Гнев проклятых

Быстрые шлепки обуви по лужам различных жидкостей, стекающих в катакомбы, разлетались вдоль каменных стен. Ситуация была хуже некуда, но даже убегая от толпы стражей, Аскара умудрялась жаловаться на Грейхарта. - Чтоб тебя, Сраный некромант! Вот за каким хером ты эту кашу заварил? Проклятый, хоть и устал больше вампирши, парировал - Хух... Что-то ты не жаловалась пока, ух, не начались последствия. Может это вообще... хух... из-за того черта в подворотне? - Ой, да кому нужен этот козел? Внезапно двое оказались в тупике, на что девушка незамедлительно отреагировала криком: - ЕП ТВОЮ МАТЬ, ГРЕЙХАРТ! ТЫ ЖИВЕШЬ ТУТ ПЯТЬ ЛЕТ И ПРИВЕЛ НАС В ТУПИК? СЕРЬЁЗНО?! Запыхавшиеся стражи настигли нарушителей и приготовились к бою. Это был полноценный отряд из пяти человек в элитной броне: двое арбалетчиков, стоящих позади, два копейщика и один человек с коротким мечем, вероятно лидер, держащим факел. Мечник, усталый от беготни, обнажил меч и медленно приблизился к парочке, наконец освятив их светом факела, он застыл на месте. Даже шлем, полностью скрывающий лицо не смог скрыть замешательства старого солдата. Его непонимающий, опечаленный голос бился о каменные стены катакомб: - Епископ Уриил? Это... Это ты? Кем ты стал, старый друг? Проклятый давно не слышал своего имени, да и произнести не мог из-за того же проклятья, ведь оно принадлежало ангелу просветителю неверующих. Иронично. Впрочем еще дольше он не слышал этот голос, но это не помешало узнать его. Это был капитан стражи Гримгейта Раймонд из рода Гринспир, хороший приятель бывшего епископа. Прежде чем ситуация получила развитие, вампирша заметила в темноте за стражами нечто, быстро появившееся из-за угла. Это была огромная фигура в метра три ростом, она была одета в старый кожаный доспех, который был топорно продлен, что бы покрыть освободившееся место на теле мертвеца, голова чудовища была покрыта чем-то, что напоминало капюшон палача. Оно повернуло голову в сторону сборища, заметила некроманта и начало приближаться, ускоряя шаг, и вот уже этот монстр бежит, шлепая по воде. Прежде чем стражи среагировали, нечто закричало искаженным, нечеловеческим голосом: - НЕРОМАААААНТ! ЕХЕХЕХЕХЕ, ДАВНО НЕ ВИДЕЛИСЬ! Наконец обернувшиеся арбалетчики закричали - ЭТО "ПАЛАЧ"! ОТСТУПАЕМ! Но прежде чем им выдала такая возможность "палач" пронзил одного из них острыми когтями и кинул во второго. Один из копейщиков успел атаковать, но не смог пробить доспех монстра, а тот, обернулся, схватил голову бедняги двумя руками и открутил её от тела. Капитан набросился на тварь, рубя её своим мечом, хорошо проходящим через легкий доспех. Воющая от боли тварь не могла ухватить юркого, опытного бойца, но схватило за оружие наступающего последнего копейщика и начала размахивать им как тряпичной куклой, наконец попав по ветерану. Не дав Раймонду встать, оно ударило его лапой по голове, сорвав шлем и часть плоти с лица. В этот момент второй арбалетчик выбрался из под тела товарища и запустил болт в спину "палача". Взвыв, тот совершил еще один резкий оборот, отшвырнул от себя раненого капитана и уставился на стрелка. Доспех монстра раскрылся и из под него показалось еще несколько рук, после чего в ярости существо начало метать в стража кости, заточенные в кинжалы, пока тот не повалился на землю истекая кровью. Услышав хрипы копейщика, которого трепал ранее, "палач" спокойно схватил его за голову, резким взмахом поднял к потолку, и так же резко ударил об пол, разбрызгивая кровь. Он повторил процесс еще пару раз, пока стражник не перестал кричать, и отшвырнул тело в ноги проклятого. - РАД ПОМОЧЬ, ЕХЕХЕХЕХ! Тот стоял замерев, казалось, что он обратился в камень, и лишь его лицо выдавало состояние Грейхарта. Все случилось слишком быстро, он не успел остановить чудовище, да и не смог бы, ведь сам в ужасе от этой аберрации, стоящей пред ним, залитой кровью, ведь никто не знает что у этого кошмара наяву творится в голове. Впрочем, стал бы монстр слушать его? Да, некромант невольно вернул его к жизни, да "палач" был ему благодарен, но послушал бы он? Бывший епископ был прекрасно знаком с "палачом", которого большая часть города знала как "собирателя тел". Эта нежить скиталась по катакомбам да и не только, убивая жителей города и похищая куски их тел, да так успешно, что "палач" стал мрачной легендой города, которую боялись все, даже стражники, не решающиеся спускаться в катакомбы без надобности. Как оказалось позже, при жизни он был убийцей, хоть он и работал наёмным убийцей, но то было не ради денег, а лишь ради убийств. Грейхарт уже потерял веру в добро и зло, но черт, если и есть истинное зло, то это определенно был "палач". Собиратель не распространялся о том, как именно он умер, впрочем на это было мало времени, ведь всего через пару дней он покинул Грейхарта, уйдя искать себе новых жертв. Проклятый не знал, какой нежитью стал "палач", ему даже казалось что это нечто абсолютно новое, потому что он мог прикреплять к себе куски мертвых тел, что стало причиной его огромного роста и наличия лишних конечностей. Он хоть и был абсолютным чудовищем, как снаружи так и внутри, но был благодарен некроманту за возможность и дальше вершить бесчинства, и был готов убивать по его указке, чем впрочем тот пока не пользовался... Могли ли некромант остановить своего "должника"? Он пришел к выводу, что нет. Молчание, сопровождаемое потоком тревожных мыслей Грейхарта и тяжелым дыхание собирателя тел, было прервано ошарашенной Аскарой: - Какого хера я сейчас увидела? - спросила вампирша, повернувшись к Грейхарту. - Ааа... Знакомьтесь, Аскара, "палач", "палач", Аскара. - ответил проклятый, с напускным спокойствием. На деле же он все еще боялся, что этот ужас все же перестанет питать к "создателю" чувство благодарности и полнит число своих конечностей за счет бывшего епископа. Он сам не знал, что позволяло ему держать себя в руках, но будь то воля или же ослабшие от проклятья эмоции, он был благодарен, что "палач" не замечал этого ужаса. Наконец перестав орать, многорукое нечто склонилось, разглядывая собеседников, и заговорило спокойно - Вау, Грейхарт! Где ты прятал от меня это золотце, хехехехех? - сказал, указывая пальцем в сторону вампирши. Прежде чем та успела среагировать на слова "палача", позади того началось движение. Арбалетчик с пробитым животом достал флакон с чем-то и осушил его, после чего поднялся на ноги, как будто не был смертельно ранен, к удивлению всех, кто это увидел. Собиратель тел, увидел направление взглядов собеседников и обернулся, как раз вовремя, что бы поймать глазом арбалетный болт. Взвывший больше не от боли, а от гнева, монстр бросился к стражнику, когда тот уже прыгнул к телу товарища и схватил копье. "Палач" налетел на орудие, которым оказался пронзен на сквозь. Закряхтев, он схватил руку стража и переломил её пополам, но тот не издал ни звука, лишь отпустил копье и отшатнулся. Истекающий гноем, заменившим кровь, собиратель тел медленно повернулся к противнику, отошедшему в сторону, получил удар кинжалом, на который не обратил внимания, и схватился за стражника всеми своими руками. Несколько минут он рвал его на части с особой жестокостью, но что было удивительно, все это проходило в полной тишине, если бы не чавканье плоти, хруст костей и бульканье крови, смешивающейся с водой. Наконец закончив свой "акт возмездия" израненный монстр вновь оправдал свое имя, отвернувшись от взглядов Аскары и Грейхарта, он начал заменять поврежденные свои куски свежими кусками стражей. В конце он выдрал и выкинул болт, с чем-то, что когда-то было глазом, и подобрал с пола смутно знакомый проклятому зеленый глаз, который быстро скрылся в темноте под капюшоном. Тряхнув башкой, "палач" заговорил, уже без свойственной манеры, становясь полностью серьёзным и от этого еще более ужасаюзим. -Что это за херня была? Люди так не делают, слышите? Они кричат, плачут, зовут на помощь и просят пощады, я это прекрасно знаю, но этот... молчал. Я многих убивал, не боялся ничего и никого, но это... Сука, это было жутко. Аскара сразу же поняла причину этого события - Флакон! Он что-то пил из флакона! Где флакон? Чудище быстро осмотрело пол новым составом глаз и резко схватило стеклянный флакон, треснувший от падения. Незамедлительно, собиратель тел отдал его вампирше. Та не смогла найти ничего сильно интересного: укрепленное стекло, что все равно треснуло, пара капель зеленоватой жижи, разводы от её бултыханий и белый осадок. Единственное, что могла дать подсказку Аскаре, не имевшей познаний в алхимии, этикетка с красиво выведенной буквой "С", которую она показала бывшему епископу. - Есть какие-то идеи что это? Тот молчаливо покачал головой, выражая свое незнание происхождения этого чудо-напитка. Небольшое молчание, вспоминание деталей и озарение: - Это что-то мощное. Аскара усмехнулась - Ха, а ты у нас наблюдательный. - Нет, погоди, этот арбалетчик был сержантом. Остальные три рядовые. Кроме одного: капитана. Капитана всей сраной стражи города. Если у них было еще, то точно у него. Собиратель тел повернулся к убитым. Один, два, три, куски четвертого... Пятый... Где пятый? -ТВОЮ МАТЬ, ОН УШЕЛ! С воплем ненависти, нечто устремилось в обратно туннели катакомб, двое помчались за ним и через некоторое время они были у входа, найти его не сложно, туда вел кровавый след. Раймонд Гринспир, капитан городской стражи покинул подземелье. Раненный, униженный и побежденный. Грейхарт знал его хорошо. Он был честен, справедлив и предан городу. Потеряв четырех бойцов и литры крови он вернется. Вернется и перевернет тут все вверх дном, но накажет, накажет тех мразей, что посмели сделать это с ним. Стоя в прострации, пока вампирша и нечто что-то обсуждали, проклятый погрузился в размышления. Он все еще причислял себя к миру живых, он действительно считал себя человеком, ведь он не умирал и не восставал. Многие лидеры церквей использовали свою власть во зло, вели религиозные войны сжигали ведьмы, отправляли людей на смерть, не заботясь о том, что у каждого из них были матери и отцы, жены и дети... Но не он, он искренне любил жизнь, всякую жизнь. Каждый человек, которого он знал наверху был его другом, от булочниц на торговой площади, до... Раймонда Гринспира, капитана стражи Гримгейта... Но... Все эти годы он провел здесь, с нежитью, что стала его друзьями и товарищами. Их истории проникли глубоко в его сердце, даже будучи епископом Грейхарту не открывались так, как делали это мертвые... В конце концов невольный некромант Уриил Грейхарт пришел к своему решению, что лягло тяжким грузом на его сердце на веки вечные. -"Палач". - сказал он, с опустевшими глазами. Гигант, ютившийся в невысоком проходе, с трудом повернул голову к некроманту. Собиратель тел уже не был так весел, после всего произошедшего. Возможно, он и был безумцем, но он все ещё оставался профессионалом своего дела, убийств. И Грейхарт прекрасно понимал это. - Слушаю тебя, некромант. - Ты все еще готов выполнять мои... заказы? Вампирша вопросительно оглянулась на бывшего епископа. Воодушевленный "палач" отозвался ему - Ха, я думал ты уже никогда не попросишь. Но... Догнать того я уже не смогу. Я хоть и лазаю иногда по переулкам, но я не самоубийца... - Я понимаю, у меня другой заказ. - Хе-хе-хе, ты меня заинтриговал. - Довольно скоро в этих катакомбах появятся толпы стражей. Рано или поздно они найдут меня и я не хочу знать, что они со мной сделают после сегодняшних событий. Я прошу тебя сделать отпугнуть их, что бы Гринспир передумал лазать сюда... Грейхарт уже скорбел по тем, кого убьет это чудовище, но ему не был ведом иной путь, не мог же он пойти и попросить стражу не нападать на мертвецов в катакомбах. Если бы лицо собирателя тел было видно спутникам, то они бы увидели как на нем расплывается столь широкая улыбка, что уголки сгнивших губ треснули. Радостное нечто завопило - БУДЕТ ИСПОЛНЕННО В ЛУЧШЕМ ВИДЕ! - и перебирая руками, на манер лап паука, быстро скрылось в темноте туннелей. Аскара хотела высказать свою радость о таком решении проклятого ему, но увидев опустошённое лицо, человека, сделавшего ужасное, просто беззвучно пошла за ним следом, обратно в коллектор, сжимая в руке треснувший флакон...