По раскаленному лезвию

      Он бы его не убил. — Если мне это помешает, я просто избавлюсь от тебя.       Нет, он бы не смог. — Я не чувствую к своему партнёру ничего кроме банального желания. Мне нужно только одно и я говорю тебе об этом сразу. Не жди от меня чего-то большего. После всего, что было между ними, он бы не решился это сделать. Пусть и говорил каждый раз, что Савва для него лишь очередная ошибка. — Моя работа – вот чем я живу. Убийства. Я больше шести лет этим занимаюсь, во мне не осталось ничего, что тебе может понравиться, поэтому не думай, что ты сможешь что-то изменить. Что сможешь воззвать к человечности. Пусть он это и говорил, но Савва не верил ему всё то время, сколько они были знакомы. Верил до тех пор, пока Полторашка не напал на него в эту ночь. Пока не нанёс удар первым и не окрасил в алый лезвие ножа. — Остановись, я не хочу с тобой биться! — Ты с головой не дружишь что ли? Ты буквально объявил всем войну, тебя вся группировка ненавидит, думая, что таким образом ты насмехаешься над ними. Но всё намного абсурднее, не так ли? Савва прикрывает рану на предплечье, чувствуя, как пальцы начинают покрываться жидкостью и липнуть к куртке от мороза. Он непонимающе смотрит на приближающегося парня. — О чем ты говоришь? — Ты за дурака меня держишь? О Раевском речь. Нашёл же ты себе увлечение вовремя, хочу сказать. Если хотел почувствовать себя кому-то нужным или захотелось банальной разрядки, — выплевывает ядовито парень. — То мог бы обратиться ко мне. Савва открывает рот и бросает быстрый взгляд на обочину. Мариан уже поднялся на ноги и направлялся в сторону полицейского участка за помощью. — Я не понимаю, — повторяет Савва и пропускает тот момент, когда Полторашка бьёт его по рёбрам и валит на асфальт. — Если тебя поймают, понимаешь, что с тобой сделают? Любишь быть мучеником? — наносит он ещё один порез Савве, пока тот отбивается. Парень внезапно замедляется, всматриваясь в лицо, и что-то заставляет его окончательно остановиться. Острые черты лица меняются, и оскал пропадает, сменяясь недоверием, а затем потрясением. — Или ты не знаешь? — Чего не знаю?! Ты задолбал меня уже! — Савва яростно бьёт Полторашку коленом в живот и теперь перекатывается с земли на него, надавливая на горло и приставляя остриё под подбородок. Он не думал, что сможет навредить парню, потому что тот был не безразличен ему и испытывал к нему какие-то чувства, но в этот момент... В этот самый момент рука его не дрогнула, а лишь сильнее надавила на горло. Глаза Полторашки немного расширились. — Соловей, ты... Я и не думал, что ты настолько наивен. Ты ведь даже не понял ещё этого,— заливисто смеётся парень и резко замолкает, морщась, будто от чего-то кислого. — Мне просто интересно, когда ты всё же поймёшь, что больше не в силах убить Раевского своей рукой. Лебедев сильно хмурится, чувствуя, как неприятно ударил пульс в висках, и замахивается, чтобы вырубить парня.  Крик со стороны заставляет подпрыгнуть сердце и замереть. Савва поднял голову, чтобы найти взглядом, зовущего его Мариана, но вместо этого его ослепляет свет фар, показавшегося из-за угла улицы автомобиля. Дальше всё происходит быстро: удар в корпус, удар в живот, его валят на землю и впечатывают пару раз головой об асфальт. Он не может нащупать нож в своей руке и начинает против своей воли проваливаться во тьму, слыша только еле уловимый голос Полторашки: — Я убью его быстро, он не почувствует боли, обещаю. К чему были эти слова? Савва попытался уловить за хвост это промелькнувшее чувство в нём, но не успел. Теперь он метался в темноте, слыша стук собственного сердца. Ему послышался мутный и еле уловимый отголосок Мариана, но он был настолько далёким, что не смог пробить брешь в сознание. Тьма не отпускала, а кажется, ещё больше сгущалась до тех пор пока память не сыграла с ним злую шутку.

***

Из воспоминаний Савелия (около года назад)

Парни врываются в дом и с глухим грохотом врезаются в стену. Синяя штукатурка осыпалась на волосы и оголенные плечи. Полторашка точно знал, что в этот день никто не собирался прийти в поместье, поэтому и позволял себе слишком много. Не поцелуи и даже не прикосновения к щепетильным местам, а уже откровенные собственнические действия. — Подожди... А мы не торопимся? Я конечно не против, но может... — Ты хочешь отказаться? — недовольно промычал над ухом Полторашка. Без того частое дыхание Саввы и вовсе сбилось, ему нужен был сейчас ингалятор, но рюкзак лежал в другом конце комнаты. — Нет! Мне только нужно... — Тогда замолкни, — обрывает его парень и затыкает рот поцелуем. Подминая его губы под свои. Он их до боли кусает и быстро отстраняется, когда Савва ахает, попытавшись углубить поцелуй. Внутри кольнуло разочарование. Савва облизнул губы, пытаясь избавится от едва заметного привкуса меди. Парень никогда не произносил лишних звуков и не любил заострять внимание на долгих поцелуях. Всё было быстро и в спешке. Если бы можно было обойтись без них, тогда Полторашка так бы и сделал – абстрагировался от лишних прикосновений. Но всё равно он неохотно делал это ради Саввы, прекрасно понимая, что партнёр этого ждал. Однако, тому этого чертовски не хватало, хотелось получать больше. Ему приходилось отдавать всего себя за маленькую горстку счастья. Жалел ли он? Был ли унижен? Нет. Это был его выбор, а значит, жалеть о нём было нельзя. Этого ему хотелось меньше всего. Сейчас нужна была только близость этого человека, хотелось чувствовать что-то хорошее и ощутить себя чем-то большим, чем жалким ничтожеством хотя бы на короткий промежуток времени. Грубо надавив на плечи Саввы, парень заставил его упасть перед ним на колени. В комнате раздался звон пряжки ремня. Пальцы крепко схватили светло-русые волосы до боли в луковицах. Полторашка был всегда грубым, но никогда не делал ничего против воли Саввы. Почти никогда. Поэтому, когда тот утробно зарычал, парень со вздохом прислонился к стене и с усмешкой посмотрел на него сверху вниз. — Чего разрычался, зверюга? Савелий молча поднялся на ноги, вытирая рот тыльной стороной руки, и толкнул парня в грудь. Тот не ожидая такого, сначала опешил и повалился спиной на диван. — Я на такое не подписывался. Ты меня чуть без волос не оставил, а походить на Бондарчука я не хочу, — фыркает Савва и проводит рукой по оголенному телу. Парень наблюдал за ним плотоядным взглядом, приподнимаясь на локтях. — Нет, Соловей, это ты присосался как пиявка, — резким движением перекатился на него темноволосый, склоняясь снова над ухом. — Неужели какие-то проблемы? Тебе не хватает внимания? У Саввы перехватило дыхание, и он протестующе дернулся от пробежавших по телу мурашек. Когда губы едва-едва коснулись шеи, он со свистом втянул воздух, выгибаясь в спине и тем самым вызывая довольный смешок у парня. — Можно ещё? — Соловей хочет ласки? Не по адресу, птенчик,— скалится Полторашка, щипая его, и придавливает сверху своим телом, перед тем как упереться к нему пахом вплотную. В следующие секунды в комнате раздаются посторонние звуки шлепков тел друг о друга и короткие вздохи. Старые пружины дивана немного поскрипывали, будто постанывая в такт парням. Савве хотелось выдыхать имя парня вслух, но вместо этого приходилось сжимать челюсти и впиваться ногтями в диван. Парни полностью отдались искушению, игнорируя внешний мир и забыв обо всех проблемах. А когда всё закончилось, азиат отстранился, тяжело дыша, и упал на жёсткую подушку, больше не касаясь тела Саввы. Пока они восстанавливали дыхание, ветер со свистом завывал на чердаке, создавая в доме сквозняк. Хотелось придвинуться ближе к парню и не терять этого тепла, что появилось внутри, но это не было ему дозволено. — Савва – это моё настоящее имя. — И зачем оно мне? — не понял Полторашка, лёжа на спине. Глаза у него были закрыты, но мышцы лица напряжены. Улыбка Савелия начала таять, и он почувствовал, как сгустился воздух вокруг него, мешая свободно дышать. — Я просто подумал, что тебе было бы интересно узнать его. — Хм, понятно. Очень мило, но мне без разницы. Соловей, лучше не используй своего настоящего имени здесь, в этих стенах. — Но я тебе доверяю и мне было бы интересно узнать твоё. Если честно, мне никогда не хотелось ничего больше, чем это. — Бедолага, — цыкнул недовольно парень, спустя несколько долгих минут молчания. Он поднялся, не смотря в сторону Саввы, принялся одеваться. А Лебедев лежал, заломав нервно пальцы рук, пытаясь дышать тише и не выдавать своего шумного дыхания вперемешку с хрипами. Чёртова астма...— Тебе будет так нелегко в этом мире, я это уже вижу. Ты как ребёнок ищешь ласку. Как дворовой кот рыскает в поисках малейшей подачки от людей, так и ты ищешь взаимности. Полторашка оборачивается через плечо. На лице парня написано, что такого он в нём не приемлет. — Перестань романтизировать мой стояк, ясно? Это выглядит жалко, Соловей, просто вернись с облаков на землю и взгляни реальности в лицо: если ты оказался здесь, среди убийц и наркоманов, а до этого был грушей для битья, то ничего лучшего от жизни уже не жди. К тому же ты ещё и гей. Гей в России – это очень не круто. Погряз в дерьме пожизненно, считай. Чем быстрее ты это осознаешь и привыкнешь, тем жить станет легче. Савва смотрел в спину уходящего парня, чувствуя, как обида внутри него неприятно зудит в груди. Тепло, что было пару минут назад, уже улетучилось бесследно. Он лежал на диване неподвижно, пытаясь абстрагироваться от мыслей, но они беспощадно пробивались в его голову, вызывая ком в горле и новый приступ. Слова Полторашки не должны были иметь большого значения для него, но почему то всё же смогли задеть. Достав ингалятор из сумки, он вдохнул последний оставшейся золь и выбросил пустышку. Флакончик полетел в стену и при ударе с треском разлетелся на несколько частей.

***

Савва с тихим стоном открывает глаза, чувствуя, как пульсирует в голове от света в комнате. Даже при том, что окна были занавешены, солнечные лучи умудрялись проникать сквозь них и делать бежевые обои ещё светлее. Всё было в молочных оттенках, даже эта невероятно мягкая подушка, на которой лежал парень. Савва потёр руками лицо, приподнимаясь с кровати. Предплечье заныло от этого малейшего действия, и только сейчас он обнаружил, что рука перебинтована, а на голове завязана тугая повязка. Медленно поднявшись на ноги, парень прошёл по пушистому ковру, направляясь к окну. Отодвинув шторку, Савва увидел знакомую беседку и задний двор, граничащий с перелеском. Он в доме Раевских. Медленно осмотрев комнату взглядом, парень в каком-то отстраненном состоянии прошёл к комоду, где было зеркало во весь рост. — Выглядишь хреново, — сообщил он своему отражению, подмечая, что лицо немного осунулось, а под глазами залегли синяки. А еще на нём одета не его одежда. Слишком чистая и приятная ткань футболки, которая немного была маловата в плечах, а свободного покроя шорты прилично так стягивали задницу. Шептуна пустить страшно: вдруг по шву пойдут? Савва снял с головы повязку, трогая затылок. Ничего вроде не болело, но было ощущение, будто голова ватой набита. А ещё странное чувство тяжести в груди не давало покоя. Ступая босяком по плиточному полу, чувствовалась приятное тепло под ногами. Парень даже присел на корточки и пощупал мрамор ладонями, наслаждаясь приятным чувством пару минут. Одернув себя от этого глупого занятия, он повернул осторожно ручку и выглянул за дверь. В нос ударил запах ванили и пряностей. В животе тут же заурчало. Пустой коридор был украшен мишурой, а на люстрах были подвешены серебристые шарики. От куда-то доносились звуки музыки и недовольные женские возгласы. На втором этаже находились личные комнаты, где Савве удалось побывать лишь однажды. Рита показала ему свою комнату и коротко рассказала, где живут остальные.       Парень, вспоминая об этом, прошёл чуть дальше комнаты Анастасии и остановился возле той, где была наклеена маленькая звездочка возле дверной ручки. Настя  рассказала, что наклейки расклеены по всему их дому из-за маленькой Риты. Их мать ругается и отдирает их, чтобы не портили интерьер, но по словам девушки, Мариан оставил наклейку на своей двери, чтобы девочка не дулась целыми днями. Признаться честно, Савва бы на такое, наверное, не пошёл... У парня на двери розовая звёздочка – это казалось оскорбительным. Но вся эта ситуация вызывала какое-то умиление.       Савелий с тихим щелчком открыл дверь, просовывая туда голову и не смог подавить удивленного вздоха. Комната была поделена огромным стеллажом с книгами на две части. В одной был рабочий стол, небольшой диванчик, полки с блестящими кубками и статуэтками, огромное и наверняка удобное кресло из натуральной кожи. В углу стояла картонная модель Ледовой Арены, рядом висели несколько медалей, а на стенах пара плакатов, где изображён Мариан во время выступлений. Во второй части была кровать, шкаф во всю стену и огромное окно, под которым были разбросаны декоративные подушки. Здесь было очень просторно и светло. Взгляд упал на Мариана, лежащего под одеялом. Темные волосы разметались по подушке, а на лице расплылся синяк почти под самым глазом. Рядом лежала раскрытая книга, видимо, он уснул прямо за чтением. Увидев парня, тяжесть внутри Саввы начала медленно опускать и это ему вовсе не понравилось. Полторашка его не убил, а значит, Раевский смог как-то сбежать, но что тогда здесь делает Савва? Проскользнув тихо в комнату, он прикрыл за собой дверь и бесшумно направился к кровати по ворсистому ковру, не издавая никаких посторонних звуков. Ноги щекотал мех, а внутри парня щекотали нервы. В руке у него по-прежнему была повязка, которую он снял с головы ранее. Савва сжал её сильнее и натянул, проверяя на прочность. «Мне просто интересно, когда ты всё же поймёшь...» — зашептал голос в голове, ускоряя сердцебиение. Савелий тяжело сглотнул, когда достаточно подошёл для того, чтобы разглядеть перебинтованную шею парня. Полторашка успел нанести ему ранение, но какого типа, он понятия не имел. В тот момент, когда Мариан оттолкнул его, он так опешил, что не сразу поднялся из сугроба. Но он тут же кинулся на напавшего, когда Раевский закричал. Его будто током прошибло в ту секунду. Повязка выпала из рук, и Савва поджал раздражённо губы. Сейчас не лучший момент для убийства. Но и медлить он уже не мог. Сколько можно-то? Тогда, подобрав возле окна подушку, парень шумно выдохнул в неё и позволил себе тихо выругаться. Отстранившись, он строго посмотрел на руки и до побеления костяшек сжал бархатную ткань. Снова собравшись, он делает шаг, затем ещё один, пока не подходит к кровати настолько, что уже слышит размеренное дыхание Мариана и чувствует хвойный запах от его волос. « Ты больше не в силах убить Раевского своей рукой» — провоцирующий голос Полторашки заставил его раздраженно встряхнуть головой и напряженно нависнуть над парнем. Он быстро его задушит и всё, дело сделано. Тихо, быстро и без свидетелей. Покинет незаметно дом и сообщит по телефону, что цель достигнута. Ничего сложного.       Савва делает очень медленный вдох, смотря в последний раз на лицо Мариана. Человек поддержан влечению убивать и испытывать при этом наслаждение, но сейчас не было даже малейшего желания этого делать. Он испытывал каждый раз азарт, смотря в прицел винтовки, перед тем как спустить курок, а сейчас, с подушкой в руках чувствовал лишь борьбу внутри себя. Сжав челюсти, Савва зажмурился и резко опустил подушку на лицо спящего парня, сдвинув ногу к самому изголовью кровати для удобства. Он наступил на что-то мягкое и в этот же миг раздалось агрессивное шипение и страшные завывания из-за которых Савва подпрыгнул на месте. — Сука! Запнувшись о свою же ногу, он упал на ковёр в метре от подскочившего на матрасе Мариана. Подушка упала с лица ему на колени и парни встретились взглядами. «Он всё ещё жив»– пронёсся в голове насмешливый голос Полторашки и Савва тяжело сглотнул, глядя в испуганные глаза Раевского, чувствуя как больно клокочет сердце в груди. Из-под кровати выпрыгнул огромный зверь, похожий на кота. — Килька, брысь! — поспешно начал было Раевский хлопать по одеялу и призывать шипящие исчадие ада к себе. — Килька?! — с ужасом переспросил Савва, пятясь в сторону. Животное в десять фунтов враждебно косилось на него долгих несколько секунд, не отрывая взгляда. Только большие уши с кисточками на концах дергались в сторону, зовущего её хозяева. Она с предупреждающим урчанием развернулась и, махнув пушистым хвостом, побежала к Мариану, запрыгивая к нему на кровать, зарываясь в подушках. — Она очень не любит незнакомцев, особенно, когда они наступают ей на хвост. — Кто это, черт возьми? Когда ты... То есть, вы говорили о рыси у себя в комнате, я думал, это шутка! — Говорил? А, точно, припоминаю. Нет, это Мэйн-кун, но всем она напоминает рысь, поэтому и называем так в кругу семьи,— Мариан гладит кошку, а затем сонно отбрасывает одеяло в сторону, глядя с вопросом сначала на упавшую с колен подушку, а затем на парня. — Савелий, я конечно рад, что ты вроде как в порядке, но хочу спросить, какого черта ты забыл в моей комнате? Савва проводит по волосам подрагивающей от нервов рукой и слишком суетливо начинает пожимать плечами. — Я очнулся непонятно где, вышел в коридор и пошёл искать людей, чтобы спросить... — ему не хватило воздуха закончить предложение, и он со свистом втянул в себя воздух. Закрыл рот рукой, чувствуя как органы сжимаются, а грудная клетка ноет, требуя золя. Ему срочно нужен был ингалятор. Как долго он уже не принимал лекарство? По привычке он начал искать его в карманах, а Мариан поднялся на ноги и, открыв прикроватную тумбу, вытащил целлофановый пакет. С губ сорвался облегчённый всхлип, когда Раевский присел рядом и вложил в дрожащую руку новый балончик, который он только что распаковал из коробки. — Я не знал что у тебя бронхиальная астма, уж как-то ты хорошо её скрывал, но когда мы привезли тебя домой, Валерий нашёл в твоём кармане сломанный ингалятор,— пояснял Мариан, пока Савва вдыхал золь. — Только этот немного получше твоего будет. Парень благодарно кивнул и глубоко вздохнул, потирая грудную клетку. — Спасибо, но зачем целый пакет купили? — Не знаю, — улыбнулся растеряно брюнет, протягивая ему мешочек и оглядывая голову Саввы. — Небольшой тебе презент за спасение, скажем так. Как твоя голова? — Что-то мне подсказывает, что вы уже знаете. — Само собой, так и есть. Доктор сказал, что ты отделался небольшим сотрясением и это удивительно. Я-то думал, ты умираешь, — Мариан тяжело сглотнул, и это не скрылось от глаз Саввы. — А вы так ждали моей смерти, вот не повезло. Придётся и дальше терпеть меня. Уголок рта Мариана дергается. Затылок начинает зудеть и Савва тянется рукой, чтобы почесаться, но брюнет поспешно останавливает его, хватая за локоть. — А где повязка? Мне сказали, тебе передать, что тебе нельзя чесать шишку, иначе пойдёт воспаление. — Мне плевать, там нет никакой шишки. — Тогда почему чешется? — Может вши? Мариан одернул руку, отшатываясь. Но увидев усмешку Саввы, цыкнул и подошёл сзади, запуская пальцы в пепельные волосы. Мурашки пробежались по телу, и парень едва заметно вздрогнул. Он молча сидел не двигаясь, пока Раевский пытался нащупать шишку. — Как... Вы выжили? Имею в виду, что было после того, как я отключился? — нарушил тишину Савва, когда парень всё-таки нашёл небольшую шишку и достал из тумбы эластичный бинт, собираясь делать повязку. Все эти действия были непривычны и вводили Лебедева в ступор. О нем никогда так не пеклись, даже в детстве приходилось бинтовать изодранные на улице колени самостоятельно. Он сел на кровать под грозный взгляд Кильки, а Мариан одним движением раздвинул его колени и встал между них. Неожиданно Савву бросило в жар и это чувство сильно напрягло все мышцы тела. Он замер, плотно сжав челюсти. — Я просто вырубил его тем ножом, что был у тебя. Кстати, ты всегда носишь с собой холодное оружие в кармане? — На всякий случай. Привычка с малых лет,— выдал тут же Савва. Если этот ответ и вызвал подозрения, то парень не подал виду, продолжая мотать бинт. — Ты можешь принять душ, если хочешь и через полчаса поужинать. — Как это ужин, я спал целый день? Мариан кивает и отходит в сторону, осматривая свою работу. Теперь череп немного сдавливало, но при этом не приносило никакого дискомфорта. — Я проснулся давно, походил по дому, а потом снова лёг спать. А ты даже и не просыпался. Твои родители или девушка наверняка беспокоятся, наверное, стоит позвонить им. Савва отмахивается и Мариан приподнимает возмущённо бровь. Парень осматривает комнату и решает между этим признаться: — Вообще, у меня никого нет, кто бы беспокоился за меня. И это без преувеличений, я давно уже сам по себе. — Вот оно как, пессимист значит. Ясно, но в любом случае... Раевского прерывает стук и через мгновение в дверном проёме показывается алая макушка, а затем и лицо девушки. Настя улыбается парням. — Так вот где вы, я уже обыскалась! Мариан, с каких пор ты пускаешь кого-то в свою комнату? — удивленно ахает девушка и входит без приглашения, протягивая Савве пакет. Тот с вопросом принимает и заглядывает в него. — Это что, одежда? — Да. Мой добрейший старший брат сказал купить тебе новую футболку и джинсы. Твои потрепались вчера. Савелий поднял голову на Раевского, который только пожал плечами, будто это для него было обычным делом. — Из за меня тебе порвали вещи, по идее, я тебе должен ещё и новую куртку, но я, честно говоря, не стал рисковать и покупать что-то на свой вкус... — У него прекрасный вкус, он просто побоялся, что тебе может не понравиться. Мариан хмуро посмотрел на сестру, но она лишь снова лучезарно улыбнулась, подходя к кошке и гладя её за ухом. — Поэтому ты можешь выбрать модель по интернет-магазину, а я оплачу. Заказ привезут в течение часа. Савва чуть ли не с открытым ртом сидел. Нет... Не может быть... Неужели он так сильно стукнулся головой, что теперь всё, что делает и говорит Раевский — кажется ему каким-то... милым? Куда делся тот злобный парень, который одним своим взглядом мог заморозить кровь в венах? Настя в тишине переводила взгляд с одного парня на другого, пока неугомонный живот не заурчал, заставляя Лебедева мысленно выругаться. В следующий момент девушка обратилась только к нему: — Я прошу прощения за поведение Мариана. Он порой похож на последнего мудака, но на самом деле такой душка. — Что ты сказала? – Раевский опасно склоняет голову, и волосы падают ему на лоб – от этого взгляда Савве становится не по себе, но он не может сдержать тихого смешка. — Я про то, что твой спаситель до сих пор не накормлен. Почему ты не предложил ему ванную? Какой ты дурак, Мар! Савва, пошли я покажу тебе, где находится ванная комната для гостей. — Но я же... — парень хлопал ресницами, наблюдая, как Настя уводит Савелия из комнаты и, не давая ему вставить слово, захлопывает дверь. Пребывая в хорошем настроении, она ведёт Савелия по коридору, задумчиво смотря на гирлянды под потолком, а затем тихо спрашивает: — Если слишком голоден, можем прямо сейчас спуститься на кухню. — Нет, всё нормально,— отвечает он, но на деле очень сильно хотелось есть. Он был готов сейчас сожрать даже ненавистную пшенную кашу. — Хорошо, потому что на ужине папа с мамой хотели тебя поблагодарить. Мариан почти не пострадал и всё благодаря тебе. Он очень переживал за твое здоровье, даже забыв принять свои таблетки. — Правда? — Савва откашлялся. — И как именно ты это поняла? — Ну, во-первых, всё организовал он: врача, все нужные для тебя условия, заглядывал в твою комнату пару раз, когда ты спал. Он просто так ничего никогда не делает. На самом деле, он очень впечатлительный, — тихо прошептала девушка, будто её мог кто-то подслушать. — Переживал, что из-за него у тебя будут проблемы с головой. Ну, ты понял о чём я. Савелий кивает и отстраненно смотрит на пакеты в своих руках. — Одежду ты выбирала? — О нет, я не взяла на себя эту ношу, — смеётся она и оборачивается, показывая пальцами на свой свитер с изображением маленьких мишек. — Сомневаюсь, что кто-нибудь из мальчиков вынес бы такое. Антон и Мариан крестятся каждый раз перед тем, как открыть мой подарок, потому что знают, их ждёт что-то милое в коробке. Поэтому, если не понравится одежда, все претензии к Мару. Руки уже чесались открыть пакет и посмотреть на вещи. Когда Настя показала, где находится ванная комната, чистые полотенца и ознакомила с пользованием душевой кабины, она не торопилась уходить. — Слушай, я нечаянно послушала ваш разговор, ты сказал, что у тебя никого нет, кто бы тебя ждал дома и беспокоился... — Насть, извини, но мне не нужна девушка, если ты к этому клонишь. Я... По жизни холостяк, — Савва снял с себя футболку и обернулся. — Да я вообще ни это имела в виду! Боже, все вы об одном думаете, мужики, — пыхтела возмущенно она, засматриваясь на оголенное тело парня. Он хотел подойти к ней и успокоить, но Настя ещё больше покрылась румянцем, прикрывая руками глаза. — Я хотела предложить тебе остаться на новый год вместе с нами, раз тебе некуда идти и ты всё равно один. Но я уже не уверена... Девушка побежала к двери, едва не врезавшись в сушилку на выходе, и выбежала в коридор краснее любого помидора, бросив на последок, чтобы он не смел мочить голову и раненую руку. Савва защелкнул замок двери и потёр лицо ладонями. Неловко вышло, однако... Вытащив из пакета вещи, он развернул насыщенные тёмно синие джинсы с плетёным ремнем и чёрно-красное поло с плавным переходом цвета ближе к бордовому. Он никогда не носил поло, но, черт возьми, оно было охрененным. Подняв взгляд к зеркалу, Савва обнаружил там улыбающегося парня и покачал осуждающе головой, закусывая нижнюю губу. — Ну и чего ты лыбишься, идиот?

***

— Ты должно быть Савелий? Присаживайся, ты как раз вовремя,— приветствует его незнакомая женщина в изумрудном платье на бретельках и протягивает изящную руку, как только парень переступает порог кухни. Он бы никогда не угадал кто это, если бы она не представилась. — Татьяна – мать Мариана, нам ещё не давалось такой возможности познакомиться, я только сегодня прилетела с командировки. — Приятно познакомиться, — он легонько пожимает руку с удивлением отмечая, что ни одна черта лица ему не напоминает Раевского. А еще сбивает с толку то, какая бархатная кожа на ладонях. Этой женщине точно за пятьдесят, а кожа как у младенца! Савве вдруг стало интересно, у Мариана такие же руки или наоборот: грубее из-за падений об лёд? Он садится на предложенное ему место за большим столом, рядом с Настей, которая уткнулась носом в телефон и закрыла лицо волосами, намеренно игнорируя его. Когда Татьяна Раевская накрывала на стол и периодически отходила куда-то, Савва пробовал завязать с ней разговор, но девушка продолжала молчать. Неужели он так её сильно смутил? Или может, она расстроилась? Всё таки как-то Мариан упоминал, что его сестра очень любвеобильна, поэтому нужно было с ней помягче, а не как он... — Слушай, я не любитель всяких посиделок, но не против насчёт твоего предложения. Могу и остаться один раз. — Что прости, не расслышала? — поворачивается девушка, когда он её легонько толкает локтем, и вынимает наушники из ушей. Она оглядывает парня, и её лицо одобрительно вытягивается. Настя показывает большой палец вверх, одобряя его внешний вид. Так всё это время она просто его не слышала? — Так что ты сказал? — Ничего. —Эй, что за дела, а ну выкладывай! Но теперь Савва, как воды в рот набрал. Кажется, он уже передумал. Лучше он поедет домой, чем будет здесь лишним. Ему не впервой праздновать одному на главной площади, а потом возвращаться домой, глядя на сверкающее в огнях небо. Так зачем изменять этой традиции? — Он сказал, что может остаться,— проворковала Маргарита, которая была занята открытием очередного шоколадного яйца с игрушкой. В одной стороне были вскрытые пять яиц, а в другой ещё с десяток в обертке. Настя широко улыбнулась. — Значит, принял предложение, я так и знала. Было бы глупо отказываться. Савва вздохнул, кивая. Он покосился на Риту, которая радовалась новой игрушке и уплетала шоколад. — Эй, малявка, жопа не слипнется? — Нет! Савва прыснул и быстро замолк, когда со второго этажа спустился отец Мариана и какой-то незнакомый парень. Он шёл рядом с Сергеем Раевским, плечом к плечу и был точной копией его. До этого момента он не видел старшего брата и первого ребёнка в этой семье, но теперь, глядя на него, он пытался найти сходства с Марианом. У парня был широкий шаг и рост под метр восемьдесят. Взгляд, которым он посмотрел на Савву, не выражал абсолютно ничего, и такое же безразличие было, когда Рита потянула ему ручки, запачканные в шоколаде. Он вовремя отшатнулся, чтобы она его не запачкала. Все усаживались за стол в напряженной тишине, только тихий детский голосок Риты спасал от гнетущего молчания. Она, не обращая ни на кого внимания, играла лошадками прямо на столе и пела заученную в детском саду песенку. Савва продолжал разглядывать Антона Раевского, пока тот недовольно обсуждал что-то со своим отцом. Квадратный подбородок венчала ямочка и такая же была у Насти, но тонкий нос был точно у него от Татьяны. Рита тоже имела аккуратный острый носик. Волосы Антона были подстрижены очень коротко, почти под ёжик, но на макушке всё же была копна темно-русых волос. — Я пытался с ним поговорить, ты должен с этим разбираться, а не я. Меня этот идиот не слушает. — Ты можешь успокоиться? Просто предложи ему список наших спонсоров, в крайнем случае, придётся заключить договор самостоятельно. — А потом выслушивать его нытьё и возмущения целыми днями? Я отучился в лучшем университете финансов, получил поддержку от «Высшей школы экономики», а наш «недоспортсмен» пытается ещё что-то доказать, меня это вымораживает и тебя тоже, можешь этого не отрицать. Только сейчас Савелий понял, что речь, кажется, шла о Мариане и он навострил слух, пытаясь что-то понять из их разговора. На кухню входит Татьяна и ставит на стол целый противень печённой картошки посыпанной зеленью, а рядом индейка, запах которой отдавал мёдом и кислинкой лимона. Чёрт... Он не мог сосредоточиться на разговоре, потому что захлебывался сейчас в собственной слюне.       Женщина поприветствовала всех за столом, не забыв поцеловать дочерей. Антона она только приобняла и отметила, что новая стрижка ему к лицу. Савва смотрел на их семейный круг и ерзал на стуле, чувствуя неловкость. Татьяна присела на своё место и пожелала всем приятного аппетита. Она уже взяла столовые приборы, чтобы разрезать индейку, как голос Маргариты заставил ее остановиться. Девочка с шоколадкой за щекой невнятно произнесла: — А где Малик? — Я замучилась его звать, — Настя открывает взгляд от телефона и смотрит на мать вымотанным взглядом. — Он снова за работой. Не знаю, что он делает, но это очень что-то важное. Уставился в мониторы и печатает то на одном ноуте, то на другом, как хакер какой-то. Женщина недовольно вздыхает и крутит между пальцев жемчуг от серьги, свисающий на тонкой серебряной цепочке. — Антон, позови, пожалуйста, брата. — Пусть остаётся голодным, если сам этого желает. Почему из-за него остальные должны страдать? — Рита без него не начнет есть. Парень прищелкивает языком, продолжая сидеть на месте и есть задумчиво салат. Настя лишь недовольно закатила глаза и тихо пробурчала, что он ведёт себя как мудак. Это услышал только Савва, чувствуя себя здесь не особо комфортно. — Семеро одного не ждут, начнём без него, — кивает Татьяна и начинает предлагать заботливо мужу свои кулинарные шедевры. Сергей, пребывая в не очень хорошем настроении, качает головой неодобрительно глядя на нее, а затем поворачивает голову. Мужчина смотрит прямо на Савву и делает вилкой круговое движение в воздухе, переводя все внимание на него. — Итак, личный телохранитель моего сына сегодня ужинает с нами и это очень... необычно. Мариан никогда не подпускает обычных рабочих слишком близко к себе. Как ты смог найти к нему подход? — Соблюдаю трудовой договор и условия, ничего особенного. Настя, сидящая рядом, хмыкает бросая в рот горстку винограда, не собираясь приступать к поеданию основных блюд без брата. — Они хорошо подружились. У Мариана друзей – кот наплакал. По пальцам могу пересчитать, и ты скоро официально вступишь в это число, а всё потому, что просто на просто уважаешь его мнение и не пытаешься показать своё никому ненужное эго. Савва открывает рот, с вопросом смотря на девушку, но не успевает ничего ответить, как Антон, отложив вилку, начинает говорить. — Порой стоит ставить его на место, а не потакать всем прихотям нашего хрустального мальчика, — проводит он по золотой огранке тарелки пальцем и Савва начинает ерзать на стуле, вспоминая, как и сам называл так Раевского до того, как узнал его получше. Отец бросает недовольный взгляд на сына и тот переводит тему разговора в другое русло. — Друг, значит, а надолго ли? Все мы знаем, что спасать нужно Мара от самого себя в первую очередь, а уже потом от всяких убийц. Настя, которая явно была на стороне Мариана, громко вздыхает, всем своим видом показывая, что эти разговоры ей порядком надоели. Она снова погружается в телефон, переставая замечать всех вокруг. За столом продолжаются семейные перепалки, только теперь и Татьяна вступает в споры. — Хватит затрагивать эту тему, одно по одному слышу целыми днями. Даже находясь в другом городе, я не смогла избежать СМИ. Приходилось чуть ли не каждый день давать интервью о всей этой чертовщине. Так пощадите же мои нервы, пожалуйста. Тем более у нас здесь гость, — женщина который раз за ужин бросает взгляд на Савву. Ее взгляд ему не нравился. Хоть она и вела себя вежливо и мило улыбалась, но взгляд оставался строгим и отталкивающим. — Да этот парень вылетит с работы. Кому захочется подставлять друга под пули, не так ли? — Антон повышает голос, не слыша мать, и все за столом оборачиваются на него, а затем в ту сторону от куда донеслись тихие шаги. Мариан появляется в дверях и спокойной улыбкой приветствует всех за столом, направляясь к ним прогулочным шагом. Он был в свободной длинной футболке, заправленной спереди в джинсы, но даже так он умудрялся выглядеть как-то по-особенному. Савва одернул себя, когда его взгляд задержался на золотой пряжке ремня и мысленно поправил: нет, это всё его аура всему виной. Как только парень вошёл, все за столом оживились, воздух наполнился теплотой и нотками сарказма. — О, Антон, ты что, снова всем аппетит испортил? Еда почти не тронута, а я-то думал, что всё съели уже. Извините за ожидание. Мариан проходит к своему месту, приветствуя мать лёгким прикосновением к плечу и, игнорируя колкости брата, никак не реагирует на него. Вместо этого, он садится за стол и осматривает Савву. Может ему показалось, но в глазах промелькнуло одобрение. Парень хотел ему что-то сказать, но измазанная в шоколаде Рита потянула к нему ручки и парень отвлёкся, щелкая её по носу. — Эх, Маргаритка, ты себя видела? Вся чумазая, — Он берет в рот маленькие пальчики, которые так и норовили испачкать его лицо. Девочка начинает весело смеяться, пока Мариан слизывает растаявший шоколад с её рук. Савелий наблюдает со стороны и понимает, что не может отвести взгляда. Он пристально смотрит на парня и прикусывает внутреннюю сторону щеки. Лебедев моргает несколько раз и сжимает под столом колено, пытаясь, избавится от лишних мыслей, которые уже успели пустить по телу импульс и отдаться судорогой внизу живота. К счастью (или к сожалению) всё заканчивается, когда маленькой Рите все же удаётся испачкать шоколадом парня и тот морщится, проиграв в этом бою. Настя не упускает возможности и быстро включает камеру на телефоне, делая фото, пока он не успел вытереть щёки салфеткой. — Такой душка, — тихо улюлюкает девушка, покачиваясь на стуле. — Этот компромат тут же разрушит его образ грозной сучки. Савва смотрит ей через плечо и быстрым движением выхватывает телефон, удаляя фото, до того, как оно рассылается всем её подругам. — Нет! Ну, зачем?! — взвизгивает обиженно девушка и бьёт Савелия в плечо, вызывая у всех, кто сидел за столом удивление. Лебедев делает над собой усилие, чтобы не поморщиться от секундной вспышки боли и, потерев забинтованное предплечье, отвечает, глядя на Раевского: — Ему нужно поддерживать этот образ и дальше, иначе будет не интересно, ведь так? Мариан медленно отнимает салфетку от лица и уголок его губ совсем немного приподнимается. Он принимается накладывать в тарелку салат и дымящийся картофель с золотой корочкой. — Савелий, ты что-то слишком разговорчив стал, есть будешь или нет? Чувствуя, как неприятно сосёт под ложечкой, Савва хватает ложку и с упованием начинает дегустировать всё, что сейчас находится на столе. Слава Богу, здесь не было никаких лишних столовых приборов, которые бы его смущали. Он-то думал, что ему сейчас выложат сотни ложек и вилок и фиг бы он разобрал, где для рыбы, мяса и десерта. Но всё идёт хорошо и понемногу все начинают общаться, иногда задавая Савве вопросы или приплетая его к обсуждениям. Так как он не в курсе политики, не знаток моды и не фанат зарубежных звёзд Голливуда, его уже спустя двадцать минут никто не достаёт и он спокойно сидит и слушает, отмечая про себя, что комментарии Антона ему порой близки по мышлению, но чаще всего все же раздражают. А когда раздражают, Мариан вставляет своё слово и тогда между ними начинается такой пылкий спор, что Савва, как настоящий чёрт упивается этим. Не хватало только пива и чипсов. Уж в чем он успел убедиться, так это в том, что Раевский силён своим языком, а не кулаками, как бы это странно не звучало. Он находил аргумент на каждый выпад брата. — У нас семейный ужин, а не дипломатический банкет, что ты здесь за дебаты устроил? Если подашься в политику, я голосовать за тебя не стану, клоунов и так хватает там. Блюда были уже съедены и все сидели сытые, попивая чай, когда Татьяна повернулась на стуле и устало смерила взглядом недовольное лицо старшего сына. — Антон, ты помнишь о встрече на студии в среду? — Извини, не могу – дел невпроворот. — Я тебя предупредила за две недели, что за новости такие? Где я найду модель за такой короткий промежуток времени? — Для этой роли подойдёт смазливое  личико, вот и ищи. В таком-то Мегаполисе их навалом,— взмахивает рукой парень и будто на зло, указывает в сторону брата. Настя, которая уже собиралась уходить, замерла рядом со своим стулом, широко распахнув глаза. — Ты что творишь? — шипит она сквозь зубы на Антона, но тот, как не чём не бывало, продолжает: — Мам, спроси у Мариана, вдруг он согласится на твою просьбу. Со спортом то у него не сложилось, да и с учёбой тоже, так может на обложках покрасуется? Хоть в чём-то пригодиться. Десертная ложка ударяется о блюдце и звон фарфора прерывает парня, предупреждая, что он переходит границы дозволенного. Савва даже рот прикрыл, чтобы случайно не ругнуться. А сейчас очень уж хотелось это сделать, потому что лицо Мариана приобрело такой оттенок, что бордовый синяк на щеке было почти не видно. — Ты любишь трепать языком – это знают все, но смотри, как бы твои провокации не вышли тебе боком. Перешёл на личности? Что ж, отлично, да, ты прав, я чертовски ничтожен. Единственное что я могу – это развивать по всей стране спорткомплексы, давать людям шанс попасть в профессиональный спорт и выступать от имени своей страны на национальном уровне. Да, такой ничтожный человек, как я, дарит каждый день подросткам возможности, что тут поделать. Но меня это устраивает, а всё на что ты годен, – сам себя в зад целовать. Настя тихо вздыхает, прикрывая глаза, тоже самое делает и её мать, ведь они уже знают что сейчас будет. Савва же не сразу понимает, что у него сейчас расплывается злодейская улыбка на лице. Он быстро закрывается от всех стаканом, делая вид, что пьёт чай, с интересом наблюдая за всем, не упуская ничего из виду. Особенно то, как медленно поднимается из-за стола Мариан и приподнимает подбородок. — А ну прекратите здесь цирк разводить! — Сергей хватает рядом сидящего сына за локоть, когда тот начинает так же приподниматься из-за стола. А вот Татьяна, подперев рукой подбородок со скучающим видом и не принимает попыток остановить Мариана. Кажется, она знает, что если тот уйдет, то за столом снова воцарится полюбившаяся ей тишина. — Клоун здесь только один и он, видимо, хочет зрелищного представления. Вынужден огорчить, его не будет, можно расходиться, — брюнет разворачивается, не дождавшись ответа, и уходит прочь. Теперь уже Антон начинает полыхать, из ушей чуть ли не пар идёт. Настя, будто только сейчас вспомнив о Савве, неловко закусывает губу и пытается разбавить обстановку: — У них просто не совместимость по знаку зодиака. Такие передряги у нас вошли в привычку, мы даже раньше ставки ставили: кто кого уделает. Обстановка так и оставалась взбалмошной, воздух потрескивал, а напряжённые плечи уходящего Мариана только говорили об одном: ещё одно слово и всё полетит к чертям. Рита с испуганными глазами смотрела на родителей, но те тоже переглядывались, не вмешиваясь, будто зная что-то, чего не знал никто. Антон испепеляет спину уходящего брата и внезапно вырывает руку из хватки отца, начиная быстро сокращать расстояние между ними. Что-то в эту же секунду толкает Савву с места, словно напряжённая пружина заставляет его встать на ноги. Случайно опрокинув стул на пол, он со скоростью хищника преодолевает кухню, успевая вклиниться между братьями. Словно неприступная стена, он перегородил собой Мариана и перехватил руку Антона, который собирался первым затеять драку. Брюнет оборачивается и приподнимает брови, точно не ожидав такого. — Шаг назад. — Это что, какая-то шутка? — цедит парень, пытаясь обойти Лебедева, но тот раздражённо фыркает, толкая его в грудь. — Какие шутки? Шаг назад сказал. На кону стоит сейчас твоя самооценка и тебе решать: будешь ли ты собирать свои зубы по паркету в присутствии сестёр или с миром пойдёшь на хрен. Он хотел попробовать сказать ровным голосом и без ругательств. Разнести точно и по фактам, как Мариан ранее, но вышло немного не так как нужно. Настя присвистнула, уводя младшую сестру в другую комнату по указке матери, а Сергей Раевский неодобрительно взглянул на Савву. Это немного его взбесило. — Ты не имеешь права ко мне даже пальцем прикасаться и тебя здесь не должно быть вообще! Савва пытается распознать скрытый смысл сказанных слов, но в следующий момент чувствует, как на его плечо успокаивающе опускается рука и Мариан выходит из-за его спины, обращаясь к родителям. — Мам, пап, у меня новость... Кажется, двадцать три года назад акушерка ошиблась и вместо моего брата нам подсунули какого-то идиота.. Извините, но я лучше вернусь в комнату вместо того, чтобы портить всем праздничное настроение. Мариан тянет Савву за собой и тот, прикусив язык, подчиняется, следуя за ним к комнатам. За их спинами начинаются опять споры и выкрики Антона, но они постепенно заглушаются, когда парни поднимаются на второй этаж. Савва чувствует на себе провожающий взгляд женщины и хмурится, не понимая , чем заслужил ее неодобрение.       Мариан выдыхает только тогда, когда они закрывают дверь его комнаты. Он стоит, прислонившись лбом к стене, несколько минут и проводит по стенам медленно костяшками. В этот момент на языке начинают появляться слова, и Савва позволяет им беспрепятственно слететь с губ: — Боже, а знаете, я, кажется, пересмотрел свое мнение и рад, что мне нужно отвечать за вашу жизнь, а не вашего брата. Таких тварей я ещё не видал со времён школы. — И не увидишь больше. Это особенный вид, его будет трудно переплюнуть, — смеётся Мариан и проходит в комнату, доставая консоль от XBOX, и садится на подушки возле панорамного окна. — Настя сказала, что пригласила тебя отпраздновать с нами новый год, что ж... Если ты ещё не передумал, то до него ещё три с половиной часа. Нужно убить время. «Убивать он умел» — усмехнулся Савва про себя и ловко качнул головой. Но он понятия не имел, как играть в это. Детство у него прошло полностью без приставки и компьютерных игр, но всё же принял консоль и покрутив её в руках, присел рядом, наблюдая как ловко перебирает пальцами по кнопкам Мариан. — Я не так хорошо играю, если честно, — успокоил его брюнет. — Лицемерите? — Может быть немного, — морщится смешно Раевский. —Говорите сразу, у меня есть шанс не облажаться? — Потешь моё самолюбие, после того, что было внизу пару минут назад, моя самооценка знатно пошатнулась. Мариан цыкнул, и его лицо снова напряглось, а руки остановились, переставая перебирать кнопки. Парень будто завис, глядя на экран, где персонаж из игры подхватывает меч из арсенала и угрожающе взмахивает им над головой, перед тем как пронзить соперника насквозь в грудную клетку. — Ты его на хрен послал... При всех. Теперь у тебя будут проблемы, соответственно и у меня тоже. Мне это не нужно, поэтому впредь держи язык за зубами. — Это будет трудно сделать, если вы будете и дальше молчать, когда ваш брат открыто унижает вас и пытается... — парень крутит руками в воздухе, пытаясь подобрать нужное слово и желательно цензурное. — Он пытается уничтожить вас, а это малоприятная картина. Мариан приподнимает бровь и устало прикрывает глаза, потирая виски подушечками пальцев. Он сидит так какое-то время, а потом поднимается и направляется в другую часть комнаты. Савва обходит с опаской, сидящую на ковре кошку, которая отрывается от вылизывания лап и так же пристально провожает его взглядом, пока он не отходит к рабочему столу, достаточно далеко от неё. Раевский останавливается перед полкой с наградами и с минуту парни просто смотрят в тишине на неё. — Буллинг – это игра власти, мне не зачем бороться за неё, как это делает Антон на протяжении нескольких лет, потому что с самого начала власть у меня в руках, — Мариан бережно берет одну из золотых медалей и, перед тем как протянуть Савве, смотревшему на неё через его плечо, поглаживает большим пальцем. — Это первая моя медаль, которую я получил в четырнадцать. — Ого... Это заслуживает уважения. — Нет, — улыбается печально парень. — Их зарабатывают, начиная с шести лет. У меня первая появилась только в четырнадцать. Савва открывает рот и тут же закрывает его, не зная, что сказать. Раевский проводит по хрустальному кубку пальцем, проходя мимо, и садится на диван. — Родители были всегда против того, чтобы я занимался спортом. Сам понимаешь из-за чего. — Гемофилия и гиперчувствительность кожи, да, я помню. — Они запретили мне то, чем я искренне хотел заниматься. Мама не хотела, чтобы её сын ходил вечно в синяках и гематомах, ведь СМИ могут распустить ненужные слухи. Это бы повлияло на карьеру обоих. Однажды, отец сказал, что моя мечта - это всего лишь детская забава. Что мне пора проснуться ото сна и начать мыслить, как взрослому мужчине. Мариан на мгновение замолкает и смотрит на спортивную сумку в углу, от куда торчали поблескивающие лезвия коньков. Савва, который внимательно его слушал и ждал продолжения, в нетерпении переступил с ноги на ногу. — Что ж, я сделал это. Стал мужчиной и принял своё собственное решение, как он и хотел. Ушёл из любительского спорта и выкинул потрепанные коньки,— он помолчал вглядываясь в золотые и серебряные награды, будто пытаясь разглядеть в них детские воспоминания. А затем, выудил из-за дивана бутыль уже вскрытого виски. Отпив с горла, Мариан резко поднял голову и нагло улыбнулся. — Я сменил их профессиональными. Лезвиями, которые могли рассекать лед со свистом. Затем, пошёл к тренерам и откатал свою собственную программу, на которую только был способен в свои тринадцать. Ни кто не верил, что мальчишка, который так поздно подался в фигуристы, может удивить публику и получить шанс попасть в большой спорт. А мой тренер разглядел во мне что-то. Татьяна Борисовна возлагала на меня большие надежды, я не мог подвести ее. Отец совсем не ожидал такого поворота, было забавно наблюдать за ним, когда я пришёл домой с первой официальной медалью. Она для меня – всё. Савва, поджав губы, посмотрел снова на все эти награды, читая названия грамот и дипломов. «Кандидат в мастера спорта первой степени», три спортивных юношеских разряда и всё это он получил своим трудом. Мариан не родился с талантом, он проявлял его спустя годы тренировок и был тем, кто поставил на кон своё здоровье, чтобы иметь возможность быть на льду. — Так главная мечта: завоевать популярность и выбиться в лидеры? Попасть в книгу рекордов Гинеса по фигурному катанию? Или... Просто стать лучшим? — спрашивает Савва и не может перестать смотреть на колено парня. Даже сквозь ткань джинс были видны бинты, стягивающие сустав. Неприятное чувство зародилось внутри него и не отпускало, а Мариан только вздохнул, неотрывно глядя на него с минуту. Не сказав ни слова, парень поднялся с дивана и вернулся к игре на консоли, оставивив Савву без ответа.

***

      Как было уже понятно, семья Раевских никогда не празднует Новый год без сюрпризов. За час до двенадцати часов начали подъезжать нежданные гости. Начались глобальные приготовления по всему дому. Так как весь рабочий персонал, включая уборщиц, распустили по домам, готовить гостевые комнаты выпало Насте и Мариану. Ведь судя по всему, ни кто из приезжих не собирался уезжать сразу же после весёлой ночи. Раевскому было трудно бегать каждый раз с этажа на этаж – Савелий это видел в мельчайших изменениях мимики лица и по тому, как останавливался на лестнице парень, чтобы перевести дыхание, поэтому неосознанно все поручения старался выполнять именно Савва. Ближе к двенадцати, приезжие дарили всем подарки и громко скандировали поздравления. Когда восемь незнакомых людей начали по очереди подходить к Мариану, обнимая его и высказывая свои переживания за него, парень вежливо кивал и говорил, что всё хорошо. — Кому же ты, мой мальчик, так насолил? — А может, это тот мужик, проект которого свернули из-за Мара? Ты же выкупил землю и именно поэтому вместо торгового центра, там сейчас Арена,— предположила Настя, распаковывая свой подарок. Мариан покачал головой, сильно сомневаясь в этом. Савва же сидел тихо на диване, напряжённо слушая, всё, что они говорят. — Почему убийцу ещё не нашли? Чем занимается твой отец?! — возмущался какой-то дед, размахивая руками, и пыхтел себе под нос, не давая никому слова вставить. — Как он вообще тебя отпускает из дома, когда такое происходит... — Дядя Вова, отец занимается поисками, но так как не удаётся найти абсолютно никаких зацепок, это потребует большего времени. А этого идиота очень трудно удержать на привязи, ему вечно же нужно искать проблемы на свою задницу. Савва смотрит на Антона и с сожалением думает, что лучше бы заказали убить его. Уж этого Раевского он бы с удовольствием пристрелил. Мариан в ответ лишь натянуто всем улыбается и ничего не отвечая отходит от гостей, когда в гостиную входят его родители и начинаются бессмысленные разговоры. Рита бегает под огромной ёлкой в новом платье с короной на голове и просит чтобы кто-нибудь начал распаковывать с ней подарки. Но к ней подходит Валерий, который даже в такой день не оставляет своего поста. Он говорит ей, что сначала нужно убедиться, что в коробках нет никаких пакостей для её брата. Под «пакостями» подразумевалась, скорее всего, бомба и Савве до этого не приходило в голову то, что кто-то из убийц мог учудить и такое. Особенно Муха... Теперь Лебедев смотрел на коробки с бантами с подозрением и периодически отгонял Риту от них подальше. В двенадцать часов все подняли бокалы и под речь президента начали озвучивать свои пожелания друг другу. Савва тоже подошёл к столу, когда Настя замахала ему рукой. — Володя, давай быстрее, мы твоих речей за двадцать лет наслышались уже. — А ну тихо! Курантов не услышим из-за ваших воплей! — Ой, каждый год одно и то же! Что вы тут устраиваете балаган? — Куранты! Двенадцать, слышите! Пьем за Путина и политику! — Какой к черту Путин? За бизнес! — Вот разорались старики. Я буду пить только за любовь! — Тьфу, молодёжь пошла... За здоровье и целые кости надо пить. За то, чтобы все пережили этот год! — все разом повернулись к Мариану, который всё это время молчал. Парень хмыкнул и поднял бокал с важным видом. — За то, чтобы не умереть в этом году, да, отличный тост,— хмыкает брюнет и, не дав никому возразить, первый чокается. Савва поджав губы желает только одного себе: «Стать наконец человеком. Чтобы этот год был последним, когда он корячился и ломал себя, чтобы выжить. Он начнёт жить, а не выживать». Играла музыка, горели огни, звук звенящих бокалов и тосты звучали почти через каждых пять минут. Видя со стороны большой и радостный круг семьи, Савва отошёл к стене подальше, будто это могло помешать боли отозваться в сердце. Когда чёртова зависть заскреблась в грудной клетке, Савва отвернулся ото всех и в одиночестве вернулся за стол, продолжая набивать живот салатами в сторонке. А ведь его мама готовила всегда самый вкусный оливье. Отец любил, когда побольше майонеза, поэтому лично ему в тарелку она добавляла несколько дополнительных ложек. Была у них шутка, что это не салат с майонезом, а майонез с салатом. Вспомнив об этом, Савва поперхнулся. Чувствуя неприятный ком в горле, он достал из кармана телефон и сжав крепко в руке, начал набирать заученный с детства номер. Парень отошёл в коридор, подальше от шума, чтобы оставить голосовое сообщение. Всё таки он должен был поздравить родителей, не важно где они находились.

***

Мариан и остальные открывали подарки. Их было столько много, что Лебедеву никогда и не снилось, что столько можно получать в Новый год. Раевский настороженно открывает подарок сестры и как только поднимает крышку коробки, открывает рот. Он несколько секунд смотрит на содержимое и только потом решается вытащить с видом мученика шерстяной свитер с рисунком кота на коньках. Савва прыснул, закрывая рот руками, а Настя прикусила в ожидании губу. Парень надел свитер прямо на футболку и посмотрелся в зеркало. — Ты такой милый, Марик! Жаль тебя Саша не видит, она бы оценила. — А где ружьё? — Что прости? — подошла ближе девушка, умиляясь. — Ну, или пистолет двенадцатого калибра должен идти в комплекте с этим. Чтобы я смог сразу застрелиться, не мучаясь. — Что?! Ах ты не благодарный! Я делала рисунок на заказ, ты что, не узнал, это же твоя любимая Килька! Да ещё и на коньках! Мариан закрыл лицо ладонями и мучительно хныкнул. Тогда девушка не выдержала и дала брюнету подзатыльник. Ночь была и вправду веселой. Савелий ни разу не подумал о чем-то плохом, не задумался о своей паршивой жизни и дал себе немного расслабиться, танцуя под Земфиру вместе с дядей Мариана. Перед тем, как пойти на улицу зажигать бенгальские огни и запускать фейерверки, Сергей Раевский постучал серебряной ложкой по бокалу, отвлекая всех от разговоров. — Я хотел бы сообщить новость, пока не забыл. Не мог подобрать нужный момент, но думаю, сейчас в самое время. Я всем вручил подарки, всех порадовал, кроме одного. Мой сын сейчас находится в опасности, и я не могу позволить никому ему навредить. Валерий нашёл зацепку и, кажется, я начал понимать кое-что очень важное, для этого мне нужно связаться с городской полицией. Мариан, я взял тебе билеты на самолёт и полностью оплатил недельный отпуск, чтобы на этот период огородить тебя как от ненужного стресса, так и от СМИ. Савву будто холодной водой окатили. Он проглотил ругательство и быстро нашёл взглядом брюнета, стоявшего с Ритой на руках. Мариан медленно опустил девочку на пол, без каких либо эмоций глядя неотрывно на отца. — Куда ты меня отправляешь? — Я отдам тебе билеты и ты сам узнаешь. Об этом больше никто не должен знать, так тебя не найдут. — Что за бред, я не хочу никуда ехать. Я хочу быть здесь. — Мариан, хоть раз меня послушай, я должен найти того человека, кто хочет отомстить мне. — Убив этим меня? — устало спрашивает парень и в его глазах вспыхивает холодное пламя. Мужчина подходит к сыну и положив руку на его плечо, отводит в сторону, показывая жестом, чтобы все шли на улицу без них. Валерий активно подгоняет гостей на выход, включая и Савву, который хотел незаметно слиться. Татьяна заверяет родственников и гостей, что всё нормально, что они Мариану подарили обычную путёвку на курорт, где он мог бы расслабиться и абстрагироваться от стрессов. Савва смотрел на искрящиеся бенгальские огни, чувствуя раздражающий комок в глотке. Кажется, всё, что он съел за сегодня, просилось выйти наружу. День за днём он узнавал о Мариане что-то новое, на протяжении нескольких недель внедрялся в доверие, ради одной только цели. Он готовил себя, повторяя перед сном: «Это стоит того. Отними жизнь, взамен на собственное счастье». Но действительно ли деньги могут решить все его проблемы? Хотелось бы думать, что да. Раздались оглушающие взрывы подожжённых фейерверков. Вся толпа вскрикнула и захлопала, смотря в небо. Савва даже не вздрогнул. Его сердце билось в привычном спокойном ритме. Раскаты петард лишь вызывали небольшую головную боль, здесь было слишком шумно для Лебедева, поэтому он решил вернуться обратно в дом, когда не увидел караулящего у дверей Валерия. Сергей Раевский уже вернулся к семье, приобнимая жену за плечи, а значит, он закончил разговор с сыном. Савелий поднялся со скамьи, выбросил догоревший бенгальский огонь в сторону, но потом развернулся обратно, вспомнив, что Мариан не терпит мусор и если увидит, точно устроит ему выговор. « Неужели так трудно дойти до урны? Для тебя это секундное дело, бестолочь» — наверное, так бы он и сказал. А ещё и глаза бы закатил в придачу. Когда он так делал, хотелось больно его ущипнуть или дать подзатыльник, но конечно же парень сдерживался от этого, чтобы не вылететь с работы. «С фиктивной работы» — напомнил он себе и поднял обугленную черную палочку, крутя её между пальцев. Направляясь к урне он увидел какое-то движение в стороне. Было темно и плохо видно те места, куда не доходил свет фонарей и подсветки дома, но у Саввы было идеальное зрение и он смог разглядеть лежащего человека в сугробе. Разглядев знакомое кашемировое пальто, он тут же бросился по сугробам к лежащему в снегу Мариану. Услышав шаги, тот приподнял голову, из-за этого шапка немного сползла на глаза. — Савелий? — Он самый. Вы вообще в порядке? — оглядев тело Раевского и не заметив ничего подозрительного, парень раздражённо вздохнул. — Не думал, что вы настолько пьяны, что могли перепутать кровать с этим сугробом. — Нет, я не настолько пьян, просто захотелось побыть одному. Мне нужно подумать. — Могу уйти и не мешать. — Да, пожалуйста. Савва посмотрел на маленькую и галдящую толпу людей на другом конце двора и, сделав всего шаг от Мариана, остановился. — Отморозите задницу, а вместе с ней и лёгкие. Потом температура, кашель, туберкулёз, а затем смерть. Вам это надо? Да и к тому же мне надоело, что ваши гости называют меня зятем вашей сестры, не хочу ее смущать. Мариан весело фыркнул и облако пара поднялось вверх исчезая в морозном воздухе. Непрекращающиеся залпы фейерверков заглушили падение Саввы в снег и негодующий вздох Раевского. Однако, оба молчали и лёжа смотрели на небо. Казалось, что так намного круче наблюдать за огнями, окрашивающих чёрное небо разноцветными искрами. — Ты спрашивал сегодня о моей мечте,— тихо произнёс Мариан. Вернее сказать, еле слышно выдохнул. — Стать тем, кем я хочу – вот моя мечта. Стать олимпийским чемпионом и стоять за честь своей страны на пьедестале. Не ради славы или престижа, а просто... Это может и глупо, но я будто живу одной только мыслью об этом, думаю каждый день и каждый новый год загадываю одно и то же желание. Савва поворачивает голову, чувствуя, как под щекой начинает таять снег и щипать кожу, но он так лежит, чтобы видеть лицо Мариана. Тот был спокоен сейчас, без какой либо маски на лице. — Да, может и глупо, — согласился парень, наблюдая, как Раевский тоже поворачивает к нему голову. — Вы помешаны на фигурном катании и это порой пугает, но это – часть вас, поэтому какая разница глупо или нет, главное, что приносит счастье. Губы Мариана трогает лёгкая и добрая ухмылка. То ли от алкоголя, бушующего в крови, то ли от гипнотизирующей ауры, исходящей от него, Савва не может оторвать взгляда от губ, поэтому приходится закрыть их против своей воли. — Но знаете, что я думаю, вам не следует больше столько пить, потому что тогда язык у вас подвешен. Все свои секреты разболтаете. — Ох, заткнись и не умничай. — Но в том, что вы «навеселе» есть и свои плюсы: выдается редкая возможность услышать светскую ругань. Мариан снова тепло посмеялся, грея этим слух Саввы. — Я тут подумал, прошло достаточно времени и я начал привыкать к тебе, поэтому, можно перейти уже на «ты». Все эти излишние приличия были привиты мне с детства, отец всегда настаивал на этом. Но я больше не хочу всего этого пафоса. Осточертело... Савва поёрзал в снегу, отмечая про себя, что куртка, которую купил ему Мариан, как возмещение ущерба, очень тёплая и комфортная. Такая тёплая, что в ней можно было свариться. По крайней мере, сейчас Савва себя так чувствовал. Он облизнул губы и произнёс имя парня медленно, дегустируя на вкус каждую букву: — Мариан, так когда ты уезжаешь? — Я никуда не поеду. Отец сказал при всех, что отправляет меня на курорт, но на деле билеты куплены вовсе не на самолет. Он поездом отсылает меня в Одессу, можешь себе представить? — Курортный рай с пляжами и морем, не вижу никаких минусов. — Там я не смогу тренироваться. Время поджимает, а я должен восстановиться. Там живёт доверенный человек отца, я буду везде под присмотром и не смогу выходить на лёд. А если нет льда – значит не поеду. — Помешанный... — пробурчал недовольно парень и отвернулся, не зная, что сейчас чувствует. Вот если бы ему вот так предложили бы путёвку, он схватил бы все вещи в охапку и нёсся со всех ног в аэропорт. Он всегда хотел выбраться из города и увидеть мир, что крылся за его границами. Говорят, что стоя на пляже, ты чувствуешь себя как никогда свободным. Ему нужна была эта свобода больше всего на свете. — У тебя такое лицо, будто я тебя оскорбил, в чем дело? — Для меня дико, когда люди отказываются от такой возможности. Это же круто побывать в другой части мира и море... Чего стоит только одно море! Савва не знал зачем он это сейчас говорит, ведь он наоборот должен отговаривать Мариана ехать в Одессу, чтобы совершить убийство, но... Он не успел себя остановить и в такой уютной для него обстановке откровенно признался: — С самого детства я мечтал увидеть своими глазами огромный океан. Конечно, море бы тоже подошло, без разницы. Но главное увидеть вживую, а не на телеканале «Пятница». — Ты никогда не выезжал на отдых? Не верю. Каждый хоть раз в жизни должен был...— Мариан затихает, видя, как парень качает отрицательно головой, и поджимает губу. Он удивленно моргает, стряхивая снег с ресниц. — Мечта, конечно, у тебя простетская, Савелий. Ты сможешь ее осуществить, нужно лишь очень сильно захотеть. Я уверен, что она очень скоро сбудется. Раевский так таинственно это произнес, что мурашки пошли по коже. Савва замер, когда в небе показались фиолетовые и голубые искры. «Словно водные брызги» — подумалось ему, и вместе с этой мыслью прозвучал под ухом хриплый смех парня. Савелий смотрел в небо и, не моргая глядел на вспышки, будто под гипнозом. Никогда в жизни он не видел такого фейерверка, от которого невозможно было оторвать глаз, было как-то по-особенному завораживающе. Свет от огней, которые отражались сейчас в глазах парней и миллиардах других людей в эту ночь, был особенным в этом году. Вся эта ночь была особенной для Саввы и давала ему призрачную надежду на завтрашний день.