Проще

      Время близится к обеденному перерыву, поэтому ты, как человек, который ел в последний раз вчера днём, уже собираешь сумку для похода в ближайшую забегаловку, так как ассистент, будучи занятым поручениями Нурлана с самого утра, даже не вспомнил о твоей просьбе принести тебе чизбургер и немного сока. Засовываешь телефон в задний карман джинсов, взглядом ищешь ключи от машины и, заметив их на столике у осветительных приборов, хватаешь потеряшку, после чего кидаешь в сумку, готовая отправиться покорять меню МакДональдса.       — Малая, — на полпути окликивает тебя Макар. Затормозив, ты разворачиваешься на пятках к собеседнику и вопросительно на него глядишь, — ты сегодня занята? — сейчас ты едва ли можешь похвастаться хорошей наблюдательностью, поэтому совершенно не замечаешь, как некогда уверенный в себе мужчина начинает нервно теребить часы на руке и постоянно то засовывает, то достаёт руки из карманов брюк.       — Илья, сколько раз мне нужно повторить, чтобы ты наконец понял, что мне не нравится, когда ты называешь меня малой? — ты проговариваешь последние слова слегка раздражённо, но у тебя совсем нет энергии для выяснения отношений или ругани на пустом месте, поэтому ты лишь звучно вздыхаешь и на секунду закатываешь глаза, крепче сжимая пальцами ручку от сумки.       — Запамятовал, бывает, — как маленький нашкодивший мальчишка отвечает Илья, слегка дёргая плечами. — Не кипишуй, больше не буду, — выставив руки вперёд, оправдывается мужчина.       — Если ещё раз повторится, то я тебя ударю, — без капли злобы проговариваешь ты, но не отказываешь себе в удовольствии взглянуть на собеседника исподлобья и вскинуть бровь в знак предупреждения, что если он нарушит обещание, то ему же будет хуже.       — Да понял я, понял, — бубнит Макаров, снова засовывая руки в карманы брюк и отводя взгляд куда-то в сторону, словно пытаясь собраться с мыслями.       — Надеюсь на это, — ты слишком явно ощущаешь бесполезность этого диалога, поэтому показательно складываешь руки на груди и ждёшь, что будет дальше и будет ли что-то вообще, так как в животе по-прежнему предательски урчит, а перерыв не бесконечный.       — Так, а что насчёт вечера? — снова пробует получить ответ на первоначальный вопрос.       — А что тебе уже нужно? — обычно такие вопросы подразумевают под собой последующую просьбу, ты привыкла к такому отношению, поэтому с самого начала решаешь узнать о подвохе.       — Ну там, не знаю, может... Пригласить тебя куда хочу, — мнётся на одном месте Илья, включая всё своё обаяние и пытаясь играть бровями.       — Типа свидание? — выводишь на более чёткий ответ мужчину.       — Ну типа того, — как-то неопределённо пожимает плечами Илья.       — А ты, конечно, тот ещё обольститель, напрямик действуешь, — усмехаясь, подмечаешь ты. В уголках губ проскальзывает лёгкая ухмылка, которую ты даже не пытаешься скрыть, как и свой резко возросший интерес к персоне Макара.       — А чего тянуть кота за я-... — обрывает на полуслове Илья, а затем сам себя исправляет: — Причинное место? Ты девушка красивая, неглупая, шутки мои понимаешь, детей любишь. Одним словом — хороша.       Некоторая наивность и прямолинейность этого мужчины выбивает из колеи и подстёгивает интерес. По крайней мере, он открыто говорит о своих желаниях и симпатии. И, что немаловажно, действует.       — Ну раз так, то не смею отказаться от этого изысканного предложения, — разводишь руками, демонстрируя своё полное согласие. — Куда хоть пойдём? — совершенно резонный вопрос.       — А куда хочешь? — у Ильи явно нет плана, но есть желание тебя порадовать, поэтому он пользуется всеми доступными ему способами тебе угодить.       — Ты приглашаешь, ты и выбирай. Но я бы с удовольствием поужинала, — в голове у тебя проносятся картинки о вкусном и сытном ужине, и во рту ожидаемо начинает потихоньку скапливаться слюна. Свидание свиданием, а обед по расписанию!       — Не вопрос, — воодушевляется Илья, — любишь итальянскую кухню?       — Люблю домашнюю картошечку и куриные крылышки, запечённые в духовке. У тебя квартира свободна? — без какого-либо лишнего подтекста интересуешься ты.       — Я холост, живу один и к тому же не гуляка, угадай с одного раза, — смеётся Макар, пробегаясь взглядом по твоему лицу и улавливая тёплую улыбку как реакцию на его до банального простую и глупую хохму-дефис-похвалу себя любимого и выставление в лучшем свете.       — Понял, принял, — киваешь головой, — тогда скинь в директ адрес, я подъеду вечером. Вместе что-то сварганим под какую-нибудь передачу.       — Я не сплю? — вскинув брови, с восхищением произносит Илья.       Ты без задней мысли по заведённым стандартам специально щипаешь его за руку, от чего Макар слегка шипит и дёргает конечностью.       — Было больно, значит, мы в реальности, — как ни в чём не бывало пожимаешь плечами, доказывая свою правоту. — А если и нет, то в любом случае к вечеру просыпайся, казанова, а то в Матрице застрянешь, а я потом не вспомню какого цвета таблетку выбирать.       — Ты поосторожнее с такими словами, я ж и влюбиться могу, — твой любимый этап в начале общения — шутки с подтекстом, которыми можно забрасываться сколько душе угодно, а потом неизбежно пожинать плоды, потому что в каждой шутке есть лишь доля шутки.       — На то и был расчёт, — игриво подмигиваешь на прощание и, поправив сумку на плече, разворачиваешься обратно к выходу, продолжая свой путь до долгожданного чизбургера. — До вечера, — напоследок прилетает в адрес Ильи, который с радостной лыбой до ушей составляет в заметках список продуктов на вечер, который обещает быть увлекательным.

***

      Илья не может сдержать улыбки, когда видит тебя в простеньком коктейльном платье цвета бордо, которое сидит на тебе просто изумительно. Немного дерзкий оттенок ткани сбалансирован собранными на скорую руку волосами. Скреплённые на макушке волнистые локоны закреплены большим крабиком, показывая во всей красе открытую шею и ключицы. Ты решаешь оставить небольшие спадающие на лицо пряди, чтобы они выгодно обрамляли лицо и делали его тоньше.       — Пробки жутчайшие, — виновато бормочешь ты, переступая через порог квартиры и чмокая Макарова в щёку, слегка касаясь его сильного плеча, как опоры.       — Да всё нормально, — отмахивается Илья, — я сам только недавно из магазина примчал, нужно было домыть полы и найти штопор, — осматриваешь явно взвинченного и напряжённого мужчину с головы до пят и обратно, одариваешь его лёгкой улыбкой уголками губ и, опустив голову, тихо хихикаешь. — Чего? Ну да, давно не пил вино, а из алкогольного в последний раз нюхал разве что пиво. Я взрослый человек, имею право.       Ты заинтересованно вскидываешь брови, со всей внимательностью вникая в каждое слово Макарова. Заговорить решаешь только после того, как понимаешь, что пламенная оправдательная речь окончена.       — Сумку куда кинуть можно? — Илья в одно мгновение меняется в лице, кажется, что ещё немного и его шея спрячется от стыда в плечи.       — Сюда можешь положить, — на полтона тише мямлит мужчина, указывая рукой на небольшой кофейный столик, где лежат ключи от машины, которые он в спешке кинул на первую попавшуюся горизонтальную поверхность. — И проходи на кухню, я сейчас тоже подойду.       Безмолвно выполняешь указания хозяина дома и невольно провожаешь его взглядом до гостиной, мысленно отмечая уровень неуверенности и волнения.       Споласкиваешь руки после дороги, промакиваешь влагу бумажными полотенцами и усаживаешься на высокий стул, разглядывая разложенные на кухонном столе продукты, которые через пару часов должны были превратиться в будущий ужин.       — Ты купил белое вино? — интересуешься ты, слыша приближающиеся шаги и параллельно вчитываясь в этикетку на бутылке.       — Да, а что, нужно было красное? — Илья смотрит на тебя почти молебно, вероятно думая о том, лишь бы не пришлось снова бежать в магазин.       — Нет, я просто удивилась. Обычно парни всегда покупают красное, если хотят пригласить на ужин, очень часто даже не спрашивая моего мнения, — отставляешь бутылку в сторону и воодушевлённо потираешь ладони, готовая приняться за чистку картофеля или нарезку салата.       — Если честно, я спросил у твоей подруги, какое вино ты любишь и... Собственно, да, как-то так, — честно признаётся мужчина, поджимая губы в тонкую полоску, словно нашкодивший мальчишка.       — Неплохой подход, но в следующий раз лучше спрашивай у меня. Не особо люблю трепаться о том, с кем хожу на свидания, — Илья понимающе кивает головой и согласно мычит в ответ. — С чего начнём?       Разделив небольшие обязанности на кухне, ты неожиданно осознаёшь, что большую часть работы на себя перенял Илья, но перечить совсем не хочется, все же ты гостья, а не хозяйка вечера.       Пока курица с картофелем запекаются в духовке, вы продолжаете свою беседу, которая разгорелась ещё в начале готовки. И никакая передача на фоне не понадобилась.       — Никогда бы не подумала, что ты в детстве был неуверенным в себе мальчишкой, — откусываешь небольшой кусочек от нарезанного соломкой огурца и выпрямляешься в спине.       — Есть такой грешок, каюсь, — Илья по-доброму усмехается и вскидывает руки вверх, честно признаваясь в том, каким был в детстве, — а ты у нас, значит, была первой красавицей в классе? — заинтересованно вскидывает бровь мужчина, ожидая ответа.       — Ну... — тянешь ты, подходя ближе к стулу, на котором сидит Макаров, — нет, — реакция мужчины не заставляет тебя долго ждать. Он неверяще хлопает ресницами, но сказать что-то в противовес не решается или даже не успевает, — бери выше, — хитро улыбаешься, сияя всем своим видом и ещё больше сокращаешь расстояние между вами, — я была первой красавицей в школе, — Илья улыбается и согласно кивает, ты же в это время хрустишь новым откусанным ломтиком огурца и уже практически неотрывно рассматриваешь лицо собеседника.       Ещё шаг — и встанешь вплотную к его стулу. Но шагать первой не приходится. Макаров кладёт массивные, тёплые, почти горячие ладони тебе на бёдра и слегка тянет на себя, заставляя просто повиноваться его движениям. Ты послушно ступаешь последний шаг и в одночасье ощущаешь приятное покалывание в районе груди. Сглатываешь вязкую слюну и почти трепетно запускаешь пальцы свободной руки в немного жёсткие мужские волосы, перебирая прядку за прядкой.       — Тебе очень идёт это платье, — вдруг хриплым и совсем непривычно тихим голосом проговаривает Илья, крепче сжимая пальцами твои бёдра, слегка скользя вверх к талии, приподнимая подол платья на жалкие два-три сантиметра. Для одежды чуть выше колена это практически ничего, но вы оба чувствуете возрастающее напряжение и в разы возросшую температуру вокруг вас двоих.       — Нравится? — также шепчешь ты, ощущая, как связки слегка вибрируют от моментально севшего голоса.       Откладываешь явно мешающий огурец в сторону, промакиваешь влажные пальцы о бумажное полотенце и осторожно касаешься холодной ладонью щеки Ильи, от чего мышцы лица слегка подрагивают, а Макаров непроизвольно ластится к твоей руке, слегка прикрыв глаза.       — Очень, — его голова немного отклоняется вбок, мужчина обхватывает одной рукой твоё запястье и с особым удовольствием целует тыльную сторону твоей ладони, улавливая приятный аромат парфюма. — И пахнешь замечательно.       — Огурцом, — хихикаешь ты и снова чувствуешь крепкие руки у себя на талии.       — Тогда даже огурец тебе идёт, — Илья поднимает замыленный взгляд на тебя, пытается уцепиться за черты лица, чтобы не провалиться в пропасть желаний, но голову затуманивает твой запах и тепло твоего тела. Думать совсем не получается.       — Можно тебя поцеловать? — бороться с желаниями становится невыносимо, поэтому ты не находишь ничего лучше, чем спросить, можно ли позволить себе это прямо сейчас.       — Можешь попробовать, — прикрывает веки и расплывается в довольной улыбке.       Недолго думая ты наклоняешься к его лицу и, слегка помедлив, припадаешь к губам. Первый поцелуй выходит слегка смазанным, нерешительным, немного детским, но, войдя во вкус и поняв, как управляться с этими губами и покалывающим от бороды ощущением на коже, целуешь более решительно, Макар лишь подстраивается под твой ритм и движения. Контролировать свой порыв становится проблематично, поэтому в какой-то момент, набрав неплохой темп и чувствуя приятные прикосновения мужских пальцев к талии и бёдрам, забываешься, падая в забвение давненько забытой страсти. Губами припечатываешь собственный стон, скользишь пальчиками по шее Ильи и так ловко проскальзываешь к ремню на брюках мужчины, что тот даже опомниться не успевает, как сдавленно выдыхает тебе в рот и неловко прикусывает зубами твою нижнюю губу.       — Прости, я не... Я не ожидал, что... — ты торопливо расстёгиваешь ремень, затем ширинку и словно задыхаясь бормочешь во время поцелуя:       — Всё нормально, мне даже понравилось, — крепкие руки уже более решительно оглаживают твоё тело, время от времени проскальзывая за пределы ткани платья.       — Блять-блять-блять, погоди, — когда ты едва успеваешь задеть подушечками пальцев крайнюю плоть, Илья всё же прерывает твои действия, подскакивает на стуле как ошпаренный и, отворачиваясь чуть в сторону, наспех застёгивает ширинку, — я не могу так. И не хочу. То есть, нет, конечно, тебя я хочу, это даже не обсуждается, но... Не хочу торопиться, — ты с трудом разбираешь этот лепет, пока у самой в голове слышны лишь удары собственного сердца.       Тебе требуется немного времени, чтобы прийти в себя и отдышаться. Поправляешь платье, разглаживая ткань, наклоняешься к Илье и чмокаешь его в губы.       — Хорошо, я тебя поняла, — отходишь на своё прежнее место, упираешься локтями в столешницу и берёшь новый кусочек огурца, продолжая импровизированную трапезу перед основным блюдом.       — Я правда не хочу тебя обидеть, просто мне важно... — Макаров запинается, пытаясь придумать что-то вразумительное со стояком в штанах. Шумно втягивает носом побольше воздуха, который, кажется, весь наэлектризован. — Можешь ещё раз также меня поцеловать?       Неопределённо дёргаешь плечом, как бы совсем не желая сдвигаться с места.       — Тебе надо, ты и целуй.       Илья издаёт гортанный рык, но ты не особо разбираешь, разочарование это или недовольство. Когда он поднимается с места, ты невольно ощущаешь себя какой-то слишком маленькой, хотя раньше таких мыслей особо не было. Макар доходит до тебя всего в три шага: в два широких и один небольшой, вставая вплотную и разворачивая тебя за талию к себе. Церемониться он не собирается. Ты сказала, что можно, поэтому кто он такой, чтобы отказываться?       Мужчина одной рукой берёт тебя за талию, а ладонь второй руки кладёт на щёку. Выбирать не приходится, на поцелуй ты отвечаешь с таким же желанием, как в первый раз целовала сама. Устоять перед соблазном невозможно, поэтому ты встаёшь на носочки и углубляешь поцелуй. Снова пульсация сердца отдаётся в висках, в голове ни одной приличной мысли, а телу хорошо от решительных прикосновений Ильи, который подхватывает тебя под задницу и усаживает для удобства на столешницу, не прерывая поцелуй.       Таймер, выставленный на духовке, звенит так, что режет уши. Вы с трудом отрываетесь друг от друга.       — Кто будет доставать ужин? — интересуешься ты как можно более спокойным голосом, хоть внутри в этот момент всё перемешалось и клокочет в ожидании продолжения.       — А он нам всё ещё нужен? — игриво вскидывая бровь, вопросом на вопрос отвечает Илья.       — Никогда не заставляй меня выбирать между вкусной едой и сексом. Эти вещи для меня равнозначны и важны.       Макаров закатывает глаза и нехотя отрывается от тебя, проходясь кончиком языка по своим губам и всё ещё чувствуя вкус твоей помады.       — Сейчас достану, — с каким-то тяжёлым вздохом проговаривает Илья и направляется к духовке, цепляя со стола прихватку.       — Идеальный мужчина. И приготовит поесть, и выебет хорошо, — Макар оборачивается и глупо пялится в одну точку на твоём лице, почти не моргая. Ты от неожиданности начинаешь делать то же самое, растеряв всю прежнюю смелость. — Я не то хотела ска-...       — Провокатор! — громогласно заявляет Илья, ставя противень. — Именно это ты и хотела сказать.       — Ладно, да, именно это я и хотела сказать. А нечего мяться как целка! — глаза мужчины расширяются всё больше, а брови стремятся занять линию лба.       — Тебе однозначно нужно занять рот чем-то более полезным, — бубнит себе под нос как старый дед, накладывая запечённый картофель в тарелку.       Первые пятнадцать секунд ты молчишь, раздумывая, но затем всё же решаешься задать волнующий тебя вопрос вслух:       — Так, чисто для уточнения: занять твоим членом или?..       — |Т.И.|! — Илья ударяет ладонью о поверхность стола, пытается быть абсолютно серьёзным, но через пару секунд не выдерживает и начинает смеяться вместе с тобой. — На вот, ешь свою курицу с картошкой. Сама ж просила, — Макар ставит тарелку на стол и приглашает наконец сесть и поужинать.       — Просила я тогда, когда более интересный вариант ужина был недоступен, — невинно хлопаешь глазками.       — Да, блядь!       — Так точно!       Новая волна смеха разливается по кухне, пропитанной запахом ужина, Илья открывает вино и разливает по бокалам. Усаживаетесь есть вы далеко не сразу, ещё некоторое время звучат шутки с подтекстом и наигранное негодование мужчины, который время от времени и себе позволяет подбросить дровишек для диалога.