Призраки Эвермора

Жан. Жан вошел в кабинет Тетсуджи с Натаниэлем рядом, следуя за Рико и Кевином. Это был день рождения Рико, и ему исполнилось 18 лет. Еще несколько недель, и он, Кевин и Рико начнут свой первый официальный год в Эдгаре Аллане в качестве студентов университета. Жан не знал, чего ожидать. Кевина заставили оказаться в центре внимания, научили, как вести себя на публике, и применять эти уроки на практике в реальном мире. Жана, с другой стороны, учили, как вести себя, но он уже более двух лет фактически не покидал Гнездо. Он помнил время до прибытия в Эвермор, но чувствовал себя настолько отстраненным от него. Это было чужое прошлое. Он не знал, как противостоять микроскопу, под которым он окажется, и ему придется пережить это в течение двух лет без Натаниэля. Поначалу бессмысленная партнерская программа, которой следовали Вороны, не оказала на них никакого влияния. Им приходилось разлучаться на целую неделю, если прибавить к этому время, когда Натаниэлю приходилось отлучаться по делам Главного отделения, и это было нормально, если не очень комфортно. Но мысль о том, чтобы оставить Натаниэля в Гнезде, пока он ходит на занятия и встречается с внешним миром, о том, чтобы не быть рядом с ним, вызывала у Жана учащенное сердцебиение и судорожное желание вцепиться в него и никогда не отпускать. Оно просочилось под его кожу и устроило себе дом. Жан не был уверен, как они оба справятся с разлукой. Два года и некоторые изменения в его партнере, казалось, не должны были так повлиять на него, по сравнению с 12 годами совместной жизни Рико и Кевина, но их зависимость друг от друга все еще была глубокой. И Рико и Кевин не были теми, кого разделили. Жан не был готов к переменам. Все четверо поклонились Тетсуджи, когда предстали перед ним в его кабинете. — Рико, тебе 18. Пришло время воплотить в жизнь Идеальный Корт. Общественность годами слышала слухи о том, что означают цифры на ваших лицах. Пришло время показать им, насколько эти слухи реальны. Вы все станете лучшими игроками, которых когда-либо видел Экси. Тетсуджи говорил на медленном японском языке. Жан занимался японским каждый день уже более двух лет, почти полностью погрузившись в него благодаря Тетсуджи, Натаниэлю, Кевину и Рико, но ему все еще приходилось повторять слова в голове, чтобы убедиться, что он услышал их правильно. Рико называл их Идеальным Кортом еще до приезда Жана, но он и не подозревал, что об этом знает общественность и начинает шептаться. Что это значило для них? Для Экси? Почему Тетсуджи позвал их в свой офис в день рождения Рико, чтобы рассказать им то, что вбивалось в них годами? Японец встал рядом с Тетсуджи, держа в руках татуировочный пистолет, и Жан все понял. Цифры, которые они нарисовали на своих лицах, после сегодняшнего дня больше не понадобятся. Он взглянул на Рико, который не выглядел удивленным. С его склонностью к драматизму Жан решил, что это, по крайней мере, частично была его идея. Он хотел убедиться, что мир знает, что он номер один, несмотря ни на что. Они не могли отнять это у него. Мальчик, который всегда был вторым в своей семье, стал номером один на корте. Кевин выглядел слегка шокированным, но смирившимся с тем, что будет сделано. Натаниэль выглядел разъяренным. Он бросал язвительные взгляды в сторону Рико. Мысли Жана обратились ко всем отметинам, которые уже покрывали тело Натаниэля. Все способы, которыми люди показывали ему, что он не является своим собственным человеком. Татуировка на предплечье, кулон, который он так и не снял со своей шеи. Он не контролировал свои шрамы или то, как он их получил, и он не сможет контролировать этот новый шрам. Для Натаниэля он означал нечто иное, чем для всех остальных. Даже Жан, который тоже был собственностью, знал, что он никогда не сможет понять врожденное стремление Натаниэля к контролю, за которое он отчаянно цеплялся всеми возможными способами, но от которого был вынужден отказываться снова и снова. Рико подошел к стулу, возле которого стоял татуировщик. Он невозмутимо принял метку высоко на своей скуле. Кевин последовал его примеру, когда Рико закончил, хотя он не мог держаться так же спокойно, как Рико. Натаниэль стоял неподвижно, когда подошла его очередь. Он пристально посмотрел на Тетсуджи: — Ты не поставишь клеймо на мое лицо, Тетсуджи. Кровь Жана застыла, и он схватил Натаниэля за запястье. Тот рванулся, словно прикосновение обожгло. Натаниэль не часто выходил из себя в присутствии Тетсуджи, зная, что справиться с гневом хозяина гораздо сложнее, чем с гневом Рико. Тетсуджи не играл в игры разума, как это делал Рико. Его гнев не был мелочным, и он не вырывался. Из того, что Натаниэль рассказал Жану, он был ближе к тому типу монстров, каким был Натан Веснински. Жан мог видеть, как дрожат руки Натаниэля. Тетсуджи посмотрел вниз, где тоже было видно, как Натаниэль дрожит, и ухмыльнулся: — Не стоит беспокоиться, Натаниэль, сегодня ты не сделаешь татуировку. Мы не можем допустить, чтобы тебя узнала общественность раньше времени. — Ты не сделаешь мне ее… никогда. — прорычал Натаниэль. — О, но ты ошибаешься. Это уже одобрено моим братом. Он видит инвестицию так же, как и я, как способ создать больше процентов и, следовательно, больше прибыли в Экси. У тебя нет выбора. Когда тебе исполнится 18, ты тоже получишь свой номер. Тетсуджи пренебрежительно отошел от Натаниэля, прежде чем тот успел сказать что-то еще. Хотя Жан был уверен, что он ничего не скажет, зная, что Кенго одобрил это. Натаниэль серьезно относился к своим отношениям с главным филиалом. — Иди, Жан. Твоя очередь. Натаниэль. Натаниэль наблюдал из одной из комнат за кулисами, как Кэти Фердинанд махала Рико, Кевину и Жану на сцену. Ведущая ежедневного утреннего шоу выглядела чрезвычайно довольной тем, что именно ей выпала честь приветствовать Идеальный Корт. Натаниэль скрежетал зубами. Недостаточно было просто играть в Экси и быть хорошим игроком, теперь им предстояло играть на публику и прихоти Тетсуджи. Натаниэль слышал волнение толпы даже из-за кулис и думал о том, насколько он был прав, создавая больший интерес публики к этому виду спорта. Как бы Натаниэль ни ненавидел Тетсуджи и Рико, он любил Экси и хотел, чтобы он продолжало преуспевать и обрел самостоятельную жизнь вне контроля Тетсуджи. — Все, я хотел бы официально представить — Идеальный Корт: Рико Морияма, Кевин Дэй и Жан Моро! — радостно объявила Кэти, обнимая каждого из Воронов по очереди. — Спасибо, что пригласила нас, Кэти. Голос Рико был бархатным для камер и живой аудитории. Натаниэль сдержал рвотный позыв. Он не ожидал, что это станет его жизнью. — Нет, спасибо вам всем, что пришли! Я смотрела вашу игру вчера вечером. Невероятно, что это была ваша первая игра в качестве спортсменов колледжа. Вы уже выглядели как профессионалы. Это потрясающе! — восхитилась Кэти. Как будто у них был выбор. Кевин смущенно улыбнулся: — Кэти, ты уже знаешь, что мы с Рико выросли вместе, играя в Экси. С ним легко выходить на корт. Жан тоже, он с нами уже несколько лет, и мы просто хорошо работаем вместе. — Да! Конечно. Мы все слышали слухи о том, что Тетсуджи создает — Идеальный Корт, но теперь мы видим, как эта мечта воплощается в жизнь. С вашими навыками и амбициями я не могу представить мир, в котором вы трое не станете Кортом и не поедете на Олимпийские игры! Мы определенно смотрим на будущее Экси здесь. — Это и есть цель, Кэти. Мы упорно тренируемся и в конечном итоге хотим привести экси туда, куда оно еще никогда не доходило. Улыбка Рико была блестящей. — Итак, цифры на ваших щеках. Это номера твоего места в Совершенном Корте, верно? — с интересом спросила Кэти. — Верно. Уже много лет мы с Кевином рисуем их, чтобы показать, что мы станем лучшими из лучших. Когда Жан пришел и проявил себя, он тоже получил номер. Теперь, когда нам всем по 18 и мы играем на уровне колледжа, мы официально вытатуировали номера как напоминание себе о нашей конечной цели. Идеальный Корт. Рико объяснил. — Вы все такие молодые и с такими огромными мечтами! Это потрясающе. Мы все знаем истории Рико и Кевина. Жан, я знаю, что ты не так давно с ними, но не мог бы ты рассказать нам немного о том, как ты стал частью Идеального Корта? Жан ухмыльнулся Кэти, и даже Натаниэль почувствовал, что ему пришлось прищуриться, чтобы разглядеть ее. — Конечно, Кэти. Мои родители — хорошие друзья Мориямы. Я вырос, играя в Экси во Франции, и когда мои родители увидели, насколько серьезно я хочу заниматься этим видом спорта, они связались с тренером Мориямой и спросили, могу ли я попробовать свои силы. Все в Экси знают, что тренер Морияма — лучший тренер в мире. Они верили, что я смогу далеко пойти под его руководством, и, к счастью, тренер тоже увидел во мне эту перспективу. Остальное — история. Кэти цеплялась за каждое слово выдуманной и одобренной Тетсуджи истории Жана. Натаниэлю казалось, что он слышит, как люди в толпе падают в обморок от густого, красивого французского акцента Жана. — Невероятно, правда. Я должна спросить. Вы трое были в тренде по всему интернету с момента вашего дебюта вчера вечером. Даже больше, чем обычно для Кевина и Рико! Но, кажется, в ваших рядах не хватает номера. Где номер 3? Натаниэль познакомился с Кэти за несколько часов до этого и был основательно раздражен ее потребностью в сплетнях и информации. — Ну, у нас есть номер 3 для Совершенного Корта, но ради его личной жизни и развития он пока останется в секрете. Рико подмигнул. В тот раз Натаниэль действительно зазевался, и Тетсуджи сильно ударил его тростью по бедрам. --- Натаниэль наблюдал, как защитник снова ошибся в движении, и мяч выскочил из его ракетки прямо в ракетку дилера противника. Дилер Благородный с ухмылкой посмотрел на сопротивляющегося защитника-новичка и повернулся, чтобы переправить мяч на корт прямо одному из своих нападающих, который отбил мяч на вратаря-новичка. — Никонов Ильич! Если ты не можешь отточить простейшую работу ног, как ты можешь рассчитывать играть на моей площадке? — потребовал Тетсуджи с другого конца площадки. Жар в его голосе выдавал гнев, который скрывало его лицо. Натаниэль уже несколько недель слушал, как он преследует первого защитника. Рико тоже начал срываться на нем, и Натаниэль видел, как задний защитник Никонов сгибается под давлением. Он знал, какие люди нужны, чтобы преуспеть под руководством Тетсуджи, и Натаниэль не был уверен, что этот защитник справится. Было… что-то… в нем. С тех пор, как Жан официально начал работать в Эдгаре Аллане, Натаниэль стал уделять больше внимания другим Воронам. Он искал слабые звенья, то, что могло бы заставить хозяина и Рико свалить все на Жана. Он искал все, что мог сделать для того, чтобы Жан преуспел, когда он не мог быть с ним на площадке во время игр. Убедиться в том, что товарищи Жана по команде могут держать себя в руках, быстро стало для Натаниэля обязательным делом. Они не могли потерпеть неудачу. Неудача означала наказание. Натаниэль знал, что может справиться с этим, но он защищал Жана в течение многих лет. То, что он не мог присутствовать на игре, не означало, что он не будет помогать там, где это возможно. Натаниэль внимательно наблюдал за тем, как Тетсуджи продолжал выкрикивать требования к новичку. Натаниэль знал, на каком этапе тренировок находится Никонов, знал, что он, скорее всего, не увидит ни одной игры, если не возьмет себя в руки, но знал, что если это произойдет и если он будет играть в паре с Жаном, то за ошибки, которые он совершит, будет расплачиваться Жан. Натаниэль быстрым бегом пересек площадку и низко поклонился, стоя перед хозяином, который только что закончил бить тростью по бедрам и икрам Никонова. Он не думал, что удары нанесут такой уж большой вред, но как Тетсуджи решил, что это может быть полезно, когда Никонову трудно работать ногами, Натаниэль не понимал. — Веснински. — прорычал Тетсуджи. Натаниэлю нужно было действовать быстро, иначе трость Тетсуджи, несомненно, обрушится на него, а затем, возможно, и на Жана за то, что он его прервал. — Хозяин, я могу показать Ильичу работу ног и помочь ему отработать ее. Проблема в его времени и ловкости. Я могу поработать над этим вместе с ним. Натаниэль использовал японский язык, потому что не хотел, чтобы его увидели сомневающимся в методах хозяина с новичком Вороном. Это не могло склонить Тетсуджи на свою сторону. — Ты думаешь, что сможешь научить его лучше, чем я, три? Натаниэль очень старался не закатывать глаза, да, конечно, он мог, ведь он не был маньяком с тростью. — Нет, хозяин. Я просто думаю, что он лишь немного выше меня и шире. Возможно, ему пригодятся некоторые из моих личных упражнений. Казалось, что Тетсуджи действительно задумался над этим. Он посмотрел на Натаниэля, а затем на Никонова, который выглядел совершенно растерянным. Он кивнул один раз. — Ты будешь ему помогать. Если я не увижу улучшения, это будет на твоей совести, Веснински. Ты готов взять на себя ответственность? Натаниэль услышал то, что Тетсуджи не сказал. Он знал, что Тетсуджи ожидал от него неудачи, возможно, даже хотел, чтобы он потерпел неудачу, чтобы наказать Натаниэля за то, что он счел дерзостью. Натаниэль расправил плечи. — Да, но я не провалюсь. Он позволил своему тону просочиться в голос, и Тетсуджи физически сдерживал себя, чтобы не выбить из него это чувство. Тетсуджи щелкнул пальцами в знак отказа. Натаниэль повернулся к Никонову и махнул ему рукой, чтобы тот следовал через корт на свободную площадку. Он постучал ракеткой по земле и повернулся лицом к старшему Ворону. — Я Натаниэль. - Он не знал, как начать, и никогда не говорил с этим парнем и двух слов. Никонов слегка закатил глаза. — Да, я знаю, кто ты. Его акцент был густым и явно русским. Натаниэль слегка улыбнулся, потому что, как правило, он прекрасно владел языками и увидел возможность попрактиковаться в том, который он изучал. Он перешел на русский язык, хотя его акцент был довольно ужасным, он не говорил на нем также хорошо, как слушал и читал. — Я собираюсь… помочь… тебе… с твоим… обучением.