Ты мне веришь?

— Смотри, куда чешешь, — прозвучал надменный голос над головой Альфреда, который всё никак не мог прийти в себя. Он всё смотрел в зелёные, прекрасные радужки напротив и не мог оторвать взгляда.       Потирая ушибленное место, Джонс обомлел от той красоты, которая предстала перед ним. Светлые, как солнце, волосы подчёркивали изящный, но дешёвый костюм, который был надет на парня, стоящего перед ним. Его ровный подбородок, острые скулы, нахмуренные брови, светлые, как солнце, волосы — всё до единой детали восхищали парня. Он лишь мог неуверенно лепетать и пытаться связать это в предложения, продолжая любоваться таким прекрасным Божьим созданием.       Уверенный взгляд этого парня был устремлён прямо на Альфреда, которого от этого передёрнуло. Впервые кто-то, кроме его отца, позволял себе так долго и так пристально смотреть на сына короля, наследника престола. Даже самые смелые и наглые слуги всегда опускали глаза вниз и неуверенно молчали в ответ на критику или приказ. Они могли лишь тихо отвечать на указания и своевременно их исполнять. Но юноша напротив него был другим. И это поразило Джонса больше всего.         — Долго сидеть будешь? — возмущённо произнёс парень и немного склонил голову влево, будто бы хотел проверить, что не так с Альфредом. Тот промычал что-то невнятное, когда он протянул ему свою ладонь, чтобы подняться. Этот юноша помогает ему встать? Как это мило.              Джонс крепко обхватил ладонь «собеседника» и крепко встал на свои две ноги, отряхивая свой запачкавшийся камзол от пыли. Тот был испачкан, не сильно, но весомо, что не подобает будущему королю. Нужно поскорее вернуться во дворец, чтобы смыть всю эту гадость.              Но почему-то мне не хочется уходить              Как только Альфред наконец-то смог покинуть пыльный асфальт, время между ними как будто остановилось. Часы, которые находились на главной площади их столицы, будто перестали отсчитывать секунды, заснули вечным сном и больше никогда не проснутся. Двое парней смотрели друг другу в глаза, и каждый будто превратился в каменную статую и больше не мог двигаться. Каждый мог слышать дыхание другого, сердцебиение, ведь они находились так близко. И этот момент был самым прекрасным в жизни Джонса.       Но юноша напротив него первым нарушил неподвижность. Тот застенчиво отпустил руку Альфреда, отведя взгляд в сторону, и сделал шаг ему за спину, намереваясь как можно скорее покинуть место происшествия. Джонс видел, как щёки того медленно заливались краской, как тот смущённо спешил по одному ему известному маршруту. Как только он отошёл, от души парня будто бы оторвали частичку, сожгли и выбросили без шанса на восстановление. Мир без него стал пустым.       Альфред потрясённо стоял на месте, не в силах сделать какое-либо движение. Что это только что было? Что произошло так стремительно и внезапно, что сравнимо с пулей, выпущенной из самого точного и самого надёжного пистолета? Сравнимо со стрелой, которую направил в путь умелый лучник, и которая попадёт врагу прямо в самое сердце? Джонс был в настольком оцепенении, что на долю секунды перестал воспринимать реальность. Он думал только о парне, которого встретил так необычно.       Люди, проходившие рядом, бросали свои удивлённые взгляды на Альфреда, что бездвижно стоял, прижав свои ладони в груди, в которой распалялся непонятный жар. Он охватил его сердце, заставил то биться быстрее, чётко отбивать свой ритм, как оно не делало никогда в жизни. Юноша приоткрыл рот от удивления, словно хотел что-нибудь сказать, бросить в сторону этого парня что-то такое, что бы заставило его остановиться. Что бы ещё раз позволило ощутить тот странный, но до боли приятный момент в его жизни.       Юноша вдруг резко очнулся. В его молодом и сильном теле будто прибавилось энергии, силы, которые до этого момента копились, сейчас вспыхнут и заиграют яркими красками. Он чувствовал нарастающий жар в своей груди, чувствовал, как его сердце впервые за долгие годы чувствует что-то кроме отвращения и ненависть к жизни. Он впервые жил. Впервые мог вдыхать чистый воздух, ощущая каждую молекулу кислорода, проходящую в его крови, впервые мог слышать пение первых весенних птиц, что совсем недавно прилетели к ним в город. Я должен догнать этого парня.       Альфред сорвался со своего места, неаккуратно растолкав всех стоящих рядом людей, и словно вихрь понёсся в сторону, куда совсем недавно ушёл пробудивший его душу парень. Он бежал настолько быстро, насколько только мог, насколько за все те годы тренировок на физической культуре научился бежать, насколько его молодое сердце могло ему позволить. Джонс периодически оступался и чуть со всего разбегу не падал на грязный асфальт, но после каждого такого момента тот мгновенно возвращал себе прежнюю скорость и продолжал двигаться к своей цели.       На пути у себя Альфред не видел ничего, кроме своего парня, которого тот встретил так недавно и так давно одновременно. Он натыкался на проходящий мимо граждан, извинялся перед всеми, кого задел, и продолжал медленно, как ему казалось, но верно приближаться к заветному пареньку, что так сильно задел его душу. К его ярко-изумрудным глазам, в которых так красиво играло бликами солнце, к его наверняка мягким волосам, нежным рукам, которые Джонс снова хотел обхватить. Снова хотел почувствовать то тепло, что исходило от этого приятного юноши, что так сильно запал в его сердце.       Но его нигде не было. Альфред внимательно осматривал каждый переулок, каждые тёмные уголки между домами, каждые толпы людей, которые только встречал на своём пути. Ничего. Но этого же просто не может быть! Они встретились совсем недавно, буквально пару мгновений назад, тот парень просто не мог далеко уйти. Не мог исчезнуть, не мог пропасть, затеряться. Не мог так просто ускользнуть от Джонса, скрывшись в густой толпе хлопочущих граждан, которые в данный момент мешают достижения его цели.       Юноша резко остановился. В лёгких отчаянно не хватало воздуха, словно его выкачали сверхмощным насосом без возможности вернуть всё обратно. С его лба медленно стекали большие капельки пота, которые тут же падали на асфальт. Альфред бежал так быстро, как только мог, но и его силы не бесконечны. Он упёрся руками в колени и рвано дышал, пытаясь восстановить нарушившееся дыхание, что так сильно обдирало ему сейчас горло. Парень приложил руку к своей груди. Сердце стучало в бешеном ритме.       Джонс поднял взгляд в толпу, пытаясь найти того призрачного юношу, что так тронул его душу. Что так сильно запомнился своей внешностью, глазами, голосом, манерой поведения, да всем. Он уже представлял, как снова возьмёт его за руки, притянет к себе, чтобы лучше ощущать то нежное тепло, которое исходило от этого парня в момент их первой встречи. Как будет слышать его дыхание, милый голос, который произносит: «Альфред…». Юноша резко встряхнул головой. Эти мысли точно не были правильными, но они так сильно будоражили сознание.       Альфред глубоко вдыхал свежий весенний воздух, чувствуя, как начинает восстанавливаться. Как его бешеное сердцебиение постепенно приходит в норму, как странный жар, который был в его душе, медленно начинает выходить. Как организм в целом приходит в норму и ощущает, как сильно ему важна эта встреча, о которой юноша мечтал последние десять минут, ведь именно столько он нёсся навстречу манящей неизвестности, которая предстала перед ним в виде симпатичного парня.       А ведь он действительно был красив. Действительно обладал привлекательной внешностью, которая всё никак не могла выветриться из сознания Джонса. Тот вспоминал, как его изумрудные глаза надменно смотрели на него, как парень раздражённо подал ему руку, чтобы помочь подняться. Как его довольно значительные брови ползли вниз. Гнев и милость сошлись в нём воедино. И именно от этого тот парень казался Альфреду идеальным.       И вот наконец-то впереди показалась высокая фигура со светлыми волосами, неуклюже причёсанными так же, как были у этого юноши. Та самая элегантная одежда, которая пусть и на вид стоила дёшево, но готова была послужить долгую службу своему владельцу. Джонс как завороженный смотрел на свою цель, практически не веря в только что полученный успех. Но это действительно было правдой. Вот он — тот самый парень, как солнцу подобный и Богом избранный.       Альфред тут же кинулся к нему навстречу, вновь растолкав всех рядом стоящих людей и, кажется, кому-то наступив на ногу. Он уже не обращал внимание на пресловутое «Эй!» за его спиной, на ругающихся окружающих и всех, кого тот задевал по пути, он видел только парня и семимильными шагами приближался к нему.         — Стой! Подожди! — запыхавшимся голосом прокричал Джонс, хватая парня за его тёплое и такое нежное плечо и разворачивая его к себе. Тот выглядел довольно удивлённо, распахнув глаза, такие шикарные зелёные глаза, он с недоумеванием смотрел на него и взглядом требовал объяснения ситуации.         — Чего тебе? — по-хамски спросил парень, убирая чужую руку со своего плеча. Ему явно не нравилось прикосновение незнакомцев, раз он проявляет такую агрессивную реакцию. — Не видишь, я занят, — Тот грубо отпихнул от себя Альфреда, освобождая себе дорогу дальше, после чего направился в сторону, в которую и изначально шёл.         — Дай сказать тебе всего одно слово! — с надеждой в голосе практически прокричал Джонс, привлекая к себе внимание посторонних людей. Этот парень снова начал краснеть, увидев, как на них глазеет такое количество народа. Было видно, как тот с чем-то сражается внутри, но потом вздохнул и тихо, спокойно, отчеканил:         — Ладно, только быстро.              Все мысли резко покинули голову Альфреда, будто никогда там и не существовали, будто вместо них всё время был ветер, который грустно свистел в его извилинах. Он не мог вымолвить ни слова, его язык словно превратился в каменную статую и при всём желании не смог бы двинуться. Странно, Джонс так мечтал об этом моменте последние десять минут, так живо представлял себе многочисленные развития событий, а сейчас, стоя перед объектом своего воздыхания, не может выдавить из себя ни звука.         — Ну так что ты хотел мне сказать? — с раздражением в голосе произнёс парень, скрещивая руки на груди, чем показывая, что ему совсем не нравится этот разговор.         — Я… Я хотел… — невнятно замямлил Альфред, пытаясь нормализовать в конце концов своё поведение. — Я хотел сказать…              Ну же, Джонс, скажи что-нибудь умное!         — Я хотел… так сказать… в общем…              Давай, скажи что-нибудь серьёзное!         — Я хотел узнать, не против ли ты…              Скажи что-нибудь!         — Я хотел с тобой познакомиться, — через силу выдавил из себя парень, уставившись взглядом на своего «собеседника» напротив. Тот многозначительно поднял свои брови, выражая крайнюю удивлённость.         — Со мной? Зачем это? — с подозрительной ноткой в голосе произнёс парень, сощурив левый глаз. Тому явно не нравилась вся происходящая сейчас обстановка.         — Послушай, ты мне очень понравился, — нашёл в себе силы сказать правду Альфред. — Мне нравится твоя внешность, твои волосы, глаза… Даже брови, — лукаво подмигнул парню Джонс, на что тот неодобрительно цокнул. — Давай познакомимся?         — Во-первых, почему ты ко мне на ты? — раздражённым голосом произнёс парень с целью усмирить парня и показать, кто здесь главный. — А во-вторых, — тот сделал небольшую паузу перед тем, как чётко и ровно отчеканить: Мне. Не. Нравятся. Парни.              Это был удар под дых. Улыбка мгновенно сошла с лица Альфреда, когда до его ушей донёсся эта больная фраза. Услышать такое было подобно наказанию отца, когда тот заставлял его терпеть множественные удары плетью, подкрепляя всё это фразой «Ты же мужик». Он почувствовал, как сердце больно заныло под грудью, как оно негодовало от происходящей ситуации и требовало непременно её поменять.       Парень понял, что смысла продолжать диалог не осталось, поэтому спокойно направился своей дорогой, которой и шёл до тех пор, пока не встретился с Джонсом. Его наглость поразила парня. Он искренне удивлялся подобным людям, которые могли просто так наплевать на чужие чувства и желания и просто уйти, даже не выслушав собеседника. Нельзя допустить, чтобы они расстались. Альфред должен его остановить во что бы то не встало, поэтому пора применять креативность.         — Эм, необязательно сразу целоваться со мной, давай просто познакомимся! — показал зубы в улыбке парень, следя за реакцией своего собеседника. Тот закатил глаза в ответ на это, будто бы сомневался в адекватности Джонса, в которой, если честно, он теперь сомневался и сам. В конце концов, не каждый день встретишь такого симпатичного парня.         — Чувак, ты не понял? — продолжая движение в свою сторону, произнёс парень. Альфред последовал за ним. — Я же уже сказал: ты мне не интересен. Вали.         — Ну пожалуйста! — взмолился Джонс, готовый прямо сейчас опуститься на колени, лишь бы уговорить парня напротив с ним познакомиться.              Он тяжко вздохнул. Подошёл к какой-то двери, которая, судя по всему, была проходом в его дом, так как тот достал ключи и, повернув его в скважине пару раз, распахнул деревянное изделие. Альфред успел лишь мельком увидеть обстановку в его доме, но в память ему врезалась только одна вещь: синие розы в вазе на столе. После этого парень сразу же захлопнул дверь.         — Хотя бы скажи своё имя! — прокричал так громко, как только мог, Джонс, ловя на себе косые взгляды прохожих. Он понимал, что выглядит сейчас не самым лучшим образом, но на это всё равно.         — Если назову, то отстанешь? — прозвучал из-за двери надменный голос, который теперь ещё очень надолго запомниться пылающему чувствами Альфреду.         — Да!         — Артур. А теперь вали.              И Альфред пошёл. Пошёл в сторону дворца, зная, что до этого Артура он ещё обязательно доберётся.