Адвокат и гадалка.

Время идёт. Вы думаете, ничего не меняется? Или может, что все, наоборот, сменяет друг друга слишком быстро? Вспомним, что время, относительно каждого, разное, что то, что для одного перемена, для другого переменой не является. И, со стороны адвоката Кима перемены были и были весьма существенные, а вот у "ведьмака", свалившемуся ему на голову, ничего не менялось. Что же происходило у адвоката? Чтение газет от разных издательств можно назвать профессиональной деформацией (мозга). И ежедневное чтение статей о том, как же так, охи и ахи по поводу пропажи его жены, весьма напрягает. Новость просто не хочет сходить с бумажных страниц. Не то что со страниц, но и с новостей по телевизору и заголовков в интернете. Настолько в Южной Корее сейчас пусто, что это – единственная новость, которую журналисты могут размусолить. Тэхён, в принципе равнодушный к музыкальной поп-культуре, сейчас был готов упрашивать какого-нибудь айдола выпустить новую песню. И не важно, но он планировал её выпустить через пол года, Ким Тэхёну нужно сейчас. Его молитвы, конечно, никто не услышал. Потребность в каком-никакой "трауре", ведь, так же, как и участники поп-индустрии, они, адвокаты и судьи, весьма публичные личности и нагадить им хотят так же, как и своим кумирам. Поэтому надо держать страдальческое лицо, вовремя пустить скупую мужскую слезу, улыбаться ломано, а отпуск так и не получить и, грустно глядя на всё и вся, шарить в огромном количестве статей, чтобы выяснить, подойдёт ли сертификат с "Битвы Экстрасенсов" на книжечку о профпригодности. У Чонгука? У него все так же. Вы не думайте, он не только шариками с дымом на жизнь зарабатывает, нет. С голоду не помрёт и как бы и ладно. Его лавочка "погадаю прямо здесь и сейчас" в метро временно закрыта и Чон вновь локализовался на ремонте компьютеров. Терпимо, жить можно и бог ты с ним. Вспомним персонажей из первой главы. Мин Юнги – следователь, которому, в принципе, на все насрать с высокой колокольни. О, нет, он не бездушный человек, который делает все ради денег. Поверьте мне, работа следователя ничерта не такая лёгкая, чтобы работать на чистом желании денег. Там и жопа подгорит и энтузиазм подгорит на расследовании... А вот уже потом на чистом желании денег надо будет писать отчёт, так как, раследовал ты или нет, без отчёта ничего не примут и зарплаты не будет. Но мы не об этом. Мы о том, что Мин вполне себе задушевный и понимающий человек, ни в коем случае не ледышка. Просто не любит выскочек, не понимает тех, кому плевать, если с ними произошло что-то, иногда даже искренне сочувствует жертвам. Иногда. Жена адвоката была красивой девушкой, знаете. Он, конечно, не знал её лично и предполагал, что она была чистейшей стервой, раз её муженек считает, что её унесли русские, но так халатно относиться к своей жене! Это ж надо так... Вот и сейчас он сидел, смотрел на экран компьютера, на котором высвечивались два размвтых силуэт, улетающих в ночь. Но что-то не даёт покоя... – Всё хуйня, народ. – наконец, выдаёт он вердикт всему отделу. – По-новой. Обратимся же к самой виновнице этой депрессии на фоне повышенного внимания к Тэхёну и сексуальных фантазий главного следователя Мина. Естественно, за ней проследили камеры, естественно, они засекли, в какой дом они зашли. И заметили, как она и её похититель выходили из дома. А потом они пошли в лес. Как бы. Ну. А что дальше то говорить. Думаю, тут все понятно. Истинные русские, медведей пошли ловить, а вы что думали? Ладно, нет, хорошо. Через лес они дошли до машины и благополучно уехали восвояси. Поздравляю, эту парочку мы с вами в их оригинальном виде больше не увидим, только в проекции. Что за похититель? Оставим мысль, что он казах и украл её со свадьбы. Ну перепутал время чуток, спёр уже после того, как они расписались, ну с кем не бывает... Часовые пояса разные, с трудом разберёшься что и когда. С персонажами разобрались, вернёмся к сюжету. Чонгук получит свою лицензию и ларёк в каком-то захолустье, Джису снялась в дораме и теперь все газеты только о ней ("славатебегосподитыуслышалмоимолитвы" было написано капсом, шрифтом Times New Roman на лбу адвоката), Тэхён может вздохнуть спокойнее, его мама продолжает убиваться. И, казалось бы, все, да, дружба, радуга, жвачка, можно заканчивать, или зачем мы тут ещё собрались? Так вот, автор, как человек гадающий, заявляет: столько всего разного здесь ещё будет! Вам понравится (не факт), будет много хорошего (нет), закончится мирно и хорошо (...) и вообще ВиГуки крутые, а жанр детектива/приключений/фэнтези рулит! Собственно, одной из таких хороших штук было то, что, так как Тэхён был жежурным, на момент принятия дела Чонгука, то и все доверенности и лицензии к нотариусу с этим самым Чонгуком носился он. И, знаете, он привык, что иногда часть оплаты чему отдают не деньгами, а дорогущим алкоголем, или, когда не достаёт там... Совсем немного, знаете, конфетками. И, черт, он был жежурным, платы быть не должно в принципе, но он надеялся хотя бы на шоколадку! У него стресс, он потенциальный вдовец! Даже не может послать документы на развод жене, которая уехала! Но получил только: – Позолоти ладошку? Да не смотри ты так, задаром погадаю, Господи ты боже мой. – тушуется Чон и протянутую руку убирает, опираясь на стол, только-только застеленный скатертью, которой не меньше пятидесяти лет. Не поймите неправильно, она в почти идеальном состоянии. Просто... Видно, что она старше самого адвоката, который, кстати, принимать участие в гадании, даже бесплатном, желанием не горел и всячески отказывался. – И вам не интересно, где ваша жена? – Нет, совсем нет! – И на любовь не хотите??? – Какая любовь, мальчик, отстань от меня... – У вас и карма большая, может почистим? – Я тебе сейчас твою корму от души начищу, мне вот это вот всё, – Ким кивает на шар в коробке, карты и всякую прочую дребедень, которую Чонгук уже начал раскладывать по местам. – не нужно. Повисает молчание. Десять секунд. Двадцать. Тридцать. Сорок. – Вы прямо-таки хотите ваши кошмары осуществить, да? Больная тема, знаете. Не то чтобы у него было из рук вон ужасное детство, страшный отец, или братья-сестры обижали. Нет, все было с одной стороны лучше, так как в семье его любили, и хуже, так как начались галлюцинации. Потом кошмары. Все почему? А он не знает. И глаза зелёные на потолке сначала принимал за само собой разумеющееся. Потом кошмары. Кошмары и кошмары, он мальчик умный, отличает явь ото сна. Но. Знаете. Страшно как-то. – Нет, страусы не загрызут вас до смерти, я это гарантирую... – лопочет гадалка разнервничавшемуся адвокату, не зная что и думать по поводу такого кошмара. Одного из нескольких. "Одно лицо на лицах многих, глаз Божий тут и там, бар." Вот он – набор бессвязных словосочетаний и слов от потомственной гадалки, который сам и понял, что ему там воздух нашептал, а клиенту объяснять не собирается, оставляя того в весьма непонятливых чувствах. Только возвращения паранойи ему не хватало.