Контора по поиску соулмейтов

      Обычным утренним ритуалом была проверка электронной почты, и сегодня, помимо рекламных писем и рассылок от коллег, в ней было кое-что новенькое.       От неизвестного адреса, разбором которого Чайльд себя не утрудил, было краткое и содержательное письмо.       «Уважаемый Аякс, Благодарим Вас за сотрудничество с нашей конторой. Информация о Вашем соулмейте…»       Далее следовало имя и контактные данные, а в самом конце и обращение с пожеланиями хорошего дня.       Как быстро.       Погодите, почему это вообще должно быть быстро? Чайльд не мог вспомнить, связывался ли он вообще с этой конторой, но воспоминания о последнем сне услужливо подсказали, что не только связывался, но и подписывал что-то и говорил с кем-то… Но это же было во сне? Тарталья помотал головой, словно стряхивая сонливость, хотя его переполняла утренняя бодрость.       Впрочем, чего забивать голову. Соулмейт есть? Не этого ли так желал Тарталья? Он с лёгкой улыбкой набрал незнакомый номер. Для звонков, кажется, было рановато, но парню очень уж не терпелось.       — Здравствуйте! Меня зовут Тарталья, и хотел бы встретиться с вами!       Ему ответил глубокий размеренный голос.       — Доброе утро. Чжун Ли слушает. Вы по какому-то личному вопросу? Насчёт похоронных церемоний следует обратиться через бюро.       — Н-нет, мне не нужны похороны! — отчего-то смутился Тарталья. — Мне пришло письмо, что вы мой соулмейт, и мне хотелось бы…       Задумчивое молчание прервало его оправдательную тираду, а затем Чжун Ли ответил:       — Да, припоминаю, что мне тоже пришло такое же письмо. Рад услышать тебя, Аякс.       От упоминания его имени Чайльд затрепетал.       — И, и я…       Должно быть, владелец такого чарующего голоса и внешне красив.       Они договорились встретиться сегодня же вечером, в Глазурном павильоне. Как раз Тарталья успеет забежать после работы домой, чтобы переодеться из рабочей одежды, и по дороге прикупить какой-нибудь символический подарок.       Весь день Чайльд был непривычно взбудоражен. Из-за постоянных мыслей о сегодняшней встрече он не замечал решительно ничего, хотя не то чтобы был рассеян и неуклюж. Наоборот: работа продвигалась как никогда быстро, а перерывы на кофе казались бесконечными. Да и сам день казался очень долгим.       Разговоры сотрудников отвлекали. Настроение было на редкость великолепное: волнительно-бодрое, освежающее. Таким было предвкушение встречи с таинственным Чжун Ли. Тарталья и забыл, как ему было тоскливо из-за непонятного одиночества, а теперь упивался предвкушением. Вряд ли, конечно, его жизнь сильно поменяется, но ведь будет много новых впечатлений. И приятный человек под боком. Его пара…       Чайльд помотал головой, отгоняя ненужные мысли. Нечего и фантазировать: вдруг ничего не получится. Хотя не может не получиться, это же всё-таки контора сделала, работа профессионалов. Они изучают Глаза Бога или что-то такое, Тарталья не интересовался тонкостями.       Контора всё делает бесплатно, а уж как — вопрос последний.       Последний час Чайльд еле усидел. Неосторожно сметя со стола документы и даже не подняв их, он ускакал домой всё равно раньше положенного срока. Впрочем, ему это снисходительно прощали. Перед зеркалом Тарталья причесал потрёпанные рыжие вихры, оделся в серый костюм — парню казалось, в нём он выглядит красиво. И на самом деле, так оно и было. Только подарок выбрать не успел: так и не придумал, что преподнести несомненно красивому мужчине.       Подумал Чайльд также и о том, насколько странным будет оплатить счёт в ресторане за Чжун Ли. Похоже на подарок? Или подвезти его до дома… Заодно Тарталья узнает, где он живёт. Но ведь ему незачем такие подробности.       Да ведь это даже не свидание, зачем так волноваться?       Буду действовать по ситуации. Тарталья наконец подъехал к заветному ресторану.       Потянув на себя массивные двери и войдя, парень тут же увидел за уже забронированным им столиком какого-то господина. Именно господина — назвать его по-другому у Чайльда язык не повернулся. Несмотря на относительно тёплую погоду, Чжун Ли сидел в перчатках, аккуратно сложив руки и смотря в окно. Заметив, что Тарталья подсел к нему, мужчина отвлёкся от созерцания видов.       — Здравствуй, Аякс, — слегка кивнул Чжун Ли.       — Здравствуйте, мистер Чжун Ли. — Чайльд улыбнулся как можно доброжелательнее — это у него выходило всегда. Хотя многие говорили, что у него довольно пугающий взгляд, улыбка была полной её противоположностью.       — Было бы неплохо отужинать. Да и чай, я считаю, будет отличным дополнением к нашей беседе.       Какой интересный намёк. Чайльд поёрзал на стуле, не отрывая взгляда от Чжун Ли, а тот невозмутимо открыл твёрдый тёмный переплёт. Ладони в перчатках не дрогнули.       — Так… И что?       Тарталья мерно постукивал пальцами по столу. Обычно ему была неведома неловкость… Но ведь перед ним сидел его соулмейт. Высокий, статный мужчина с глубоким взглядом спокойно изучал меню.       — А чего бы ты хотел узнать?       Подошёл официант. Спросил с лёгким поклоном:       — Добрый вечер. Что будете заказывать?       — Здравствуйте. Свиной суп с бамбуком, лепёшку «Мора» и чай, чёрный, в чайнике, пожалуйста.       — А мне, пожалуйста, то же самое! — вставил Тарталья. Он не помнил, что пробовал эти блюда, поэтому ему были интересны вкусы мужчины. Официант кивнул и ушёл. — Чжун Ли, где вы работаете? — наконец обернулся Чайльд к собеседнику.       — Я консультант похоронного бюро. Знаешь ли, стабильная работа, несмотря на некоторую конкуренцию в сфере ритуальных услуг: в наше время кремирование становится всё более популярным. Но люди до сих пор обожают всякие церемонии. Свадьбы, например.       Чайльд вспомнил про Глаз Бога — но у Чжун Ли его не наблюдалось в обозримом пространстве, а его собственный, неловко прикреплённый на пояс, был под столом. Досадно.       Если они соулмейты, Глаза Бога будут резонировать. А если нет…       Встать будет невежливо или просто некрасиво?       Чжун Ли стал рассказывать про свадебные церемонии, какими они были когда-то и какие они сейчас, очень подробно и долго, отвлёкшись только на принесённую еду. Новые знакомые ели в молчании, хотя Чайльд всё порывался спрашивать ещё и ещё — Чжун Ли взглядом пресекал все его попытки бурчать с набитым ртом. Глаза у мужчины были наиприятнейшего янтарного оттенка, и Тарталья снова поблагодарил судьбу за то, что свела с таким невероятным человеком.       Когда тарелки остались пусты, а чай разлит по чашкам, парень наконец решился спросить:       — Вы когда-то работали в музее? — в изумлении протараторил он. — Вы так много знаете.       — И в музее тоже, — ответил Чжун Ли. — Во многих. Это, знаешь, приятная, непыльная работа. В это время не так много людей посещают музеи.       — В какое время? Вечером? А мне кажется, как раз вечером больше народу.       Чжун Ли усмехнулся, снисходительно, едва заметно, но Тарталья это уловил и на мгновение задумался: он что-то неправильно понял?       — Я имею в виду этот век. История уже мало кого интересует, хотя когда-то и музеи были в новинку. Информации было, конечно, много в свободном доступе и без того, в книгах и диссертациях учёных, только она была обрывочной и разрозненной. Структурировать её могли только настоящие фанатики, ценители истории. И вот появляются первые музеи. — Чжун Ли прихлебнул чая, чуть затягивая паузу. Тарталья понял, к чему он клонил. — Это было нечто новым и несомненно интересным, как появление кинематографа или создание сети Интернет.       — Сейчас-то история — скука смертная. Рассказывать о ней требует настоящего таланта, а он у вас определённо есть, — восхитился Чайльд. — Откуда вы знаете такие подробности?       — Это не так уж и сложно понять, — как-то пространно сказал Чжун Ли.       На улице стемнело совсем, но многочисленные электрические огни в ресторане и за окном скрадывали ощущение времени. Тарталья и не заметил, как весь чай был допит — пил его по большей части Чжун Ли — и принесли счёт. Тут уж можно было задуматься, как его оплатить: пополам или нет. Впрочем, Чайльд не успел переварить и одной мысли: Чжун Ли похлопал себя по карманам и с невозмутимым, спокойным разочарованием сказал:       — Я снова оставил дома кошелёк…       — Ха-ха, ладно, я сам всё оплачу.       — Спасибо, Аякс.       Для Тартальи это не было в тягость. Он и сам подумывал о том, чтобы заплатить за этого господина как благодарность, ведь они провели вместе приятный вечер. Всё было слишком хорошо.       Новоиспечённые знакомые вышли из ресторана на прохладный вечерний воздух. Глаза Чжун Ли загадочно блестели в тени. Чайльд, скосив взгляд, так как шёл чуть впереди, чтобы придержать дверь, осмотрел костюм мужчины на наличие Глаза Бога. Спереди его не было.       — Вас подвезти? — участливо спросил Тарталья, направляясь в сторону парковки. Как было бы здорово узнать, где живёт Чжун Ли! Наверняка в небольшой скромной квартире на окраине города, украшенной всякими ценностями. Или увешанной картинами. Или обставленной антикварной мебелью. Было бы очень интересно…       Чжун Ли склонил голову, сцепив руки за спиной.       — Благодарю за предложение. Но я доберусь сам.       — Постойте, вы же забыли кошелёк!..       — Такси!       Тарталья и опомниться не успел — перед мужчиной остановился автомобиль со знакомым рисунком шашечек и уехал вместе с Чжун Ли, громко гудя мотором на прощание. Мужчина успел попрощаться, но Чайльд проигнорировал это и с добрый десяток секунд стоял в ступоре на обочине, пока его с интересом разглядывали шофёры других такси.       Вишенкой на торте было то, что висевший на спине Чжун Ли Глаз Бога не светился — Тарталья осознал это позже, развернувшись и отойдя от дороги.       Что это было? Ошибка конторы? Чья-то шутка, чтобы развести наивного парня на деньги? А ведь всё начиналось так красиво… Чайльд вспомнил о хмуром и недружелюбном клерке, и ему очень сильно захотелось увидеть его снова и расспросить о том вопиющем безобразии, что произошло только что. Это было обидно, до боли обидно да даже не за потраченные время и деньги незнамо на кого, а за то, что этот Чжун Ли обманул его.       По пути домой, когда негодование немного поутихло, Тарталья здраво рассудил, что это всё ерунда и что не стоит и думать об этом — рассудил смиренно и немного даже безнадёжно, но настроя найти соулмейта не потерял. Хотя бы за услуги поиска платить не надо, и в конторе всё там сами делают.       Повидаться бы с умником-клерком и расспросить его поподробнее, откуда взялась ошибка.

***

      Перед тем, как лечь спать, Чайльд задался резонным вопросом — как ему связаться с клерком. В голове смутно вспомнилось, что встреча их проходила во сне, что, во-первых, со стороны звучит слегка абсурдно, во-вторых, совершенно не даёт какой-либо возможности установить обратную связь. Электронное письмо с информацией о Чжун Ли пришло от адреса с пометкой "не отвечать". Чайльд никогда прежде не слышал, чтобы Контора находила неправильного соулмейта, посему у него было ноль зацепок, позволяющих связаться с клерком.       На секунду Чайльд задумался, пытаясь выискать в памяти имя юноши.       Он помнил, что его имя было длинным, и вроде бы оно начиналось на "С". Там было несколько букв "А", идущих друг за другом через звонкую согласную. Аякс пытался визуально вспомнить, как он узнал его имя во сне, но в голове возник только бейджик, прикрепленный к левой груди, со смазанной строкой наверху.       как тебя зовут?       Аякс внезапно осознал, что он едва ли может сказать, как выглядит клерк. Он совершенно не помнил его лица, голоса, во что был одет. Он помнил, что этот клерк просто был. Он помнил, что клерк работает в Конторе по поиску соулмейтов, что как только его соулмейт найдётся, с Аяксом свяжутся по электронной почте, и с ним действительно связались по электронной почте, пусть и предполагаемый соулмейт оказался вовсе не соулмейтом. Чайльд был абсолютно уверен в том, что его сон не был просто плодом воображения, пусть и большинство людей, у которых он спрашивал, отвечали, что им просто приходило письмо на почту. С ним и впрямь связывались во сне, и в голове должен появиться вполне логичный вопрос: как с ним связывались во сне?       От навалившейся кипы вопросов заболела голова. Мысль о том, что он даже не знает, где искать ответы и, самое главное, он скорее их и не найдёт, никак не помогла улучшить и без того скверное настроение. Слишком много разочарований за один день.       Надо идти спать.

***

      Во сне Чайльд сидел в знакомом офисе со знакомым лицом напротив. Знакомое лицо напротив в этот раз было не хмурым, а безразлично дружелюбным, как у какой-то куклы. Чайльд, словно по команде, опустил взгляд вниз, чтобы прочитать имя на бейджике.       Скарамуш.       — Как прошла ваша встреча?.. — начал Скарамуш, но был тут же прерван Чайльдом.       — Мы не соулмейты. — Голос Аякса сочился ядом.       Глаза Скарамуша от неожиданности расширились — он явно не ожидал такого ответа. Он отпрянул, выпрямив спину, а затем нахмурил брови. Его лицо приняло недоверчивое выражение.       — В смысле?       Чайльд был готов поклясться, что полная фраза должна звучать как «в смысле, блядь», но последнее слово Скарамуш решил, наверное, не озвучивать из этических соображений.       — В прямом, — огрызнулся Тарталья, скривив губы в ухмылке. — Твоя контора ошиблась. Или ты ошибся.       — Это не моя контора, — быстро выпалил Скарамуш с нотками раздражения в голосе. Тарталья снова был готов поклясться, что в оригинальной версии эта фраза должна заканчиваться каким-то неласковым словом в адрес Аякса, которую Скарамуш всё ещё не мог озвучить из банальной этики. Или из-за угрозы получить штраф от босса за оскорбление клиентов. Он всё больше стал походить на привычную версию себя, которая общалась с Чайльдом в их первую встречу.       — Да мне плевать, чья эта контора, — сорвался Чайльд. — Вы навешали мне лапшу на уши, пообещали, что найдёте мне соулмейта. Прислали на почту контакты какого-то мужика, который сначала подумал, что я хочу похороны организовать. Я сказал ему, что мне на почту пришла информация, что он мой соулмейт, и мы договорились сходить вместе поужинать. Я весь вечер слушал его исторический трёп, пытаясь проверить, соулмейты мы или нет, но его Глаз Бога висел сзади. Я оплатил за нас двоих ужин, потому что он якобы забыл свой кошёлек дома, хотя ничего он дома не забыл, он при мне вызвал такси чуть ли не сразу же, как мы вышли из ресторана. Я потратил весь свой вечер, свои деньги на свидание с ним; я смотрел на него наивными восторженными глазами, чтобы в итоге оказалось, что он не мой соулмейт?       В воздухе повисло молчание. Чайльду нечего было больше говорить — с поиском его соулмейта полностью облажались. Скарамуш, видимо, пытался подобрать какие-то слова, чтобы выкрутиться из этой неловкой ситуации.       В конце концов, он прочистил горло и сказал ровным тоном:       — Я приношу свои искренние извинения за возникшие проблемы. Это действительно наша вина. Мы постараемся сделать всё возможное, чтобы исправить ситуацию и впредь не допустить повторения подобных ошибок. В следующий раз мы пришлём Вам более подробную информацию о Вашем потенциальном соулмейте.       Честно говоря, Чайльду хотелось послать на все три буквы Скарамуша и его контору (пардон, не его), но что-то внутри подсказывало, что увильнуть так просто не получится и, раз он однажды согласился на эту очевидно бессмысленную авантюру, нужно участвовать в ней до конца. В конце концов, ему всё равно придётся искать соулмейта — банально потому что жить одному было тяжело. Не только морально, но и в бытовом плане — он это понял, когда переехал из общежития в съёмную квартиру.       — А может лучше в следующий раз вы свяжитесь со мной лично и обсудите, кого нашли в этот раз?       — Нет, — слишком резко ответил Скарамуш прохладным тоном. – Мы пришлём Вам всё необходимое и даже чуть больше на почту, чтобы Вы сами смогли ознакомиться с более подробной информацией о Вашем потенциальном соулмейте. Тем более, – ехидно добавил он, – никто не заставлял и не заставляет Вас встречаться со своим соулмейтом. Вы сами вправе решить, хочется Вам с ним увидеться или нет. Если только Вы не настолько отчаялись в своём одиночестве.       Последнее задело Тарталью, потому что в глубине души он прекрасно понимал, что это правда. Он действительно немного отчаялся в своём одиночестве. Может быть, даже не немного. Другое дело, что указывать такое вслух человеку, которого Тарталья видит всего второй раз в своей жизни, смахивает как минимум на нарушение личных границ и неэтичное поведение сотрудника по отношению к своему клиенту.       — Не твоё дело, в чём и как я отчаялся, — холодно ответил Аякс. — И почему ты не хочешь со мной лично обсудить моего соулмейта, которого ты для меня нашёл?       — Я не горю желанием врать тебе в лицо, но боюсь, за правду мне урежут зарплату в этом месяце.       В ответ Тарталья лишь невольно хмыкнул.       — Я тоже не испытываю огромного желания с тобой видеться.       — Рад, что мы пришли к взаимопониманию.       В воздухе повисло молчание. Тарталья не знал, что еще сказать, да и нечего ему было говорить. Злость и обида на Скарамуша отпустили его после того, как ситуация разъяснилась: Скарамуш просто облажался. Он даже принёс неискренние извинения Чайльду "за доставленные неудобства". Тарталья даже не злился за то, что Скарамуш тыкнул в него чувством одиночества, пусть всё ещё считал, что клерк перегнул палку.       Вспоминать же своё неудавшееся свидание Аякс не хотел — он ещё недостаточно отрефлексировал его.       Скарамуш прочистил горло, прервав молчание, и произнёс:       — Если я ответил на все твои вопросы, то, думаю, можно попрощаться. Данные о твоём новом соулмейте придут на почту, по срокам сориентировать не смогу.       Тарталья кивнул в ответ, собираясь уже попрощаться, как тут внезапный вопрос пришёл к нему в голову.       — Подожди!       Скарамуш от неожиданности вздрогнул.       — Что?       — Почему ты мне снишься?       — Что?       Тарталья прикусил язык. Действительно, не самую удачную формулировку вопроса он выбрал.       — Имею в виду, — замялся он, подбирая слова. — Ты же не плод моего воображения, а реально существующий человек, — Чайльд заметил, как на этих словах Скарамуш невольно усмехнулся. — Но ты приходишь ко мне во сне. Как?       — Мой старый знакомый подарил мне специальное устройство, которое позволяет проникать в разум людей во сне.       — О как, — бросил в ответ Аякс, переваривая про себя полученный ответ. Устройство, которое позволяет проникать в разум людей во сне, — звучит слишком фантастически и неправдоподобно.       — Ты не веришь в существование устройства, которое позволяет проникать в разум человека, пока он спит, но при этом веришь, что ведёшь осмысленный диалог с реально существующим человеком во сне? — усмехнулся Скарамуш, откинувшись назад на спинку стула и скрестив руки на груди. — Да ты удивительный человек, Чайльд Тарталья.       — Мне расценивать это как комплимент?       — Нет, как неудачную попытку флирта, — язвительно бросил в ответ Скарамуш. — Спокойной ночи и не забывай проверять почту.       И в следующее мгновение Аякс проснулся.