Поворот не туда

Скоро первое сентября, а он не сделал закупку новых учебников для Скорпиуса. Вместе они отправились в косой переулок. Множество магазинов от совсем старых вроде «Палочек Олливандера», до новых, пытающихся соединить маггловские технологии с миром магии. Мощенная брусчаткой улица, словно мощный клей соединяла всю эту картину. Люди столпились, перекрывая улицу. Драко решил протиснуться в центр столпотворения, чтобы увидеть предмет интереса толпы. Пока он лез со всех сторон до него доносились голоса: — О боже мой, это страшнее пожирателей, — сказала полная женщина. — Мерлин, защити нас! — трясясь от страха, бормотал мужчина в зеленом. Перед ним предстала картина: из брусчатки торчал толстый деревянный столб, к которому привязали человека в министерской мантии с завязанными глазами. Он не шевелился. Драко присмотрелся внимательнее, увидел вспоротый живот мужчины, свисающие из него кишки, этот факт точно переносил человека в разряд мертвых. Маги не совершали преступления с подобной жестокостью, зачем проливать кровь, имея Аваду Кедавру, делающую процесс убийства чистым. На теле находилась табличка, гласящая: «Эльфы будут свободны. Хозяева заплатят кровью». Над словами располагался рисунок лица. «Мерлин, да это же Добби», — подумал про себя Драко. Ходили слухи: бывший раб его семьи после смерти стал мессией, маяком свободы для сотни домовых. — Ты говоришь, Кривоуха не боишься, — неожиданно откуда-то слева произнес Скорпиус. — Кривоух выглядит не таким радикальным любителем свобод, — с надеждой в голосе сказал Драко. Скорпиус по какой-то причине совершенно не удивился кишечной инсталляции. Даже Драко немного скривился от вида кровавого зрелища. — Ну, мне нужна метла, как я понимаю, — Скорпиус достаточно легко перевел тему, всё ещё поглядывая на труп. — Ага, точно. Обещание. Совсем вылетело из головы. Сцена потрясла Драко, такая жестокость не свойственна миру магов, такое обыденно для мира животных или маглов. Неудивительно, почему мир магии обособлен от этих варваров. — Малфои всегда держат слово, — кивнул Скорпиус, улыбаясь. Драко собрался с мыслями, они вышли из толпы, посещение магазинов не заняло много времени. Лишь в одном месте они задержались подольше, Драко долго рассматривал метлы, выбирая между Нимбусом и новичками в мире метслостроениея Ярдбрумом, в последнее время уделовавшими многих нимбусолюбов. Он думал приобрести Скорпиусу именно его, но страх неверного выбора сдерживал Драко. Он ещё в детстве не особо понимал, зачем ему играть в квиддич. Сейчас же он хотел этого от Скорпиуса, не зная почему. — Хах, они действительно хороши, — сзади раздался задорный голос. — Для сына выбираешь? Джинни Уизли подошла ближе, одетая в клетчатую юбку, белую рубашку и кремовый плащ, она внимательно разглядывала метлу. — Ага, — он посмотрел на Скорпиуса, но его и след простыл. — Летала? — решил поинтересоваться он. — Вспомнила молодость, вот и приобрела месяца три назад. Знаешь, будь у меня такая на чемпионатах, я никому не проиграла бы. Холлиседкие Гарпии вперёд! — улыбнувшись, она вскинула руку вверх. — Хм, — начал Драко, — мне иногда кажется, я начал играть в квиддич, потому что меня заставили. Может поэтому у меня нет любимой команды? — Хах, ну в школе ты был неплох, хотя было сложно понять, ради чего ты играл, — она задумчиво посмотрела вверх. — Ради победы, — он не сдержался, произнес эту фразу высокомерно, почти как в школе. — Я бы так не сказала. Ты хотел победить Поттера. Квиддич, он больше про ловлю снитча, нежели про уничтожение одного конкретного ловца.Ты никогда не пытался ловить, Поттер — твоя одержимость, — она таинственно улыбнулась. — Бред. — Как знаешь, просто наблюдения от асса, — она подмигнула. Драко обещал себе не огрызаться на людей, не сорваться сейчас стоило ему больших трудов. Он молча кивнул, решив последовать рекомендации Джинни. Ярдбрум оказалась тяжелее привычно Нимбуса, но его форма, ощущения от дерева вызвали восхищение. Драко, живущий в готическом особняке, признавал, будущее выглядит именно так. — Эх, вот бы Альбус попробовал поиграть, может с дочкой получится? — мечтательно сказала она. — Может оно ему не нужно. — Ага, — немного грустно произнесла она. — Видел уличную акцию? Драко вспомнил кишки, дрожь пробежала по его телу. — Да, эльфы в последнее время очень, кхм, требовательны. — Не то слово. К счастью, мы их у себя не держим. «Мне тоже стоит перестать», — подумал Драко. — Кто бы мог подумать, — продолжала она. — Такая жестокость. Честно, я наверное впервые вижу столько крови в одном месте. Драко кивнул головой, он тоже не привык созерцать внутренности людей вне положенных для этого местах, например на брусчатке. Они вышли, Джинин помахала ему рукой, он махнул в ответ. «Дружелюбность», — повторял он про себя. Он не тот Малфой, которого знали в школе, он другой, обновленный, свободный. Скорпиус стоял у магазина, посматривая в сторону эльфийской инсталляции. Отряд мракоборцев уже отвязывал тело, разгоняя зевак. — Я там пыхчу, метлу выбираю, а ты стоишь тут пялишься, — недовольно сказал Драко, бросив взгляд на инсталяцию. — Моя задача побеждать, не выбирать, — он ухмыльнулся. — Иди купи себе сладостей, может однокурсников найдешь, — Драко отдал небольшой мешочек с деньгами. — Я пройдусь. — Хорошо, — грустно сказал Скорпиус. Скорпиусу не нравилась деятельность отца и его одержимость воскрешением Астории. Она пожирала отца днями и ночами, из-за чего тот выглядел болезненным. Иногда отец от усталости мог заснуть где-то в коридоре, не найдя сил дойти до кровати. Возможно, он надеялся воскресить Асторию, неважно сколько лет ему понадобиться. Свернув в Лютный переулок, Драко направился к Горбину. Большинство стен по пути измазали лозунгом: «Эльфы будут свободны. Хозяева заплатят кровью». Повсюду нарисованы портреты Добби. Драко вошел в лавку, внутри почти отсутствовал свет, пахло чем-то странным. — Хей, Горбин, ты тут? — спросил Драко. В комнате за прилавком раздался звук. Кто-то быстро потопал к двери, придвинув тяжелый предмет. — Уходи! Мне неприятности не нужны! — крикнули из-за двери. — Я не собираюсь с тобой ничего делать, мне просто нужна одна вещь. — Нет! Драко немного взбесило такое поведение. Он подошел ближе к двери. — Почему ты меня не пускаешь? — слегка раздраженно спросил он. — Почему?! — взревел Горбин. — Ублюдок Поттер со своим жирным дружком Крэббом разнесли лавку, да и мое лицо в придачу, знаешь почему? Драко знал. Методы Блейза достаточно грязные. — Слушай, я ничего не знал. Особенно он не знал про Крэбба. Впервые услышав, что Поттер и его бывший товарищ общаются, подумал о кутеже. Можно ли поверить, старина Крэбб помогает Гарри Поттеру? — Ага, конечно. Так бывает. Приходят мракоборцы, угрожают человеку, избивают его, заставляя забыть о Драко Малфое, а оказывается Драко не знал. Чушь! — Чего ты хочешь? — Я не хочу проблем! Малфой, убирайся, да подальше. Драко хотел забрать кусок редкого камня, который по преданию воскресил Темного Лорда. Он решил пожалеть Горбина, зайти позже. Он нашел Скорпиуса, в кондитерской «Шугарплама». Сын сидел с Альбусом, они ели лакричные палочки, рядом лежала шоколадная лягушка. — Нам пора, Скорпиус. — Ну пап, дай нам ещё немного времени поболтать, — жалобно попросил Скорпиус. — Вы виделись буквально вчера, скоро школа, ещё успеете пообщаться. Лицо Скорпиуса приняло недовольный вид. «Все-таки с отцом тоже надо проводить время», — подумал Драко. Они вернулись в поместье, парадный вход залили краской, на окнах красовались изображения Добби с лозунгом, под дверью лежало письмо. Драко взял его: «С этого места начался путь к свободе, уходите люди!» — Ага, — сказал Драко. — Нам нужно уходить, — голос Скорпиуса задрожал. Почему-то его пугали домовые, а не выпущенные кишки. Иногда Скорпиус казался Драко крайне странным ребенком. — Именно так, я отправлю тебя в имение Поттеров, пока буду решать проблему. — Один? Да их там может быть десятки, зачем тебе вообще туда идти? Сын прав, Драко мог позвать мракоборцев, выгнать эльфов с помощью них, но он знал, они придут с Поттером. Дело о захвате поместья Малфоев он точно не упустит. «Я не дам каким-то эльфам запугать себя», — подумал Драко, стиснув зубы. Он не стал спорить с сыном. Драко отвел его в место для трансгрессии, сказав, что пойдет с ним. Он солгал. Как только Скорпиуса закружило и он исчез, Драко пошел в дом. Глубоко вздохнув, он открыл дверь. Фигуры внутри, словно тараканы куда-то разбежались. — Кривоух! — крикнул Драко. В тот же час перед ним появился его домовой эльф, потом второй, за ним третий. Через пару секунд их стало не меньше двадцати. — Вот и всё, господин, — грустно сказал Кривоух. Вперед вышел эльф чуть поменьше Криовоуха, одетый в кожаную стеганую куртку и странные мешковатые штаны. Лицо домового, лишенное брутальности, присущий Кривоуху, делало его похожим на Добби. — Последний из мучителей, Малфоев! — вскрикнул эльф. Толпа домовых бурно повторила слова. — Последний мучитель получит последний суд. Великий мессия будет отомщен! Драко думал, как выбраться из ситуации — инстинкт самосохранения молчал. Эльфы залезли на лестницу. Из ниоткуда в центре зала появились стол с тремя стульями. Домовые запрыгнули на них. Говоривший с Драко уселся в центре. — Всем тихо! Суд идет! — крикнул эльф слева. Представление почему-то не пугало его, домовые не вызвали в нем подобных чувств. Они были чем-то вроде кроликов, но полезных. Бояться их не имело смысла, Драко никогда не слышал, о загрызшей кого-то своре кроликов. Он думал отпустить язвительный комментарий, но сдержался, вспоминая ситуацию в допросной. — Подсудимый, Винки и Гражданская Ассоциация Восстановления Независимости Эльфов обвиняют вас в преступлениях против нашего сообщества! — крикнула центральная эльфийка. «Знакомое имя», — подумал Драко. — Не виновен, — сдерживая смех сказал он — Молчать! — закричал эльф слева. Они явно не планировали давать ему говорить без разрешения. — Вы признаете вину?! Драко повидал много судов, но в эльфийском, вопрос о виновности прозвучал быстрее всех. Стоило отдать бюрократию на откуп домовым. — Нет. Толпа эльфов перешептывалась. Драко не понимал, почему домовые не производят на него должного ужаса. Может дело в их внешности? Они выглядят, как измученные голодом дети, единственное чувство, которое они могут внушить — жалость. — Твой отец, Люциус — истинный дьявол, весь его род, все потомство должно быть вырезано под корень. Перед тем, как казнить, мы дадим тебе шанс уйти из жизни с чистой совестью. «Какое интересное предложение», — подумал Драко. — Ты должен освободить Кривоуха, отдай ему свою вещь. — Пожалуй, я уйду из жизни с грязной совестью, — Драко усмехнулся. Эльфы вновь начали шуметь. — Тихо! — толпа замолкла. — Раз так, мы дадим тебе время подумать. Заковать его. Рядом с ним появилось два эльфа. Они быстро отобрали палочку, связав его руки. Через секунду он оказался в подземелье особняка, где в давние времена отец держал врагов Темного Лорда. Эльфы опять щелкнули пальцами и исчезли. Он остался совершенно один, но знал: домовые вряд ли убьют его, пока он не освободит Кривоуха. После смерти хозяина эльфы не становятся свободными, они переходят по наследству. Их движение — повод высвободить ярость, но на деле они не представляли из себя ничего организованного. Всего лишь кучка бывших рабов, раб — навсегда останется рабом. Драко молча сидел в темнице, пока в животе не заурчало. — Кривоух, — громко крикнул он. Эльф появился, на лице явно читалось: «ему неприятна данная ситуация». — Я бы хотел поесть. — Кривоух вряд ли может помочь вам, хозяин, попытаюсь выполнить приказ — меня остановят. — Почему ты предал меня? Эльф начал переступать с ноги на ногу. — Кривоух не хотел. Винки, — он перешел на шепот, — она властная, сильная, даже наш с вами договор не помог мне противостоять ей. — Получается Винки заставила тебя? — Да. Драко видел, Кривоух врал ему. Он гадал, отчего эльф мог затаить обиду. В голову ничего не шло. Драко всегда обращался с ним сносно: не бил, редко ругал. Ему казалось, они жили в идиллии. «Дай рабу немного спуска», — грустно подумал он, смяв в кулаке немного соломы. — Ладно, может тогда ты скажешь им дать мне еды, иначе я умру и ты точно не получишь свободы. Кривоух кивнул. Буквально через пару минут в камере Драко оказалась миска с кашей. Удивительно, но эльфы постарались, там плавали куски банана. Он не понимал, в чем смысл представления, но отпускать Кривоуха не желал, ведь его вполне могла ждать судьба того чинуши из министерства. Сидеть вечно он не мог. Эльфам надоело ждать, по ощущениям их терпения хватило на сутки, они решили попробовать выбить свободу силой. Драко привязали ногами за канат, подвесив его к потолку. Он свисал головой вниз, словно люстра. С такой высоты холл казался вполне симпатичным. — Раз так, мучитель, Винки заставит тебя даровать свободу нашему брату. Его начали раскачивать на канате периодически кидая в него фамильные вещи. Первым прилетел подсвечник, рассекший ему затылок. — Акх, — невольно вырвалось из него. Второй реликвией стала деревянная фигурка, угодившая в живот. Драко, увидев, как она падает вниз вспомнил историю. Фигурку подарила Астория. Одно из счастливых воспоминаний с женой, она купила статуэтку из-за схожести с Люциусом, но в мини гневливой версии. Астория считала это смешным, да и самому Драко так легче вспоминать об отце. После пары минут такого веселья Драко вырвало. Струя его блевотины, словно фонтанчик, разлилась по мраморному полу. Вперемешку с кровью она образовывала чудную картину, что-то среднее между мазками Ван-Гога и общественным туалетом. — Ну так? — спросила Винки. Все тело ныло, болевые ощущения волнами накатывали к голове. По опыту он знал, дай боли стать невыносимой- терпеть станет легче. — Убивай. На самом деле Драко не хотел умирать, но он не мог позволить эльфам одержать победу. Как какие-то жалкие создания могут убить наследника рода Малфоев, разве такое возможно? Он просто не может умереть: цель которую он пытался достигнуть, выше свободы рабов, выше чувств людей, выше его жизни. Глаза Винки так округлились, казалось ещё чуть-чуть и они выпадут оказавшись на земле, где-то в районе его рвоты. Эльфийка истошно закричала, домовые вновь раскрутили его, словно маятник. Он не особо разглядывал предметы, но точно уверен, книга по редким болотным растением прилетела ему в глаз. «Если выживу, надеюсь не ослепну», — подумал он. Он потерял сознание. Пребывал в забытьи он недолго, морщась от боли, Драко открыл заплывшие глаза. Он увидел, как открывают главный вход. Яркая вспышка света ослепила его, а через пару секунд, прозрев, он увидел шестерых людей стоявших в проеме, выпускающих из палочек красное свечение. Эльфы разбегались, но некоторые пытались атаковать. Одна из фигур упала, фонтан крови вырвался из её горла. Световое представление закончилось, у его глаз оказалась пара ног в знакомых черных, кожаных, отполированных до блеска туфлях. — Вот я и спас тебя, Малфой, — ехидно сказал мужчина.