Осторожней со словами!

Пользуясь тем, что в ближайший час Вэнь Кэсин будет занят, Чжоу Цзышу собрал учеников на тренировку. Никто не комментировал его действия, никто не пытался отправить учеников выполнять поручения, можно наконец спокойно отработать приёмы. Краем глаза он заметил фигуру в красном. — Продолжайте, повторите ещё пятьдесят раз и можете быть свободными. Госпожа Ло? — Нам нужно поговорить, немедленно! — А где А-Син? Мне неспокойно, когда он остаётся один, поместье может недосчитаться строений. — Спит, после моего чая он проспит минимум пару часов. — Это хорошо, в последнее время он плохо спит, я думал о Пьянящей мечте, но не знаю, как это повлияет на ребёнка. — Ты уже нашел повитуху? Она осматривала А-Сина? Что он ест? Почему такой бледный? Какие настои пьет? Когда назначена дата родов? Где детская? Приданое для ребенка подготовлено? — Мы пять раз переносили детскую, остановились пока на том, что колыбелька будет стоять в нашей спальне, так будет спокойнее. Старший Е обещал вернуться ближе к родам, где-нибудь через неделю появится, а ещё я написал своему другу, он тоже обещал приехать. Он прислал для А-Сина настойку, но тот отказывается пить, говорит, противная. Не могу же я силой вливать! — Что значит написал другу? Беременность женщины должна вести опытная повитуха! Она вместе с доктором составляет меню, лекарства, подбирает гимнастику или танцы для легкого разрешения от бремени! А-Сина хоть раз осматривали? Как можно быть таким безответственным? Почему твоя жена готовит на ораву здоровых лбов? Ты настолько обеднел, что не можешь нанять повара? — Мой друг — лучший врач из всех возможных. И единственный, кому А-Син доверяет. На кухне он потерпит разве что Гу Сян, но сейчас она обживает с мужем новый дом. Я уже несколько месяцев пытаюсь убедить А-Син, что нужно пригласить врача, но У Си сейчас занят в племени, а старший Е приведет с собой Се Вана, и я не хочу провоцировать скандал и истерику. Никого другого А-Син к себе не подпустит, я пробовал! — Хорошо, с повитухой я договорюсь, как и с А-Сином. Пиши своему другу, он срочно нужен здесь. Первые роды всегда непростые, а в случае с А-Сином и подавно. Что ты на меня смотришь? Бери кисть и пиши! Цзин Бэйюань и У Си прибыли через десять дней. За это время Ло Фумэн успела найти повара и травницу с тремя детьми, которые согласились жить и работать в Усадьбе, написать письмо своему должнику, который искал кузницу для приемного сына, устроить разнос по количеству приданого для ребенка и оттаскать за уши Гу Сян, за то что та, глядя на господина, воротила нос от настойки, хотя у самой животик уже рос и часто кружилась голова. *** С приездом Ло Фумэн Вэнь Кэсин стал спокойнее, не бросался реализовывать идеи, не гонял учеников, всё чаще замирал, прислушиваясь к внутриутробной возне их сына. — А-Син, почему ты не слушал меня, но послушал Ло-и? — немного ревниво спросил Чжоу Цзышу. — А-Сюй, не ревнуй. Ло-и растила меня, учила всему: готовить, стирать одежду, варить обезболивающие составы, поэзии, боевым искусствам. Можно сказать, она заменила нам с А-Сян мать, — Вэнь Кэсин нежно улыбнулся. — Ты ведь всегда слушал свою матушку? — Я плохо помню свою матушку, но госпожу Цинь слушался беспрекословно. Как будто я могу желать плохого своему сыну! — Я знаю, — снова улыбнулся Вэнь Кэсин и неожиданно схватился за живот, лицо исказила гримаса боли. — А-Сюй! — Началось? А-Син! — Чжоу Цзышу обнял побледневшего Вэнь Кэсина, из головы вылетело все, что он успел прочитать. Ребенок не родится в одно мгновение, значит, им нужно добраться из сада в поместье, а там уже всё давно готово. — А-Син, идём домой, там ждёт У Си, он поможет тебе. Мы наконец познакомимся с сыном! Давай, потихонечку, — он закинул руку Вэнь Кэсина себе на плечо и тихонько повёл в сторону дома, удерживая за талию. Ученики, завидев бледного, часто дышащего Вэнь Кэсина и явно взволнованного Чжоу Цзышу, помчались к Великому Шаману. Отдельная спальня для родов была приготовлена загодя, ученики разбежались кто на кухню за горячей водой, кто в кладовую за крепким вином, а кто-то побежал за Ло Фумэн. — А-Сюй, — Вэнь Кэсин сжимал руку Чжоу Цзышу побелевшими пальцами. Он привык к постоянной ноющей боли в пояснице, временами она накатывала сильнее, потом отступала, последние пару дней ощущалось сильнее, но Вэнь Кэсин, занятый хлопотами по подготовке к появлению ребенка, не обращал на неё внимания. Сейчас казалось, что его разрывает надвое, вдруг стало страшно. Вдруг что-то пойдет не так? Вдруг с его малышкой что-то случится? А если случится с ним? Он никогда не увидит свою дочь. От этой мысли слезы навернулись на глаза.— А-Сюй, если что-то случится, не отдавай малышку никому, позаботься о ней! Чжоу Цзышу, доведя Вэнь Кэсина до спальни, помог ему сесть: повитуха на пару с У Си настаивала на том, что лежать роженице нельзя. — Что значит что-то случится? А-Син, ты здоров, молод и крепок, рядом У Си и Ло Фумэн, и мы все ждем не дождемся момента знакомства с малышом. Не плачь, лучше дыши, как тебя учил У Си, и кричи, если больно. Я буду рядом. — Пообещай мне, — просил Вэнь Кэсин. — Я должен знать! — последнее слово перешло в крик, он ещё сильнее сжал ладонь Чжоу Цзышу. — Когда же всё это прекратится?! — Я даю тебе слово, что буду заботиться о нашем ребенке, — Чжоу Цзышу почувствовал, как в руке хрустнули кости. Вэнь Кэсин закричал, уже не сдерживаясь. Откуда-то вынырнул У Си вместе с женщиной, закутанной в традиционные одежды его племени. Чжоу Цзышу выпроводили из спальни. Началось долгое ожидание. Вэнь Кэсин кричал, плакал, стонал и призывал жесточайшие кары на голову супруга. Ло Фумэн обтирала пот, давала напиться кислым отваром, поддерживающим силы, уговаривала потерпеть. У Си жег благовония, слушал пульс и хмурился. Вэнь Кэсин потерял счёт времени. Рядом суетилась тётя Ло, У Си что-то говорил, но он не понимал ни слова, нижняя половина тела словно горела огнём. — А-Сюй! — звал он, но тот не появлялся. — Тужься, тужься сильнее! — не сдержавшись, закричал обычно спокойный У Си. — хватит строить из себя принцессу! Дарование жизни — это работа! Тяжелая, выматывающая, но необходимая. Так возьми себя в руки и сделай ее! Ты измучил и себя и ребенка, он хочет наружу, так выпусти его! — Не могу, я больше не могу! — Вэнь Кэсин откинулся на подушки. — Глубокий вдох, — послышался голос Ло Фумэн, — настолько, насколько можешь, а затем выдыхай и тужься! Вэнь Кэсин уже не хотел ничего, ему казалось, что его разрывает изнутри, он никогда не испытывал такой боли. Желая, чтобы все уже наконец закончилось, он попытался сделать так, как советовала Ло Фумэн. Вдохнув между схватками, он выдохнул, напрягая все мышцы. Накатила волна ослепительной боли, и он почувствовал, как расходятся кости таза, это ощущение было ошеломляющим, а затем что-то огромное вышло из его тела, и он услышал крик, возмущенный, слабый крик, а за ним еще один, звонкий, болезненный. — Их двое! То ли возглас У Си, то ли детский крик вернули Вэнь Кэсина в реальность, он с трудом раскрыл закрывающиеся глаза. — Дайте. Дайте мне её. Их, — поправился он. У Си на пару с повитухой обмыли детей, перерезав пуповины, продули носики, завернули в мягкие пеленки, чтобы не повредить нежную кожу. — Ну нет, сначала вытолкни послед, давай, — скомандовал У Си. — Раз, два, тужься, раз, два, тужься. Вот так. Все засуетились. Вэнь Кэсина обмыли, сменили насквозь промокшую нижнюю рубашку, протерли пот. Дети возмущенно вопили в два голоса. Чжоу Цзышу, которого наконец впустили, с трепетом держал на руках жалобно плачущего сына. Дочку же отдали явно нервничающему Вэнь Кэсину. — Душа моя, — на глазах Чжоу Цзышу блестели слезы. — Ты подарил мне дракона и феникса! — Я знал, что будет девочка, — Вэнь Кэсин не мог отвести взгляда от крохотного личика. Девочка морщились и шевелила кулачком, Вэнь Кэсин перехватил её удобнее и приложил к груди. — Такая маленькая, А-Сюй! Помоги, дай мне сына. Я хочу с ним познакомиться! Чжоу Цзышу зачарованно разглядывал сына, не способный отвести от него глаз. Каким он станет, когда вырастет? На кого будет похож? — Любовь моя, посмотри на них, — он передал сына Вэнь Кэсину, когда дочь наелась. — Они прекрасны! — Прекрасны, — проворчал У Си, — тихушники, все в мать! Я до последнего не мог понять, что их двое! Даже родились вместе, сестра вцепилась кулачком в пятку брата, неразлучная парочка. — Прости меня, — Вэнь Кэсин поглаживал мягкие волосики сына. — Я не думал, что может быть двое. Я люблю тебя больше всего на свете, как и твою сестрёнку. Сын серьезно поглощал самую лучшую пищу на свете, явно не собираясь отвлекаться на всякие глупости. Весь в своего отца. На Вэнь Кэсина навалилась смертельная усталость и он, не сдерживаясь, зевнул. Смысл смущаться и соблюдать приличия после всего, что эти люди видели сегодня. — А-Сюй, у меня глаза закрываются. Не думал, что давать новую жизнь так утомительно. Возьми малыша, — он прикрыл глаза. Чжоу Цзышу взял сына, Ло Фумэн уже укачала девочку. — Пойдем, ему нужно поспать. И специальное меню, чтобы укрепить тело, — ухитряясь держать младенца на руках, Ло Фумэн вытолкала молодого отца из спальни, шепотом раздавая указания. — Срочно отправьте заказ, нужна еще одна колыбелька, переносная корзина, комплект распашонок, все в двойном размере. И не смейте шуметь, — она одним взглядом осадила полдюжины учеников во главе с Чэнлином, прибежавших поздравить своего мастера. — Разбудите детей, я вам их укачивать дам! — Я думал, сын будет крупным, ведь живот был большой, а он такой крохотный. Мы не думали, что детей будет двое, мы не готовы! — радость Чжоу Цзышу сменялась паникой. — Мужчины, — фыркнула Ло Фумэн. — Вы почему-то никогда не готовы к детям и ужасно удивляетесь сначала сообщению о беременности, а затем их появлению. Детей нужно любить, быть к ним внимательным, ласковым, в меру строгим и справедливым, и всегда быть на их стороне. Женщина уложила близняшек в колыбельку, те синхронно посапывали крохотными носиками. — Иди, отмечай, это последняя спокойная ночь в вашей жизни. — Я вообще не думал, что когда-нибудь стану отцом, особенно когда решил связать свою жизнь с мужчиной. А теперь у меня двое прекрасных малышей, — Чжоу Цзышу не мог оторваться от колыбельки. — Как будто одна половина сердца осталась с А-Сином, а другая — здесь. А-Син спит, я не хочу отмечать без него. Возле двери послышался шорох, Ло Фумэн метнула острый взгляд в полумрак. — А ну выходи, негоже старшему ученику красться, как татю. Подойди, полюбуйся на своих шиди. Чэнлин, смутившийся от того, что его заметили, на удивление бесшумно проскользнул внутрь. — Шифу, можно? — Конечно, — кивнул Чжоу Цзышу. Чэнлин подошёл ближе, и Чжоу Цзышу приобнял его за плечи. — Самые красивые дети на свете. Я знаю, что все родители так говорят, но это правда. Ты будешь их любимым старшим братом. Чэнлин разглядывал детей, он никогда не видел таких крох. Розовато-красные, сморщенные, завернутые в одеяльца, они умильно сопели и были странно притягательны. — Они такие маленькие, рядом с ними дышать страшно. — Младенцы крепче, чем кажутся. От твоего дыхания точно не развалятся. Но всё же надо быть аккуратным. А теперь забери своего шифу, пусть У Си посмотрит его руку. Проследи, чтобы он поел и не будил шишу. У Си обрадовал Чжоу Цзышу сообщением, что две кости у него сломаны. Тот, до этого не обращающий никакого внимания на боль, удивился, успев порадоваться, что Вэнь Кэсин стискивал его руку, а не что-то иное. *** Ночь прошла как-то очень быстро, а утром У Си растолкал его практически пинками. — У Вэнь Кэсина утекает ци. Медленно, но верно. И чем больше он будет кормить детей, тем слабее будет становиться. Нам нужна помощь. — Что? — Чжоу Цзышу подскочил в кровати, прямо в нижнем халате бросился к сонному Вэнь Кэсину, обнял его и стал делиться своей ци, но это, кажется, не помогало. Рядом заплакали голодные дети. Несмотря на непонятную слабость и усталость, Вэнь Кэсин покормил обоих, укачал. Малышей забрали, а он, зевнув, попросил еще одно одеяло: ему было холодно и очень хотелось спать. — У Си, — Чжоу Цзышу забрался в кровать, прижал к себе Вэнь Кэсина, делясь теплом и энергией. — Сделай что-нибудь! Старший Е уже должен был приехать, где его носит?! Обещал быть, когда малыш появится! А-Син, не смей оставлять меня! Ты мне нужен, ты нужен детям! А-Син, — он шептал в ухо супруга ласковые глупости, Вэнь Кэсин перестал дрожать, но глаз не открывал. — Близнецы всегда рождаются раньше срока. Вэнь Кэсин не пил тоники, ел что попало и не берег себя. Роды — это испытание, а уж двойные и подавно. Я отправлю людей из лавок Пинаня на поиски Бессмертного Меча. Надеюсь, он успеет. Младенцев нельзя отлучать от груди, но чем больше они будут есть, тем слабее будет мать.