. Юэ Цинъюань нахмурился. — Но будет безопаснее, если мы… — Этот, — подчеркивает Шэнь Цинцю, — будет в порядке. — Его глаза слегка сужаются, после он замечает скользящую на земле фигуру, скрывающуюся в кустах. — Давай разделимся. Если Юэ-шисюну нравится это место, то кто такой этот Шиди, чтобы спорить с ним. — Я… Ся… Цинцю-шиди… — Юэ Цинъюань запнулся, забыв о том, что хотел сказать. Фигура выпрыгивает из кустов и мчится к старшему. Сю Я обходит Юэ Цинъюаня и вонзается в рот змееподобного монстра, мгновенно убивая его. Шэнь Цинцю делает быстрое движение запястьем, и Сю Я возвращается в ножны. — Этот посоветует Юэ Цинъюаню следить за своим окружением, — сухо советует Шэнь Цинцю. Он поворачивается и начинает уходить, но Юэ Цинъюань быстро преграждает ему дорогу. Преемник Цин Цзина бросает быстрый взгляд назад, чтобы посмотреть, была ли веская причина, по которой Юэ Цинъюань преградил ему путь. Конечно, он сделал это ради того, чтобы помешать мне уйти, а не из-за того, что на меня напал монстр. Раздраженный, он поворачивается и идет в другую сторону. — Если Юэ-шисюн нацелился на этот путь, он может пойти. Кто такой этот Шиди, чтобы мешать Шисюну ходить туда, куда хочет? — Цинцю-шиди, этот действительно считает, что было бы безопаснее, если бы мы, как боевые братья, продолжили участие в этом Собрании Союза бессмертных как одна команда. — У Шисюна есть еще десять братьев и сестер, готовых сражаться. — Говорит Шэнь Цинцю, прежде чем пересчитать и вспомнить, что Лю Цингэ, скорее всего, не захочет, чтобы кто-то ему помогал. Хотя остальные были бы рады возможности приблизиться к будущему Главе Секты.  — Этот Шиди извиняется, их девять. Этого более чем достаточно для выбора. Этот Шиди… ценит заботу Шисюна. Благодарю. — Не то слово, которое хотел бы использовать Шэнь Цинцю, но он знал, что должен казаться вежливым перед экранами.  — Этот Шиди далеко не слаб. Шисюн должен защищать других, если это то, что ты хочешь сделать. — Шэнь Цинцю поспешно уходит, вливая в ноги ци, чтобы идти быстрее. На этот раз Юэ Цинъюань не следует за ним. Он натыкается на поляну и сканирует деревья на наличие явных угроз. Его плечи едва расслабляются, прежде чем он слышит шарканье слева от себя. Сю Я появляется в его руке, когда в пределах досягаемости появляются кусающие плоть муравьи. Он настороженно смотрит на них. Они выглядят слишком молодыми, чтобы представлять большую угрозу. Я уже убивал старых. К счастью, их кровь может привлекать монстров. Я могу разбить лагерь здесь. Он бросается вперед и довольно легко убивает муравьев, кусающих плоть, несколькими стратегическими ударами. Струйка ци смывает кровь с лезвия, и она капает на землю.  Шэнь Цинцю напрягается, заметив, стаю шестихвостых сов, порхающую в небе с визгом. Они пикируют к нему, и преемник Цин Цзина уклоняется от первых нескольких атак, прежде чем использовать атаки ци против них. Он выпускает свой меч и направляет его в полет, образуя щит, чтобы блокировать удары. Через несколько минут бой оканчивается, и к его счету добавляются очки. Шестихвостые совы не могли добавить слишком много очков. Они довольно слабые. Однако солнце уже начинает садиться, и всегда найдутся культиваторы, которые умрут из-за недостатка питания.  Достаточно скоро прилетает еще одна стая, и Шэнь Цинцю убивает их так же, как и раньше, пытаясь сохранить как можно больше ци. Слабые хищники продолжают беспокоить. Даже так это не лишает его ци слишком надолго. Но эта ночь может быть трудной. Нужно как можно больше убить в первые несколько дней, чтобы получить преимущество в лидерстве в случае, если будет много очков у других. Сомневаюсь, что мне посчастливится снова встретить кусающих плоть муравьев. Я полагаю, что мое ядро достаточно крепко, чтобы использовать инедию несколько ночей, да и сон мне нужен не так сильно, как другим. Я должен воспользоваться этим преимуществом. Он посмотрел на высыхающую кровь. Я сомневаюсь, что нападки продлятся до завтрашнего полудня. Шэнь Цинцю присел, закрыв глаза, позволяя своей ци чувствовать хищников. Его физическое тело все еще нуждается в отдыхе. По крайней мере, я смогу сохранить немного энергии. Он едва отдохнул десять минут, прежде чем стая кислотных муравьев чуть не расплавила его одежду. Кислота соскальзывает с созданного им духовного щита. Сю Я выходит из ножен, и Шэнь Цинцю направляет его на муравьев, прежде чем те успевают выстрелить. Если этот щит может блокировать кислоту, то я мог бы с тем же успехом использовать Сю Я, чтобы прикончить их, не двигаясь. Всего через несколько минут кислотные муравьи были порезаны на мелкие кусочки, Сю Я возвращается в свои ножны.  Это продолжается с непредсказуемыми интервалами до конца ночи. Таким образом, чуть было не обезглавил Лю Цингэ, который слишком незаметно приблизился. Это не было его виной, но от этого ситуация не менялась. — Лю-шиди мог бы попытаться не подкрадываться без веской причины к культиватору в состоянии повышенной боевой готовности. Ему повезло, что у него есть хороший инстинкт, который спас его, — сказал Шэнь Цинцю вместо извинений. Лю Цингэ нахмурился. — Я просто проходил мимо. Я не подкрадывался к тебе. — Это обширная… — Ты хочешь создать команду? Шэнь Цинцю перестал говорить, когда его прервали. Очевидно, я был неправ ранее. Но почему Лю Цингэ из всех людей хочет объединиться именно со мной? Он осторожно подбирает слова, надеясь убить двух зайцев одним выстрелом. — Нет, этот не желает формировать команды и предпочитает охотиться в одиночку во время Собрания Союза Бессмертных. Но этот знает, что Юэ-шисюн хотел бы напарника. Безусловно, Бога Войны Бай Чжаня было бы достаточно. — Он в своем уме? Я чуть не убил его, а он хочет создать команду?!  — Я буду уважать твои желания, — отвечает Лю Цингэ после нескольких секунд, словно тот размышлял, что ему сказать. Он уходит, быстро шагая. С каких это пор Лю Цингэ стал таким вежливым? Является ли это результатом того, что я не ищу с ним каждодневных драк? Шэнь Цинцю прищуривается. Невозможно. Я чуть не убил его. Раньше он был груб во время миссий с ним. Это не похоже на него… Он отравлен? Одержим?.. Скорее всего, нет. Яд низко-уровневых демонов не может воздействовать на сильных культиваторов, поэтому ни один из преемников не должен быть затронут ядом. Сомневаюсь, что здесь есть одержимые духи… И запас ци у него явно в порядке. Может быть, Кэ Аньин приказал ему? Но это не имеет смысла, учитывая, как он действовал еще в прошлой временной линии. В раздумьях его чуть не сбивает следующая атака очередной Шестихвостой совы. Нужно сосредоточиться. Он наносит удар Сю Я, и с убитой совы падают перья.  Действие крови муравьев заканчивается с восходом солнца. Устав от постоянной бдительности, Шэнь Цинцю рисует символы на деревьях и использует ци, чтобы активировать небольшой барьер. Он скрещивает ноги, садится и погружается в медитативное состояние.  — Цинцю-шиди! Очетливый голос зовет его несколько часов спустя. Шэнь Цинцю решительно отказывается обращать на него внимание и двигаться.  — Вот ты где. Ты не ранен, не так ли? Я нашел целебные травы, которые мы можем разделить. Или я могу отдать их тебе. Я собрал слишком много, и они тонут в моей мантии. — Никто не хочет слышать о твоих обвисших одеждах, Юэ Ци. Шэнь Цинцю открывает глаза и прищуривается, когда яркое солнце ненадолго ухудшило его зрение. — Этот не ранен, просто устал, — сухо сообщает он другому. — И был бы признателен, если бы его оставили в покое во время Собрания Союза бессмертных. Юэ Цинъюань выпрямляется. — Этот просто проходил мимо, беспокоясь о здоровье Шиди. Этот рад, что с Шиди все в порядке. — Теперь Шисюн проверил здоровье этого Шиди, и у него наверняка есть другие дела… возможно, он мог бы попытаться победить или занять место в таблице лидеров, чтобы защитить честь Секты Цан Цюн. Ах, но безопасность Шиди важнее этого, не так ли? Шэнь Цинцю открывает глаза и встает. — Если бы Юэ-шисюн действительно пытался защитить своих боевых братьев и сестер, он бы искал Шан-шиди. — Предатель. — А этот может защитить себя, как ранее говорил много раз в течение одного дня. — Шан-шиди выразил свое… — Юэ Цинъюань замолкает, не в силах смягчить отсутствие боевых способностей Шан Цинхуа. Серьезно, как Шан Цинхуа стал Пиковым Лордом? — Очень хорошо, Цинцю-шиди. Вместо этого он предложит Шан-шиди свою защиту.   Шэнь Цинцю открывает рот, чтобы отослать Юэ Цинъюаня, но тут же делает паузу, вспоминая слова своей Шицзунь: — Я бы предложила установить хорошие отношения с будущим Ло Бинхэ и собрать союзников, когда это будет возможно. Он закрывает рот и берет два крепких на вид листа с соседнего дерева. Он делает порез себе на левое запястье, используя Сю Я, и чертит два талисмана: один зовет на помощь, другой этот зов улавливает. Он передает первый талисман Юэ Цинъюаню. — Возьми, — требует он.  — Запястье Цинцю-шиди… — Разве Шисюн не верит, что этот способен исцелить простую рану от собственного меча? В случае, если Шисюн не знает о простой работе талисманов, то используя предупреждающий талисман он предупредит этого о местонахождении Шисюна, пока талисман связи не будет уничтожен. Если кто-то другой возьмет их в руки или материал выцветет, ​​то оба талисмана естественным образом рассеются.  — Цинцю-шиди умен, — улыбается Юэ Цинъюань, — этот благодарит Шиди за талисман. — Этот считает, что было бы вежливее взять талисман, чем благодарить его за него, — ровно ответил Шэнь Цинцю.  Юэ Цинъюань колеблется, но берет предупреждающий талисман из рук Шэнь Цинцю: — Разве с Шиди не стоит лучше поменяться?  — Не нужно. Этот может сам себя защитить. Теперь Шисюн сейчас уйдет…? Поколебавшись в последний момент, преуспеващий ученик Цюн Дина покидает окрестность. Шэнь Цинцю выжидает еще несколько секунд, прежде чем взглянуть на позицию солнца. Он направляется к озеру и набирает воду. Очистив воду в руках с помощью ци, он пьет. Шэнь Цинцю повторяет это действие несколько раз, прежде чем вымыть лицо и руки. Порез зажил, даже следов не осталось. Не желая, чтобы его легко заметили, Шэнь Цинцю возвращается в лесные массивы, прогуливаясь по ним, держа меч, чтобы прикончить любых монстров.  Когда жалющий паук бросается на него, Шэнь Цинцю уклоняется. Кто-то явно имел дело с этим пауком и потерпел неудачу. Две его лапы отрублены. Это не классифицируется как легкая добыча, по крайней мере, когда пауков много. Но сейчас это только раздражает. Он уклоняется от ударов, и Сю Я разрезает две лапы паука, прежде чем пронзить его живот. Тот пытается подтянуться, но становится вялым и мертвым. Шэнь Цинцю вытаскивает Сю Я и продолжает идти. Проходит всего несколько секунд, прежде чем сердитый голос окликает его. Он останавливается и поворачивается, прежде чем поприветствовать: — Ци-шимэй.  — Я охотилась на этого жалющего паука, — полу рычит Ци Цинци. — я отрезала ему две лапы. Оставь мою добычу в покое. — И позволить пауку убить этого? — Отвечает Шэнь Цинцю. Он делает вид, что думает. — Этот предпочел бы жить. — На данный момент. — Этот не знал, что Ци-шимэй присвоила этот сектор леса. — Не принимай меня за дуру. То, что ты польстил нашему будущему Главе Секты, не означает, что ты волен делать все, что захочешь. И я слышала почти от всех твоих боевых братьев и сестер, что ты берешь девушек и спишь с ними. — Лицо Ци Цинци становится красным. — Это просто неприемлемое поведение. Тебе не следует быть в Секте. Я не знаю, как Цзян-шигу тебя терпит.  — Возможно, это из-за ее проницательности проверять недоказанные слухи. — Шэнь Цинцю покидает это место, уступая его ей, несмотря на то, что он так же хотел остаться там лишь назло Ци Цинци. Он слышит шум воды и спешит к ней. Это небольшой, но быстрый ручей. Он осторожно пробует воду после того как проверил ее на наличие яда. Вода чистая и освежающая. Кажется, что вокруг никого нет. Я могу остаться здесь. Этот источник воды также может привлечь монстров. Попив еще несколько минут, Шэнь Цинцю откидывается на дерево, чтобы отдохнуть.  Вторая ночь проходит гладко. Происходят небольшие неприятности, но нечасто по сравнению с первой ночью. Нет, подождите. Прошло уже несколько часов. Почему это…? Шэнь Цинцю хмурится и касается ближайшей коры дерева, отшатнувшись, почувствовав влагу. Туман. Он закрывает солнце. Его охватывает тревожное чувство, и преемник Цин Цзина дергает запястьем, чтобы призвать Сю Я. Он держит меч в защитной позиции. Монстр иллюзий.  Должен ли я взлететь? Если я убью этого монстра… Это почти обеспечит мою победу. Он представляет пораженное выражение лица Лю Цингэ, и Сю Я откликается, ярко вспыхивая и рассеивая части иллюзии. Шэнь Цинцю едва уворачивается от тонких игл, выпущенных монстром. Он внезапно почувствовал себя намного легче и поморщился, быстро изучая Сю Я. Туман затормаживает мои движения. Парализующий демон? Шэнь Цинцю встречает взглядом с желтыми глазами и быстро закрывает свои. Я должен был потерять сознание… Это какая-то бессмыслица. Он обостряет свои ощущения благодаря Сю Я и уклоняется от следующих нескольких ударов. Ему удается контратаковать с закрытыми глазами.  Достав талисман, он отбивает атаки и активирует его перед тем, как направить в сторону демона. — Работай, — шипит он себе под нос, как только талисман должен был поразить цель. Шэнь Цинцю сосредотачивается на том, чтобы почувствовать окружение с помощью Сю Я, прежде чем направить свой клинок в направлении выслеживающего талисмана.  Он слышит лязг и хлюпанье. Шэнь Цинцю зажег защитный лист-талисман и, наконец, открыл глаза. Туман рассеивается, и Сю Я вставляется в кожу парализующего демона. Шэнь позволяет своей ци течь, тем самым разрушая барьер. Он берет рукоять и тянет назад. Парализующий демон рассыпается в пыль, и Шэнь Цинцю спотыкается, чувствуя головокружение. Негативные эффекты… Но они сведены к минимуму. Я не могу быть достаточно силен, чтобы избежать потерю сознания… верно? Может быть, я усовершенствовался? Может, я не удерживал взгляд? Нет, я увидел желтый цвет и встретил его напрямую. Он вздрагивает, когда садится, и мерцающие звезды встречаются с его затуманивающимся взглядом. Я надеюсь, что монстры не нападут, пока я восстанавливаю свою энергию. Разумеется, монстр решает напасть через десять минут. Как удачно. Ученик Цин Цзина поднимается с земли, едва избегая кислоты. Кислотный муравей. Он вздрагивает от ужасного названия монстра. Действительно, кто дал названия этим монстрам? Шэнь Цинцю уворачивается от следующего плевка и пытается обнажить свой меч, не тратя ци на атаку чистой энергией. Наклонившись вперед, он пытается ударить муравья и прикончить его.  К сожалению, с его очень низким уровнем ци муравей легко уворачивается и бросается к нему. Шэнь Цинцю готовится к атаке, зная, что у него недостаточно ци, чтобы вовремя сформировать щит.  Другая волна заостренной и направленной ци движется, чтобы стереть муравья с лица земли. Показушник. Детская мысль лезет ему в голову, и он отбрасывает ее.  Не оборачиваясь, Шэнь Цинцю приветствует пришедшего: — Юэ-шисюн. У этого все было под контролем… — он сжимает кулак, как будто следующее предложение причиняет ему физическую боль. —… Этот ценит помощь Шисюна. — Ш-шэнь-шисюн, — заикается Шан Цинхуа. Его глаза забегали по земле, а затем начали разглядывать Шэнь Цинцю, прежде чем повернуться к дереву, как будто расплавленные кислотой листья привлекли его внимание. — Цинцю-шиди, — любезно говорит Юэ Цинъюань, — Этого не нужно благодарить за помощь боевому брату. Благодарил ли я его в прошлом? Я не помню. Шэнь Цинцю поворачивается лицом к ним.  — Все же, Юэ-шисюн должен принять у этого… благодарность. Этот видит, что Шисюн нашел Шан-шиди. — Комплимент сделан. Счастлива, Шицзунь? — Не хотел бы Шэнь-шиди присоединиться к Шан-шиди и к этому? — спрашивает Юэ Цинъюань.  Шэнь Цинцю нахмурился. — Нет. Этот Шиди держит ситуацию под контролем.  Юэ Цинъюань достаточно вежлив, чтобы не упоминать о недавней битве, поэтому просто кивает. — Возможно, Шиди нуждается в передаче ци для восстановления своих резервов.  — Шиди благодарит Шисюна за любезное предложение, — умудряется сказать Шэнь Цинцю, не выражая своего гнева по поводу легкого, непреднамеренного намека на его нынешнюю слабость. — Но Шиди справляется хорошо и не нуждается в помощи. Шиди советует Шисюну беречь свою ци. — Юэ Ци переборщил с муравьем. Он добавляет: — Показушность не приносит дополнительных очков. — Он мог только представить, как его Шицзунь делает фэйспалм на заднем плане. — Конечно, — с готовностью соглашается другой. — Хотя Шиди не возражал бы, если бы Шан-шиди и этот Шисюн обременили его, оставшись здесь на ночь, не так ли? Мы не видели источника воды получше.  — …Этот позволит тебе остаться, — соглашается Шэнь Цинцю, прекрасно понимая, что Юэ Цинъюань так формулирует это только для того, чтобы пощадить его репутацию. — И прости этого Шиди, потому что сегодня днем ​​он будет отдыхать. — Шисюн позволит Шиди отдохнуть и не побеспокоит его, — отвечает Юэ Цинъюань.  Шэнь Цинцю садится в медитированную позу, погружаясь в сон.  Когда он просыпается, уже наступает закат, а двое других все еще присутствуют. Шэнь Цинцю встает и комментирует это: — Кажется, Юэ-шисюн и Шан-шиди очень хотят пить. — Да! Ну… я. Да, я. Очень хочу пить, — быстро говорит Шан Цинхуа. Шэнь Цинцю приподнимает бровь, и бесполезный боевой брат прячется за будущим Главой Секты.  — Этот Шисюн извиняется за то, что навязывал себя Шиди, и сейчас уходит, — отвечает Юэ Цинъюань, как будто за его спиной не прячется трус. Двое уходят, один торопит другого.  Шэнь Цинцю хмурится. Шан Цинхуа помнит? Хотя он признает, что в прошлом не обращал особого внимания на Шан Цинхуа, и, возможно, это было его ошибкой. И Лю Цингэ ведет себя странно, слишком странно, чтобы просто игнорировать это.    Несколько ночей проходят гладко, с достаточным количеством монстров, так что Шэнь Цинцю доволен своими полученными очками.  На шестую ночь Шэнь Цинцю не спускал глаз с окрестностей. Его талисман говорил ему, что здесь присутствует аномальное количество энергии, прошлой ночью такого не было.  — Шэнь Цинцю. Он оглядывается назад. — Лю-шиди.  — Юэ-шисюн дал мне травы. Хочешь немного? — Этот Шисюн не ранен, — он быстро добавляет. — Но Шисюн благодарит Шиди за предложение.  Лю Цингэ отмечает: — У тебя на руке рубец. И ты используешь много ци. — Этот духовный культиватор. Сохрани травы для тех, кто в них нуждается. Этот Шисюн хотел бы напомнить Шиди, что мы путешествуем не в саду.  — Даже я умею отдыхать, а я из Бай Чжаня.  Вот еще одно изменение. Му Цинфан в прошлом занятно подмечал, что мы постоянно пытались переиграть друг друга в избегании Цянь Цао. — Тогда поздравляю Лю-шиди, — сухо говорит Шэнь Цинцю. — Если Шиди продолжит свой маршрут…  — Я не буду продолжать, пока ты не возьмешь что-нибудь из этого в моих руках. Юэ-шисюн дал мне слишком много. Шэнь Цинцю щелкнул пальцем, и три травы полетели к нему.  — Не оскорбляет ли Лю-шиди свои физические способности? Он может уйти сейчас.  Шаги говорят Шэнь Цинцю, что Лю Цингэ действительно ушел. Он посмотрел вниз. Эти травы… ну, распространены в Цянь Цао, но могут быть весьма полезными. Он срывает лепесток и держит его под языком, медленно восстанавливая свою ци.  На седьмую ночь портал открывается, и все культиваторы влетают в него.  Шэнь Цинцю проверяет таблицу лидеров и сдерживает ухмылку по поводу своего места.  Старый хозяин дворца встает, поднимаясь со своего места и смотрит на собравшихся, в основном усталых культиваторов. Он объявляет: — Поздравляю тех, кто выжил на Собрании Союза Бессмертных, — его взгляд останавливается на Шэнь Цинцю. — На первом месте, у нас Шэнь Цинцю из Секты Цан Цюн Пик Цин Цзин. На втором месте, Лю Цингэ из Секты Цан Цюн Пик Бай Чжань. На третьем месте, Ци Цинци из Секты Цан Цюн Пик Сянь Шу.  Далее по списку были объявлены: И Цинми, Сан Цинкон, Юэ Цинъюань…  Первая ученица Хуан Хуа была на десятом месте.  Шэнь Цинцю признает, что старый хозяин дворца умеет сдерживать свое негодование. Хотя ученик Цин Цзина также знает, что тот накажет других учеников Хуан Хуа, которые позже не попали в список двадцати лучших.  А Юэ Цинъюаню удалось занять шестое место? Даже имея дело с Шан Цинхуа, который неизбежно замедлял его? Это… впечатляет, — неохотно признает Шэнь Цинцю. — Тем не менее ему… все равно лучше не иметь дела с таким бременем, как я. После прошлой жизни я уже знаю, что он, по крайней мере, меня больше не предаст. Поэтому я должен ухудшить наши отношения, а не создавать связи… Он взглянул на Цзян Аньлу. Она бы не одобрила, но это моя жизнь. Шэнь Цинцю находит Юэ Цинъюаня, как только они возвращаются в Секту Цан Цюн в Цюн Дине.  — Юэ Цинъюань, давай поговорим наедине, — спокойно говорит Шэнь Цинцю. Юэ Цинъюань немедленно соглашается, и они идут в ближайший уединенный сад.  — Нам нужно разорвать отношения. — Что? Почему? — Юэ Цинъюань в замешательстве моргает. Он быстро добавляет. — Если этот сделал что-то не так или вышел за свои границы… — Это не ты, — говорит ему Шэнь Цинцю. Нет смысла в дополнительных бесполезных извинениях. Он смотрит на него. —Но не беспокой меня больше. Давайте не будем общаться. — Цинцю-шиди, что случилось? Этот Шисюн… — Брось любезности, Юэ Ци. Что за хрень ты сделал со своим мечом? — Слова вылетели из уст Шэнь Цинцю без задней мысли.  — Я… — Юэ Цинъюань посмотрел вниз, — Цинцю-шиди уже знает?  Тебе понадобилась вторая жизнь, чтобы признать это? — Я подозревал об этом отчасти, но ты подтвердил это только что. Расскажи мне всю историю или не говори со мной. Я предпочел бы не знать лжеца. Юэ Цинъюань неуверенно вздохнул, прежде чем улыбнуться. — Неудивительно, что Сяо Цзю удалось получить свое имя.  — …Юэ Цинъюань, не называй меня так, — закипает он. — Я прошу прощения. — Перестань извиняться. Ты скажешь мне, что случилось или нет? Это последний раз, когда я спрашиваю. И Юэ Цинъюань знает. Он говорит и говорит, один за другим из его рта вырывались слова. Шэнь Цинцю сжимает мантию, чтобы его руки не дрожали. Спокойным низким тоном он говорит: — Итак, после того, как я много-много раз говорил тебе не быть идиотом, ты решил быть идиотом. — Этот Шисюн извиняется… — он замолкает, когда пара рук на короткое время обнимает его. Шэнь Цинцю быстро отпускает его и отступает назад.  — Этого не произошло, — предупреждает Шэнь Цинцю.  На лице Юэ Цинъюаня медленно появляется улыбка.  — О, конечно, Цинцю-шиди. — Он достает из-под мантии замысловатую светло-зеленую шпильку для волос и вручает ее Шэнь Цинцю. — Я нашел ее на рынке и подумал, что тебе она может понравиться. Шэнь Цинцю осторожно берет шпильку и изучает ее. Должно быть, она дорогая. У нее сложный дизайн и прочная конструкция. Он кладет ее в свою мантию.  — Юэ Цинъюань все еще идиот.  — Да, — соглашается Юэ Цинъюань, вероятно, слишком радостно.  Младший уходит и возвращается в Цин Цзин. Он решительно игнорирует взгляды и сдерживает восторг, направляясь в свою комнату.  — Шэнь Цинцю, — зовет Цзян Аньлу, прежде чем он успевает войти. Он останавливается и кланяется ей. — Шицзунь.  Она идет к нему. Один ее взгляд отгоняет подслушивающих учеников.  — Шэнь Цинцю заслужил свое место принадлежащее ему по праву на Собрании Союза Бессмертных и выиграл этому Мастеру тысячу камней духа. —… Этот ученик рад предоставить денежную ценность и оправдать ожидания Шицзуна. — Она никогда не ставила на меня в моей прежней жизни. — Чжанмэнь-шисюн и этот Мастер решили отправить преемников на некоторые задания. Шэнь Цинцю поведал мне, что в прошлой жизни он не заслужил доверия своих боевых братьев и сестер. Этот Мастер знает, что он пытается изменить будущие события. Таким образом, задача миссии состоит не только в том, чтобы выполнить ее, но и в том, чтобы наладить отношения. Не забывай, что этот Мастер не терпит неудачи. …Понятно… Он тихо задается вопросом, не является ли это результатом того, что он не вступал ни с кем в команду во время Собрания Союза Бессмертных. Вслух он отвечает: — Этот ученик сделает все возможное. Каковы подробности этой миссии? Если это миссия для нескольких преемников, то она должна быть чрезвычайно сложной.  — Шэнь Цинцю, Юэ-шидзи, Лю-шидзи и шиджинюй исследуют неочищенную пещеру. Это будет опасно, но этот Мастер верит, что ее ученик добьется успеха. — Когда этот ученик уйдет? — На закате. Ни дня отдыха?  — Хорошо, Шицзунь.