Управляемая эволюция

Томми сильно недооценил, насколько шумным может быть школьный коридор. Конечно, его прогулка в школу с Таббо и Ранбу тоже была громкой, громкость в сочетании с дневным светом была достаточно терпимой, чтобы он мог пройти через это без головной боли, но это другой уровень громкости. Томми может слышать каждый гребаный разговор, который происходит, и он может слабо слышать голос Вилбура где-то рядом с его классом английского языка через один коридор. Томми хмурится; он не должен был слышать бубнение Вилбура до самого обеда, и все же его глупые чувства решили, что ему нужно услышать все прямо сейчас. Это чертовски отстой. Его руки трясутся, а в голове стучит, и Томми, блять, также презирает верхний свет — все так быстро идет наперекосяк, эти гребаные сверхспособности — проклятие. Как он должен вести себя как нормальный гребаный человек в школе, если он даже не может пройти через чертов коридор?! На его руке чья-то рука, вероятно, Таббо готовится потащить его на их первое занятие за день, и Томми сильно вздрагивает, прикосновение вдобавок ко всему остальному быстро ошеломляет его. Ранбу стоит рядом с Таббо, сдвинув брови, а Томми корчит гримасу, отмахиваясь от руки Таббо и морщась, когда прозвенел первый звонок. Блять. Все гораздо хуже, чем он думал, все пронзительно и визгливо, и Таббо смотрит на Томми как на сумасшедшего — или, может быть, он просто обеспокоен, но Томми сейчас не в настроении рассматривать ни тот, ни другой вариант. Он немного спотыкается, его толкают проходящие мимо сверстники, и все эти ощущения слишком сильны, и теперь он, черт возьми, задыхается. Затем Ранбу стоит перед ним, поправляя маску, и Томми неохотно благодарен за то, что его причудливо высокий друг может несколько эффективно блокировать свет. — Могу я прикоснуться к тебе? — спрашивает Ранбу тихим, но четким голосом, что только усиливает головную боль Томми, но он все равно кивает. Ранбу осторожно ведет Томми к туалетам, положив одну руку ему на бицепс, а другую между плеч, жестом предлагая Таббо следовать за ними. — Давай отведем тебя куда-нибудь, где не так людно, это… это нормально, верно? — Д-Да, неважно, — бормочет Томми, звон в ушах усиливается, когда поблизости раздается пронзительный смех какого-то парня. Ранбу придерживает для него дверь, и Томми начинает благодарить, но его горло и голова словно набиты ватой, и он не совсем уверен, что снова сможет дышать. — Черт, я- черт, извини, я-я не знаю, что… Черт, что со мной не так, чувак, я-! — С тобой все в порядке, — медленно говорит Ранбу, все еще понизив голос, и Таббо нервно переводит взгляд с одного на другого, явно не зная, что здесь делать. Рука покидает руку Томми и нависает над его грудью, и он смутно замечает, что она принадлежит Ранбу. Его зрение сейчас нечеткое, так что это действительно подвиг. — Ничего, если я- Томми, ты можешь дышать вместе со мной? Вдох и выдох, глубокие вдохи, ты сейчас потеряешь сознание, чувак. Рука, нависшая над ним, опускается ему на грудь, но это не так больно, как было в коридоре, и Таббо переместился, чтобы заблокировать дверь и выключить свет, и Томми, черт возьми, наконец-то снова может дышать. — Прости, прости, — заикаясь, произносит Томми, пробегая глазами по тому, что он может видеть на лице Ранбу, когда он пытается и не может последовать его примеру и сделать глубокий вдох. — Коридор- я не знаю, я-я просто, блять- это было так сильно, Ранбу, я не мог- мой мозг, казалось, вот-вот взорвется! — Все в порядке, ты в порядке, — мягко говорит Ранбу, и пальцы Томми сгибаются по бокам, Чувство подсказывает ему, что кто-то собирается постучать в дверь, и, конечно же, мгновение спустя раздается тихий стук. Томми лениво замечает, что лицо Ранбу выглядит забавно, когда он раздражен. — Таббо, скажи, кто бы это ни был, что мы заняты. — Мы заняты! — Таббо говорит слишком громко, и Томми издает определенно очень мужественный стон, большое тебе спасибо. Поморщившись, Таббо посылает ему извиняющийся взгляд, когда кто-то снаружи стучит, на этот раз немного громче. Это чертовски отстой. Томми даже не может правильно следить за дыханием Ранбу, он не знает, что, черт возьми, происходит в его мозгу, и ему кажется, что его грудь вот-вот провалится, и он умрет, и- — О, э-э… Заходите, мистер Сут! Томми вскидывает голову, и его глаза расширяются, когда Вилбур комично протискивается в ванную через крошечную щель, которую Таббо позволил открыть двери. — Ники сказала мне, что видела, как вы, ребята, бросились в ванную, у вас есть около двух минут до начала урока, так что- О, черт, Томми, ты в порядке? — спрашивает он, его глаза так же широко раскрыты, как у Томми, и Ранбу немного отшатывается, когда Вилбур смотрит на него в ожидании ответа. — Извините, мистер Сут, мы направлялись в класс, мы клянемся, но я думаю, что у Томми началась паническая атака, поэтому я решил, что будет лучше вывести его из коридора, потому что это вроде как- казалось, что это было причиной его паники, и я пытаюсь заставить его делать глубокие вдохи, я просто- мы придем на урок вовремя, не волнуйтесь, — лепечет Ранбу, и Томми чуть не шлепает его за то, что он такой громкий, но он этого не делает. И определенно не потому, что он чувствует, что его руки налиты свинцом, а потому, что сегодня он милосерден. Вилбур зажимает переносицу, и Томми в истерике думает, что он выглядит так же, как Фил, когда он это делает. — Господи, Ранбу, это не то, что я… Послушайте, убедиться, что вы все приходите на занятия вовремя, — это наименьшая из моих забот прямо сейчас, — говорит Вилбур, и он выглядит действительно обеспокоенным. — Хорошо, Томми, ты здесь, ты в безопасности, просто дыши, приятель. — Черт, — говорит Томми, и его голос звучит подавленно, даже для него самого. Таббо нависает над его плечом, все еще выглядя до смешного обеспокоенным. Томми пытается выровнять дыхание, правда, он пытается, но Ранбу начинает казаться немного запаниковавшим, и его дыхание продолжает сбиваться. — Вил, Вилбур, я- Ранбу, Таббо, идите в класс, со мной все будет в порядке, в-все в порядке. — Ты явно не в порядке, здоровяк, — говорит Таббо, и Томми хмуро смотрит на него. Однако он все еще пытается нормально дышать, так что, возможно, Таббо прав. — И, правда, мы останемся с тобой, пока ты не поправишься, Томми, мы же не ходим в разные классы. Вилбур качает головой. — Нет, вам двоим действительно нужно идти в класс, я позабочусь об этом, — говорит он. Ранбу и Таббо обмениваются взглядами, прежде чем нерешительно кивнуть и выскользнуть из уборной. Вилбур поворачивается к нему, теперь уже гораздо менее спокойный. — Томс, что случилось? Это было- твоя мигрень вернулась? Облегченный легким выходом, Томми кивает и приваливается спиной к ближайшей стене, относительная тишина ванной и отсутствие ощущений, наконец, позволяют его дыханию успокоиться. — Черт, Вил, я отнимаю у тебя время на занятиях, — говорит Томми немного хриплым голосом, и Вилбур пренебрежительно машет рукой. — Не волнуйся об этом, придурок, — ласково говорит он Томми, все еще хмуря брови. Сердце Томми перестает колотиться в груди — все еще бьется немного быстрее, чем следовало бы, но это больше не подавляет, — и он может дышать. — Это был свет? Студенты? Хочешь, я позвоню Филу, чтобы он отвез тебя домой? — Нет! — Томми почти кричит. Вилбур пристально смотрит на него, и Томми чувствует, как его лицо краснеет от смущения. Руки Вилбура нависают над руками Томми; ясно, что он на самом деле не знает, как это исправить. — Я- нет, Вилбур, я в порядке, это было просто… У меня был момент, я в порядке, пожалуйста, просто дай мне добраться до класса. Если он не может справиться со школьным коридором, как, черт возьми, он должен использовать свои сверхспособности для борьбы с преступностью? Вилбур бросает на него настороженный взгляд, но его руки возвращаются к бокам. Он поправляет свой дурацкий кардиган — на самом деле, даже у Томми чувство моды лучше, чем у него, — и поправляет очки на носу. — Хорошо, хорошо, возвращайся со мной в мой класс, я напишу тебе записку, и ты сможешь попасть на урок без штрафа за опоздание, — говорит Вилбур, открывая дверь обратно. К счастью, коридор сейчас почти пуст, но плечи Томми все еще горбятся, когда он следует за Вилбуром по коридору. Достаточно неловко, что он ушел и, по-видимому, у него была паническая атака, но теперь он должен следовать за своим гребаным братом, чтобы у него было оправдание? — Томми, я слышу, как шестеренки в твоем мозгу переусердствуют. Остынь. Пробормотав несколько ругательств себе под нос, Томми наступает на заднюю часть ботинка Вилбура и хихикает, когда тот немного спотыкается. — Упс, — говорит он, широко раскрыв глаза в притворной невинности, когда Вилбур оборачивается и свирепо смотрит на него. Качая головой, Вилбур поворачивается обратно, и они идут еще немного, пока перед ними не оказывается комната 802. — Я останусь здесь, Вил, иди вперед и- — «Мистер Сут», когда мы в моем классе, и нет, ты тащи сюда свою задницу, я не заставляю Ники присматривать за моим классом из другого конца коридора дольше, чем это необходимо, — раздражается Вилбур, и Томми хочется его ударить, потому что он невероятно раздражает. Это то, что действительно не нужно, честно говоря, так оно и есть. Вилбур вводит Томми внутрь, и он неловко стоит у двери, пока Вилбур роется в поисках клочка бумаги и обращается к своему классу. — Извините, еще минутку! Я знаю, что вы все умираете от желания послушать, как я буду говорить в течение полутора часов, поверьте мне. Класс хихикает, и большинство из них смотрят на Томми, который хмурится от внезапного внимания. — Спасибо, сука, — говорит он, когда Вилбур протягивает ему бланк с извинениями, и Вилбур скрещивает руки на груди. Томми закатывает глаза, но Вилбур не колеблется. — Спасибо, Мистер Сут. Господи, теперь я могу идти? Ты такой надоедливый. — Пожалуйста, ради любви к Богу и всего святого, не заставляй меня объяснять Филу, почему я был вынужден назначить тебе наказание, и убирайся отсюда, пока от меня этого не потребовали, Томас, — говорит Вилбур, и Томми сдерживает смех. Вилбур подталкивает его к двери, а затем встает перед белой доской, хлопает в ладоши и ухмыляется. — Правильно! Итак, капитализм, как мы поняли из всего текста, — это нехорошо. Томми не слышит остальную часть того, что говорит Вилбур, потому что он уже находится дальше по коридору и вне досягаемости — даже с его усиленными чувствами — к тому времени, когда Вилбур начинает обсуждать, возможно ли вообще этичное потребление. Он уже боится попасть на свой первый урок, но не похоже, что у него есть выбор. Филу определенно понадобятся какие-то объяснения, если Томми попытается пропустить урок, и он не собирается рисковать пропустить урок Вилбура после всего этого. Как только он заходит в свой класс, все взгляды устремляются на него, и Томми застенчиво передает опоздание своему учителю, действительно хорошему парню, который позволяет своим ученикам называть его Сэмом. — Мило, что ты присоединился к нам, Томми, — говорит Сэм с игривым блеском в глазах, и несколько студентов тихо смеются, когда Томми пробирается к задней части, садясь на свое обычное место между Таббо и Ранбу. — Как я уже говорил, поскольку сегодня у нас нет компьютерного класса, я разделю вас на пары, чтобы начать ваши исследования для вашего следующего проекта. Когда Сэм начинает делать именно это, соединяя людей с тем, с кем они сидят рядом, Таббо наклоняется к Томми, оба они по-прежнему смотрят вперед. — Итак, — начинает Таббо голосом чуть громче шепота, — ты все еще немного развлекаешься или теперь все в порядке? Потому что я буду честен, босс, твоя голова должна быть в игре для этого проекта. Это дерьмо звучит очень сложно, мы должны создать что-то, используя язык программирования, который мы изучали. Или что-то в этом роде, я просто вроде как обращал внимание. — Я в порядке, Таббо, — фыркает Томми, и Таббо слегка наклоняет голову, как будто на самом деле не верит ему. — Так и есть! Так и есть, Большой Ти. Был момент, смирился с этим, Вил, как всегда, стерва, но сейчас все в порядке. Кроме того, какого хрена мы что-то создаем, мы в гребаном компьютерном классе, это чушь собачья. Может быть, Сэму стоит завести себе жену, это отнимет у него достаточно времени, и он даст нам меньше дерьма для разбора. Таббо хихикает, но они оба быстро выпрямляются, когда Сэм подходит к их ряду. Может, он и один из самых хороших учителей здесь, но его все равно не зря прозвали Надзирателем. — Хорошо, Ранбу, ты с Томми, а Таббо, ты с Перплдом. Есть вопросы? — спрашивает Сэм, оглядываясь по сторонам, но, похоже, ни у кого их нет. Он улыбается и поворачивается к Перплду, который приподнимает бровь. — Перплд, ты не против помочь мне передать рубрику и спецификации проекта? Перплд пожимает плечами и передает первую пару бумаг Таббо, который передает их Томми, который демонстративно отказывается передавать последнюю Ранбу, потому что Ранбу — сука, а Томми в любом случае должен быть ответственным за проект. — Я буквально умоляю тебя позволить этому быть нормальным проектом и сотрудничать со мной здесь, — говорит Ранбу многострадальным тоном, что на самом деле довольно грубо, потому что Томми заставляет его страдать только с сегодняшнего утра. Ранбу тупо смотрит на него и протягивает руку за бумагой. Томми отдает его без возражений — если не считать хмурого взгляда, но ему это определенно позволено, потому что свет в комнате действительно яркий, и он теряет желание подшучивать. Ранбу, кажется, замечает это, и на его лице появляется странно озабоченное выражение, так что Томми отшвыривает его. Ему не нужна жалость Ранбу, и ему, конечно же, не нужно, чтобы кто-то догадывался о его сверхспособностях в начале игры, поэтому Томми приклеивает глаза к бумаге и многозначительно прочищает горло. — Хорошо, большой человек, что мы тогда делаем?

***

Занятия Вилбура стали для Томми большим кошмаром, чем обычно, и это о чем-то говорит. Во-первых, он действительно прочитал назначенное чтение, большое вам спасибо, просто у него было довольно много мыслей с тех пор, как началась вся эта ситуация с паучьими сверхспособностями. Что вполне понятно, но, увы, учитывая, что Томми не может никому об этом рассказать, он не может использовать свое единственное веское оправдание. И хотя Вилбур вряд ли когда-либо принимал какие-либо оправдания Томми, он считает справедливым предположить, что это своего рода исключение из правил. Несмотря на сверхспособности, Чувство в том, чтобы очень хорошо познакомиться с выходками Вилбура, учитывая, что это предсказывается каждый раз, когда Вилбур призывает его дать ответ, которого у Томми нет. Это немного забавно, учитывая, что это Чувство как бы заставляет его мозг интерпретировать угрозу вызова как опасность, но Томми сейчас не в настроении шутить. На самом деле, он не был там с тех пор, как утром шел в школу. — Итак, у этого нет только одного конкретного ответа, но я был бы признателен, если бы вы подкрепили свой ответ чем-то, что на самом деле есть в книге, ребята. Как вы думаете, почему Жавер так одержим идеей поймать Жана Вальжана? — спрашивает Вилбур, указывая на свою дурацкую блок-схему всех взаимоотношений персонажей книги друг с другом. Томми ненавидит эту дурацкую таблицу. Он также ненавидит эту дурацкую книгу, но таблицу он ненавидит еще больше. Вилбур смотрит на руки, которые на самом деле подняты, и обнуляет их. — Томас! Ты давно не разговаривал, что очень необычно для тебя. Томми пристально смотрит на него, прежде чем перевести взгляд на открытую книгу перед ним. Ни одно из слов не регистрируется. Слева от него кто-то сдерживает смех. Это достаточно тихо, чтобы он, к сожалению, не услышал бы этого с нормальным слухом — он бы с удовольствием начал кричать на кого-нибудь, если не просто для того, чтобы выплеснуть свое разочарование. В конце концов он должен ответить, и все эти взгляды устремлены на него, и Чувство определенно не в восторге от этой ситуации, и Томми тоже, но сейчас они вместе. Смерив Вилбура бесстрастным взглядом, Томми откидывается на спинку стула. — Парень влюбился? — догадывается он, и Вилбур хмурит брови, но он еще не сказал прямо, что Томми не прав, так что моторный рот Томми начинает работать со скоростью мили в минуту. — Я имею в виду, серьезно, парень, типа, одержим им. В каком-то ненормальном странном смысле, но все же. Он рассказывает только то немногое, что помнит из фильма, который Вилбур заставил его посмотреть, потому что Томми, цитирую: «вероятно, не будет обращать внимания на свой чертов урок». Но, очевидно, плечи Вилбура поникли с видом побежденного. — Это один из способов интерпретировать текст, — признает он, и Томми моргает. Он не думал, что это действительно сработает. Вилбур поднимает один палец. — Но! Тебе понадобилось бы гораздо больше доказательств из текста, чтобы поддержать этот тезис в эссе, так что может ли кто-нибудь еще привести пример, который помог бы доказать истинность этой теории? Поднимается удивительное количество рук, и Томми ухмыляется. Возьми это, Вилбур. Теперь ему не нужно беспокоиться о том, что его снова выберут для ответа, по крайней мере, какое-то время. Таббо наклоняется к Томми и протягивает ему сложенный листок бумаги. Он бросает на Таббо настороженный взгляд и получает в ответ ровный взгляд, так что Томми поднимает руки немного выше стола в знак капитуляции. Открывая записку, можно увидеть одно предложение, нацарапанное неряшливым почерком Таббо, что определенно представляет собой пустую трату бумаги. Ранбу хочет знать, может ли он пойти к тебе после школы!!! Нахмурившись, Томми бросает взгляд на Ранбу, который поминутно машет рукой, выглядя довольно нервным. Он постукивает карандашом по руке и снова пробегает глазами по почерку Таббо. Не то чтобы Ранбу не приходил раньше, но Томми планировал сегодня вечером опробовать некоторые ткани для своего потенциального суперкостюма, и это отчасти мешает его планам. Увы, у него есть совесть, и он не хочет оставлять Ранбу без присмотра в парном проекте. Скажи Ранбу, что он сука, и да, он может. Он передает записку обратно Таббо, но, к сожалению, Вилбур в этот момент смотрит точно в их сторону, и Томми вздыхает, морщась. — Вы все снова разделитесь, если не перестанете передавать записки, — предупреждает он, скрестив руки на груди. Вилбур поворачивается обратно к доске, и Томми снова отключает его, когда он начинает что-то объяснять — вероятно, это то, на что Томми должен обратить внимание, но, честно говоря, ему было все равно. Звучит звонок на обед, и когда Томми начинает собирать свои вещи, Вилбур машет ему рукой. — Томас, останься на минутку, мне нужно с тобой поговорить. Закатив глаза, Томми пожимает плечами Ранбу и Таббо и направляется в переднюю часть комнаты, совершенно не удивленный. — Слушай, чувак, мне пора на обед, у Ранбу сегодня хорошее дерьмо, и если я не буду там, чтобы украсть его, он съест его раньше, чем я смогу, — фыркает он, и Вилбур поднимает бровь. Томми это начинает надоедать; сначала Вилбур выделял его во время урока, а теперь отводит в сторону и отнимает время у его драгоценного обеда? — Вил, я буду честен с тобой, у меня дерьмовый день, и ты точно не помогаешь. — И если честно, — начинает Вилбур, явно разозленный, и Томми морщится — это не будет хорошо, — я немного устал от того, что ты думаешь, что можешь легко пройти через мой класс только потому, что ты мой брат. Я забочусь о тебе и хочу, чтобы ты хорошо учился, но ты явно не читаешь материал, ты проводишь все свое время в моем классе, разговаривая с Таббо и Ранбу, и ты опасно близок к тому, чтобы отстать. Ты умный парень, Томс. Я знаю это лучше, чем кто-либо другой. Я знаю, что ты все еще оправляешься от своих головных болей, но ты должен исправиться. Лицо Томми краснеет от смущения, плечи горбятся, и его поза становится более оборонительной. — Пошел ты, чувак! Мне так жаль, что я прочитал скучную книгу, которую ты выбрал, и ничего толком не запомнил, Вилбур. Очевидно, что за последние несколько дней у меня больше не было поводов для беспокойства, верно?! Это же не то же самое, что читать крошечный гребаный текст, от которого у меня болят глаза и усиливается мигрень, верно?! Даже несмотря на все это, я все равно прочитал эту чертову штуку! — Томми огрызается, прижав кулаки к бокам, а Вилбур просто выглядит скучающим, что приводит Томми в ярость, потому что к черту Вилбура за его спокойствие! К черту Вилбура за то, что он так на него смотрит, как будто он намного лучше Томми за то, что не поддается эмоциям. — Ты понятия не имеешь, что со мной происходит, Вилбур. Боже упаси, если я хоть на один гребаный день не обращу внимания, чувак, я все еще почти лучший в классе! — Ты уже закончил? Ты защищаешься из-за пустяков, чувак, я на твоей стороне, — говорит Вилбур ровным, почти веселым тоном, и Томми видит, что краснеет. — Ты знаешь, школа требует, чтобы я позвонил родителям, если деструктивное поведение не прекратится несколькими предупреждениями, но я был действительно снисходителен к тебе, хотя мне следовало позвонить Филу некоторое время назад. Так что мне больше не нужны никакие оправдания, Томми. В какой-то момент я должен быть профессионалом и выполнять свою работу. Я знаю, что у тебя много дел, и я знаю, что у тебя плохой день, вот почему я волнуюсь. Ты можешь поговорить со мной, Томс, помочь мне понять, что происходит, чтобы я мог помочь тебе. Явно кипя от злости и проводя рукой по волосам, Томми чувствует, как в глубине его сознания вспыхивает Чувство, и он хватает Вилбура за запястье в воздухе. Ему не нужно сочувствие, и он определенно не хочет никакого братского жеста, который собирается предложить Вилбур. Все это чушь собачья. Вилбур ведет себя так высокомерно и властно, как будто он спаситель гребаной вселенной за то, что постоянно ставит Томми в неловкое положение. Томми наполовину убежден, что на самом деле он просто ищет предлог, чтобы позвонить Филу и втянуть его в неприятности. Томми отпускает запястье Вилбура. — Не прикасайся ко мне, Вил, блять, — говорит Томми. — Я иду обедать. Позвони Филу, если хочешь, и посмотри, не все ли мне равно. С этими словами он покидает класс, игнорируя призывы Вилбура вернуться, а Томми идет по коридору и берет свой упакованный ланч к столу, за которым, как он видит, сидят Таббо и Ранбу. Он приветствует их, и они кивают, Ранбу молча скользит по своей пачке twizzlers, и Томми ухмыляется. Они не могут достать это дерьмо больше нигде — Ранбу время от времени его доставляют, и он получает его только в большом количестве. — Нужны хорошие новости, ребята. Вилбур, как обычно, была сукой, так что дайте мне что-нибудь позитивное. — Я прикинул, что нам понадобится для нашего дозатора приправ под давлением, но это может быть немного дорого, — говорит Ранбу, застенчиво потирая затылок. Ах, это верно. Томми предложил это — дозатор, который определяет, насколько далеко и насколько велико что-то, и распыляет только нужное количество того, что вы хотите. В основном это была идея Томми; он хочет посмотреть, сможет ли он превратить этот проект в более эффективный способ снимать свои сети. Ранбу берет twizzler, и Томми хмуро смотрит на него. — Было бы круто, если бы мы подобрали кое-что из этого барахла? Мы определенно можем написать часть кода сегодня вечером, даже если мы ничего не создадим. Томми пожимает плечами. — В любом случае, я планировал захватить вещи по дороге домой, это работает на меня, — говорит он, и глаза Ранбу прищуриваются, явный признак того, что он ухмыляется. Томми открывает свой ланч и сдерживает улыбку, глядя на Задай им жару, Томс! на пакете с чипсами написано «Фил». Томми прочищает горло и громко чавкает хрустящей корочкой. — Что нам нужно? — Закрывай рот, когда жуешь, — говорит Таббо, корча гримасу, и Ранбу передает список, нацарапанный на салфетке. Пока Томми просматривает то, что на нем написано — почерк такой чертовски мелкий, что Томми уже подумывает сказать Ранбу, чтобы тот переписал его, — его улучшенное периферийное зрение улавливает, как Таббо обменивается настороженным взглядом с Ранбу. — Кроме того, я не думаю, что тебе следует продолжать злить мистера Сута, Томми, у тебя могут быть серьезные неприятности. — Черт возьми, Таббо, только не ты, — стонет Томми, запрокидывая голову к потолку и тут же морщась из-за света. Таббо начинает что-то говорить, но телефон Томми громко жужжит на столе, и он начинает жевать чипсы так шумно, как только может, чтобы еще больше заглушить его. Таббо сдается, и Томми берет свой телефон. — Господи Иисусе, чего теперь хочет Текно? почему вилбур говорит, что ты ведешь себя как придурок? потому что вилбур гребаная сука вот почему ладно, это правда, но он также угрожает рассказать филу о том, что произошло, так что тебе следует быть осторожным. не выводи его снова из себя. серьезно. я также занят и не хочу, чтобы он продолжал меня беспокоить. хорошо вы оба придурки я ненавижу вас умрите я тоже испытываю к тебе братскую привязанность. веди себя хорошо. на самом деле я подожгу школу может быть я буду совершать преступления употреблять тяжелые наркотики как насчет этого текно что если я захочу совершать преступления скажу филу, чтобы он нанял своих крутых корпоративных юристов для твоей защиты. очень хороший момент может быть иногда ты умен но только немного прощай, томми. сука Томми прячет телефон обратно в карман, а Ранбу с любопытством наклоняет голову. — Все хорошо, чувак? — спрашивает он, и Томми кивает, демонстративно игнорируя свирепый взгляд Таббо. Да, может быть, Таббо и прав, но у Томми сейчас много дел на уме, ясно? Дайте ему передышку. Ранбу ерзает на стуле, как будто чувствует напряжение. — Эм, мы также могли бы купить мороженое позже…? Например, перед тем, как мы пойдем и заберем все, что нам нужно для проекта. Я имею в виду, всех нас троих. — По-моему, звучит неплохо, босс, — легко говорит Таббо и смотрит на Томми с вызовом, прищурив глаза и приподняв брови. Ну, это явно попытка сделать это, но Таббо в итоге выглядит так, как будто он под кайфом. Томми только пожимает плечами. Он не смог справиться ни с чем сладким, так что, вероятно, в конечном итоге он просто получит нормальный вкус. Как ваниль. Таббо щелкает пальцами, его глаза расширяются, и он поворачивается к Ранбу, который смотрит на него такими же широко раскрытыми глазами. — Верно! Томми спросил меня об этом на днях, и это заставило меня задуматься: Ранбу, если бы у тебя была сверхспособность, ты бы боролся с преступностью с ее помощью или нет? Задумчиво глядя на свой недоеденный бутерброд, Ранбу подпирает подбородок рукой. — Я бы сказал, что на самом деле это зависит от мощности. Ну, нет — поцарапайте это, я не думаю, что смог бы выйти и бороться с преступностью даже с сверхспособностью, — говорит он, и Таббо жестом просит его продолжать. Ранбу только пожимает плечами. — Слушайте, я просто не из тех, кто борется с преступностью. Не то чтобы преступление не было плохим, потому что я думаю, можно с уверенностью сказать, что большинство преступлений плохие, но я не знаю, был бы я достаточно уверен в себе, чтобы просто выйти и начать пожимать руки преступникам. Мудро кивая, Таббо напевает. — А, так ты не настолько глуп, чтобы пойти на то, чтобы тебя убили, — говорит он, и Томми обижается на это. Его не убьют, у него есть сверхспособности. Таббо снова поворачивается к Томми и подпирает подбородок рукой. — Что касается сверхспособностей, что бы вы выбрали, если бы могли обладать силой? Я думаю, я бы выбрал электричество или что-то в этом роде. Очень удобно для зарядки телефона. — Я думаю, я бы выбрал что-то вроде того, что связано со временем. Останавливая время или замедляя его, — уточняет Ранбу, и Томми надувает губы. Он не может сделать ни того, ни другого. — Я всегда испытываю сильный стресс, когда думаю, что у меня недостаточно времени, чтобы что-то сделать, и это было бы действительно полезно. Хотя я не знаю наверняка, трудно выбрать только один. А как насчет тебя, Томми? И теперь они оба выжидающе смотрят на него, что, по общему признанию, заставляет Томми немного нервничать. Это не значит, что он может сказать о своих настоящих сверхспособностях, потому что, когда он действительно начнет бороться с преступностью, они могут понять, что это он. — Э-э, наверное, способность летать или что-то в этом роде, — говорит он вместо своих ультра-крутых паучьих способностей, и его друзья кивают, как бы говоря справедливо, Томми, ты такой крутой и умный, Томми. Может быть, они не думают об этом в последнюю очередь, но это объективно верно. — Тогда мне не пришлось бы ходить с вами, придурками, в школу. Я мог бы облететь всех женщин Лондона и успеть на все свои многочисленные свадьбы с очень настоящими женщинами вовремя. Фыркая, когда звонит звонок, Таббо встает и тычет Томми в лоб. — Да, точно, как будто ты когда-нибудь вообще разговаривал с женщиной, — говорит он, и Томми обиженно визжит. Таббо кладет руку ему на плечо и смотрит на него с притворным сочувствием. — Не волнуйся, Томс, когда-нибудь ты доберешься туда. Может быть, девушка посмотрит в твою сторону, скажем, лет через тридцать. Ранбу хихикает, а Томми пинает Таббо в голень. — Пожалуйста, не попадай в неприятности из-за драки здесь снова, — устало говорит Ранбу, и Томми высоко поднимает подбородок, выходя первым, потому что он явно больше и намного лучше. Ах, черт. Шум возвращается, как и должно было бы показаться. Он даже не может должным образом обратить внимание на то, куда идет, пока Ранбу не ловит его за запястье со слегка обеспокоенным выражением в глазах. — Томми, ты идешь не по тому коридору! Твой урок биологии здесь, чувак, что с тобой сегодня? — Извини, мигрень, — объясняет Томми с застенчивой улыбкой, а Ранбу просто качает головой. Томми знает, что в конце концов ему придется найти способ перемещаться по коридорам, не лишая себя чувств, но пока он довольствуется тем, что Таббо надевает наушники на уши и играет ужасную музыку.