Клятва на крови и все прелести созависимости

      Они молча шли до того самого кафе, где было их первое свидание. У каждого было что сказать, но никто не мог начать. Дойдя, они сели за столик и заказали два двойных эспрессо. Молчание между ними повисло надолго, и никто не желал первым прервать её. Особенно прерывать его не самым приятным разговором. Они долгое время не отводили взгляд друг от друга. Всё то время, что провели в разлуке, то время, что они не виделись, парни желали наверстать всё упущенное. В какой-то момент Рома поймал себя на мысли, что он смотрит в глаза Марка, хотя ранее так почти не делал. Взгляд Марка был лишён той самой обычности и хладнокровности, что была раньше. Он был очень глубоким и печальным. Рома всё-таки собрался с силами и прервал тишину:  — Ну так... Что ты хотел мне сказать?  — Боюсь, тебя это убьёт, особенно учитывая, что ты пережил за это время.  — Ты про то, что кинул меня как ненужную собаку?  Или про психушку, в которую меня положили из-за тебя? Или может о том, что не навещал меня в этой самой психушке, в то же время открывая факт того, что ты и не забыл про меня? Что блять случилось? — голос переходил в крик, Рома начал сильно дрожать, чувствуя приближение срыва. — Марк, ответь блять, какого хуя ты всё это сделал!? Почему не оставил умирать? — из глаз покатились слёзы, а голос сорвался, становясь всё тише. — Почему ты оставил меня в живых? Для чего...  — Я смертельно болен, — с привычной для него спокойностью оборвал речь Ромы.        В этот момент у Ромы внутри что-то сломалось. Что-то разбилось вдребезги, а следом накатила новая волна слёз, более сильная. Он приоткрыл рот, пытаясь выдавить что-то из себя, но ничего не удавалось.  — Мне осталось жить всего несколько недель, как сказал мне врач.  — Но ты же... Ты же здоров... Ты ведь шутишь, да? Не смешная шутка, Марк... Не смешно... — сквозь нервный смех повторял парень.        Марк и правда выглядел полностью здоровым, не было даже кругов под глазами, разве что он похудел.  — Я не шучу, к сожалению, — всё так же спокойно.  — Давно узнал? Чем ты болен? Может вылечить удастся? — чуть успокоившись, завалил вопросами Максимов.  — Точно не помню. Но где-то за полмесяца до моего исчезновения. Не важно, чем я болею, меня уже нельзя вылечить... — с дрожью в голосе оглашал Марк. — Я не должен был появляться, прости, — глаза Марка наполнялись водой, но он держался до последнего, чтобы не заплакать. — Я лишь хотел дать последний концерт, — парень шмыгнул носом, прикрыв глаза, из которых медленно потекли скопившиеся слёзы.  — Почему ты не провёл это время со мной? — напористо спросил Рома, понимая, что следует дать Марку время перед новыми вопросами.        Марк безмолвно плакал, опустив голову. После долгого молчания он вытер рукой слёзы, немного успокоившись.  — Я не хотел портить твою жизнь, понимаешь? — голос Марка снова обрёл спокойствие. — Я не хотел ассоциироваться у тебя со смертью, не хотел запомниться тебе больным и умирающим. Коты и собаки не с проста, умирая, уходят от своих хозяев. Они не хотят оставить о себе плохие воспоминания. Они не хотят расстроить хозяина. И я не хотел.  Я лишь надеялся, что ты забудешь, возненавидишь меня. Прости, прости меня, я... Я не могу так...        Парень вскочил со своего стула и направился к выходу из здания, но его перехватил Максимов. Пусть Рома и не имел каких-либо сил для удержания Марка, но это ему удалось.  — Я не брошу тебя. Я люблю тебя, люблю тебя больше своей жизни, — уверенным тоном произнёс Рома, глядя в красные от слёз глаза Марка, после чего приблизился к парню и притронулся своими губами его.  — И я люблю тебя, Ром. Но у меня нет времени показать свою любовь.         Посетители кафе странно смотрели на двух парней. Заметив это, Рома предложил уйти из этого места, что они поспешили сделать. Уже на улице, Рома закурил две сигареты, поразив Марка.  — Что ты делаешь?  — Курю. А что?  — А две почему? — озадаченно спросил Марк, что его немного отвлекло.  — Ну... Я не так давно начал по две курить, потому что дыма не чувствую. Мне недостаточно одной сигареты, чтобы загасить стресс, потому что я будто вдыхаю воздух.  — Это вредно...  — Да ладно тебе. Тебе о себе нужно беспокоиться.  — Кстати, про это...  — М..? — вдыхая дым, произнёс Рома.  — Помнишь клятву?  — Ты хочешь, чтобы я тебя убил..? — парень недоверчиво посмотрел на Марка.  — Именно. Я устал, Ром. Я бы рад освободиться от этой постоянной боли, я не хочу умирать в мучениях. Ты поможешь мне? — с надеждой и отчаянием спросил Марк.  — Только есть мы умрём вместе, если ты убьёшь меня. Я ведь не переживу этого, — огласил свои условия Рома. — Взаимное убийство...        Парни затихли. Марк обдумывал предложение Ромы и, улыбнувшись, ответил:  — Хорошо. У меня есть знакомый, который готов продать пару пистолетов за ничтожную сумму.  — А если кто-то не успеет нажать на курок? Может поступить легче? Мы просто можем сделать двойной суицид. Держась за руки, сделать шаг с многоэтажки, — парень уже совершенно спокойно предлагал Марку, будто всю жизнь готовился к этому разговору. — Это, к тому же, романтичнее будет.  — Дурак, — рассмеялся Марк, взлохматив волосы Ромы. — Романтичная смерть? Интересно. Но я не согласен. Мы поклялись убить или быть убитыми другим, а не собой. А сейчас... Давай забудем о всех своих проблемах до конца дня? Я хочу насладиться остатком жизни с тобой, без разговоров о гибели и прочем.  — Как скажешь. Что бы ты хотел сделать?  — Не знаю... Может на аттракционы пойдём?        Рома кивнул, и парни пошли в другом направлении. Они разговаривали о совершенно обычных вещах, будто ничего не предвещается. Медленным шагом дошли до ближайшего парка аттракционов.  — Давай сахарной ваты купим? — с необычным рвением ребёнка спросил Марк, улыбаясь.  — Давай, — воодушевлённо ответил Рома, тоже улыбнувшись.        Очереди не было, что позволило в скором времени приобрести одну сахарную вату на двоих. Они сели на лавочку и, кусая с двух сторон, начали есть вату, посмеиваясь. Рома даже забыл о калорийности ваты. Он старался насладиться моментом.  — Сегодня приятная погода, — глядя на шелестящие от ветра листья, произнёс Марк. — Тепло, но ветерок поддувает. Сегодня прекрасный день, чтобы пожить.        Марк приобнял одной рукой Рому, держа его за плечо. Рома чуть наклонился в сторону Вернова, прижимаясь к нему.  — Да, спокойно, — согласился Максимов.               Марк поцеловал Рому в макушку, потирая рукой его плечо. Каждый думал о своём, но для них время будто застыло. Существовало только сейчас, и ничего более. А сейчас они были счастливы и беззаботны. Каждый понимал, что приближается конец этой жизни, но сейчас они об этом не беспокоились. Рома и так хотел умереть, а Марка в любом случае настигнет это в скором времени. Они смирились. Они приняли смерть. Они предпочли избавиться от страдания. Они предпочли насладиться любовью.  — У меня есть идея. Не хочешь отправиться в тур по стране? Ты ведь мечтал об этом, — поинтересовался Максимов, прижавшись сильнее.  — Я был бы рад. Но, боюсь, я не успею, — меланхолично ответил Марк, продолжая гладить плечо Максимова. — Мне нужно много отдыхать.  — Извини... Зря я это спросил.  — Да нет. Всё нормально. Мне приятно, что ты помнишь о моей мечте. Жизнь — сука, и с этим ничего не поделать. Давай насладимся тем, что мы можем сделать прямо сейчас?        Рома кивнул, чуть отстранившись. Они встали со скамейки и пошли на колесо обозрения.       Марк, заплатив за двоих, взял за руку Рому и уселся вместе с ним в кабинку, ожидая запуска. Рома слегка трусился от страха, но с Марком было спокойнее. Когда аттракцион запустили, Максимов сильно прижался к телу Марка, смотря вперёд. Парень до ужаса боялся высоты, но не хотел портить время с Марком, поэтому умолчал об этом.        Страх не покидал ни секунды. Долгие пять минут наконец-то прошли и колесо остановилось. Парни вылезли из кабинки, и Рома облегчённо вздохнул, еле стоя на ногах из-за головокружения.  — Ещё куда-нибудь сходим? — весёлым тоном спросил Марк, смотря на мучащегося Рому.  — Да, почему бы и нет? — натянул улыбку Рома.  — Всё хорошо?  — Ну, я... Высоты боюсь.  — Дурачок. Почему сразу не сказал?   — Ну, с тобой всё же спокойнее. Да и я хотел попробовать.        Марк взлохматил волосы Ромы, улыбнувшись.        «Что-то он зачастил...» — подумал Максимов, поправляя свою причёску.  — Я люблю тебя, — произнёс Марк, легонько поцеловав Рому в губы, от чего тот покраснел.  — Тут люди... — лишь ответил парень, опуская голову вниз, надеясь не встретиться ни с кем взглядом.  — И что? Похуй! Не волнуйся об этом. Лучше дать поцеловать себя, чем потерять этот момент.  — Ты прав, — смущённо ответил парень, взяв Марка за руку и поцеловав в ответ.          Устав от насыщенного дня, они пришли домой и улеглись на кровать, давая долгожданный отдых своим телам.  — Я должен кое в чём признаться... — глядя в глаза, произнёс Рома.  — В чём же?  — Забудь. Я не знаю, стоит ли это вообще говорить, —  парень не хотел расстроить любимого.  — Ты уже начал. Говори, — напористо проговорил Марк и сел на живот Максимова, поставив руки у его головы.  — Я изменил тебе.  — И? Не парься так. Я бросил тебя, как сволочь последняя. Это естественная реакция.  — Но я люблю тебя...  — А почему изменил?        Максимов тяжело вздохнул, всё никак не решаясь сказать, но Марк ждал ответа.  — Мне нужны были деньги. Я мерзкий?  — Ты зависим, и всего то. Это пороки, к которым приводят наркотики, а не ты сам. Ты ведь не хотел этого? Не хотел? — игриво спросил Марк, тёршись своим носом о нос парня.  — Не хотел...  — Ну вот и всё! А меня хочешь? — в глазах Марка появилась искринка.        Рома улыбнулся и ответил французским поцелуем, обхватив спину парня руками, но Марк вскоре отстранился.  — У нас проблемка есть...  — Какая?  — Активом будешь ты, — улыбаясь, оповестил Марк. — Из-за лечения я стал импотентом. Но для тебя я готов побыть пассивом.  — Оу... — тихо произнёс Рома. — Ты точно хочешь этого?  — Да, Ром. Я полностью уверен в своём решении. В жизни нужно попробовать всё, — пошло улыбаясь, ответил Вернов.  — Хорошо. Я постараюсь сделать так, чтобы тебе понравилось.        Рома повалил парня рядом с собой, заняв главенствующую позицию. Сняв с Марка футболку, Рома начал осыпать ключицы парня поцелуями, оставляя засосы на выпирающих костях Марка.  — Ты похудел, — подметил Рома, переводя дыхание.  — Это хорошо?  — Ты мне нравишься любым. Но да, я люблю кости, пусть это и последствия болезни...  — Мы договорились не говорить об этом, — напомнил Марк, смотря в глаза Ромы, что горели от страсти.  — Да, прости.        Рома начал целовать шею парня, в это же время стягивая с него брюки. Оставив Марка в одних трусах, он сам поспешил раздеться до нижнего белья. Максимов начал тереться возбуждённым членом о живот Марка, соединившись в страстном поцелуе.              Разорвав поцелуй, Рома начал покрывать поцелуями сначала шею, потом пресс, медленно спустившись до лобка. Оттянув трусы парня, он лизнул лежачий член Марка.  — Н-нет... Не нужно... — тяжело дыша, прошептал Вернов.        Самооценка Марка резко снижалась, когда дело доходило до его дисфункционального органа, что Рома сразу понял, ведя языком ниже, по промежности, останавливаясь на анусе. Кончиком языка проводя вокруг дырочки, парень приближался к центру, а Марк тихо стонал, выпячивая зад. Рома тихо хмыкнул, начав быстро двигать кончиком языка, прижимаясь им к анусу, вызвав очередной стон. Долго не ожидая, парень начал проникать языком внутрь, чувствуя сильную пульсацию. Марк был в экстазе, а Рому это ещё сильнее возбуждало и заставляло продолжать, но он старался не спешить. Введя часть языка, парень начал потрахивать Марка языком, рукой водя по прессу.        Решив приступить к следующему шагу, Максимов вынул свой язык и засунул два пальца в рот Марка, что начал их обсасывать. Вытащив обильно смазанные слюной пальцы, он начал медленно вводить один палец в Вернова, фалангу за фалангой. Введя его полностью, он тачал вытаскивать и снова вводить, делая движения «змейки».  — Как ты? — обеспокоенно спросил Рома, глядя на раскрасневшееся лицо Марка.  — Х-хорошо.  Максимов совсем не ожидал увидеть его ТАКИМ.  — Готов ко второму пальцу?        Вернов нерешительно кивнул, а Рома, воспользовавшись разрешением, вынул палец и начал вводить теперь два, но более медленно, встречая некоторое сопротивление.  — Тебе ли говорить, что нужно расслабиться?        Марк снова кивнул и попытался не сжимать анус, пропуская в себя пальцы. Наконец-то введя их полностью, парень начал делать пальцами поступательные движения, одновременно с этим немного раздвигая анус пальцами.  — Мх... Ногти... — тихо произнёс Марк, прикусывая губу.  — Прости... Я постараюсь аккуратнее.        Максимов около пяти минут разминал пальцами проход Вернова, после чего, вытащив их, попросил подождать и убежал на третий этаж за смазкой. Он хотел максимально удовлетворить своего партнёра. Придя с смазкой, он окинул взглядом тощего парня, что стоял на коленях на кровати, широко расставив ноги и раздвинув ягодицы. У Ромы просто крышу снесло, но он держал себя в руках.        «Я — актив. Пф никогда бы не подумал, что всё так произойдёт!» — подумал Рома, хмыкнув, после чего направился к парню.        Пристроившись между ног Марка, парень начал наносить смазку на член, после чего приставил его к пульсирующей дырочке. Немного потыкавшись, Рома попросил расслабиться, и наконец-то вышло вставить головку. Немного надавив, член резко вошёл, сопровождаясь громким стоном Марка.  — П-подожди... — сквозь стоны произнёс парень, уткнувшись лицом в постель.        Рома немного переждал и начал аккуратно двигаться, медленно свершая фрикции. Из-за неумения движения были чуть резковаты, но Марк больше не просил остановиться. Рома тихо простонал, ощущая своим членом теплоту анала Марка сквозь холодную смазку, что медленно нагревалась.        Становилось всё жарче, а стоны были всё громче. Из последних сил Рома ускорил свои движения, буквально вдалбливая свой член в Марка, и, вогнав его полностью, парень громко простонал и кончил, приобняв Марка за живот.  — Это было... — тихо начал Марк.  — Потрясающе, — сказали в один голос парни.        Вытащив член, по промежности Марка потекла сперма, а из его полустоячего члена текла вязкая смазка.  — Может у тебя получится как-нибудь? — с надеждой спросил Максимов.  — Забей. Мне и так хорошо, — тихо произнёс Марк и, обессилев, свалился с ног, устало вздохнув.        Рома лёг рядом, поцеловав парня в щёку.  — Достань мне таблетки из кармана штанов, пожалуйста.        Максимов кивнул и, спустившись на первый этаж, набрал стакан воды, поднялся обратно и поднял с пола штаны, в которых лежала пачка опиоидного анальгетика. У Ромы засверкали глаза, но, покачав головой, он передал всё Марку.  — Боль нестерпимая... — тихо произнёс он и закинул в себя пару таблеток, запив водой.  — А можно...        Марк тихо усмехнулся.  — Тебе повезло, что вместо ломки ты пролежал в коме. Не советую.  — Но ведь всё равно умрём.  — Ладно, бери, — голос медленно переходил в шёпот, и вскоре парень отрубился.