(Не)безразличие

Идти поздно вечером вдвоем в магазин – не самая разумная идея. По крайней мере, Аня придерживалась подобного мнения. Но смысл его озвучивать, если подруга все равно сделает по-своему? А она бы никогда не простила себе отпустить ее в одиночку. Еще и юбку короткую надела. Сколько раз просила ее не делать этого. Хотя бы, не в такое время. Мало ли на свете ублюдков. Так еще и повела меня подворотнями, ибо же «так быстрее»… Зла на нее не хватает! Судорожные размышления Анюты прерывались приглушенными вскриками: пробираясь сквозь кромешную темноту, ее ноги регулярно натыкались на невидимые преграды. В одно из таких мгновений она мельком поймала себя на мысли, что умудрилась что-нибудь подвернуть. В округе не горело ни одного фонаря. Вспотевшей от страха ладонью Аня цеплялась за рукав Дининой кофты, идущей впереди и буквально волочащей ее за собой, шагающей так уверенно, словно она делала это тысячу раз и могла преодолеть необходимый маршрут с закрытыми глазами. Несмотря на сковавшие ее страхи, Аня доверяла подруге. Может, потому, что она единственная, кто всегда терпел ее мнительность и капризы, не преуменьшал их значения, не корил и воспринимал, как должное. Ту сторону ее характера, которая обычно людьми порицалась. Только благодаря ней, она поняла, что испытывать нечто подобное абсолютно нормально. У Ани заслезились глаза, когда посреди океана всеобъемлющей тьмы загорелся маяк. – Вот и пришли, - объявила Дина. Проморгавшись и стараясь привыкнуть к восприятию новых объектов, наблюдая перед собой, помимо прочего, фиолетовые круги, Нюта увидела горящую неоном, весьма оригинальную вывеску: «Продукты 24». Прищурившись, она рассмотрела разбитые, ведущие к входной двери ступеньки и несколько сидящих на них бомжей. Милое место. Внутри помещение выглядело также роскошно. Стекла витрин с молочкой заляпаны не весь чем и покрыты внушительным слоем пыли. Ленолеумные полы в разводах. Полка с приправами прибита к стене так криво, что удивительно, как все, стоящее на ней, еще не скатилось вниз. Ящики с фруктами и овощами источали не самый приятный запах, да и внешний вид был соответствующий. Единственное, что выглядело достойно – отдел спиртного, с пафосно расставленными водкой, винами и шампанским. Сверху не хватало надписи: «Наша гордость» или «Товар года». Сильнее всего Дина опасалась очереди. Но у кассы стоял один человек – лысый мужчина в вязаном сером свитере и комбинезоне цвета хаки. Он покупал булку хлеба и банку консервированной кукурузы, попутно посвящая тучную продавщицу за прилавком в свои завтрашние планы, во всех красках описывая, в какие отличные поедет места и на что будет ловить окуней. Дина переминалась с ноги на ногу от нетерпения, взволнованно наблюдая за положением стрелок на настенных часах. Аня смотрела на нее исподлобья, как бы утверждая, что выше всего этого. Оставалось десять минут. Казалось, Дина готова схватить говорливого рыбака за шкирку и отшвырнуть в сторону, и не важно, что он вдвое больше нее. К счастью, обошлось без абсурдных решений. Нетипично. – Ладно, Люсик, пойду, жена ждет. Спасибо, - произнес мужик и наконец направился к выходу. – Давай, Валер, удачной рыбалки! – крикнула ему вслед кассирша, когда дверь уже хлопнула. Аня ощутила, как разрядился наэлектризованный воздух и у ее подруги отлегло от сердца. – Чего вам? – проворчала Люсик голосом тетки, пережившей войну и три революции, с тем знаменитым выражением лица некоторых продавщиц, готовых, помимо основного ассортимента, предложить пару левосторонних ударов в ребро по акции. Дина подлетела к ней, словно всю жизнь ждала этого момента. Нюта осталась в стороне, гипнотизируя взглядом стоявший на подоконнике кактус, почерневший и высохший, очевидно давно всеми забытый. – Теть Люсь, привет, - задорно начала Дина, тоном, каким обращаются при встрече к хорошим знакомым, - Дай пожалуйста, «Читос», большую пачку. Жвачку… Ммм, «Орбит» с арбузом, вон те конфеты… Она пошла издалека, окольными путями, медленно подбираясь к главному. Отдать должное, тактика неплохая. – Ань, будешь «Твикс»? – встав полубоком, крикнула Дина через плечо. Аня посмотрела на нее отрешенно, подумала несколько секунд и отрицательно покачала головой. – Тогда все, - утвердительно произнесла Дина, развернувшись к кассе и наблюдая за тем, как учтивая Люсик складывает покупки в пакет. – Ах да, еще! – вскрикнула вдруг она, как вскрикивают, когда забывают что-то важное. – Бутылочку красного полусладкого. Только, чтобы вкусное. Вначале, Тетя Люся приготовилась развернуться, чтобы выполнить просьбу, но в следующее мгновение замерла, остановилась и вперила пристальный взгляд в покупательницу. – Восемнадцать есть? – Конечно. – Паспорт показывай. Вот и все. Аня оторвалась от кактуса, обратив все внимание в сторону этой сцены. Она надеялась, у Дины есть план. Иначе, неужели все страдания, которые ей довелось вынести, пока они сюда добирались, были напрасными? – Теть Люсь, ну у мамы сегодня день рождения. Она попросила купить. – Не бреши, - отрезала кассирша. – Знаю я, когда у мамани твоей день рождения. Девять лет на одном заводе отработали. Нет паспорта – чеши отсюда. Но Дина не намеревалась так легко отступать. Она поддалась вперед, словно считала, что сможет таким образом заручиться доверием. Аня подумала, что шлюшья пурпурная кофточка, ботфорты с металлическими вставками и колготки в крупную сетку, в этом плане, явно не пойдут ей на пользу. – Ну Теть Люся, - протянула она, - По старой памяти. Ты же мне как родная. В оборону пошли даже манерное хлопанье ресницами и жалостливый плаксивый тон, который скорее раздражал, нежели заставлял пойти на уступки. – А поймают вас малолеток с алкоголем на улице. Кого обвинят? Не хочу проблем. В нашей дыре хрен работу найдешь. Забирай все остальное и шуруй отсюда! Кажется, дело – дрянь. Но Дина не умела принимать отказы. Может, это и неплохо. – Что, правда не дашь? – в голосе девушки засквозила неподдельная грусть. Лицо ее медленно осунулось. У нее стал вид из разряда: «мир прогнил». Ложью будет сказать, что Аня была недовольна положением дел. Она уже хотела сама подойти к подруге и предложить уйти. Спокойная все время Дина внезапно задрожала, словно от холода. Нюта приготовилась к худшему. Но на удивление, все что последовало, спокойно произнесенное: – Хорошо. Пускай с тяжким вздохом, но он был однозначно лучше дебоша в магазине. Дина достала карту и оплатила покупку. После чего, Люсик потеряла всякий интерес к ситуации, вернувшись к кроссворду в потрепанной газетке, лежавшей перед ней на столе, который, судя по большинству заполненных буквами клеточек, она разгадывала не один день. Аня приготовилась уходить. Дина, сжавшая в ладони ручку пакета, по-видимому, тоже. Но тут она начала говорить: – Интересная у вас планировка квартиры. Тетя Люся подняла тяжелую голову через некоторое время, не сразу поняв, что обращаются к ней. Каменное лицо исказило недоумение. – Понятия не имею, кто мог додуматься сделать окно в ванной. Да еще так, чтобы оно выходило во двор. Вы б хотя бы шторку на него повесили. Иногда, когда проходишь мимо, видно, как ваш муженек купается. Он единственный в семье следит за гигиеной? Ладно, мамон его пивной не особо сильно произвел на меня впечатление, а вот то, что ниже висит… Продавщица округлила глаза. – Теперь понятно, почему у вас детей нет. В пятьдесят вы, конечно, вряд ли родите что-то нормальное. Но если забеременеете, пускай он побеспокоиться о том, его ли это ребенок. И ясно, почему вы такая злая. Тяжела жизнь без оргазмов? Люсик не знала, как реагировать. Никто не знал, кроме самой Дины. На лице ее не дрогнул ни один мускул. Она с вызовом смотрела на продавщицу. И как только до твердолобой Люси дошел смысл сказанных ею слов и та, покраснев от злобы, приготовилась заорать во все горло, Дина марширующим шагом подошла к Ане, взяла ее под руку и совершенно спокойно вышла на улицу.