Призраки Эвермора

Эндрю. Голубоглазой птицы не существовало. Это была полная галлюцинация, которую Эндрю выдумал в своем воображении, чтобы сделать визит Совершенного Корта более интересным. Возможно, ему и удалось бы убедить себя в этом, если бы не вся его команда, которая все время говорила о том, что к их тренировкам присоединились четыре Ворона. Не три. Четыре. Он искал везде, где только мог. Он изучил состав Воронов в интернете. Он просмотрел записи игр в интернете. Он нашел все фотографии команды Воронов за последние пять лет, хотя Эндрю был уверен, и его идеальная память никогда не подводила его, что голубой должен быть его возраста или моложе. Никто не знал, кто этот парень, но все были уверены, что вспомнят его, если узнают. Только Эндрю и тренер видели его без экипировки, он был незабываем, даже если у вас не было фотографической памяти. Эндрю вспомнил интервью, которое он заставил себя посмотреть, пытаясь понять, кто такой голубой. Это было первое интервью с Идеальным Кортом, когда начался сезон. Предположительно, Жан Моро играл с Дэем и Мориямой в течение нескольких лет, но никто никогда не видел и не слышал о нем, пока он не начал работать в Эдгаре Аллане. Чем там занимался Тетсуджи? Управлял потогонной мастерской для детей Воронов? Создавал экси-наркоманов для игры за него? Были ли в процессе привыкания задействованы настоящие наркотики? Эндрю не мог избавиться от загадки о четвертом Вороне, который появился вместе с тремя известными членами Идеального Корта. Он ненавидел нерешенные проблемы, и он мог сказать, что синяя птица была проблемой. Зачем они взяли его с собой, если он не был членом их Корта? Или был? Загадочный номер три, о котором все твердили месяцами? Эндрю громко вздохнул, просто чтобы побеспокоить Аарона, который предсказуемо вскинул голову и уставился на него с другого конца комнаты, где он делал домашнее задание. Натаниэль. Натаниэль прищурился и открыл глаза, зрение было затуманено из-за головной боли, бьющейся в черепе. Его движения были почти слишком вялыми, чтобы откинуться на край кровати, прежде чем его вырвало в мусорное ведро, которое он там держал. Все тело болело, а голова кружилась от движения и боли. Он позволил своему телу опуститься обратно на кровать, и воспоминания медленно вернулись к нему. Он почувствовал, как засохшая кровь и сперма оцарапали его бедра. Он откинулся назад, чтобы снова спустить в мусорное ведро, но на поверхность вылилась только жидкость из желудка. Боже, каким же он был дураком. Его заставили пойти с Рико, Кевином и Жаном вербовать Эндрю Миньярда, потому что Рико ошибочно предположил, что Миньярд никак не мог отказаться от предложения. Он полагал, что соблазна стать номером 5 в Совершенном Корте будет более чем достаточно, чтобы заманить Миньярда к Эдгару Аллану. Он хотел, чтобы все члены его Корта были представлены ему, когда тот примет предложение. Он не ожидал, что Миньярд сразу же и безразлично откажется, а также того, что к нему потянется нож. Натаниэль пытался и не смог не усмехнуться при этом воспоминании, несмотря на боль в теле. Но большой рот Натаниэля не мог позволить этому случится. Он сказал себе, сказал Жану, сказал Кевину, что не будет вмешиваться. Он сказал им, что позволит экси-шарам падать куда попало и не будет вмешиваться в это ради себя и ради них, он ничего не должен Миньярду. Ему нужно было защищать своих, а не какого-то случайного вратаря, который понятия не имеет, как правильно владеть клинком, но при этом уверен, что может им управлять правильно. Он дал волю своему рту. И он поставил их всех на пути ярости и садизма Рико. Конечно, из-за того, как он разговаривал с Рико и Эндрю, он знал, что большая часть, если не вся, этой ярости будет направлена на него. Рико было трудно отвлечь внимание Натаниэля, даже когда он вел себя наилучшим образом. Но он заставил Жана остаться. Заставил Жана смотреть. Натаниэль не был уверен, сможет ли он встретиться с Жаном сегодня. После того, как он позволил этому случиться. После того, как он отказался отступить перед Рико, Каллумом Вэнсом и Сореном Корбеттом. В его голове промелькнула мысль о руках Вэнса на Жане. Даже если они не двигались от лица Жана, где он заставил его смотреть, как Рико и Корбетт разрывают Натаниэля на части. Натаниэлю была ненавистна мысль о том, что Вэнс может находиться рядом с Жаном, особенно за закрытыми дверями. Он не был уверен, когда окончательно потерял сознание. Он не хотел знать, что произошло после того, как он потерял сознание, и хотя все в нем восставало против того, чтобы встречаться с Жаном так скоро после того, что он видел, он должен был знать, что Жан цел и невредим. Он медленно наклонил голову, стараясь не двигаться быстро, чтобы не вызвать прилив желчи. Жан проснулся и смотрел на него со своего легкого места на кровати в другом конце комнаты. Он выглядел… растерзанным. На его челюсти красовался багровый синяк, а на груди, на руках и на запястьях виднелись заплатанные и зашитые раны. Взгляд Натаниэля встретился со взглядом Жана, и ни один из них не знал, с чего начать. Они уже видели друг друга на самом низком уровне. Но это было что-то новое даже для них. Что им делать дальше, после того, что пришлось пережить Жану? После того, что пережил Натаниэль? Это была эскалация, к которой они не были готовы. — Фейерверкер Голос Жана был едва выше шепота. Натаниэль попытался слегка покачать головой. Он определенно не хотел говорить об этом