Ты мне веришь?

      Тонкие пальцы, предварительно обмоченные слюной, подхватили лёгкую страничку довольно старой книги и, не спеша, перевернули её. Альфред сделал ещё один глоток крепкого, настоявшегося кофе, который однако уже не казался таким горьким, коим был несколько минут назад. Именно тогда он заварил себе этот шикарный напиток, который сопровождал его практически всю жизнь, чтобы подольше не спать в это окутанное таинственностью и неизведанными идеями время. Эта ночь обещает быть очень долгой.       Джонс медленно просматривал записи какого-то великого учёного, что всего век тому назад жил в Королевстве Пик. Он особо не вчитывался в текст, ведь уставшие от тяжёлого дня глаза могли лишь только фиксировать аккуратно напечатанные буквы, но в их значение вдумываться было очень тяжело. Юноша был бы и рад сейчас пойти спать, но тот огромный поток эмоций, который ему пришлось пережить сегодня, не давал ему это сделать. Поэтому остаётся только сидеть в библиотеке, пытаясь от света тусклой лампады прочесть хоть что-то, что было в этой толстой, пропитанной знаниями книгой.       Альфред тихо зевнул. Как порядочный джентльмен, не забыл прикрыть рот рукой, соблюдая вызубренный наизусть этикет. Но нечаянно задел кружку с горячим напитком, от чего тот тут же разлился на старые, жухлые страницы потёртой книги. Часть кофе так же попала ему на пиджак. Юноша выругался. Отец наверняка этому не обрадуется, ведь пятно, как назло, попала на верхнюю часть рукава, туда, где его точно заметят. Опять придётся выдумывать глупые отмазки, по типу: «Да это вон та служанка пролила». Парень усмехнулся. Да, как-то раз он уже пытался оправдаться таким детским, наивным образом, подставив ни в чём не повинную слугу. За что потом досталось обоим.       Поняв, что книгу «читать» больше не получится, Джонс аккуратно прикрыл её и отодвинул в сторону. Он старался издавать как можно меньше звуков, чтобы лишний раз не привлекать к библиотеке внимание и оставаться незамеченным. Парень знал, что как раз в это время в замке проходит ночной патруль и проверяет всё до каждого уголка, подоконника, любого места, откуда может исходить опасность. Рано или поздно они придут и сюда, но он искренне надеялся, что успеет спрятаться. Так уж не хотелось сегодня идти спать.       Альфред снял с себя очки и медленно прикрыл глаза. Вспоминал те события, что произошли с ним не только за сегодняшний день, но и за общую прошлую неделю в целом. Вспоминал, что его волновало, о чём он думал, на что надеялся. Что заставляло его сердце биться быстрее. Что всё ещё давало надежду на жизнь. Жизнь, в которой у него было столько боли.       Артур       Это имя преследует его с тех самых пор, что они встретились. Казалось, что это было так давно, казалось, что они всё время знали друг друга как свои собственные пять пальцев. Неведомое ранее чувство преследовало Джонса, как бы он ни старался от него избавиться. Как бы не старался запихнуть образ милого, но довольно наглого паренька с рынка в самую глубь своего сознания, она всегда возвращалась. И когда она это делала, всё внимание Альфреда было занято только этим. Не важно, где и когда он находился, у себя в комнате, на уроке истории, за обеденным столом, всегда его мысли посещал Артур.       Джонс усмехнулся. И даже сейчас, казалось бы, в свободный промежуток времени он не мог передохнуть от красивого зеленоглазого паренька, который так сильно запал ему в душу. Который заставлял жить. Да, впервые за много лет парень мог сказать, что он по-настоящему живёт. По-настоящему дышит, лицезреет красивые пейзажи заката, рассвета, и даже когда ругается с отцом, тот чувствует, что живёт. Что его ледяное сердце начало таять, что означало, что наконец-то пришла весна. А она и правда пришла: совсем скоро на деревьях распустятся почки.       И, конечно, что Альфред не мог просто так отпустить Артура. Не мог оставить того человека, который заставил его наслаждаться каждой минутой своего существования. Пусть с того момента прошло уже больше недели, но парень помнил это всё в ярчайших подробностях. Казалось, что каждую мелкую деталь, песчинку, крупинку, он выучил, чтобы в дальнейшем использовать в своих целях.       Альфред запомнил, где Артур живёт. Запомнил тот узкий проход, что вёл к его дому, запомнил то маленькое окошко, через которое было видно устройство его дома. Что находится рядом, всё — до мельчайшей подробности. И знал, что это ему пригодится. Тогда, неделю назад, сразу после того, как тот парень громко хлопнул перед его носом дверью, у Джонса в голове созрел идеальный план. Такой, какого ещё не было никогда раньше. Такой, какой не мог придти в голову никому другому.       Парень помнил, что за цветы тот увидел краем глаза в доме у Артура. Помнил те светлые лепестки, покрытые росой, что говорит о том, что они свежие, недавно срезанные, соответственно — недавно купленные. Помнил тот яркий цвет, что сразу привлёк внимание парня, в который он сразу же влюбился. Он запомнил этот цвет. И решил для себя найти точно такой же.       Рынок, на который Альфред изначально и шёл, был переполнен людьми. Каждый спешил по своим делам, не обращая внимания ни на кого более, отчего в главном проходе, что свойственно выходным, было невозможно пройти. Но он прошёл. Через силу и свои возможности пробивался через узкий коридорчик, который периодически образовывался между толкающимися и галдящими гражданами. Джонс помнил, как практически задыхался. Как его широкую грудную клетку сдавили с нескольких сторон, из-за чего было практически невозможно дышать. Параллельно с этим он как-то умудрялся рассматривать прилавки, замечать, что там продают и по какой цене. Но всё никак не находил того, что ему нужно.       Парень неверяще озирался по сторонам, взглядом выискивая такой родной для себя синий цвет. Такой манящий и загадочный. Такой холодный и непринуждённый. Уже несколько раз попадались лавки с красными розами, белыми, даже оранжевыми, что острый глаз Альфреда сумел уловить среди толпы людей. Но не синие. Откуда же Артур взял их? Откуда достал эти сошедшие с неба цветы, что своею красотой подобны божествам?       В итоге сказочные растения так и не удалось найти. К тому времени уже давно разошлась толпа, и Джонс остался один посреди огромного рынка. Рынка, на котором не продавали то, что ему нужно. Но, чтобы осуществить свой план, его пустых рук не достаточно. Нельзя просто уйти отсюда домой, ведь тогда отец снова будет ругать за прогул истории. Нужно продолжать свой план. И не отступать от него ни на один миг.       Альфред купил белые розы. Эти яркие кристаллы, которые будто освещали ему дорогу по пути к дому Артура. Тот спешил так сильно, как только мог. Боялся, что тот парень может куда-то уйти, и тогда все старания будут насмарку. Один раз чуть не споткнулся о какой-то случайный камень, что просто валялся на главной рыночной площади. И успел. Случайно увидел в окне уже знакомого ему дома, как Артур что-то старательно записывал, сгорбившись над столом. С синими розами.       Перед тем, как постучать, Альфред сглотнул. Только сейчас понял, насколько волнительным будет этот момент. Момент их второй встречи. Момент, которого он так страстно желал на протяжении последнего часа. Уже представлял, как Артур будет рад ещё одним цветам, как обнимет его, а возможно даже ещё и… Альфред тряхнул головой. Нет, таких мыслей себе точно не нужно позволять.       Как только Артур услышал стук в дверь, то, судя по быстрым приближающимся шагам, тут же пошёл встречать гостя. Будто бы заранее знал, что кто-то особенный должен прийти, кому он будет рад открыть свою дверь. И открыл, ожидая там увидеть того, с кем договаривался встретиться. А увидел свой утренний кошмар.        — Опять ты? Ну и что на этот раз здесь делаешь? — надменно спросил парень, опираясь о дверной проход. Тот явно был недоволен происходящей ситуацией, и поэтому сразу надул обиженные губки. Как мило.         — А я это… В общем… Держи! — Джонс показал свои зубы в улыбке и мгновенно протянул букет свежих, ещё морозных, цветов Артуру. Тот вопросительно приподнял бровь.         — И это, типа, мне? — чётко произнёс юноша и порывался закрыть дверь, но Альфред ему не позволил. Он перегородил своим телом дверной проём, после чего умоляющим взглядом уставился на Артура, будто щенок, который просит хозяина покормить его.               Джонс не успел ответить, так как Артур быстро схватил его за плечи, уставился глаза в глаза, и тихо, спокойно проговорил:         — Сколько раз мне повторять? Мне не нравятся парни.              Размышления Альфреда прервал резкий щелчок двери, от которого он тут же встрепенулся. Парень мгновенно нырнул под стол, хватая за собой книгу и лампаду, чтобы остаться незамеченным. Он накрыл лампаду своим пиджаком, чтобы она не была показателем его присутствия здесь. Конечно, он знал, что рано или поздно сюда придёт охрана, чтобы проверить, всё ли здесь в порядке. Но никак не мог ожидать, что это станет настолько неожиданным.       Стражник, что зашёл в библиотеку, как назло, направился в сторону стола, под которым сидел Джонс младший. У того участилось дыхание. Именно сейчас его ночные посиделки могут закончиться. Чёрт, а кружка с кофе! Парень забыл забрать её после себя, и это станет подозрительным. Наверняка этот страж пойдёт проверять спящего королевича, не обнаружит его на месте и поднимет тревогу. Юноша выругался про себя. Этот вариант его совсем не устраивал.       Но стражник, судя по его пляшущей тени от факела на полу, которую Альфред видел сквозь маленькую дырочку в столу, тот даже не обратил внимания на напиток, а тихо покинул библиотеку, аккуратно прикрыв за собой дверь.       Парень выдохнул. Никогда ещё его так не проносило.       Альфред спокойно вернулся на своё прежнее место, возвращая на место книгу и лампаду. От греха подальше убрал кружку со стола на тумбочку, стоявшую под столом, чтобы больше не переживать насчёт неё. Это было очень волнительно. Даже беря в расчёт мысли об Артуре и об его синих розах, никогда ещё Джонс младший так не переживал за свою судьбу. Ведь, подумать только, что было бы, если бы его обнаружили. Отец бы содрал с него шкуру живьём.       Успокоив своё дыхание, парень вновь прикрыл глаза, чтобы лучше и ярче вспомнить события, которые произошли с ним сегодня. От которых он, честно, был в шоке.       После того случая с цветами прошла целая неделя, и за всё это время Альфред ни разу не смог добиться внимания Артура. Тот просто напросто не открывал ему дверь, когда смотрел из окна на своего «долгожданного» гостя, а задёргивал занавеску, чтобы любопытному парню было невозможно что-либо вынюхивать здесь. Это, безусловно, огорчало.       Джонс заваливал парня подарками, цветами, конфетами, фруктами, всем, что было лишним в его дворце, Альфред не жалел даже вина, которое втихаря стащил из отцовской винокурни. Но на каждую попытку заговорить Артур всегда отвечал агрессивно, иногда даже с матом, криками приказывая юноше убираться из его дома. И каждый раз это будто разбивало ему сердце.       Но Альфред не отличался слабохарактерностью. Не отличался трусливостью и страхом неудач, как это можно заметить у большинства людей в целом. Он был упорным человеком, который всегда достигает своих целей, не останавливается ни перед какими трудностями и всегда идёт до конца. Именно поэтому парень бы не согласился просто так отпустить Артура. Не согласился бы отказаться от того шквала эмоций, который тот смог ему подарить и который он хотел переживать вновь и вновь.       Альфред знал, что он не сдастся. Просто не может взять и оставить дело фактически всей его жизни. Поэтому вновь и вновь предпринимал тщетные попытки достучаться до каменного сердца Артура. Вновь и вновь караулил его у его же дома, пытаясь найти тот самый подходящий момент, когда парень будет в хорошем настроении. Но за всю эту неделю так и не смог этого сделать.       И сегодня, как и во все другие дни, он пошёл к дому Артура в надежде на уже, казалось бы, на невозможное. Честно говоря, ещё утром этого дня Альфред чувствовал себя уставшим. Сердце, что так старательно отбивало свой ритм при виде парня, больше не могло стучать в таком бешеном ритме. Дыхание больше не могло учащаться. Он больше не мог жить. Той самой жизнью, что подарил ему Артур. Теми эмоциями, мыслями. Он слишком устал.       Но не собирался сдаваться. Не собирался отступать, как делал его отец на войне с Крестями, когда чувствовал, что поражение неизбежно. И именно поэтому продолжал ежедневно приходить к дому такого симпатичного, но такого наглого парня, что так запал ему в душу. Продолжал покупать ему подарки, воровать вино и искать те самые синие цветы на рынке, чтобы когда-нибудь подарить Артуру.       Сегодня, судя по расписанию его предыдущих дней, парень должен быть уже дома. Должен отдыхать от своей тяжелой работы, которая, как смог уловить Джонс в одном из его разговоров, ему уже давно надоела. Но он продолжает пахать, чтобы выплатить долг. Долг, который взяла его мать. Да, в один из дней Альфред смог узнать много чего интересного из жизни Артура, когда он сам рассказал это своему другу. Например, что в конце месяца ему не хватает на еду, как он ненавидит своего коллегу, который ворует у начальства деньги, или как он достал синие розы. А секрет их был простой: сообразительный парень просто покрасил обычные белые.       А вот и его дом. Странно, но за окном нет света, что говорит о том, что хозяин ещё не вернулся. Альфред нахмурился. Обычно, парень в это время уже читает газету «Вести пик» и попивает ароматный чай, который находится у него на полке слева от плиты. Но сегодня что-то его задержало. Кто смеет? Кто смеет посягать на свободное время такого человека, как Артур? Кто смеет задерживать его от встречи с ним, с Джонсом младшим? Хотя, на что Альфред надеется? Вряд ли Артур вдруг смилостивится и с радостью согласится на знакомство.       Со стороны, с которой парень обычно возвращается домой, послышался какой-то шум. Довольно громкий, оглушающий своим звуком, поражающий все частички уха, ломая молоточек, раскалывая наковальню и разбивая стремечко. Нет, этот шум не мог возникнуть от, например, от того, что простая кошка опрокинула такую же простую пустую банку, от чего та покатилась, создавая шум. Это было что-то гораздо серьёзней. Осознание больно ударило по вискам.       Совсем недалеко кто-то дерётся!       Словно молния, сорвавшись с места, Джонс кинулся в сторону шума, уже догадываясь, кто стал его участником. Уже догадываясь, какую сторону он примет в конфликте, который разворачивался буквально у него на глазах.         — Ты обещал, что занесёшь плату ещё девятого! — прорычал грубый мужской голос. Только сейчас Альфред увидел, что обладатель этого голоса сжимал шею Артура, подняв того над землёй. Медлить нельзя.              Со скоростью света Джонс зарядил кулаком в щёку обидчику парня, отбрасывая того в сторону. Мужчина обмяк и покатился в сторону, но он Альфреда не интересовал. Тот осторожно подошёл к кашляющему Артуру и протянул ему руку.         — Эй, ты в порядке? — почти детским голосом спросил парень, взволнованным взглядом глядя на парня.              Тот мгновенно ответил.         — Опять ты?! Даже не смей подходить! — Артур вскочил с земли и оттолкнул от себя Альфреда. — Это ты во всём виноват!