15 свиданий Элизабет Фокс

*** Когда я поднялась в спальню, было уже за полночь, но сна ни в одном глазу. Я неуверенно ходила по комнате, то всматриваясь в книжные полки, то в мерцающее звездное небо за окном. Мне не давал покоя этот голос. Лиззи, Лиззи… Но все было напрасно, в голове пусто и даже книги не внушали мне сейчас доверия. Взгляд ушел в никуда, когда в голове резко зазвучал знакомый голос: «- Лиззи, Морган, может быть, сходим куда-нибудь? Отдохнем?» – я вспомнила лишь фрагмент, этот тембр… «- Ты знаешь, я…» - и снова этот голос. «- Морган! Мы как раз тебя ждали. Опять надрызгалась, подруга? – я слышала свой голос. - Ребята! Я уже пьяненькая! Но я еще могу станцевать Вам джигу-дрыгу…Оп-па…» - и Морган, она отвлекла меня от чего-то? Но от чего? Я уперлась руками в стол, когда поняла, что у меня кружится голова. Я знала этого человека. В университете. Но почему забыла, не могла вспомнить. - Ладно, Элизабет, хватит убиваться загадочными событиями в стиле «Паранормального явления»… - выпалила я, ожидая реакции от себя самой. А я сошла с ума. Какая досада… Взяв стул, стоявший рядом, я присела на него в надежде успокоиться и посмеяться над самой собой. Забавно, когда такое случается. Когда на тебя вдруг наваливаются фрагменты из прошлого, а ты даже не можешь собрать их воедино, чтобы составить портрет собственной жизни. Я раньше никогда не задумывалась над этим, но скольких людей я разочаровала? Кому я разбила сердце? И Джим… может быть, это отместка мне за что-то из моего прошлого? Ну а если рассуждать здраво, отбросив эти нелепые мысли о ком-то всевышнем и его суде, возможно ли такое, что я разрушила чью-то жизнь так же, как разрушил ее Джим? Не осознавая шаткости положения и не рассматривая картины в целом? Могла ли я в своей неуверенности или глупости, или собственном эгоизме и цинизме отказать достойному человеку в намерении любить меня? Но я не тот человек, который сожалеет о поступках прошлого, живя его призраками. Я учусь на своих ошибках, и, может быть, эта встреча - шанс на что-то большее? Это была последняя мысль, уютно спрятавшаяся в моей голове и не желающая ее покидать, перед тем как сон полностью мной завладел. Проснулась я уже в середине дня, а точнее в два часа тринадцать минут. Испугалась, в первый раз заглянув в зеркало и увидев комок спутавшихся волос на правом боку и отпечатавшийся текст на левой щеке, которой обрамлялся жутким покраснением. - Надо будет попросить снять зеркала в доме… - шутливо подмигнула я себе, подумав о том, какая красавица достанется будущему «мужу». Но нет худа без добра! Теперь на моих щеках образовался естественный румянец от многочисленных попыток стереть переписанное стихотворение Марины Цветаевой в не очень удачном переводе на английский. Надев неприлично короткие шорты и майку, обтягивающую то, что называлось бы грудью, если бы не одно но, скорее напоминавшее два неподнявшихся в духовке кекса, я вприпрыжку спустилась на кухню, как ни странно, в приподнятом настроении. Мое «утро» началось с бодрящего «американо» без сливок и сахара, и йогурта, уже как полторы недели лежавшего в холодильнике со дня покупки. Конечно, со вкусом можно было поспорить, ибо указанный на этикетке нежный крем-брюле с текстурой облачка оказался скорее похож на зефир со вкусом кефира. Согласитесь, весьма неприятное несовпадение, особенно когда любишь крем-брюле… Но все же решив оставить мирские дела, я взяла себя в руки, отправившись на весьма НЕ утреннюю пробежку. К слову, бегала я относительно недолго, скорее доковыляла шагом до ближайшего парка, напрочь забыв о своей сверх-гипер-важной задаче – заботиться о здоровье и фигуре. В общем, я считала, что с этим у меня все в порядке, в отличие от Морган, которая помешалась заботой обо мне, в которой я не шибко нуждалась. Присев на скамейку, я принялась вновь заниматься любимым делом: изучать людей вокруг меня, чьи образы когда-нибудь могли бы воплотиться в одном из «шедевров» литературного искусства. В общем, беды в недостатке народа не было, ведь парк - это довольно оживленное место: так, например, девушки пробегают уже второй круг, даже не знаю зачем, привлекают взоры мужчин своей подскакивающей грудью. Одна из них замужем, а потому не обращает внимания на присвистывания, слушая музыку в плеере. А вот вторая явно любит мужское внимание, все время оборачивается и подмигивает паре парней у автомата с водой, которые, кстати сказать, очень уж похожи на «парочку»: смазливые и будто намасленные. Один очень похож на героя-любовника из романов эротического жанра, который приходит в тот самый момент, представляясь именем Хулио, и страстно овладевает героиней книги, удовлетворяет все платонические желания. Ох, нет. Не мой жанр. Совсем не тот типаж, что мне нужен. Дедушка с собачкой «хуанитой», умещающейся в кармане, которая при виде мышки нассыт на дорогущие кожаные туфли. Не люблю маленьких собак – не то. Бабушки-сплетницы напротив, иногда мне кажется, что они сидят здесь сутками, чтобы ничего не упустить – тоже мимо. О боже! Мой взгляд резко падает на огромного пса. Мохнатый, пушистый – прекрасный золотистый ретривер. Меня пугает моя страсть к большим собакам. Я даже не сразу замечаю его владельца. Высокого, статного, кучерявого…кучерявого?! Погодите-ка!!!! - А ну стой! – выпаливаю я на одном дыхании, вскакивая со скамейки и пугая мелкую собачонку, трясущуюся на руках дедули, который оскорблено что-то бубнит мне вслед. Мужчина оборачивается и я, наконец, замечаю черты его лица. Тонкие, интеллигентные. Он широко улыбается, почти смеясь. - Я? Довольно необычный способ знакомиться, не находите? – произносит он, опуская руку в карман. – Бенедикт. Он тянет мне руку. - Ты посмотри на него! Я из-за тебя каблук сломала! – выкрикиваю я, вставая на цыпочки, чтобы разглядеть его нахальные глаза. Со лба падает непослушная прядь выбившихся волос и я, надувая щечки, словно злобный хомячок, сдуваю ее с лица. - Пха-ха! Кадр! – смеется он, а я еще больше начинаю злиться, вспоминая, как болел мой нос после встречи с дверным косяком. – Вы, наверное, та милая леди, что истоптала все мои брюки в порыве ярости? Я прав? Ты посмотри на него, еще и хамит. Да кому?! Кому?! Ладно, всего лишь женщине, но ведь хамит? - А Вы! Вас! - Очень приятно, – он вновь тянет руку, я все же решаюсь ее пожать. - Элизабет! И Вам придется возместить мне пару туфель и лед! – Я быстро, сдержано улыбаюсь, давая понять, что не очень рада такому знакомству. - Что ж, заметано. При следующей встрече у меня обязательно окажется с собой пара туфель, – его пес утыкается мордочкой в мою руку, и мокрый нос скользит от центра ладони к кончикам пальцев, от чего я почти заметно вздрагиваю, уже не обращая на мужчину никакого внимания. - Боже. Прелестное создание. Я напишу о тебе книгу! – не удержавшись, я начинаю тискать свои новый предмет обожания, почесывая его за ухом, запуская пальцы в мягкую шерсть. - Нравятся собаки? – заинтересованно спрашивает Бенедикт, опускаясь на корточки и заглядывая мне прямо в глаза. - Безумно! – в порыве страсти отвечаю я, не прекращая обнимать пушистое создание, словно плюшевую игрушку, подаренную девочке на день рождения. - Это Джулия. В общем-то, как Вы уже могли заметить, она очень дружелюбная леди, – золотистый ретривер с прекрасной мягкой шерстью аккуратно встает двумя лапами мне на плечи. Каааааайф! Уже и вовсе забыв про своего собеседника в весьма «деликатном» диалоге, я обнимаю ее словно маленькая девочка, утыкаясь носом в ее шерстку. Наверное, я слишком сентиментальна, но я до сих пор помню свой подарок на рождество. Белоснежная шерсть, с почти не выделяющимися серыми пятнышками, украшенная синим бантом вокруг тоненькой шеи. Люси – так мы ее назвали. - Элизабет? Элизабет?! – слышится мне будто издалека. – Я, конечно, не хотел бы Вас отвлекать от столь важного дела, но мне нужно идти. О боже! Только не он. Подлый разрушитель моего счастья. - Конечно, – отвечаю я, потрепав в последний раз пса по голове. Недолго думая, достаю из небольшого кармана сумочки, размером с кошелек, но зато с удобным пояском через плечо, визитку с контактными данными. – Вот. По этому адресу сможете выслать компенсацию в виде туфель, - напоследок говорю я, и горделиво разворачиваюсь на месте, не желая более видеть этого человека. - Теперь я знаю, куда слать любовные письма, – говорит он и по спине пробегают миллионы мурашек, собирающиеся где-то у горла, и я чувствую, как он ехидно улыбается мне вслед. *** - Ну и типчик! – не скрывая своего возмущения, выдавливаю из себя слова. Описывая встреченного мною субъекта в МОЕМ самом излюбленном месте препровождения. - А судя по рассказу, он очень даже ничего… - задумчиво выдает Морган. - Заткнись!!! Этот! Да он - хам! И слишком красив, и интеллигентен! Демон – точно тебе говорю! - Прекрати, Элизабет... – вздыхает моя лучшая подруга, и я непонимающе вылупляю на нее глазенки. – Ты, похоже, пересмотрела фэнтези…или перечитала… В любом случае, это не повод кидаться на мужчину с обвинениями, уж поверь мне. Морган перекидывает ногу на ногу, делая умный вид. На часах стрелка застыла в положении половина шестого, кофе уже немного поостыло и от того потеряло вкусовые качества, превратившись во второсортное дерьмецо. Я безутешно вздохнула. - Иногда мне кажется, что ты специально принимаешь темную сторону силы… - изобразив дыхание Дарта Вейдера из «Звездных войн», я злобно рыкнула вдобавок, пытаясь произвести более глубокий драматургический эффект. - Элиза! – укоризненно фыркнула Морган. – Не применяй на мне эти свои ШТУКИ. Не поможет. Я уже…Что ты делаешь? А делала я по сути, вылив кофе из бумажного стакана, маску того самого героя, что пыталась изобразить, параллельно с этим скручивая себе меч из салфетки. - Защищайся! – как ни странно, на поединок мне ответили, но вот проходящие мимо люди, нашей игры не поняв, так и выбежали из сего места препровождения, ничего не купив. За что мы и были изгнаны из данного прелестного заведения за плохое поведение. - Меня скоро из-за тебя ни в одно кафе не пустят… - грустно добавила Морган, неприлично жестикулируя за спиной владельцу заведения. - Да и пускай. Кофе я тебе и сама сделаю, да такое, что все обзавидуются! – громко хохотнув, добавила я.