Нужно травить, гадину

      Шуточки Макарова достигли своего апогея, Ира несколько суток приходила в себя после увиденного трупа. Паша конечно то ещё шутник, но такие шутки привели почти к обмороку. Впечатлительная Куприна, долго сидела со смоченной спиртом ваткой у носа, приходя в чувства.       Только вот в воемя обратного пути в РОВД, женщине удалось разговорить коллегу. Хотя, он даже и не сопротивлялся, видимо давно ждал.       — Макаров, что с тобой?       — Что со мной? — не понимая суть вопроса спросил майор.       — Грустный какой-то, всё хорошо? Если расстроился, из-за того, что я сказала что убью тебя, то не переживай. Я знаю на сколько садят за преднамеренное убийство. Не собираюсь из-за тебя сидеть.       — Настолько плохой? — отрываясь от дороги спросил Макаров.       — Почему же? Может и неплохой, но только не достоин, чтобы из-за тебя в тюрьму садиться. Не грусти, — девушка нагнулась и коснулась губами мужской щеки. — Если бы ты действительно сделал для меня такой ужин, я бы была рада. Только без мишек Тедди в спальне.       — То есть, ты знала куда едешь?       — Я? Любая женщина знает, что будет дальше, на несколько шагов раньше, а тебе просто подыграла, но если быть честной полностью. Про труп не знала. Фу. Открой окно, мне опять плохо.       Макаров рассмеялся и нажал на кнопку, окно опустилось.       Утро среды не обещало ничего плохого. Но вот что-то было не так. Ира только успела зайти в отдел как почуяла неладное.       — Толик, а что случилось? — прикладываю карточку к турникету, уточнила Куприна.       — Доброе утро, ничего. Тихо вроде. Кстати, — парень нырнул под стол. — Это вам.       Костылев протянул букет розовых пионов. Вот, что за запах стоял у входа.       — Толь...это от кого? — удивлённо приняла призент майор.       — Сказали не говорить.       — Говори. — приказным тоном сказала девушка.       — Не могу, я слово офицера дал. — отрицательно качал головой молодой человек.       — Ладно, живи. Пойду, поставлю в вазу.       Удивлению не было предела, кто принёс? Кто-то из отдела? Может быть, тот парень, что у Жилина работает? Денис вроде. Ира вчера давно мило с ним пообщалась.       Дверь в кабинет открылась и женщина остановилась. Что за чёрт?       — Доброе утро.       — Белов. Ты чего здесь забыл? — невежливо ответила девушка.       Заместитель префекта Юго-Западного административного округа города Москвы, сидел за рабочим местом майора, сложив ноги на стол. Даже обувь не снял, вот гад, пронеслось в голове Куприной.       — Не рада меня видеть? От кого экибана? — мужчина надменно улыбнулся.       — Я даже воздухом с тобой одним дышать не хочу. Ноги! — в приказном тоне скамандовала Ира и Белов испугавшись опустил ноги на пол. — В кабинете своём будешь так сидеть.       — А чего мы такие смелые? Я вообще-то твоё начальство.       Олег Олегович возрос над Ириной, несколько секунд зрительного поединка и мужчина сдался первым. Женщина знает все болевые точки Белова. В её руках он как марионетка в кукольном театре. Безалаберность, алчность, лень, тщеславие и все остальные смертные грехи собраны в этом человеке.       — Начальству принято защищать своих подчинённых, а не гасить. Неувязочка, чего хотели Олег Олегович? — тон беседы перешёл в светский.       — У Макарова смелости хапнула? Кстати, а где твой ненаглядный? Опять, девок присует или они уже заявления на увольнение написали?       — Я не обязана отчитываться вам о свой личной жизни, можете делать и говорить, что угодно, только вот. Кишка тонка...— тынкула Ира в грудь начальства.       — Аккуратнее со словечками Ирина Алексеевна. Пойду узнаю у Саламатина как идёт работа. — мужчина поправил пиджак и вскоре порядке покинул кабинет.       — Трус.

***

      — Ну здравствуй, то-ли девочка, то-ли ведение. Что напуганная такая? — усмехнулся Паша.       — Белов приехал, контрольная закупка. Паш, он просто так не приедет, что-то вынюхивает. Я не знаю что конкретно, но ничего хорошего. — Куприна тараторила.       Было действительно страшно, этот человек не остановится. Найдёт то, чего априори быть не может. Ира играла в страшную игру и Белов такого не прощает.       — Он в отделе?       — У Саламатина, сто процентов пытается на нас что-то нарыть. Сейчас мы будем главными подозреваемыми во всех делах. — тремор в руках усилился, так случалось каждый раз когда девушка нервничала.       — Эй, чего напрягаться? Успокойся Ирка, я уверяю, что всё будет нормально. — Макаров открыл руки и кивнул.       Объятья сейчас были как кстати. Ира шагнула вперёд и прижалась ближе. Тихо. Как никогда. Она слышала его дыхание. Такое родное, тёплое, близкое. Создаётся впечатление, будто вот, сейчас она сделает вдох и он растворится в воздухе, пропадёт, словно он всего лишь иллюзия и его никогда не существовало вовсе. Ира прижимаюсь к мужчине крепче. Вкусный запах одеколона снёс голову.       О, знал бы он, как ей радостно становится на душе, когда Паша в ответ крепко прижимаешь её к себе. В этот момент Куприна наконец-то возвращается в реальность, понимая, что он не плод её воображения, более того — Макаров стоит рядом и прижимает Иру к своей груди. Не знаю, что он думаешь в этот момент... Но счастье, очевидно.       Несколько мучительных лет, она просыпалась в холодном поту и в гордом одиночестве. Запивала снотворное вином, а затем снова пыталась уснуть. После Паши, не один мужчина не мог заставить быть её счастливой. Он будто забрал это чувство вместе с собой.       Ненависть и любовь смешались в одно большое чувство, которому люди ещё не придумали определения.       — Так, сопли не развешиваем. Белову этому ничего не получится на нас накопать, это я тебе со сто процентной вероятностю говорю. — кладя подбородок на женскую макушку, успокаивал Макаров. — Ты же ничего вытворяла?       — Не успела.       — И чего панику наводим? Хо-ро-шо, всё будет. Рождённые ползать, летать не научатся. А эта гнида, явно не из семейства птичьих.       — Павел Сергеевич...— без стука в кабинет вошла Попова. — Я это...       Куприна отпрыгнула от коллеги как от огня, когда на пороге появилась Саша.       — Чего вылупилась? Выйди отсюда. — резко ответил начальник.       — Извините.       — Умеют испортить, на чём закончили?       — Мне нужно идти, много дел проверить нужно. Спасибо. — Ира мимолётно улыбнулась и поспешила покинуть кабинет.       Войн без потерь не бывает, и иногда победа приносит столько потерь, что больше похоже на поражение. Война всегда непредсказуема — твой противник может стать твоим союзником, если у вас двоих появляются общие интересы. Больше всего от войны страдают невинные, которые оказались втянуты в сражение против своей воли. Война — это путь обмана. И порой обманутым оказываешься ты сам.       Только вот, самый лучший способ быть обманутым — это считать, что ты перехитрил всех. Но иногда обман может быть во благо — когда он делает людей счастливыми и всё возвращает на круги своя. Ведь как говорят умные люди: «Ложь во благо — это хорошо. Но хорошо только тому, в чьё благо она совершалась».