Антология драбблов.

             Эхо от каблуков болезненным звоном ударило по ушам. Он поднял голову. На губах медленно расползлась ядовитая ухмылка.       — Шестопал и Сосна настолько отчаялись, что прислали тебя сюда? — голос, обычно бархатный и насмешливый, прозвучал немного хрипло. — Худшая и самая банальная из их идей, но такая примитивно очевидная, — протянул с наигранным разочарованием протянул. Некогда великий демон разума сидит в холодном, сыром подвале Хижмны Чудес прислонившись спиной к стене. Даже в полумраке его глаза горят знакомым, насмешливым золотом, а селовеческий облик почти не изменился: всё те же растрёпанные светлые волосы, острые скулы, но теперь к этому образу добавились глубокие тени под глазами, запекшаяся кровь в уголке рта и [элегантная] небрежность в потрёпанной одежде.       Мэйбл остановилась в нескольких шагах от нарисованного магического круга, поставив возле самой границы термос с крепким чаем без сахара, а рядом положив собственноручно связанный плед. Никто другой ведь об этом не побеспокоиться.        — Они не знают, что я здесь.       Им сейчас и не до этого даже. Поиски антидота от чрезвычайно быстро распространяющегося вируса отнимают все время и силы, но конечно, они оставили ей насколько наставлений, боясь не за ее раненое сердце, а того что она натворит глупостей. Снова.       Мэйбл деже смешно от того, что каждый раз она хоть как-то но причастна в концу света. Биллу с этого в тысячу раз смешнее.       — Кстати, я не согласна с тем, что они делают, — продолжила она почти что веселым, будничным тоном. — Ну, то есть, я согласна, что нужно остановить это безумие… но я не думаю, что правду от тебя можно добиться страданиями… Ты слишком привык к боли, она окружала тебя тысячелетиями. Ты сросся с ней. Пытками они ответы не получат, хотя я подозреваю, что так они еще и душу испускают.        Ухмылка Сайфера стала шире, ядовитее. Он потянулся немного вперед, отчего цепы на запястьях прикованные к стене зазвенели.         — Так Звездочка решила, что знает меня? — он хмыкнул и протянул: — Забавно… хочешь устроить ток шоу? Провести сеанс психотерапии? Вытянуть все мои травмы наружу? Дай угадаю! Начнешься с: «Я знаю ты не такой. Ты лучше»? — Мэйбл в ответ лишь выдохнула и покачала головой, а он окинул ее взглядом с ног до головы презрительно фыркнул, обратно оперевшись об стену. — Не трать время. Я все равно не скажу тебе где антидот.        — Я не уверена что он вообще существует. Да и, — она делает пауза, слегка наклоняет голову и усмехается. Почти синхронно ему, — мне вирус не страшен… У меня же иммунитет.        Билл громко расхохотался, обнаружив ровные, белоснежные зубы с клыками.        — С чего ты решила? Потому что ты такая особенная? — прошипел, словно ядовитая кобра, издевательски делая акцент на последнем слове.        Мэйбл поджала губы и развеяла руками.        — Не знаю… но всю ночь я провела с умирающей подругой, убеждала ее, что все будет хорошо,  а на рассвете пока она не успела обратиться в монстра пожирающего все живое, сожгла ее труп … но если бы у меня не было иммунитета я бы не протянула до утра и уж тем более не стояла бы тут.        — Ну и дура. Вместо того чтобы валить бессмысленно продолжаешь строить из себя мать Терезу. Только не понятно, это синдром спасателя или главного героя? Ставлю на второе.       Мэйбл выдохнула, опустилась на пол, сев в позу лотоса, как можно ближе к границе и смотря ему прямо в глаза, твердо сказала.        — Не сработает. Можешь сгонять на мне свою злость, сколько угодно но я не уйду.       — Я пытался убить тебя, Звёздочка. И, я знаю, как часто у тебя бывают пробелы в памяти когда ты видишь смазливое личико, так что напомню: это я распространил на весь город тот смертельный вирус превращающих всех в мутантов-фрикеров,  — отчеканил он. — Я больше не гожусь для «эпичного летнего романа», так что смирись и живи дальше… пока есть шанс.       Боль пронзила её сердце – острая, как осколок стекла. Она помнила всё: как они вместе играли в эти дурацкие игры про апокалипсис, [еще забавнее если это именно то, что натолкнуло его на эту идею] как он смеялся над её шутками, как зарывался пальцами в её волосы. Она помнила тихие вечера на крыше, его рассказы о мёртвых звёздах и целых вселенных, обращённых в пыль. Она помнила ощущение его руки в своей.       — Я не собираюсь отказываться от тебя!       Несколько секунд Билл молчал. Просто смотрел на нее.        — Ты… такая… — во взгляде появляется что-то очень ей знакомое. Он слегка наклоняет голову в бок и кажется ей очень похожим на измученного котенка. — Надоедливая и придирчивая. Теперь я понимаю почему каждый твой парень сваливал от тебя сразу, как получал — сделав паузу он в очередной раз ухмехается, осматривая ее хищным взглядом… —желаемое…       Это низко. Жестоко. Больно. И так точно рассчитано, чтобы попасть в самое уязвимое место.        — Браво! Как отвратно и пошло! — Мэйбл натянула улыбку и медленно похлопала в ладоши. — Это все на что способен великий демон разума? Использовать мои комплексы против меня, при этом зная, что я доверила их только тебе? Молодец.        Мэйбл знает, сейчас из-за барьера, в который его заточила полиция времени, когда поймала на зарождении второго апокалипсиса, он не может читать ее мысли, лишь считывать эмоции по мимике, жестам, голосу.        И ей в один миг действительно захотелось разрыдаться, но похоже Билл забыл что сам учил ее сдерживать эмоции, не поддаваться на провокации и держать голову в холоде.        — Ну, да, — продолжила она. — Я действительно легкодоступная, слабая, наивная девочка, ищущая одобрения в мужских глазах. Я искала  его в своих бывших, в дядях, в брате и даже в тебе конечно… Проблемы с папочкой это так банально, не так ли? Особенно когда мы с Венди и Пасификой делили их на троих… — Мэйбл медленно выдохнула, выпуская вместе с воздухом и дрожь, и обиду.  — И что с того? Я ведь знаю, что ты говоришь это не потому, что так думаешь, а потому, что хочешь, чтобы я ушла, чтобы никогда не вернулась и возненавидела тебя. Я знаю как тебе тяжело. Знаю, что они приходят сюда каждый день. Форд со своими теориями, Диппер со своими приборами. Они спрашивают про вирус. Полиция времени пытает тебя, чтобы ты заговорил. А я…       — Просто больная на голову девка, и я теперь не уверен - это моя вина или ты всегда такой была?        — Мне плевать на вирус, Билл.        — Да, я заметил… — тихо проговорил он, покосившись на нее.       — Я пришла, потому что не могу дышать, зная, что ты сидишь здесь, и ты можешь говорить мне что угодно. Можешь вываливать на меня всю грязь этого мира. Это ничего не изменит. Пусть хоть весь этот город сгниёт до основания. Я буду приходить сюда каждый день и сидеть с тобой. В тишине, если хочешь.        — Королева Драмы. Ты придумала себе того чего нет, чтобы окончательно не поехать кукохой, потому ты близка к краху, как никогда.       — Я вернусь завтра, — сказала она так просто, будто обещала зайти на чай, а затем поднялась с места  и пошла к лестнице, не оглядываясь. Её шаги были ровными и уверенными. — Не скучай!